Скажи, что не убьешь меня!

— Это моё, это тоже моё… У, какая чудная сумочка. Берем, — радостно щебетала я, отправляя на кассу шмотки. Вот, что значит — получить зарплату… и тут же её спустить на жизненно необходимое барахло. Можно сказать, что это мое хобби — тратить деньги. Профессионально и быстро. Звоните в любое время! Помогу, чем смогу. Джексон и Джош, парочка попугаев-неразлучников, посмеивались с того, как закидываю вещами худенького консультанта. Хотя, даже я видела, как у него образовывается грыжа под футболкой. А надо спортом заниматься, а не только прокачивать мозги. Некоторые живут спокойненько и ничего. — Милз, ты же в курсе, что не стоит за час спускать весь заработок. Надо оставить что-то и на еду. — Какая прелесть. Но уж лучше я буду голодать, зато на мне будут «Prada», — гордо отвечаю, глядя в телефон. — А папа не откажет меня накормить, как и один из команды АВ. Джекс фыркнул, решив присмотреть себе новый галстук. У него страсть к галстукам появилась после нашумевшей книжки «50 оттенков серого», в которой описывается великая история любви между восхитительно горячим мистером Греем… ну и одной безвольной кошелки. Парень друга с удивлением на нас посмотрел, не привыкший к обществу двух хищных звезд репортерского мастерства. Ну да ладно. — Что значит АВ? — полюбопытствовал Джош, вольготно располагаясь в кресле. — У каждой уважающей себя сучечки имеется команда «А вдруг?», — поясняет Джекс, доставая два галстука и прикладывая к себе возле зеркала. — То есть, если никого нет достойного или же тебе просто скучно и не до отношений, то на выручку приходят члены из этой команды. Обычно это мужики, которые тебе не интересны, но они полезны. Они могут ужином накормить, свозить тебя на выходные отдохнуть за город или же по магазинам. — Ну, или же по профилю, — ответила я, садясь рядом с ним. — Если он врач, а у тебя травма, то можно позвонить ему. С полицейским можно связаться на случай, если одна из звезд швырнула в тебя камеру, а выходить из ситуации надо. Позвонить повару и сказать, что хочешь научиться готовить там фондю. Он вечером придет, купит продукты и прочее, — будет помогать готовить. Он довольный и ты — сытый. Ну или же вдруг ты действительно хочешь с кем-то пообниматься и помиловаться, то можно рассмотреть из этих кандидатов. — Вау, — выдавил из себя вампир. — И вы… со всеми спите? Мы с Джексом переглянулись и от всей души заржали своим измывательским смехом двух пираний. Ага, как же! — Первое правило: с командой нельзя ни в коем случае спать, — хохоча, ответил Джекс. — Тогда это подло. Вы их используете же. — А они нас нет? — меланхолично отозвалась, наблюдая как мои покупки упаковывают в пакеты. — Я, конечно, наивный романтик по натуре, но даже я понимаю, если мужик смотрит тебе в декольте весь вечер, то мысленно этот похотливый самэц уже представляет себя секс-гигантом на всех поверхностях, а ты в этой роли несчастное и стонущее мясо под ним! У меня, кстати, скоро будет День Рождения и я собираюсь пригласить всю команду: запечатлеться на фото и показывать фото своим потомкам, чтобы они потом обратились к уже их потомкам за помощью и далее. Затем подумала и добавила: — Ну, или вдруг из них стал Джонни Деппом, а я и не в курсе. Будет обидно. Джош рассмеялся, прикрыв глаза. — Боже, Милли, ты неисправима. Но у меня была сокровенная и голубая мечта стать шлюшкой Джонни. А у кого нет? — Голубая мечта от гея. Выходит знатный каламбур, — хихикнула я, поднимаясь с диванчика и направляясь к кассе. И если вы думаете, что мы закончили на одном магазине, то ошибаетесь. Мне было жизненно необходимо спустить все деньги, поэтому мы заглянули и в ювелирный, где я прикупила себе изящный браслет с переливающимися камешками изумрудов и невероятное золотое колье, которое давно присмотрела под одно платье в моем шкафу. Ха! Вот он пример сильной и независимой женщиной. Сама заработала, сама сводила себя на шоппинг и сама все оплатила. Сумки понесли уже Джош и Джекс. Ну, не зря я же взяла их