Бревно из разряда сосновых

Слух утопает в сладких речах, пока мозг на периферии сознания выл гадкой сиреной. Диппер озирается, мелко дрожа под холодным дождем, ему хочется убежать, исчезнуть и никогда не встречаться с Уильямом мать вашу Сайфером, но Пайнс только хлюпает носом неловко обнимая себя за плечи.  — Сосна, какой-то ты сегодня, уж чересчур деревянный — Билл довольно щурится удачной шутке, затем протягивает яркий шарф в зеленую клетку, — Уловил каламбур? — Мейсон лишь глупо пялится на протянутую вещь, не совсем понимая зачем Сайфер пытается впихнуть ее ему в руки, — Ну же, сосенка, что за тухлый вид? В голове лишь мрак, Диппер не помнит как он оказался здесь, как оказался здесь вместе с Биллом. Диппер молчит, он жмурит глаза от яркого света уличного фонаря, чувствуя при этом на себе липкий взгляд парня с которым познакомился буквально на днях. Билл странный, не такой как все, выделяющийся. У него яркие, по-кошачьи хитрые глаза орехового оттенка, светлая кожа и накинутое на плечи старое, горчичное пальто. Дипперу порой кажется, что они знакомы уйму времени, Билл будто навязчиво маячащая мысль за которую Диппер никак не может ухватиться. Пайнс тихо чихает, а затем смутившись утыкается поалевшим носом в клетчатый, как брюки у Сайфера шарф.  — Чихаешь как котенок, — Диппер не видит, но знает, что Билл улыбается своей одной из самых лучезарных улыбок. Щеки у Пайнса стремительно краснеют, Билл хочет сказать что-то еще, но подъехавший автобус чуть не окативший парочку водой прерывает его и он лишь бросает напоследок, сжимая в руке остывший стаканчик дешевого кофе из автомата: — Еще свидимся, Сосновое Деревце. Диппер Билла не понимает, не понимает чего он хочет и какие намерения у этого таинственного человека, а Диппер совсем не любил, когда что-то не понимал. Билл какая-то игра его воображения, неразгаданная загадка которая притягивала взгляд и душу. Подросток делает заметки в своем слегка промокшем блокноте, пока сидит в теплом салоне автобуса сильнее кутаясь в шарф, вдыхая чужой запах. Завтра у него снова начнется школа, серость унылость и тоска, Пайнс будет вновь задумчивым взором прожигать дыру в окне, крутя в руках авторучку, а затем получит порцию выговоров от недовольных его поведением учителей. И так по кругу. И по кругу. Но все идет совсем не так, как требовал того план. Билл срывает урок математики, он врывается в класс с безумным блеском в глазах, — Ого, — быстро пробегает взглядом по ученикам, — С первой же попытки! Сосна, кажется, во мне умирает талантливый ясновидец! — Женщина в годах еще не совсем отошедшая от столь наглого вторжения, не придумав ничего лучше она нервно кашляет тем самым привлекая внимание вторгнувшегося кроманьонца в ее владения на эти 45 минут, — Молодой человек… — Билл прерывает ее на полуслове, — Вам нездоровится? Думаю, это не самая лучшая идея вести урок с подобным кашлем как у вас, — Преподавательница возмущенно затыкается, совсем не понимая, что тут происходит, но стоит ли винить ее? Сам Пайнс не до конца догоняет: какого черта творится, не то, что остальные. Билл плавно маневрирует вдоль парт, хитро подмигивая Дипперу, он лишь еще больше притягивает к себе заинтересованные взгляды учеников. —Чт...  — Сосна, не время для базовых вопросов, бери ноги в руки и за мной, — Тот самый тон не требующий отлагательств, — Если ты конечно не хочешь провести этот чудный день в компании безжизненных, потерявших хоть толику чувств мясных мешков. — Смотрит, выжидающе. Диппер чертыхается, хватает рюкзак и выбегает вон из класса вслед за Биллом.  — Ты идиот, Сайфер.  — Неправда, ты и сам это прекрасно знаешь. Это правда, Билл не был идиотом совсем нет, он чокнутый, безбашенный не имеющее каких-либо тормозов, как он говорит: двуногий мешок костей.  — Понятия не имею почему я иду сейчас с тобой непонятно куда, вместо того, чтобы сидеть на уроке математики, — Диппер не знает зачем говорит это, ведь в душе он рад, очень, может это все голос его так не к стати пробудившейся совести?  — Чтобы просиживать там штаны? Оставляя в том на дух прогнившем месте с диктаторским режимом последние зачатки хоть какой-либо индивидуальности? Сосенка, не разочаровывай меня. Диппер горбится, утыкаясь обиженным взглядом себе под ноги, совсем как ребенок —отмечает Билл. Руки у Билла холодные почти как у мертвеца и когда эти самые руки касаются лица Диппера, сердце подростка с грохотом бухает куда-то вниз. Диппер резко отшатывается, и под удивленный взгляд Билла отворачивается кутаясь в тот самый зеленый шарф в клетку, а затем бухтит что-то вроде: — Нам стоит поторопиться. — Билл давит тихий смешок притягивая к себе Пайнса, хватая того за рукав черного пальто, игнорируя слабые попытки вырваться. — Сосенка, какой же ты все-таки… хвойноголовый. — Дип-Дип, — Мейбл хитро щурится, понизив голос, — расскажешь, что за красавчик стащил тебя прямо с урока? — У Мейбл горят глаза, она очаровательно улыбается, ожидая рассказ из первых уст об увлекательнейшей истории. Не успел Диппер и переступить порог дома, как Мейбл выскочила из комнаты перепрыгивая по три ступеньки, она схватила брата за плечи чуть ли не стукаясь своим носом об нос Диппера: — Мне нужны подробности для моего дневника в tumbler! — Черт, лучше бы она продолжала вести тот дурацкий бумажный дневник, в котором хранится первый мужицкий  — как говорил Диппер в свои двенадцать, волосок, чем выставляла бы на всеобщий доступ всю подноготную брата. И сейчас они сидят на кухне закадычно перешептываясь, точнее, в основном перешептывалась Мейбл, а Диппер пытался всеми способами увильнуть от столь щепетильного допроса о его личной жизни. — Просто друг? — Мейбл разочарованно вздыхает. — Просто друг, — а внутри что-то несчастно екает, Диппер лишь, только, сильнее сжимает руку сбрасывая все на переутомление, впиваясь отросшими ногтями в ладонь, — Да, Мейбл, просто друг.