Я свободен, чёрт возьми!

      Он оглянулся на пороге, чтобы в очередной раз убедиться, что всё остаётся на своих местах. Откровенно говоря, ему должно было быть наплевать, что потом кто-то увидит его заваленный стол или неприбранную кровать, но наведение порядка на какое-то время отвлекло от невесёлых размышлений. Хотя кого он обманывает… Выбросить эти мысли не вышло ни на секунду.       Не глядя он проверил рукой внутренний карман: небольшая стопка пергаментов лежала в ожидании своего часа. Драко, не давая себе передумать, быстро перешагнул порог и закрыл дверь. Буквально на мгновение прислонился к ней спиной, но почти тут же оттолкнулся и поспешил к лестнице.       Он пересёк гостиную, смотря только вперёд, чтобы опять не застыть в нерешительности, и был почти у выхода, когда стена отъехала в сторону и в проходе возник Блейз — крутя на пальце какую-то безделушку, тот с самодовольным видом вошёл в общую комнату, глядя в пол. Драко понял, что через секунду его обнаружат, только придумать, естественно, ничего не успел.       Наверное, наткнувшись взглядом на его ботинки, Блейз перестал крутить вещицу, зажал её в кулаке и с вопросительным выражением поднял голову. Они без тени улыбки какое-то время смотрели друг на друга, и Драко отчего-то не сомневался, что в этот момент оба думали об одном — как убраться подальше, не вызвав подозрений.       — Бессонница? — наконец разорвал эти странные гляделки Блейз, походя осматривая гостиную.       Драко неопределённо пожал плечами. Можно было заглянуть сейчас Блейзу в голову и узнать, что тот пытается скрыть, но это… Он всё же не настолько опустился, чтобы по первой своей прихоти копаться в чужих мозгах. До сих пор тошно оттого, что пришлось тогда забраться в воспоминания Грейнджер. Будь у него шанс исправить это, он бы не повторил ошибку, а прямо спросил, что Пэнси успела ей рассказать.       — Уходишь? — вернул к реальности голос Блейза.       Драко вопросительно прищурился, и Забини кивнул на уличную мантию, многозначительно приподняв брови.       — Да… Нужно срочно отправить почту.       — В четыре утра?       — У каждого свои странности. Я же не спрашиваю, где тебя носило в такую рань.       И тут Блейз, сверкнув зубами в улыбке, с внезапной неловкостью опустил взгляд. Он поднёс кулак к губам, постоял так немного, будто размышляя, и раскрыл ладонь. Драко увидел нечто напоминающее браслет, но выглядело это странно: какие-то стекляшки непонятной формы, мелкая галька, щепки, нанизанные на струнку для украшений.       — М-м, — что ещё тут скажешь? — Очаровательно. Сам сделал?       — Нет, подарили, — Блейз рискнул кинуть взгляд на Драко и, наверное, заметил, как тот старается сохранить серьёзную мину, с видом эксперта поджимая губы. — Да знаю я, что ерунда, — раздался его беззлобный смешок. — Но мне даже нравится.       Он был удивительно тих и задумчив. Драко разрывался между необходимостью уходить и желанием остаться — чувствовал, что Забини хочет чем-то поделиться с ним. Мысленно вздохнув от своего неумения расставлять приоритеты, он протянул руку за браслетом — Блейз отдал с лёгким интересом в глазах.       Драко повертел подарок, рассматривая своеобразные бусины с разных сторон. Стекляшки и галька были разноцветные, щепки отшлифованные, и, если не придираться к форме и самому факту несоответствия этих вещей для создания из них украшений, выглядело всё довольно неплохо.       — Вполне сносно, — протянул он браслет обратно, — по крайней мере в сравнении с тем, что ты обычно сам выбираешь.       Блейз закатил глаза, но всё-таки улыбнулся.       — Приятно слышать.       Они ненадолго замолчали, и гостиная снова погрузилась в сонную тишину. Драко облокотился на спинку дивана и, бесшумно тарабаня по мягкой обивке, наблюдал за Блейзом, присевшим на ручку кресла: тот опять крутил браслет на пальце, улыбаясь каким-то своим воспоминаниям. Это даже хорошо, что у Забини появилась небезразличная ему девушка — будет кому отвлечь, если…       — Похоже, она особенная, — торопливо произнёс он в попытке сбежать от собственных мыслей, — раз тебя осчастливила подаренная ею самодельная х… безделушка.       — Она чудесная, — мечтательно протянул Забини. — Во всяком случае, лучше меня. И даже не хуже Грейнджер.       Понимающе качая головой, Драко замер, услышав про Гермиону, и нахмурил брови, встретив полный предвкушения хитрый взгляд.       — Давно знаешь?       — Не знал наверняка, но ты подтвердил сейчас.       Хорош шпион… Прокололся как дошколёнок.       — Я бы спросил тебя, как такое вообще могло произойти, — продолжил Блейз, глядя на тлеющие угли в камине, — но теперь и сам бы не ответил, как меня угораздило обратить внимание на Луну.       Драко, маскируя усмешку, коротко выдохнул. Теперь понятно, откуда такой странный подарок — вполне в духе Лавгуд.       — Надо же… — ответил он после небольшой паузы. — Тебе удалось меня удивить.       — И всё? Ничего больше не скажешь?       — Что ты ожидал услышать?       — Не знаю, — Блейз засунул руки в карманы и постучал каблуком ботинка по ножке кресла. — Как вариант — почему она связалась со мной.       — Ты хотя бы не оскорблял её пять лет.       — И то верно, — Забини, поднявшись, подошёл и ободряюще похлопал Драко по плечу. — Ты чуть больший засранец, чем я.       Малфой слегка толкнул его кулаком и направился к выходу. Но перед тем как уйти, он оглянулся и не сдержался:       — Блейз, — хотелось попрощаться хоть с кем-то, но светящиеся радостным умиротворением тёмные глаза не позволили говорить начистоту. — Меня не будет сегодня на занятиях. Передай Пэнси, чтоб не волновалась, ладно?       В ответ он получил пожимание плечами, мол, без проблем.       — Спасибо, Блейзи.       Тот отмахнулся и быстро взбежал по лестнице. Драко стоял на месте до тех пор, пока не различил в тишине гостиной отдалённый скрип двери.

