Светлый огонь

За миг до того, когда Дей не смог не только шевельнуть рукой, но даже вздохнуть в полную силу, Алан опустил деревянный меч и свистнул. Дей, слишком усталый для того, чтобы увидеть все более четко, тем не менее понял: ему принесли воды. Подхватил из рук служки чашу, заполненную до половины, что сейчас было очень кстати — руки дрожали как никогда. — Спасибо, Тейлур, — выговорил Дей, выпив все маленькими глотками. Мальчик, похоже, его ровесник, но, видимо, чуть старше, отошел с поклоном, шепча слова благодарности. Впрочем, на свой возраст Дей никогда себя не чувствовал, и сейчас ему было неловко за подобную малость — запоминать имена всех, кто рядом, учил его отец. «Имя — это суть ши, это самое важное, и это та благодарность и вежливость, что обязан выказывать подданным принц и король». В памяти всплыло одно давнее воспоминание, казавшееся неприятным, а сейчас вспоминавшееся с пронзительной болью, что мешалась с радостью. *** В один из дней, ни­чем не при­меча­тель­ных, ес­ли не счи­тать оче­ред­ной бе­зум­ной вы­ход­ки под­раста­юще­го нас­ледни­ка все­го Бла­гого Дво­ра и в час­тнос­ти До­ма Вол­ка, за зак­ры­тыми дверь­ми ко­ролев­ских по­ко­ев про­ис­хо­дил очень важ­ный, пусть и глу­боко оче­ред­ной раз­го­вор меж­ду сы­ном, пре­ем­ни­ком ко­ролевс­тва и ди­нас­тии, и от­цом, сок­ру­ша­ющим­ся о не­иде­аль­ном ус­трой­стве ми­ра. В ко­торый уже раз. — Дей! Нет, ну я по­нимаю, ты мо­лод, мой сын, ко­сулю на прош­лой не­деле впол­не мож­но спи­сать на не­опыт­ность! — воз­бужден­но рас­ха­жива­ющий ко­роль в длин­но­полых одеж­дах слег­ка за­метал и взме­тывал пыль, вов­се это­го не за­мечая. — Но кто так за­дира­ет ко­суль?! Воп­рос на тра­гичес­ком из­ло­ме за­вис в воз­ду­хе, про­дол­жая зву­чать дол­гой зна­чимой но­той, от­да­ва­ясь эхом в сте­нах древ­не­го зда­ния и зас­тавляя нас­ледни­ка, на­деж­ду и опо­ру, то­мяще­гося в уг­лу, лишь сми­рен­но взды­хать. Пе­реби­вать от­ца в та­ком сос­то­янии бы­ло чре­вато, бо­лее да­же чре­вато, чем обыч­но, но усев­ший­ся на лю­бимо­го конь­ка Май­лгу­ир мог ра­зыг­ры­вать этот спек­такль ча­сами. И что­бы не ме­шать пред­став­ле­нию, все реп­ли­ки ко­торо­го бы­ли рас­пи­саны, ка­жет­ся, за­дол­го до рож­де­ния Дея (Дей по­доз­ре­вал, что реп­ли­кам ни­как не мень­ше двух ты­сяч лет, та­кое за ни­ми бы­ло ли­цедей­ское мас­терс­тво, од­на­ко не мог со­об­ра­зить, ко­го от­чи­тывал Май­лгу­ир тог­да), нас­ледник стой­ко мол­чал, поз­во­ляя се­бе из­редка и впол­го­лоса раз­ба­вить мо­нолог. — Кто так за­дира­ет ко­суль?! — воп­рос пов­то­рил­ся, как для аб­со­лют­но глу­хого вдо­бавок, с за­ламы­вани­ем рук и от­четли­вым про­гова­рива­ни­ем слов. Отец взмах­нул по­лами одежд и сно­ва раз­вернул­ся, ка­жет­ся, поп­росту лю­бу­ясь со­бой. — И прав­да, — Дея вдруг на­чал за­нимать этот мо­мент, — кто?.. — Ник­то! — отец да­же как-то ра­зоча­ровал Дея при­выч­ным от­ве­том. — Ник­то! Кро­ме те­бя! На­до же бы­ло пе­реку­сить ей ве­ну нас­толь­ко! — аж за­дох­нулся от воз­му­щения. — Не­лов­ко! — Так вот как это на­зыва­ет­ся, — нас­ледник вор­чал ти­хо, что­бы