прошвырнуться по магазинам-то? — Да не беспокойся, шеф сегодня обещал выслать за мою статью аванс. Да и папа фактически каждую неделю снабжает меня продуктами и всякими вкусняхами, дабы я не приезжала к нему — терроризировать его новую пассию, — говорю я недовольному Джексу. — Просто бесишь меня, что у тебя всегда все схвачено, — ответил он. — Кстати, есть работка. Макс Дрейг вернулся в город. Мне дали наводку, что он снова будет в том клубе. Берем? — Естественно. Я попросила отложить мне такое нижнее белье, что любой «Ух, секси-Дрейг» с ума сойдет, — шаловливо хихикнула я, кокетливо откидывая темный локон с лица. Джекс закатил глаза и мужественно потащил дальше мои пакеты. Когда обновки были доставлены в пожизненное место их обиталища, мы втроем поели и принялись отрабатывать план по тому, как попадем в клуб. На этот раз отправляется в стан кровососов сладкая парочка, а я же должна быть в соседнем переулке на стреме. Оставшуюся часть времени я провела дома, нежась в ванне и проводя всякие бьюти-процедуры над своим измотанным тельцем. Поняв, что ночь предстоит тяжелая, заранее приготовила себе наряд для вылазки и заснула глубоким сном на добрые пять часов. Правда, когда наша команда встретились в назначенном месте, я ощутила, что мы сегодня так и не встретимся с Дрейгом. И нет, не из-за жадного владельца клуба, Клауса или же кого-то ещё. А из-за меня. — Уахахахаха… Вы во что вырядились, гомо-петухи?! — хохотала я, глядя на их рубашки с гепардовым принтом, кожаные штаны, обтягивающие задницы и гангстерские цепи на шеях. Да им в таком наряде только и сниматься в порнушке или же в клипе русского певца Валерия Леонтьева. — Милз… — На вас только таблички не хватает «Они любят пожестче». И плеткой, и плеткой… Ха-ха! Я быстро щелкнула их на свой телефон, на миг прервав свое веселье, и продолжила от всей души смеяться. Моя спина сползла со стены вниз, а пальцы вытирали слезы с глаз. Мышцы живота болели от смеха. — Милли, соберись. — Ыхыхых, — беспомощно выла я, когда перед глазами мелькнул ремень из шкуры питона и с золотым диском по центру. М-м-м, в нем отражалась моя моська. Хи-хи. — Всё, спокойно! Я — профессионал и собралась… Красивый у тебя ремень, Джекс. Сверкает так… чудненько. — Он на батарейках, кстати, — мрачно ответил Джош, протягивая руку к ремню и нажимая на какую-то кнопку. И весь диск просто засверкал сине-красными лампочками. Я прокашлялась и закусила губу, чтобы дать себе хоть немного времени отдохнуть. Вот что называется «праздник в штанах». Новый Год, блин. Ну зато, «хоу-хоу» — точно присутствует на этом празднике. — Стесняюсь спросить даже, а зачем тебе такой пояс? В клубе выделиться или во время разврата, чтобы уж наверняка отыскать ширинку? Пхахаха, — все же сорвалась на ржач, с грацией мешка с картошкой падая на землю. — Это конспирация, так что хватит смеяться. Сама-то вырядилась, как готка. — Ну конечно, мне же нужно было, как вам, облачиться в стриптизерский прикид из девяностых. Чтобы в каблуках и по помойкам да подворотням красиво бегать с развевающимися волосами за спиной, — высокопарно ответила я, поднимаясь с асфальта и пробегая небольшую дистанцию, как какой-то обдолбанный эльф с откинутой головой назад. Когда двое любителей животного принта ушли в клуб, я быстро юркнула в ближайшую подворотню и принялась вести наблюдение за территорией. К клубу подъезжали довольно-таки авторитетные машины, из которых выходили накачанные мужички в брендовых костюмах. Под руку с ними шли утонченные красотки в роскошных платьях и сверкающими бриллиантами на запястьях, пальцах и шее. Интересно, а будь я подружкой вампира меня бы этот негодяй притащил в такое место? Наверняка это место для вампиров, чтобы похвастаться у кого девчонка красивее, тачка покруче и больше… банковский счет. Может, дать все же Марселю шанс? Мужик-то неплохой, умный, сильный и красивый. Может, приведет сюда или же купит красивенькое ожерелье? Нет, ну заслуживаю же я небольшой подарок за годы нашего знакомства, да? Роман