***

      — Ну пожалуйста. Да, я знаю, наши отношения начались не самым дружелюбным образом, но я правда не хотел тебя тогда удерживать. Будь ты посговорчивее, никто бы не помял тебе перья.       Круглые янтарные глаза были неумолимы. Вредная поттеровская сова нахально взирала на Драко с перекладины, и чтобы дотянуться до неё, не хватало длины примерно в ладонь. Грёбаная птица… Применять магию он не рисковал, иначе с этой Паклей точно не договориться.       — У меня записка для твоего хозяина.       На плечо грузно приземлился Герберт — наверное, устал наблюдать за потугами Драко. Он потянулся клювом к пергаментной трубочке, но Драко отвёл руку подальше.       — Нет, приятель, это задание для вон той белой задаваки.       Филин недовольно ухнул ему на ухо и чуть сильнее сжал когтями плечо, ощутимо впиваясь в кожу. И тут вредная сова посмотрела вниз и будто оценивающе наклонила голову вбок, после чего вдруг перелетела на насест пониже. Как интересно…       — Тебе нравится Герберт? — Драко приглашающе выставил локоть и стал нести всякую чушь, чтобы заболтать птицу: — Спускайся, он с радостью поухает с тобой и помашет крыльями, пока я привязываю записку для твоего очкастого лохматого… Неужели.       Сова спорхнула на руку и забавным приставным шагом переместилась с локтя к пальцам, чтобы оказаться ближе к филину. Драко спустил её на столбик, на котором висели мешочки с пергаментом, перьями и чернилами, и, пока птицы были заняты изучением друг друга, быстро привязал к лапке записку.       — Отнесёшь Поттеру?

