Глава 4. Не сбегай!
3 января 2020 г., 09:31
Каждый семикурсник чувствовал изменения. Вроде они совсем не дети — уже все совершеннолетние, готовые к взрослой жизни. Но им словно дали ещё шанс немного побыть детьми. Тот шанс, который отняла война. Ещё один учебный год, когда они могут быть немного беззаботными, немного озорными. Немного свободными.
Но изменения есть, и они прекрасны! Ребята вдруг осознали себя взрослыми. Да, им ещё хочется шалить и дурачиться, смеяться и ругаться. Но они стали видеть друг друга. Они, как будто поняли — неожиданно, — что у каждого есть душа. Ранимая душа, которую можно задеть, причинить боль. И у них появилась потребность беречь друг друга. Даже бывшие враги взглянули на свою вражду иначе.
Грейнджер после разговора с Монтегю, неожиданно для себя, подумала: «Зачем я нагрубила Малфою? Можно же было иначе. И он бы понял. Ведь он пытался поговорить. Несуразно, но он это сделал. А я…»
Гермионе стало досадно. Нет, она не дала себе слово быть мягче, спокойнее. Но ей этого хотелось.
В одночасье Грейнджер оказалась той частью Хогвартса, которая раньше была ей неведома. Она не стала самой яркой звездой на небосклоне, но она стала одной из звёздочек, которую заметили, о которой думали. Для гриффиндорцев она по-прежнему была «своим парнем». Мальчики ничуть не изменили к ней отношения, которое всегда было очень уважительным. Её это радовало. Гермионе нравилось, что у неё есть друзья.
Но появились другие. Больше всего озадачивали слизеринцы. Эти надменные, избалованные парни, которые не привыкли к отказам, вдруг присмирели. Монтегю забыл про пошлые шутки и высказывания. Нотт стал каким-то молчаливым. Малфой вообще пугал. Он был словно каменный.
Гермионе все эти перемены казались странными, но она никак не связывала их с собой. Она думала лишь об одном — Виктор рядом. Он так близко, но она ни на шаг не может приблизиться к нему. Это удручало.
Часто во время тренировок она приходила на трибуны и прямо там готовила задания на завтра. Виктор не каждый раз мог поговорить с ней, но Гермиона всё равно приходила.
Однажды наступил момент, когда она перестала смотреть расписание и по ошибке явилась на стадион во время тренировки слизеринцев. Она уже сидела на трибунах, когда на поле выдвинулись серебристо-зелёные. У Гермионы сердце ушло в пятки. Она замерла и растерялась. Как отсюда сбежать?
Парни заметили её в ту же секунду. Бежать поздно.
— Ооо! Гриффиндорская богиня почтила нас своим присутствием! — прокричал на весь стадион Грэхем, улыбаясь во всю ширь, и грациозно поклонился. Остальные одобрительно захохотали, а Гермиона зарделась, не представляя, как реагировать.
Она медленно приподнялась, взяла сумку.
— Не сбегай, Грейнджер! — крикнул Нотт. — Мы тебя не съедим! Останься! Может сменишь свои предпочтения?!
— Я болею за Гриффиндор! — с улыбкой крикнула она, а сердце почти вылетело из груди. Слизеринцы разочарованно загудели.
— Ты просто на нашей тренировке не была! Останься! — прокричал Грэхем. Она не могла понять, шутят они или нет.
— Я на пять минут! У меня к тренеру вопрос! — попыталась отделаться Гермиона.
— Да, не ломайся, Грейнджер! Тебе что, трудно? — усмехнулся Гойл.
У неё все поджилки тряслись. Зачем они её уговаривают? Гермиона оглянулась по сторонам. Ни одной девушки. Слизеринки разве не ходят на тренировки своей команды?
— Ладно! — крикнула она. — Но если мне станет скучно, я уйду!
У парней глаза загорелись. К приходу Крама они уже как умалишённые носились по стадиону и вытворяли какие-то невероятные кульбиты.
Виктор немного удивился. Заметив Гермиону, следящую за слизеринцами, испытал лёгкую досаду.
Он поднялся на трибуны.
— Здравствуй, — немного озадаченно произнёс он.
Гермиона вздрогнула.
— Здравствуй!
— Что ты здесь делаешь? Это же не твой факультет.
— Да… Я… — Гермиона не знала, что сказать.
— Ты с кем-то из них встречаешься? — с сомнением спросил он.
— Нет! — воскликнула она. — Нет, нет! Я просто… Виктор, я…
Ну не может же она сказать, что пришла к нему. Её немного затрясло.
— Ты ждёшь меня? — вдруг спросил он, и ей показалось, что в его голосе что-то дрогнуло.
— Я пойду, — выдохнула Гермиона, вскочила и быстрым шагом направилась к выходу. Слизеринцы замерли в воздухе. Парни переглянулись.
Тренировка продолжалась, но весь азарт куда-то исчез.
Грейнджер неслась к замку, чувствуя себя полной дурой. Зачем она осталась? Зачем вообще пришла? Виктор понял, что она приходила к нему. Гермиона не должна его компрометировать. Как же глупо!
