Свободолюбивые

  Эррор лежит у мамы на коленях и рыдает от боли. Его бьют по пятой точке крапивой. Он обмочил все свои рукава от платья и скулил себе под нос, пытаясь не уричать. Матушка била его со злобой, чтобы сделать тому больно. Когда она закончила, то скинула Эррора с колен на пол, встала, выкинув крапиву в окно, и вышла из комнаты, закрыв дверь на замок. Попа Эррора гудела и жгла по всей поверхности, было так больно, но он забрался на кровать и начал уже так плакать, сжимаясь.   Тело Эррор одна большая чувствительная точка, на которой есть более чувствительные участки. Ему было невыносимо больно.   Его били из-за того, что он вышел из комнаты дальше своего туалета, на лестницу, его заметила мать и повела в комнату. Самое обидное в том, что его самого попросили подойти и просто забыли об этом, поэтому Эррору было до безумия обидно и больно внутри и снаружи.   Инк жил не тужил, у него всё было хорошо и прекрасно, уже сам одевается, сам ходит кушать и всё в этом роде, только ещё иногда писается. А ещё Инк занимается спортом в свободную минутку, которых у него миллиард, поэтому он работает над собой.   Детки растут, а всё так же, только всё-таки наконец что-то произошло.   Семья Эррора за столом ела и тут узнаётся, что они могут стать банкротами из-за своей же халатности. —«Это твоя вина. Всё время отвлекаешь и за работой некому следить.», — Оши опустил бровки и посмотрел вниз. —«Но ведь.. Мы с вами говорим раз в день..», — он неуверенно взглотнул. —«Решил матери перечить?! Ясно, как всегда от тебя одни оправдания.», — он вжался в стул и решил больше ничего не говорить. Отец продолжил: —«..ну так вот, я не вижу других путей, как просто выдать Эррора замуж за юношу из какой-нибудь обеспеченной семьи и всё, с помощью них подниматься нам.» — мать ухмыльнулась, кивнув на эту идею. —«Отлично, это отлично.», — Оши опустил брови, сжав поддол платья, он посмотрел на тех. —«Н-но..», — его тут же пронзил взгляд родителей и они одновременно спросили: —«Ты хочешь перечить?!», — Эррор посмотрел вниз и отпицательно покачал головой. Как он устал от этого.   Ему уже семнадцать, а оковы родителей только сильнее сжимают его стройные конечности.   Инку тоже семнадцать к слову и он самый настоящий либерал, любитель свободы во всей своей красе. У Инка уже натренированное и сильное тело, он умеет драться и всегда побеждает, потому что все его знакомые либо ходят еле еле, либо это слабые дрыщи.   Они сейчас сидят и кушают, отец крутиться вокруг матушки, ведь она беременна и хочет дать ей максимальный уход. Инк спокойно ест. —«Инки, мой милый, нам буквально вчера вечером позвонила одна семья и попросила о встречи. И.. Их цель поженить тебя и их дочь.», — Инк потупил на ту, затем на отца и продолжил слушать молча, — «И твой отец спросил у своих людей, эта самая дочка – мальчик.», — Инк вообще глаза раскрыл. Да, его тянет к мальчикам, но что-то тут не чисто. —«Когда они придут?», — он доедал свой завтрак. —«Сегодня вечером, мы сами не понимаем, зачем и для чего, но на месте разберёмся. Прошу, не нужно переворачивать стол, разбивать тарелки, раскидывать стулья и подобного», — Радужка смущённо почесал затылок, посмеявшись. —«Прости за те разы, я ничего ломать не буду.», — он встал и поцеловал родителей в щеки, затем ушёл к себе, поблагодарив служанку за завтрак.   Он иногда по приколу подкатывал к служанкам, они были такие смешные, хотя у некоторых были мужья или женихи, но они стояли рядом и слушали комплименты в свою сторону. Это было немного смешно и мило, но Инку уже не нравилось, поэтому он перестал так делать и просто в основном сидел в своей комнате и рисовал чернилами.   Пришёл вечер, а вместе с ними семья Эррора. Они сели за стол, покланившись. Эррор не был уверен, пора ли садиться, то мать толкнула его локтём, так что он сразу сел, смотря на вкусную и свежую еду. Сели все остальные, и начался длинный разговор.   Оши Инку понравился, милый и симпатичный для мальчика, просто маленькое чудо, но его постоянно отвлекало то, что Эррор дёргался немного, когда матушка того взмахивала рукой или руками при разговоре, Эрри выглядел уж очень забитым, тут его мама произносит: —«Она у нас никогда ничего не говорит, пхихи, совсем нелюдимая, глупенькая, всегда слушается.», — мать Оши взяла его за плечики и так сжала, что Эррор зажмурился чутка. Инк нахмурился и спросил. —«Что это значит?», — мама Оши посмотрела на Инка вопросительно, — «Почему вы так говорите о собственном ребёнке?», — та закатила глаза. —«Не твоё дело, малыш, я говорю со взрослыми.», — родители Инка чутка отвернулись, потому что это для Инка взрыв. Да и они уже поняли, что они хотят денег через них получить, всё равно бы отказали. —«Извините, тётенька, вы говорите о моё и будущем Эррора. Зачем вы заставляете его носить женскую одежду?», — те немного не ожидали, что они прознают, — «Вы его не любите и хотите лишь денег.», — они вообще открыли рот, Эррор тоже. —«Молодой человек, угомонитесь! Как вы себя ведёте?!», — Инк вскочил на стол. —«Как хочу, так и веду, милочка.», — он потопал по столу. —«Прекратите!», — у матери Оши произошёл сбой в мозгу, она не верила, что ребёнок может вести себя так. —«А то что?», — он нахмурился ещё больше. —«Ты пожалеешь об этом маленький поганец! И о своих словах, и о поведении! Чтоб вы тут все погорели!», — Инк ещё больше нахмурился и со всей силы пнул курицу, что лежала на столе прямо в матушку Оши, испачкав ей платье в жире. Затем показал ей неприличный жест и спрыгнул со стола. —«Сударыня, не соблаговолите ли Вы пойти в направлении ближайшего мужского полового органа. Вас там уже ждут.», — родители Эррора полыхали огнём и дымились. Они вскочили и быстро пошли прочь, а мать Эррора ударила того по затылку. Инк взял подушку и кинул той в руку, — «Вы самый худший человек, которого я когда либо встречал.», — он ушёл к себе, а те утопали, обвиняя Эррора в этом. Матушка Радужки посмеялась неловко. —«Ну..Он ведь ничего не разбил, пхаха..», — они доели и служанки после всё убрали благополучно.