Из огня да в полымя. Версия

      Почему она испытывает это странное чувство? Оно никак не вяжется с ситуацией! Никак!       В таких случаях Гермиона всегда всё раскладывает по полочкам! Итак! Она встречается с Виктором. У них чудесные отношения, потрясающая близость! И ничего, что им приходится скрываться. Лучше разве может быть? Куда лучше?       С друзьями полное доверие и взаимопонимание. Наверное. Нет! Мальчикам вовсе не обязательно знать, что она проводит время с их тренером по квиддичу. Зачем? Её это даже не смущает!       В учёбе всё без сучка без задоринки, как всегда!       Тогда почему? Почему ей так досадно? Почему ощущение такое, что что-то не так?       Он сказал:"Ты не виновата…» Конечно не виновата! Гермиона ни при чём! Он просто так пошёл ночью на поляну, где практически застукал её с Виктором! И она тут не при делах! Это единственное место в Запретном лесу, где можно «просто гулять»!       «Ну, что ты бесишься? Он тебе нужен? Какое тебе до него дело?» — Гермиона уже часа два себя изводила. Сказал Малфой, что она ни при чём! А что ещё он должен был сказать? «Грейнджер, я ждал тебя»? Она усмехнулась этой мысли, но усмешка была очень и очень невесёлая.       Что творится? Она не понимает. Почему такая едкая досада? Неужели Гермиона хочет, чтобы он и правда ждал её? Кто? Малфой? Ждать тебя? «Поганую грязнокровку»? Дура! Дура! Он никогда не изменится! Выкини из головы! Нашла о чём думать!       У тебя всё есть! Есть Виктор! С ним так хорошо! Он чудесный человек! Чего ещё надо?       «Да, что же ты всё лезешь в мою голову?!»       Она ничего лучше не могла придумать. Нужно увидеть Виктора… Поговорить, прижаться к его груди, почувствовать его силу, его ласку, и всё пройдёт!       — Гермиона, пойдём с нами! У нас тренировка! — весело сказала Джинни.       — Сегодня? — очень удивилась Гермиона.       — Ага! Крам парням сказал, что слизеринцы свою отменили. У их ловца что-то случилось. Виктор предложил Гарри. Так что мы собираемся через час.       — Хорошо! Я пойду! — довольно радостно согласилась Гермиона, в надежде улучить минуту и хотя бы поговорить с Виктором.       — Малфой, спишь?       — Нет.       — Разговор есть.       Драко неспешно повернулся на кровати лицом к Монтегю, застывшему в дверях.       — Если ты насчёт вчерашнего, — лениво начал Драко.       — Да мне начхать. Если бы не Паркинсон, хрен бы я куда пошёл. Но ты же её знаешь.       — Знаю…       — Короче. Нам нужен ловец. Знаю, тебя не интересует, но через две недели игра, а Коллинз должен свалить…       — Это кто?       — Включи логику.       — Он с какого курса?       — С пятого.       Драко усмехнулся.       — Что со всего факультета ни одного ловца не нашлось?       — Слушай, не строй из себя звезду! Может и найдём, но за две недели подготовить ловца не реально. А игра с Гриффиндором. С Поттером тягаться…       — Я понял, — с досадой бросил Драко. — Ищите ещё кого-то. Я не в форме.       Малфой отвернулся к стене.       — Знаешь. Мне, в принципе, до фонаря. Более того, ты мне не нравишься. Я с тобой говорю только из-за ребят, они просили меня как капитана. Меня не уважаешь, твоё дело. А парни тут ни при чём. Тем более Пэнси. Она тоже просила. Я найду других, желающие есть. Но у них нет шанса выиграть. У Поттера опыт, у тебя тоже. Тренировка в среду.       Дверь закрылась.       Дыхание участилось. Сердце забилось быстрее. Адреналин. Малфой чувствовал, как внутри закипает, бурлит и хочется орать в голос. И желательно что-то очень нецензурное.       Он так давно не летал. Последний полёт — побег из Выручай-комнаты. Одно из худших воспоминаний в его жизни. Малфой больше не хотел летать. Никогда. Играть в эту дурацкую игру? Сейчас?       Тихий стук в дверь. «Да, кто там ещё?!»       — Да! — нетерпеливо бросает он.       — Драко, — он выдыхает. Сердце смягчается. Пэнси.       — Заходи.       Драко резко поднимается. Надевает туфли. Девушка появляется в дверях.       — Грэхем говорил с тобой?       — Да.       — И, что же?       — Ничего…       — Ты что, откажешься? — полные недоумения и недовольства глаза.       — Я не хочу, Пэнси.       — Что значит «не хочу»? Решил всех нас подвести? Без ловца у нас нет шансов!       — Шансов на что? Это просто игра! Развлечение! — с усмешкой воскликнул Драко.       — Ну, знаешь! Вот тут я с Грейнджер согласна!       — Что?! — прищурившись прохрипел он.       Пэнси сжала кулаки.       — Я говорю, Грейнджер права! — чётко произнесла она. — Ты своим отношением лишаешь весь факультет всякого интереса к учёбе, к движению вперёд! Ничего не хочу! Ничего не надо! Плевать на всех! Эгоист хренов! Сгниёшь в своей норе! А она… Ох! Лучше бы она тебя не жалела! Тебе нужна её жалость, Малфой?!       — Нет! Мне не нужна жалость! Ничья! — не выдержал Драко, срываясь на крик.       — Так прекрати ныть! Возьми себя в руки! Ты Малфой или кто? Не позорься! — с этими словами она выскочила из комнаты и хлопнула дверью.       В эту дверь тут же полетел светильник с прикроватной тумбочки, и осколки разлетелись по всей комнате.       — Достали! — прорычал он сквозь зубы и грохнулся на кровать лицом в подушку.       «Грейнджер права! Хрена с два! Не нужна мне твоя жалость!»       Драко кипел! Он горел. Сгорал. «Ты больше не будешь меня жалеть.»       Когда Виктор увидел Гермиону на трибунах, очень заволновался. Она так давно не приходила на тренировки. Видимо, хочет поговорить. Утром ему показалось, что что-то не так.       Пока гриффиндорцы носились в воздухе, Виктор подсел к Гермионе.       — Привет, малышка.       — Привет, Виктор!       — Что-то случилось?       Вид у обоих был совершенно безразличный. Со стороны казалось, что они обсуждают погоду или учёбу.       — Я утром была не в себе. Прости. Заметила, что ты расстроился.       — Я что-то не так сделал? Вчера, — Виктор еле заметно покраснел, но она заметила и улыбнулась.       — Ну, что ты! Это было так чудесно! Мне никогда в жизни так хорошо не было.       Гермиона не смогла скрыть волнения. Воспоминания заполнили её целиком. Тело, словно вспомнило прежние ощущения, вызывая новую жажду. Ему так понравилось, как она положила ногу на ногу, потирая колени друг о друга, а дыхание утяжелилось…       — Останься после тренировки, — тихо произнёс он. В его голосе Гермиона услышала те самые хриплые нотки, которые так ей нравятся!       — Ох! Я не знаю. Меня заподозрят…       — Уйди раньше, немного. В раздевалке для девочек есть кладовая. Когда все уйдут, я приду к тебе.       — Ладно, — не сумев скрыть улыбку, вздохнула Гермиона. — Только, вдруг меня кто-нибудь увидит?       — Если тебя не будет, я пойму. Но… вдруг получится?       Тренер отправился на поле. Девушка не сводила с него глаз. А вдруг и правда удастся?       Спустя полтора часа Гермиона торопливо спустилась с трибун и направилась в раздевалки. Войдя в небольшое здание, с волнением искала нужную дверь.       Тут одна из них распахнулась. Перед ней стоял Малфой в форме своей команды и с метлой. У Грейнджер сердце рухнуло в пятки. Вот так сюрприз! Ну, почему именно он?! Не бывать её свиданию с Виктором.       — Не знал, что ты играешь в квиддич, — ухмыльнулся Малфой.       «Совсем, как раньше,» — мелькнуло у неё в голове.       — Я не играю. Меня Джинни попросила, — начала она.       «Знаю я, зачем ты здесь. Пришла тренера ублажать.» — подумал он, и стало так хреново. До тошноты.       — Не оправдывайся. Это ни к чему… — бросил он и отправился к выходу.       — Я не… — внутри всё сжалось. «Как же это ужасно, что он всё знает.»       Гермионе стало страшно. Она сама не понимала почему. Страх смешался с другим чувством, которое ещё ни разу её не посещало. Грейнджер считала, что её отношения с Виктором — это личное дело, и она ни перед кем не должна оправдываться. А тут… Ей стало стыдно, словно она преступница. Почему её так задевает то, что Малфой знает о её жизни больше, чем ей того хотелось?       Он в форме. Значит, пришёл на тренировку. Один? Ей точно лучше не пытаться сегодня встретиться с Виктором. Гермиона поплелась обратно на поле. Малфой шёл неторопясь, спокойной, уверенной походкой, шагах в десяти впереди неё.       