Один на всех

После бурно проведенного времени в раздевалке, а потом и в душе с Киришимой, Деку, пусть и удовлетворил свои низменные потребности и ему стало чуть лучше, все равно никак не мог избавиться от жара. Что-то выворачивало его наизнанку, будто ускоряя процесс его эротических похождений, от которых он, к сожалению, не мог отказаться. Он был в ужасе от всего этого, поскольку не знал, сколько людей посетило эту несчастную палатку с предсказаниями и со сколькими людьми ему еще придется переспать, чтобы, наконец, избавиться от навязчивого желания соблазниться и «попробовать» очередного парня «Академии ЮЭЙ». Существует ли способ узнать это? «Не может быть так, чтобы у причуды не было плюсов и минусов. Не может быть так, чтобы у нее не было ограничений и допустимого лимита времени», — проскочило в его затуманенной голове. — Мидория? С тобой все хорошо? Глаза Изуку загорелись: ему было грустно от того, что сейчас такой классный парень как Киришима уделяет ему такое повышенное внимание только из-за того, что находится под причудой неизвестной «гадалки». Но, если подумать, то он всегда таким был с ним, разве нет? Сломанным, но собравшим себя заново вопреки всему ради мечты, ради воодушевляющего его героя, приветливым со всеми и по-настоящему искренним. До невозможного добрым. И сильным. Таким сильным, что даже Каччан посчитал его равным себе, не то что его… Сейчас он лежал рядом с ним, чуть приподнявшись и подперев руку под голову, и его длинноватые алые волосы красиво скатывались то на его лицо, то пытались дотянуться до плеч, что при нужном ракурсе у них получилось. Обеспокоенные красные, казавшиеся карими в темноте, глаза внимательно смотрели на него, будто бы пытаясь прочитать его мысли: он был обеспокоен. «Может быть, сейчас с таким грустным лицом ты думаешь обо мне? Или о чем-то другом? Или, еще грустнее, о ком-то другом? Но сейчас же ты лежишь со мной…» Глаза Мидории засверкали еще сильнее, чуть не заполнились пеленой слез: такого напуганного, грустного и обеспокоенного лица он еще не видел у Киришимы. Нет! Он недостоин таких искренних чувств только из-за странной причуды! Как, как можно выглядеть таким бесконечно одиноким только потому, что другой человек задумался о чем-то другом? Или он подумал, что о ком-то? — О ком… ты сейчас подумал? — отводя глаза, прошептал Эйджиро. — О тебе, — не смог промолчать Деку, — коснувшись его щеки рукой, а после начав гладить его ладонью, обращая его взгляд вновь на себя. «Ты сейчас под причудой… И… Мне так жаль…» — Можно… тебя поцеловать? — смотря в изумрудные глаза, спросил Киришима, на что Деку, забыв на минутку о грустных мыслях, засмеялся. — Ты всегда так мило спрашиваешь меня об этом, — он улыбнулся, — Можно. — Т-тогда… — краснея, начал наклоняться к постепенно начинавшему смущаться Деку Киришима, — обними меня еще… «К-как смущает!», — состроил смешную моську, красный, как рак, Изуку, но потом вздохнул, стараясь набрать в рот как можно больше воздуха для смелости и сомкнул довольно-таки тяжелое тело Эйджиро в объятиях, попутно удивляясь, какая же его спина невообразимо рельефная, да он буквально может назвать каждую мышцу на его спине, настолько она четко очерченная! Такие познания чуть ли не заставили забыть его о поцелуе… «Чувствую себя так, как будто действие причуды сейчас отошло на второй план и я могу быть с ним настоящим…» «Я должен узнать, сколько человек еще осталось до того, как мне придется сделать выбор».