***

      Драко провожал взглядом улетающего Герберта, покуда тот не пропал из виду за башней, а потом выглянул из-за дерева на дорогу, но вокруг было пустынно. Держа руки сложенными на груди, он опять привалился спиной к стволу и позволил векам закрыться: бессонная ночь не прошла даром.       Мысли о сне казались одновременно заманчивыми и пугающими. Увиденный в кабинете Волдеморта инфернал до сих пор стоял перед глазами так чётко, что, реши Драко уснуть, тот точно принесёт кошмары. Какие-нибудь закольцованные картины убийств или пыток безликих людей, а может, и женщин с почти белыми волосами…       Малфой тряхнул головой, прогоняя незаметно подкравшиеся видения, и резко выпрямился — он и вправду успел задремать. Драко размотал с шеи шарф, чтобы было не так тепло и опять не потянуло в сон, и запихнул в карман.       Уже в некотором нетерпении он вновь выглянул на дорогу и наконец увидел быстро приближающегося и явно недовольного Поттера — по ботинкам на босу ногу и наскоро застёгнутой до середины куртке было ясно, что сова стучалась в окно очень настойчиво и вытащила того прямо из постели.       — Какого чёрта ты берёшь Буклю? — ещё на подходе набросился на него Поттер, но чуть запыхавшийся голос убил весь грозный эффект. — И что ещё за поручение от Дамблдора в полшестого утра?       Драко оттолкнулся плечом от дерева и сделал пару ленивых шагов навстречу взъерошенному после сна Поттеру. Хотя и обычно его причёска едва ли выглядела лучше.       — Думаешь, мне нравится быть его мальчиком на побегушках?       — А это разве не выражение счастья на твоём лице? — съязвил Поттер и вдруг поскользнулся на раскисшей тропинке, проехав пару дюймов на пятке и нелепо взмахнув руками.       — Иди на хрен, — тоном, каким обычно раздают советы, сказал Драко устоявшему на ногах Поттеру. — А когда вернёшься — иди за мной.       Тот закатил глаза, но Драко не стал ждать продолжения и быстрым шагом направился в лес.       — Зачем нам туда? — услышал он за спиной.       — Мне поручили отвести тебя на место, а не пояснять каждое движение. Дамблдор сказал, что ты сам поймёшь, когда увидишь. Я не в курсе, что там.       — А, чёрт.       Шаги позади остановились, вынуждая обернуться. Поттер, почти опустившись на колено, завязывал шнурки и не смотрел по сторонам. Чуть раньше, чем планировалось, но всё же… Драко огляделся и, убедившись, что кроме лесной чащи вокруг ничего, без резких движений достал волшебную палочку.       И всё равно Поттер как-то почувствовал угрозу, потому как вскинул голову и завёл руку за спину.       — Stupefy!       Не успел буквально на пару ударов сердца.       Драко поднял с земли сухое птичье пёрышко, чтобы сделать из него портключ. Положил перо на пенёк, и после выведенной руны оно слабо засияло. Малфой перенёс лежащего без сознания Поттера по воздуху, прислонил к пеньку, присел рядом на корточки и замер на мгновения. Кинув взгляд через плечо на школу, он смог рассмотреть только шпиль Астрономической башни, который проглядывал сквозь густое переплетение голых ветвей.       Нельзя оборачиваться, иначе он никогда не решится.       Перехватив Поттера поперёк туловища, Драко коснулся портала.       Чудовищная сила телепортации чуть не утянула Поттера куда-то вниз, но Драко вцепился в будто набитую ватой куртку, и через несколько долгих мгновений в ослепляющем водовороте их наконец выбросило в лесу. Сразу стало легче, словно рыбе, сорвавшейся с крючка. Несколько секунд он не шевелясь лежал на спине, уставившись на рваный лоскут небосвода, до которого не дотянулись корявые ветви. Не в состоянии даже вдохнуть свободно после удара о землю — холодную, промёрзшую. Драко сгрёб пальцы в кулак и ощутил рассыпающиеся в труху остатки прошлогодних листьев, и это естественное напоминание о конечности всего живого отозвалось в груди беспокойным трепетом.       Как только способность дышать вернулась, Драко с некоторым усилием приподнялся на локтях и осмотрелся. Если бы он не создавал портал самолично, то подумал бы, что они по-прежнему где-то недалеко от школы. Поттер лежал навзничь, очки сидели на переносице перекосившись, но в целом с ним всё было в порядке, если не считать оглушения. Драко для верности навёл на него Сонные чары, и складка между бровями почти сразу разгладилась.       Поместье Ноттов находилось за лесом и издалека выглядело словно под огромным пузырём. Когда он достиг границ защитного поля вместе с левитируемым Поттером, на миг остановился, а потом шагнул сквозь незримый барьер, пропустивший их обоих.       Дверь открыл домовик в залатанной, но чистой тунике.       — Здравствуйте, мастер Дра… — тут он испуганно вытаращился на парящее в воздухе тело.       — Мотти, — привлёк Драко его внимание, и тот с трудом перевёл взгляд на него, — в доме кто-нибудь есть?       — Д-да, друзья господина, — пролепетал он, снова покосившись на Поттера, — и леди.       — Миссис Малфой?       Мотти кивнул.       — А господин и Тёмный Лорд?       — Хозяин и… повелитель, — опустился домовик до шёпота, который можно было прочесть разве что по губам, — ещё не вернулись.       — Хорошо, подожду их в доме.       Мотти проворно отпрыгнул вбок, пропуская их, и торопливо закрыл двери, словно боялся подглядывающих из-за занавесок соседей. Слева от себя, с той стороны, где располагались гостиная и гостевые комнаты, Драко расслышал отголоски оживлённой беседы и звон посуды — судя по всему, бо́льшая часть «друзей» сейчас находилась там. Возможно, кто-то ещё сидел возле комнаты Нарциссы.       Драко уже направлялся в противоположную от гостиной сторону, когда позади раздались семенящие шаги. Он обернулся и увидел выходящего из арки Кэрроу с заткнутой под горлом салфеткой.       — Малфой? — Амикус чуть сбавил темп, который, скорее всего, с трудом давался после застолья. — Это ты используешь магию, значит? Ну-ка…       Кэрроу достиг их, обошёл, и его свинячье лицо аж просияло при виде Поттера.       — Ох повелитель обрадуется, узнав про мальчишку, — прохрипел он и довольно прихлопнул в ладоши. — Давай, отведи его в подземелья, я приду за ним, когда хозяин вернётся.       — В каком смысле придёте за ним? Лорд поручил Поттера мне, я сам приведу его.       Амикус презрительно выпятил подбородок, став ещё больше похожим на свина, но всё же промолчал. Не сводя с него неприязненного и в то же время оценивающего взгляда, он костяшкой пальца стёр с нижней губы жирный блеск, оставшийся, наверное, после трапезы. Драко старался держаться холодно, но, стоило Кэрроу развернуться, он с удовольствием закатил глаза. По пути в гостиную тот замахнулся на Мотти, который всё это время безмолвно наблюдал со стороны, и домовик от испуга тут же с громким хлопком исчез.       Драко поспешил скрыться в подземельях. Левитируя Поттера перед собой, он с осторожностью спускался по поросшему мхом камню — будто ступаешь по лоскутам мягчайшего ковра. В подвалах было тихо и стыло, воздух казался мёртвым, но сейчас эта безжизненность даже расслабляла. Всё лучше, чем дрожать перед психом с почти безграничной силой.       Он выбрал темницу, которая не просматривалась со входа. Опустив наконец Поттера на пол, Драко с облегчением принялся растирать одеревенелое запястье. Не переставая разминать руку, он выглянул из камеры в коридор и, убедившись, что никто не спешит составить им компанию, подошёл к лежащему Поттеру. Он вытащил у того заткнутую за пояс волшебную палочку, спрятал у себя во внутреннем кармане и, глубоко вдохнув, направил на него свою.       — Enervate.