Малфой ведь не играл. Грейнджер это точно знала. Знала, что он не собирался возвращаться к игре. Может, так он решил бороться с депрессией? Тем более у Слизерина не стало ловца. Она вдруг поняла, что рада за него. Не понимает, что происходит, но может квиддич немного взбодрит его, появится интерес к жизни?       Зачем ей это? Какое ей дело? Гермиона удивлялась собственным мыслям.       Драко немного не дошёл до поля, свернул за трибуны, не желая встречаться с гриффиндорцами.       Виктор был окружён игроками команды, они что-то активно обсуждали. Гермиона остановилась неподалёку. Виктор бросил на неё взгляд и, конечно, сразу понял, что их встреча отменяется. Было любопытно, почему.       Игроки попрощались, отправились в раздевалку.       — Сэр, могу я спросить? — начала Гермиона и почувствовала, как впадает в краску.       — Конечно, мисс Грейнджер, — ответил Виктор с вопросительным взглядом.       — Ты идёшь, Гермиона? — окликнула Джинни.       — Через минуту! — ответила девушка. — Сэр, на первом курсе Пуффендуя учится девочка, Марго. Не знаю фамилию, — заговорила Гермиона, и сокурсники тут же потеряли интерес. Они быстро ретировались.       — Гермиона, ты о чём? — зашептал Виктор.       — Здесь Малфой. Я должна уйти.       Тут Драко появился из-за трибун. Внутри у него всё вспыхнуло. Казалось, он может воспламенить взглядом эту парочку. «Уже не скрываются. Любовнички.» — бесился он.       — Так вот, — громко продолжила Грейнджер. — Она не посещает ваши занятия. Боится высоты. В результате и метлу осваивать не хочет.       Малфой приблизился.       — Как вы думаете, сможет она как-то преодолеть этот страх? Можно ей помочь?       Виктор всерьёз задумался.       — Да, мисс Файенс, действительно освобождена от занятий…       — Извините, сэр, — бросил Малфой. — Я могу потренироваться? Наш ловец временно не сможет играть. Мне нужен снитч.       — Добрый день, мистер Малфой, — Крам совершенно спокойно говорил со слизеринцем. — Возвращаетесь в игру?       — Да, сэр.       — Что ж. Я свободен, всё на поле…       — Мне не нужен тренер, — надменно приподняв подбородок произнёс Малфой. Он и так выше Крама на голову, а то и больше. Но Виктора это нисколько не смущает.       — Неужели, — усмехнулся он. — Я за вас отвечаю, пока вы на поле. Сколько лет вы не тренировались, мистер Малфой?       — Мне восемнадцать. Я сам за себя отвечаю, — выдал Драко.       Гермионе было жутко не по себе. Малфой вёл себя так дерзко, а ведь Виктор сейчас преподаватель. Может и очки снять за хамское поведение. И вообще! Он так себя не ведёт ни с кем уже давно. Неужели, это из-за неё? Из-за того, что Виктор встречается с ней? Что за…       — Секунду, мистер Малфой, — выдохнул Крам и обратился к Гермионе. — На счёт мисс Файенс я ещё подумаю. Страх высоты главная причина нежелания осваивать метлу. Это проблема, которую нужно решать тогда, когда человек сам этого хочет. А девочка, скорее всего не готова. Но, спасибо, что обратили на это моё внимание. Всего доброго.       — Спасибо, сэр! До свидания! — Грейнджер резко развернулась и быстрым шагом направилась в замок.       Они проводили её взглядами. Медленно повернулись друг к другу. Виктор таким Малфоя и помнит, ещё с четвёртого курса: высокомерие, дерзость. Почему Гермиона уверена, что он изменился?       — Что ж, — выдохнул Виктор. — Не буду настаивать на своём присутствии. Но если у вас будут вопросы…       — Спасибо, сэр! — бросил Драко и, сжав древко метлы почти до хруста, направился на поле. Он был страшно зол. Малфой больше всего на свете не хочет видеть её рядом с Крамом, не хочет, чтобы его смуглые лапы касались её нежной кожи.       Малфой не колеблясь взмыл в воздух. Сердце рвалось из груди. Дыхание замирало. Ветер трепал волосы. Драко вдруг ощутил тот детский восторг от полёта, который так долго себе запрещал! Зря! Сейчас он понял — это было ошибкой! Полёт — это то, чего ему так не хватало! Он набирал высоту стремительно! Так стремительно, что стало страшно! Холод стал обжигать лицо, а одежда промокла от густых дождевых облаков.       Он резко развернулся и ринулся вниз. Драко падал. Нёсся на бешеной скорости.       — Иии-хааа! — завопил он, словно ковбой, приближаясь к земле. И снова ввысь!       Она зажала рот обеими руками. Слёзы стояли в глазах. Как же она была счастлива! Никогда Гермиона не видела Малфоя таким. Как хорошо, что она не ушла! Что она видит это. Слышит этот восхитительный победный крик!       Малфой снова летел вниз. Летел штопором! Ей так умопомрачительно страшно! «Только не упади! Только не упади!»       Он вдруг вылетает с поля! Несётся прямо на неё. Глаза девушки расширяются. Гермиона в ужасе! Он улыбается так, как никогда в жизни! Каким азартом горят его глаза!       — Полетели, Грейнджер! — кричит он. — Руку!       Она отрицательно мотает головой. Но протягивает ему руку… Рывок.       — Держись крепче!       Гермиона впивается пальцами в его форму, обхватывает руками за талию и за грудь.       «Что я делаю? Мамочки! Я сейчас умру! Зачем? Зачем? Зачем?»       — Аааа!!! — пронзительный визг! Он несётся вверх под углом в шестьдесят градусов! — Малфой! Не надо! Аааа!       А он смеётся. Она не помнит, чтобы он когда-нибудь смеялся так весело, искренне.       — Держись крепче, Грейнджер!       — Куда крепче?! — тонким визгом выкрикивает она, вжимаясь в его жёсткую спину.       Драко чувствует её тепло. Её руки. Кажется, он сейчас разожмёт пальцы и отправится в свободный полёт, как птица!       — Малфой! Назад! Пожалуйста! Мне страшно!       Он ощущает её напряжение! Какой же это кайф! Останавливается. Зависает в воздухе. Гермиона чуть расслабляется. Они слышат дыхание друг друга. Его сердце бьётся в её руках. Перед ними Хогвартс. Холмы, лес, замок. Трава давно вся пожелтела.       — Зачем… — шепчет она.       — Держись, — тихо выпалил он и рванул вниз!       Она взвизгнула и снова вцепилась в него изо всех сил!       — Малфой! Не надо! Потише! — как же страшно! Сердце замирает, земля приближается.       — Драко! Пожалуйста! — в ужасе кричит Грейнджер. Он замедляется. Не верит. Дыхание остановилось. Перед глазами пелена. Драко зависает в пяти метрах над землёй и плавно опускается вниз. Она дрожит. Малфой чувствует, как она дрожит. Прерывисто дышит. Гермиона расслабляет руки. Встаёт на землю. Её штормит.       Девушка смотрит себе под ноги. К ней возвращается сознание, полностью уничтоженное безумным адреналином. А он просто смотрит на неё. Смотрит на растрёпанные во все стороны волосы, раскрасневшиеся щёки и губы. Потеряна. Она совсем потеряна, и это сводит его с ума. Как он хочет сейчас прильнуть к её губам. Зарыться пальцами в её волосы.       Гермиона поднимает глаза. В них столько огня! Что это? Недоумение? Ужас? Тревога? Страсть?       — Зачем ты это сделал? — с трудом произносит она.       Он улыбается.       — Просто хотел поделиться, — выдохнул он. — Мне удалось? — его улыбка становится ещё шире. А она не верит, что это происходит с ней.       — Тебе удалось… привести меня в ужас! Ты псих? — возмущённо воскликнула Грейнджер. Малфой рассмеялся. И ей тоже стало смешно.       — Ты точно псих! — усмехнулась она. — Я чуть на тот свет не отправилась!       — Не отправилась же! Может, начнёшь играть в квиддич?!       — Сейчас! Я после такого вообще больше не появлюсь на стадионе! — смеялась она.       — Да, брось, Грейнджер! Это круто!       — Ладно, ладно! — согласилась она, чтобы уже прекратить перепираться. — Нет! Мне нравится летать! Но на такой скорости! То вверх, то вниз! Это… перебор! Ты меня извини, но я предупрежу Гарри, что ты летаешь, как безумец! — усмехнулась она.       — Да уж! Предупреди! Чтобы не расслаблялся! — ухмылялся Драко.       Так неспеша они дошли до раздевалки.       — Ладно. Я пойду, — выдохнула Гермиона. — Пока.       — Пока, — тихо ответил он.       Грейнджер направилась к замку, чувствуя на себе его взгляд, но ни разу не обернулась, собрав всю силу воли в кулак.       А Драко смотрел ей вслед, пока она не исчезла из вида. «Ты больше не будешь меня жалеть, Грейнджер.»       «Говоришь, Малфой изменился? Не заметил. Похоже, он изменился для тебя, Гермиона.»       Чёрные глаза горели ревностью. Почему-то о присутствии Виктора никто не вспомнил. Пока.