***

Поднялись парни вместе: занятия начинаются с утра, а потом начинаются тренировки. К сожалению, Всемогущий не сможет прийти на них из-за больничных процедур, поэтому властвовать над ребятами придется одному Айзаве, чему тот был не очень-то и рад, поскольку новый ученик А-класса — Хитоши Шинсо, все еще нуждался в дополнительном внимании и усиленных тренировках, хотя сам Мидория готов был поклясться, что этот хитрожопер уже и так достаточно сильный и прилично так может наподдать любому ученику его уже А-класса в спарринге причуд. Хотя, выносливости и физической силы ему все еще не хватает. Умываясь, Изуку, украдкой смотря на взбодрившегося холодным душем Киришиму, невзначай начал расспрашивать, как прошел спортивный фестиваль: — Да все прошло плюс-ультра! Я хоть и не попал в тройку лучших, но в пятерке удержался! — ярко улыбаясь, сообщил Эйджиро, — В следующий раз, может быть, и с тобой в поединке столкнемся, вот увидишь! — М! — улыбнулся Деку, — Я не сомневаюсь… А-А как потом?.. Ну, ты же, наверняка, гулял потом по аллее… Аттракционы там, сладкая вата, фигурки любимых про-героев… — О да! Прикупил фигурку, пару журналов да и все… Мы с Бакуго гуляли, так что многое мне пришлось пропустить… — Что-о?! — тут же встрепенулся Мидория, отчего Киришима аж вздрогнул: неужели это такая ошеломляющая информация? Они же друзья с Бакуго, естественно они часто тусуются вместе… — Ты чего так удивился? — приподнял бровь Киришима, начиная волноваться: было заметно, что что-то сильно волнует Изуку, но он не может рассказать об этом из-за множества причин, наверняка, серьезных. И, наверняка, это что-то, о чем на самом деле он не хочет говорить. — Просто… «Значит, Каччан тоже под причудой! О нет! Это самое худшее, что только может быть! Нет, я должен держать себя в руках перед Киришимой…» — Эм, И-Изуку… — начал Эйджиро, отчего Мидория аж вздрогнул и тут же вспыхнул, как сухое сено от легкого поцелуя свечки, ведь по имени называют только тогда, когда считают человека близким… — Да? — Тебе… — начал, сглотнув, Киришима, — тебе кто-нибудь нравится? — А-а?! Деку смутился и покраснел еще больше, если больше можно было покраснеть. Если честно, он даже не задумывался об этом, поскольку сейчас события так молниеносно проходят, что он даже не может прочувствовать действительно важные моменты, хуже того, он не может сосредоточиться на тренировках и уделить внимание самому себе! Все завертелось, все закрутилось, и теперь он чувствует себя седзе-героиней какого-нибудь глупого гарем-тайтла с плохим концом, а не героем своей же жизни… Он вообще сейчас никем себя не чувствует. Что это за причуда?! Почему она настолько постыдная, что он даже сказать об этом Айзаве-сенсею не может?! Тогда бы все тут же закончилось! Тогда бы ему не пришлось мучить других… — Я люблю тебя. «Ха?!» Вот уж как гром среди ясного неба. За все время обучения и вообще прожитой им школьной жизни он еще ни разу не получал настоящего, прямого признания, поэтому, как вести себя сейчас с Киришимой, смелого в этом плане, он не знал. Изуку просто замер на месте, обдумывая информацию с такой быстротой, что его голова начала болеть, и краснел, краснел, краснел, пока Эйджиро, тоже смущенный, но настойчиво стоявший перед ним с железным терпением, ждал ответа. — Ладно… — прервал достаточно долгую минуту молчания Киришима, заметно погрустнев, — когда будешь готов дать мне свой ответ… — красноволосый парень взял грубую, покрытую шрамами ладонь Изуку в свою руку и скрестил их под завороженный взгляд Изуку, — пожалуйста, позвони мне. Я приду. Деку взволнованно вздохнул после того, как их руки разомкнулись: ему было сложно дышать от волнения, пока Эйджиро делал все эти движения. — Хорошо, — чуть запнувшись, пробормотал Деку, пряча от Киришимы грустный, полный недоумения взгляд: «Эта причуда слишком коварная… Я вдруг почувствовал, что он и вправду делает все это по своей воле…» -Тогда, — улыбнулся Киришима, — увидимся? И Мидория улыбнулся так ярко, что веснушки на его лице засеяли солнцем: — Конечно! «Я избавлюсь от этой причуды раньше, чем произойдет эта фальшивая встреча…» И на этой ноте они разошлись по зонам огромного комплекса для тренировок, когда вместе, совершенно непринужденно, дошли до нее, разговаривая о всякой забавной ерунде. — Мидория! — подозвал к себе Айзава-сенсей парня, что начал свою тренировку на своем привычном месте, и Изуку тут же спустился к нему и стоящему рядом с ним парню с волосами и глазами цвета индиго: Шинсо одарил Изуку своим обычным, уставшим и немного презрительным взглядом с прикрытыми глазами. Было видно, что он задолбался, но нереально кайфует от этого. От того, что он, наконец, в А-классе. И Деку тут же стало не по себе: на миг ему показалось, что Хитоши пробежался по нему горячим взглядом сверху-вниз и обратно, до конечной. До отклика тела Изуку. «О нет…» -Ты единственный, кто благодаря своей причуде смог отменить причуду Шинсо, — начал говорить сенсей, — в последнее время я занимаюсь усилением и укреплением его причуды, так что сейчас я хотел бы опробовать ее на тебе, под четким присмотром, конечно. В последнее время начали происходить случаи квест-причуд, где человек, находящийся под причудой, испытывает определенные желания для прохождения каких-либо препятствий, и не чувствует свободы и легкости, пока не завершит квест, — Айзава даже нахмурился, — Я бы даже сказал, что это вспышка этих случаев, и сейчас уделяется особое внимание причудам, управляющим разумом человека, поэтому все это очень серьезно. Мидория, все это время внимательно слушающий сенсея, нервно сглотнул: как это все достигло уже такого уровня… Уровня огласки… Может быть, мне сказать ему?.. Айзава заметил волнение и задумчивость парня. — Что такое? Тебе плохо? — Нет, — отмахнулся Деку, и поднял глаза на учителя, — Можно ли узнать, на чем в основном специализируются квест-причуды? — Зависит от предпочтений носителя, — пробормотал в ответ сенсей, — от пяти побегов в магазин за сыром до пяти побегов из тюрьмы, например. Все ограничивается пятью цифрами. «Пять парней?!» — Или четырьмя, если носитель причуды недостаточно квалифицирован, — продолжил сенсей, — В любом случае, все это очень серьезно, если не подключить людей, умеющих приказывать другим людям отменить свою причуду, и других, владеющих не менее серьезными причудами, касающихся разума людей. Или просто тех, кто умеет отменять подобное, как я. Сейчас ведется расследование, и конечно же, отлов таких «шутников». — Шутников? — переспросил Мидория, понимающий, что так просто Сотриголова никого именовать подобным словцом, да и вообще именовать без причины, не станет. — Все это безобразие началось после Спортивного фестиваля, — заключил учитель, — поэтому мы должны немедленно начать зачистку не без помощи Шинсо, так что давайте быстрее начнем, инструктаж и ввод в ситуацию завершен. — Да! — яро воскликнул загруженный информацией Изуку. «Я не могу признаться Айзаве-сенсею».