ко­роль не слы­шал. — Не­лов­ко. А я-то по­лагал, это на­зыва­ет­ся «ах ты ж твою на!» Не­лов­кое дви­жение вслед за фи­гурой от­ца зас­та­вило мо­лодо­го вол­ка по­мор­щить­ся, сей­час — имен­но не­лов­кое. Ко­сулю он приз­на­вать не­лов­кой от­ка­зывал­ся. — Но я не о том! Я вов­се не о том! Это мож­но за­быть! Мож­но! Хо­тя, кто так за­дира­ет ко­суль! Но это мож­но за­быть! Хо­тя кто, кто, ну кто-о так за­дира­ет ко­суль?! Дей пе­ревел дух, вды­хая глу­боко, так, что крылья но­са на мо­мент по­беле­ли. Очень хо­телось обер­нуть­ся и по­казать, кто, кто, ну кто-о так за­дира­ет ко­суль. Од­на­ко отец не лю­бил оче­вид­ные от­ве­ты, а рас­ка­лен­ное же­лезо всег­да бы­ло в До­ме Вол­ка под ру­кой. Пор­тить шку­ру лиш­не­го не хо­телось. И Дей тер­пел. — Дей! Ты мой нас­ледник! На­деж­да! Опо­ра тро­на! Ты дол­жен быть луч­ше ме­ня, ведь ты сто­ишь на мо­их пле­чах! — обоз­на­чен­ные пле­чи ши­роко рас­пра­вились. Взгляд стар­ше­го вол­ка пы­лал жел­тизной и ни­чего не ви­дел в упор. — В дан­ный мо­мент я стою на го­рохе… — «опо­ра тро­на», стоя на ко­ленях, ощу­щал се­бя дей­стви­тель­но опо­рой. — Пусть за­дирать ко­суль ты со­вер­шенно к сво­им че­тыр­надца­ти го­дам не на­учил­ся! Иног­да Дею ка­залось, что на его за­тыл­ке уже яв­но обоз­на­ча­ет­ся плешь — с та­кой страстью отец её прог­ры­зал. — Пе­ред то­бой от­кры­ты все пер­спек­ти­вы, но мое сер­дце об­ли­ва­ет­ся кровью, гля­дя на то, как ты без­дарно, да-да, без-дар-но ими раз­бра­сыва­ешь­ся! — Май­лгу­ир вы­рази­тель­но схва­тил­ся за стра­да­ющее от­цов­ское сер­дце. Впро­чем, гла­за в сле­ду­ющий мо­мент опять свер­ка­ли яр­ко. — Где бы­ла твоя лох­ма­тая го­лова?! — взре­вел и за­шел на оче­ред­ной круг по гос­те­вому за­лу. — В дан­ный мо­мент я без­дарно раз­бра­сыва­юсь сво­ими нер­ва­ми и нем­но­го го­рохом, — не то что­бы Дей так уж жа­лел зёр­на, при­год­ные в пи­щу, но ду­ша тре­бова­ла про­тес­то­вать. — А го­лова у ме­ня по­нят­но где. — Не го­вори ни­чего! — от­вра­ща­ющий жест ру­кой был глу­боко из­лишним сы­ну и нас­толь­ко же глу­боко не­об­хо­димым от­цу. — Го­лова у те­бя по­нят­но где! — ко­роль До­ма Вол­ка за­вел ру­ки на­зад, сцеп­ляя их сра­зу за спи­ной и зас­тавляя на­кид­ку с ме­ховым под­бо­ем ме­тать­ся за со­бой по­доб­но хвос­ту. — Не там, где по­ложе­но по­рядоч­ным хо­дом ве­щей! Дея всег­да вос­хи­щал и ин­те­ресо­вал этот «по­рядоч­ный ход ве­щей». Где он пря­тал­ся и как про­ис­хо­дил — ос­та­валось тай­ной за семью пе­чатя­ми. — Ты прек­ра­сен как волк! Но не как пра­витель! И сов­сем не как ши! — ноз­дри Май­лгу­ира сер­ди­то тре­пета­ли и раз­ду­вались. — В те­бе жи­вет толь­ко жаж­да кро­ви, вспом­нить хоть ко­сулю, а моз­гов на чай­ную лож­ку! Это срав­не­ние бы­ло но­вым, Дей за­ин­те­ресо­ван­но по­дал­ся впе­ред, азар­тно пред­по­лагая про­дол­же­ние: — Са­мую чай­ную! Нет, дет­скую, и без вер­ха! — и за­мер под вер­нувшим­ся взгля­дом от­ца, при­киды­ва­ясь очень рас­ка­ива­ющим­ся. — На чай­ную лож­ку без вер­ха! — го­лосом Май­лгу­ира мож­но бы­ло бы ос­ту­жать за­готов­ки в куз­ни­це, ес­ли бы он