прекратится, а вот утонченное украшение долго будет напоминать своим блеском о приятных воспоминаниях и греть мой кошелек… в смысле, сердце. — Уй, бля, — выругалась я, когда к клубу подъехал знакомый джип. Из него с гордо расправленными плечами вылезли недавно упомянутый Марсель и Клаус, про которого я уже отправила статью в редакцию, так что светиться мне… совсем не хотелось. Быстро отвернулась и засунула руки в карманы своего длинного, широкого плаща. Надеюсь, они спокойно зашли в клуб и всё… Ну конечно, блин! Будут они заглядывать в каждую подворотню в поисках верных служителях желтой прессы. Спустя минут пять обратно повернулась лицом к клубу. Джип стоял, а вампиров не было. Супер, продолжаем вести наблюдение. В конце концов, Джекс на меня рассчитывает и если он проворонит Дрейга внутри, то его настигну здесь я. Но ночь выдалась сегодня холодной и промозглой. Стуча зубами, потирала ладошками свои колени и бедра, дабы разогнать кровь под кожей. Но не унывала, искренне веря, что вот выйдет Макс Дрейг и тут появлюсь я, вся такая леди ночь, таинственная в черном плаще, и он тут же потеряет голову. Милли Дрейг? По-моему, очень круто звучит. Правда, эти мысли меня грели ровно до тех пор, пока я не захотела чашечку горячего чая. А лучше с каплей коньяка. Гадкая фантазия соблазнительно рисовала, как горячая ароматная жидкость опаляет губы и язык, спускаясь по горлу в самый эпицентр живота. Щеки немного покалывает от прилившей крови. Мышцы расслабляются, словно чьи-то большие и теплые руки их натирают, а затем оборачивают меня в мягкое одеяло. — Держим оборону, товарищ мой лихой, — негромко напевала я, обнимая себя за плечи и ожидая звонка Джекса. Мимо моего укрытия проехал красный спорт-кар и завернул на парковку у клуба. Облачко пара нервно вышло из меня, когда я увидела Питера. Мне страстно захотелось, чтобы и он был с одной из девиц класса «Люкс», но парень был один. Господи, здесь сегодня ночью весь город собрался?! Я отступила дальше в переулок, ощущая как колени задрожали. Папа звонил мне вчера и рассказывал о том, как он с семьей парня решили открыть какое-то предприятие, где мне предлагалось занять вместе с Питером руководящие должности. Но парень уже все знал и теперь решил, что получил вновь надо мной власть. Питер оглядывался, будто он кого-то выискивал. К моему ужасу, парень направился к машине Джекса. Его губы растянулись в недоброй улыбке, когда взгляд нашел на переднем сиденье мою сумку. Затем черные глаза устремились прямо в переулок, в котором пряталась я. В эту же секунду стремительно побежала вперед, углубляясь дальше в лабиринт из многоэтажек. Все веселье слетело с меня, словно налет дешевой позолоты с металла. Мысли путались, как и мои одеревеневшие ноги. Во мне зрела уверенность, что он шел за мной. И отлично знал, где меня искать. Подскочив к мусорному баку, постаралась максимально бесшумно открыть крышку, взобралась на стоящий ящик. Затем перекинула одну ногу за край, держась рукой за стену, и после вторую. Приземлившись на пакеты, закрыла крышку и быстро поползла на другой конец бака. Под коленями и руками что-то шуршало и хлюпало. Да, воняло помоями, но довольно терпимо. Выключила телефон и затаилась, стараясь не шуршать пакетами. Сердце бешено колотилось, но я знала, насколько было опасно оставаться с Питером наедине. Этот человек бил по самому больному и делал из тебя в буквальном смысле безразличную ко всему амебу, у которой от чувства собственного достоинства и у молекулы не остается. Я прикрыла рот воротником водолазки, услышав быстрые шаги. Волоски на голове зашевелились, когда он прошел мимо меня. Услышала злой вздох, а затем чиркнула зажигалка. Внутри меня все отмерло от ощущения, что этот человек стоял рядом с баком и курил сигарету. Если хоть чуть-чуть пошевелюсь — он это услышит и… а что дальше? Явно ничего хорошего для меня. Но проверять желания не было. Шаги начали удаляться. Я посидела пару минут, не делая и движения. И только потом расслабленно выдохнула. Но