Девушка была расстроена до слёз.
«Не пойду туда больше. Это глупо. Сейчас не время. Ничего у нас с Виктором не выйдет, его уволят из-за меня. А для его спортивной карьеры это ещё хуже».
Она почти бежала по коридору, сломя голову. Резкий удар в плечо.
— Ай! — Гермиона падает, но не долетает, подхваченная под руки.
— Грейнджер! Ты нормальная? Где глаза оставила?
Она вскинула полные слёз глаза на слизеринца.
— Извини. Я нечаянно. — Она быстро вытерла глаза рукавом. Малфой выпустил её из рук. — Спасибо, — шепнула Гермиона.
— Ты в порядке? — заглянув ей в глаза, спросил Драко. Ему казалось, что сердце стучит где-то в горле.
Гермиона дышала через силу.
— Да. Всё в порядке.
«Ты плачешь. Где в порядке? Какой урод это сделал?» — пронеслось в голове.
Он поднял её сумку. Гермиона кивнула, закинула её на плечо и помчалась в библиотеку. Не хотела никого видеть.
Дыхание сбилось. Кажется, его ладони всё ещё чувствовали её тепло. Малфой сжал кулаки. Он проводил её взглядом и двинулся дальше, правда, вспомнил куда шёл только минут через пять. Её глаза полные слёз заняли всё сознание. Почему в детстве его это абсолютно не трогало? Что изменилось? Ну, если это Монтегю или Нотт. Да кто бы ни был! Он им устроит!
Драко вернулся в гостиную, когда команда была уже там. Парни собирались на ужин.
— Знаешь, кто у нас был на тренировке? — загадочно так произнёс Тео. — Мисс Грейнджер.
Сердце ёкнуло.
— Что она там забыла? — совершенно безразлично спросил Драко.
Тео пожал плечами и, понизив голос, предположил:
— Я думаю, она приходила к Краму. Но Грэхем слишком высокого о себе мнения.
Малфой молчал, пытаясь понять причину её слёз.
— Монтегю ей не нахамил?
— Нет. Крам явился, и она ушла, точнее убежала — практически. По ходу, мужик не понимает своего счастья.
— Его уволят. Ему не нужен скандал.
— Ой! Драко, признай! Даже если Крам будет иметь здесь всех девчонок, его никто не сдаст, — скептически вздохнул Нотт.
Драко невольно сжал кулаки. Неужели Крам и Грейнджер? Стало мерзко.
На ужин Грейнджер не пришла. Слизеринцы очень недружелюбно пялились на преподавательский стол, где абсолютно бесстрастно ужинал Виктор.
Он чувствовал их взгляды. Но это его не волновало. Тревожило то, что Гермиона не пришла. Всё его спокойствие было исключительно внешнее. Внутри всё кипело. Он не хотел обижать её, не хотел терять. Виктор не знал, что делать. Осознавал, что девушка важна для него и это беспокоило. Знал бы он, что она будет здесь, может, и не принял бы приглашение в Хогвартс. Слишком сильный соблазн. Ему и так тяжело давалось засыпать по ночам.
Но слизеринцам это знать не дано. Грейнджер нет за столом гриффиндорцев. Этого уже много.
Ужин заканчивался. Поттер и двое Уизли направились к выходу. Монтегю в два прыжка преодолел расстояние.
— Где ваша подруга? — нервно спросил он.
Малфой напрягся, готовясь к потасовке.
— В смысле? — опешил Гарри.
— Ты тупой? Где Грейнджер? — раздражался Грэхем.
— Остынь, Монтегю! — вмешался Рон. — Она в порядке. Сказала, что не голодная. Тебе-то зачем? Она же дала понять, что…
— Не твоё дело, Уизли!
— Неужели?
Парни завелись за полсекунды.
— Джентльмены, в чём дело?
«Тебя не хватало!» — психовал Малфой, буравя глазами подошедшего Крама.
— Ни в чём! — бросил Грэхем и отправился на выход. Гриффиндорцы постояли с полминуты в недоумении и тоже ушли.
«Что она со всеми сделала? Что сделала со мной? Колосок заплела? Бояться перестала? Грубиянам улыбается? Колдунья! Амортенцией всех опоила?» Малфой был растерян. Что происходит?
— Гермиона, ты как? — с сочувствием произнесла Джинни, протягивая подруге кусок пирога на тарелке.
— Я не знаю, — вздохнула Гермиона. — Кажется, я влипла.
— Из-за Виктора? — тихо спросила Джинни. Гермиона кивнула.
— Ну, что делать — он учитель. Этого нельзя допускать.
— Я знаю. Не понимаю, что со мной. Он ведь мне не так уж был и нужен раньше. Чего я зациклилась?
— А как тебе Монтегю? — несмело улыбнулась Джинни.
— Кто? — в ужасе распахнула глаза Гермиона.
— Он спрашивал о тебе.
— Кто, Монтегю? — девушке казалось, что это шутка.
— Если бы Виктор не вмешался, кажется, наши мальчики подрались бы.
— Что за бред! — Грейнджер окунула пальцы в волосы и плюхнулась на подушку.
И правда, что происходит?