по­шел ту­да сей­час. — Ина­че я не мо­гу объ­яс­нить твое по­веде­ние! Сто­ило от­цу от­вернуть­ся, Дей озор­но ус­мехнул­ся сам про се­бя, да­вая эмо­ци­ям хоть ка­кой-то вы­ход. Отец всег­да по­чему-то слиш­ком пе­режи­вал, ког­да Дей… Впро­чем, сле­дова­ло об­ра­тить­ся к Май­лгу­иру с са­мым по­ка­ян­ным ви­дом. — Пры­гать на­до на жи­вую до­бычу, мой сын! А не на собс­твен­ный дво­рец и тем бо­лее Дом! И Дом тво­его от­ца! — ко­роль рух­нул на крес­ло, вы­пол­ненное в том же сти­ле, что и трон До­ма. Взмах­нул ру­ками, ши­рокие ру­кава пов­то­рили жест от­ча­ян­но кра­сиво, Дей нем­но­го за­любо­вал­ся. Эта часть ему нра­вилась за ар­тистизм. — Кто про­сил те­бя! Как мысль, ес­ли это мож­но наз­вать мыслью, за­роди­лась в тво­ей лох­ма­той го­лове?! Отец с си­лой вы­дох­нул, за­ломил кра­сивые бро­ви, прик­рыл гла­за, а по­том по­доз­ри­тель­но ус­та­вил­ся на сы­на. — И что ты там бух­тишь про се­бя, Дей?! — Пов­то­ряю, что­бы луч­ше за­пом­нить, — не ожи­дав­ший пря­мого воп­ро­са вол­чо­нок рас­те­рял­ся, но от­ве­тил удач­но и поч­ти спо­кой­но. =На что Май­лгу­ир толь­ко от­ки­нул­ся спи­ной на крес­ло, утом­ленно прик­рыл гла­за всей ла­донью: — Нет, это ре­шитель­но не­воз­можно! Сна­чала ко­суля, те­перь это… Дей со­вер­шенно не по­нимал, что уж та­кого уж от­кро­вен­но прес­тупно­го в прыж­ке. Ну по­дума­ешь, из ок­на в ок­но. Ну по­дума­ешь, из баш­ни в баш­ню. Ну по­дума­ешь, на вы­соте. И то, что он пры­гал с за­вязан­ны­ми гла­зами, к де­лу вов­се не от­но­сит­ся! Тем бо­лее не от­но­сит­ся, что пры­жок в этот раз, не то что в прош­лый, был удач­ным! Дей пе­реп­рыгнул, по­пал и хо­рошо при­зем­лился! Но Джа­ред все рав­но по­чему-то ру­гал­ся, как мог толь­ко со­вет­ник: хо­лод­но и ти­хо, про­буж­дая стыд и со­весть. По­тихонь­ку под­гры­за­ющие ду­шу мо­лодо­го вол­ка. А те­перь ещё и яв­но расс­тро­ен­ный отец. Ко­торый уже с ми­нуту смот­рит на Дея, от­няв ру­ку от ли­ца, по­доз­ри­тель­но блес­тя­щими гла­зами. — Ну встань уже, что ты как ди­тя ма­лое, — неб­режный жест ру­кой, по­ворот го­ловы, что­бы спря­тать му­читель­ную гри­масу. Не­типич­но. Не­похо­же. И Дея, на­конец, осе­ня­ет. Мо­лодой волк под­ни­ма­ет­ся, мед­ленно от­ря­хива­ет ко­лени, опа­са­ясь, что по­нял от­ца все же как-то неп­ра­виль­но, но со­весть и но­вое ощу­щение нуж­ности, вос­по­мина­ние о дол­гом ле­чении пе­рело­ман­ных кос­тей, пос­ле пер­вой, по чес­ти ска­зать, не слиш­ком удач­ной по­пыт­ки прыж­ка, не да­ют не ска­зать: — Я боль­ше не бу­ду так глу­по рис­ко­вать, прос­ти, отец. Май­лгу­ир взры­кива­ет, как буд­то его ра­нили, вста­ет и ма­хом заг­ре­ба­ет дол­го­вязо­го вол­чонка в объ­ятия. — Из­воль об этом впредь пом­нить! — в объ­яти­ях теп­ло и у­ют­но, Дей дав­но не чувс­тво­вал се­бя нас­толь­ко до­ма. — Но ко­сулю я те­бе про­щать не со­бира­юсь!.. …Сов­сем как до­ма. *** Дей тряхнул головой. Пусть он сейчас не может посоветоваться с отцом, но может хотя бы побыть рядом! И выговорить вслух то, что его сейчас беспокоит. — Я… — начал Дей, закашлялся, а Алан закончил: — Мой король, я провожу вас к отцу.