плюс в этой ситуации все же был: я хоть согрелась. — Боже, мне пора в недельный отпуск, — бормотала, включая обратно телефон. Надеюсь, при свете не увижу семейство крыс, жующих подошвы моих мартинсов, а иначе буду визжать белугой на весь Новый Орлеан. Кстати, теперь понятно почему бомжи спят в мусорных баках, довольно тепло и мягко в такую погодку. Ну… учитывая, что я сидела на выброшенном постельном белье. «О да, сейчас бы сидеть в мусорке и выискивать плюсы жития граждан без определенного места жительства», — ехидно поддакнул внутренний голос. Бля-я-я… шкин кот. Да, это я и имела в виду. И только я зашевелилась, дабы выбраться из сей чудесного убежища, как вновь услышала приближающиеся шаги. В голове промаршировала лихо паника. Боже-боже! Если это Питер или же бомж решил вернуться к своему обиталищу? Оба варианта меня не устраивали! Кто-то остановился у моего укрытия. Мышцы напряглись, будто перед прыжком. Я схватилась за узелок ближайшего мешка, развязала его, чтобы мусор вывалился прямо на гостя. Ну нет, так просто не дамся! Крышка раскрылась. Свет фонаря пролился на мусор и меня, перед глазами мелькнула темная фигура и… — Получай, скунс вонючий! — воинственно завопила я, кидая мешок прямо в фигуру. Мусор вывалился прямо на неизвестного, не успела вглядеться в кого, ибо тут же схватилась за второй мешок. Но второй снаряд не успел взмыть в воздух. Мое запястье стремительно перехватила чья-то грубая рука, дергая вперед. Жесткие пальцы до боли сжали мою конечность, из-за чего мешок выскользнул на дно бака. — Ай-ай-ай, — захныкала от боли я, хватаясь свободными пальцами за второй край бака и пытаясь обратно нырнуть вглубь мусора… Господи, как же это убого звучит. — Помогите-е-е! Убивают! — Да заткнешься ты или нет?! — психанул убивец почему-то голосом Клауса Майклсона. Я перестала дергаться, ощущая как мышцы резко закаменели. Медленно поворачиваю голову, сморщиваюсь, отворачиваюсь обратно к стене, молясь богам дать мне пережить эту ночь. Да за что, блин? — П-привет, — выдавила из себя я, глядя в потемневшее от ярости лицо гибрида. Все мне капец. Эй, оркестр! Играйте похоронный марш. — Извини. Я тут просто перепутала тебя с бомжом и… Боже, что я несу? Вот теперь меня точно убьют. После моих слов взгляд первородного стал угрожающим, как у кота вставшего уже на дыбы. Разве что нервного тика ещё не было. — Позволь поинтересоваться: что ты здесь делаешь? — прошипел Клаус, отпуская мою руку и стряхивая со своего плеча банановую шкурку. Прикусила губу, чтобы не сказать ему, что у него в волосах была шелуха от семечек. — А ты? Или это хобби у первородных шляться по помойкам? — тоже выдвинула я свой вопрос. — Встретил твоего дружка Джексона и он сказал, что если ты не в подворотне, то точно в мусорном баке. Как ни странно, его логика — оказалась верна, — насмешливо кинул Клаус. Ну, Джекс. Один раз упала с балкона в мусорный бак и теперь всю жизнь мне будет это припоминать! Делиться тем, что пряталась от бывшего — не очень-то и хотелось, ибо слишком будет много вопросов. Да и это не его дело, так что включаем режим отмазочек по-репортерски. — У меня серьёзное исследование для моей статьи, — важно отвечаю, садясь коленями на мусорные мешки. — О том, как некоторые граждане бессовестно пренебрегают сортировкой мусора. Вот, смотри стекло! А ведь его место совсем в другом контейнере, не говоря о пластике, металле и прочем. Эту планету нужно спасать! — Да неужели? — саркастично отозвался мужчина, наблюдая за тем, как я вдохновенно роюсь в мусоре. — Может, тебе помочь вылезти? Нет, что-то здесь было определенно нечисто. Чем это моя персона заинтересовала Клауса? Уж точно не глумливой статейкой и моей смазливой мордашкой. Хотелось, конечно, полагать на мои обворожительные женские чары, перед которыми никто из мужского пола не устоит и все такое. Но давайте будем реалистами. Че-то нужно было этому пронырливому проходимцу. — Лучше обратно крышку закрой, а то спину продувает, — весело кинула я, всеми силами делая