Естественно вдребезги

      Ядовито-жёлтые клубы дыма устремились вверх, еле заметной рябью подрагивая на сыром зловонном ветру, и расплываясь в непроглядном тумане.       — Как день прошёл? — с неизменным себе задорством спросила Шинобу, опуская руку с тлеющей сигаретой, и с привычным ехидством смотря на Томиоку.       Держа руки в карманах, мужчина опустил взгляд, посмотрев на размокший и развалившийся полуплотными мякишами картон, он валялся чуть ли не везде. Переулок, что насквозь пронизан крепким и стойким запахом табака, даже после затяжного ливня не переставал расцветать во всей красе своих зловоний. Едкий, но сладковатый аромат табака навечно впитался в каждую стенку, каждый грамм асфальта, и каждую валяющуюся по углам коробку, будто бы сливаясь воедино с рядом находящимися предметами.       — «Как ночь прошла», — вполголоса поправил Гию её, делая акцент на слове «ночь».       — Хм, звучит как вопрос, адресованный другу-извращенцу, переспавшему с новой шлюхой. Неужели ты такой, Томиока? — тихо воскликнула женщина, склоняя голову на бок, и спустя секунду тишины, прерванной лишь страдальческим вздохом мужчины, добавила, — Тем более, что мне мешает спросить, как в целом ты провёл прошедший день?       Пока он размышлял над тем, как лучше ответить, Кочо дрогнула от утреннего холода, и плотнее запахнула серый кардиган левой рукой, оперевшись на неё правой. Где-то на горизонте уже, наверное, занимался бледный и совсем бесцветный рассвет, какой бывает после долгих дождей, когда тучи не успевают расходиться к утру. Но этот свет всё равно невозможно было разглядеть через плотный туман. Иногда Гию казалось, что даже соседнюю стенку разглядеть было нереально.       — Нормально, — прошептал Томиока, надеясь, что девушка его не услышит.       Но вопреки всем мечтам со стороны тут же раздалось:       — Ты ещё не подавился этим «нормально»? — сверкнула девушка своими фиолетовым глазами — Или у тебя настолько маленький словарный запас? Или у тебя реально очень мало общения с другими людьми? Или тебе вообще новых заданий не дают, что дни такие монотонные?..       Томиока показушно закатил глаза, готовясь к очередной доёбке со стороны его «лучшей подруги», с уже привычным спокойствием терпя слабые тычки пальцами в своё плечо.       И пока все мысли сосредоточились на том, какая Шинобу надоедливая, и как она заебала, Гию совсем потерял концентрацию, позабыв о всём творящемся вокруг, потому не сразу заметив внезапный мощный толчок в бок. По пяткам, голени, спине и шее тёмным ужасающим страхом молниеносно прошлось чувство незащищённости, защемляя какой-то здравомыслящий нерв в голове. Ранее Томиоке не доводилось такого осязать на своей шкуре, ведь не позволял неопознанным личностям приближаться слишком близко, а тут — вплотную.       Резко оборачиваясь, и большей частью себя, вопящими инстинктами готовясь атаковать, он был очень ошеломлён и озадачен, увидев перед собой буквально ничего. На секунду в груди шевельнулась паника, не привычная Томиоке уж совсем, но, увидев чью-то грязно-красную макушку на уровне его груди, и услышав тихий всхлип, не соответствующая темпераменту Гию эмоция вмиг исчезла, сменяясь чем-то ещё более странным.       Он опустил недоумевающий взгляд на них. Двое… Нет, трое. Трое детей. Девочка и мальчик, у которого на спине сидит ешё один ребёнок, боязно высовывая заплаканный взгляд из-за головы старшего. И все они с такой надеждой смотрят на Томиоку, что заставляло мужчину пребывать в ещё большем непонимании. Но всё же это не мешало ему разглядеть этот крошечный отблеск страха перед Гию в рубиновых глазах.

***

      Не зная, что сказать и что делать, он просто продолжал пялиться на мужчину, пока эта ничем и никем не прерываемая неловкость нарастала, как казалось Танджиро. И растерянность постепенно начинал перерастать в надежду, что мужчина первым прервёт тишину, потому что Камадо не мог нормально сформулировать свою речь.       На секунду Танджиро одолела ещё одна порция сомнений. Ведь получается, он вмешивает в свои проблемы кого-то другого. И с мыслью, что этого незнакомца могут убить, парень чувствовал свою вину.       Страх. То, как мужчина смотрит на него своим ледяным взглядом, уже от него одного зной пробирал тело. Камадо боялся, что его посчитают виноватым за то, что возможно случится в ближайшем будущем. Ему хотелось уйти, побежать в другую сторону, скрыться прочь. Подальше, лишь бы этот человек не попался на пути у его преследователей.       «Есть шанс, что я успею убежать в другую сторону?» — Танджиро отступил на шаг назад и, потянув Незуко за руку, завёл её за свою спину, — «Беги, пока не поздно».       Но почему-то Камадо никак не мог избавиться от диковинного чувства, нахлёстывающего мелкими волнами одна за другой. Синий оттенок глаз выражал странную смесь серьёзности, жестокости, хладнокровия и малой доли страха.       Громкий возмущённый крик сзади разверз эту пропасть из тихой неловкости. По спине пробежался табун мурашек. Поздно.       «Поздно?!» — Танджиро быстро оглянулся назад, глупо надеясь и прикидывая, успеет ли он с Незуко и Рокутой быстро проскользнуть мимо выскочившей из-за поворота группы людей в фиолетовых костюмах.

***

      Томиоку снова охватило немым ужасом. Тело оцепенело от шока, когда в него врезались эти дети, но сейчас — обратная реакция. Кровь горячо растекалась по венам. Он снова мог размышлять в привычном темпе.       Эти люди… Тёмно-лиловые костюмы. Они совершенно точно из «Сонных Демонов», организации, с которой Мафия довольно продолжительное время воюет. Так же группка людей, не похожи на особо сильных бойцов, на их щёках, судя по всему, нет ни одной татуировки — признака Двенадцати Лун. Томиока понимал, что, увидев их с Кочо, они попытаются сбежать, ведь, как никак, двое из девяти руководителей Мафии. Нельзя дать им сбежать.       Грубо и небрежно оттолкнув красноволосого парня с пути, Томиока сделал выпад, выставляя руки вперёд, и с такой силой напрягая пальцы, что костяшки побелели и сквозь тонкую истерзанную многочисленными порезами и побоями кожу набухли крупные вены. В тот же момент со всех стен, с непроглядной в тумане крыши, с грязных луж и из влажного воздуха сорвались переливающиеся маленькие и большие массы воды.       Способность: «Утопленник заледеневшего моря»