***

      Тук-тук-тук.       Гермиону будто резко выдернули из сна, когда уже не спишь, но не в силах открыть глаза и осмысливать происходящее. Подушка, такая тёплая и уютная, пахла чем-то неуловимо понятным, и Гермиона, медленно вдыхая и выдыхая, вновь потеряла себя в пространстве…       Туки-тук.       Она вздрогнула и повернулась на другой бок, касаясь щекой прохладной части наволочки. Сон понемногу стал отступать, поэтому Гермиона накрылась одеялом по самую шею.       Тук. Тук.       Может, это дождь начинается?       Она приподняла веки, но сквозь полуопущенные ресницы разглядеть что-то в сумеречной комнате было невозможно. С раздражением вздохнув, Гермиона отдёрнула полог, чтобы открылся вид на окно, и увидела на подоконнике покачивающего хвостом Живоглота — тот явно за чем-то наблюдал. За каким-то неясным тёмным пятном на карнизе.       Отчаянно стараясь держать глаза открытыми, она, кутаясь в одеяло, прошлёпала к окну — из-за стекла на неё таращился знакомый филин. Она щёлкнула задвижкой, толкнула створку, и птица с чувством собственной важности прошла внутрь, совершенно не боясь с любопытством шагнувшего к ней кота.       — Что ты мне принёс? — зевнула Гермиона, поправляя на плечах одеяло.       Филин приподнял лапку, демонстрируя связку сложенных пергаментов, отчего сердце тревожно дрогнуло. Гермиона, уже не думая о сползающем одеяле, отвязала посылку и, рассмотрев внимательнее, прочитала выглядывающую из-под ленты приписку «Грейнджер». Знакомым почерком, от которого участился сердечный ритм.       Уговаривая себя не паниковать раньше времени, она закрыла окно, сунула стопку под мышку и, плотнее укутавшись, на носочках побежала к кровати. Будто кто-то наступал на голые пятки.       На самом деле просто хотелось скорее оказаться в каком-то подобии безопасного места.       В постели, защитив себя со всех сторон одеялом, Гермиона наконец положила связку перед собой и потянула за ленту — стопка чуть покосилась и съехала так, что можно было разглядеть несколько отдельно сложенных пергаментов. Как… письма?       Она взяла то, что лежало сверху, и, подсветив себе Люмосом, осторожно развернула.       «Привет, Грейнджер».