вид, что увлечена работой в помойке и мне вообще до звезды на каких-то там гибридов. У меня здесь важное исследование. Да, да. А иначе: зачем мне в мусоре рыться? — Мне надоел этот балаган. — Устрой свой, — невинно ответила я. — Милли, — шипит Клаус, когда в него полетела случайно банка из-под пива. — Либо сама вылезешь или… Я закатила глаза, пытаясь уползти подальше, как вдруг под моей ладонью сноровисто скользнул толстый розовый хвост. Ужас взмыл во мне до самой печенки при виде красноватых злобных глазок и мерзкого писка. — А-а-а-а-а! Крыса, крыса! — истошно завизжала я, резво вскакивая на ноги и обратно падая вниз, ибо нога зацепилась за что-то. — Это уже не смешно, — зло говорит Клаус, заглядывая на дно бака. Затем его глаза уткнулись в место над моей головой. Какое-то ехидное понимание засквозило в его взгляде. — Ах, вот оно что. Сказать, что я заверещала пуще прежнего — ничего не сказать. С детства до паники боялась крыс и мышей. Наверное, никто в жизни с молниеносной скоростью не выбирался из мусорного бака, как это сделала моя многострадальная тушка, уподобившаяся невыносимо желающей жить лягушке, отчаянно выпрыгивающей из разогретой садистом-поваром сковородки. Под хохот мужчины быстро отряхнулась от мусора и крысиного духа. Жутко пожалела, что моя сумка осталась у Джекса в машине. Там были салфетки, антибактериальный гель и флакончик духов, чтобы хоть немного сбить с себя это зловоние. — Фу, фу! Продолжая посмеиваться, Клаус окатил меня довольным взглядом. Будто всю жизнь только и мечтал, чтобы увидеть девушку из мусорки. — Надо же, а карма существует. Написала грязную порнушку — поплатилась купанием с крысами в мусорном баке. Кстати, я перекупил твою статью и посовещался с твоим эксцентричным боссом, что такого злостного губителя репутации — стоит отстранить от работы, — жестко обрубил гибрид. Да ну? Зубы с силой пронзили губу, чтобы не покатиться со смеху в ту же секунду. О боже! Да меня бесчисленное количество раз увольняли с работ, что жуть вспоминать. Было такое, что сама уходила. Работа у желтой прессы — всегда есть, так что было бы ещё о чём печалиться. Вообще, журналистика — для души. У меня, блин, трастовый фонд, так что на ближайшие лет пятнадцать не пропаду. Но говорить этой информации я не стала, решив пока пожалеть чувство собственного достоинства у Клауса. Всё-таки человек старался: читал мою дешевую порно-рукопись, краснел, злился, ввалился в наше змеиное логово работников пера и камер, и босса гипнотизировал. Столько трудов было вложено в то, чтобы в злорадной форме сообщить о моем увольнении! Да и я сама собиралась уйти с этой работенки, переехав вместе с моим отрядом фанатов леопардовых принтов в Лос-Анджелес. Вон там уже можно развернуться во всю и заработать на знаменитостях. Решив, что будет неудобно обрубить сейчас весь кайф Майклсону, нахохлилась и гордо откинула неприятно пахнущую прядку с лица. Черт, я не могу выйти к нормальным людям в таком вонюче-разящем виде. — Ты мне портишь жизнь по каким-то личным причинам, верно? — воинственно произношу и заглядываю прямо в глаза Клаусу. — И не надо говорить, что из-за двух паскудных статеек или же из-за того, что вдруг оказался пораженным моей неземной красотой. Честно скажи: чего тебе надо? Он прошелся по мне ещё раз насмешливым взглядом, а затем глаза гибрида стали серьёзными. Видимо, даже он понял, что этот спектакль с неожиданным случайными появлениями и странным флиртом — совершенно неубедителен. — Имеются две причины. Они связаны с твоим отцом. — Так. — Мне нужно достать одну вещицу, хранящуюся в каком-нибудь укромном месте в доме твоего отца, — с напряжением отвечает мне он. Угу, то есть мне нужно что-то украсть у родного папочки. То бишь, фактически предательство. Неужели я похожа со стороны на Иуду? Стоило бы послать этого махинатора после данных слов. Но что-то мне подсказывало: уйти мне отсюда живой дадут лишь с положительным ответом. — А почему твоя сестра этого не сделает? — настороженно спрашиваю я. Клаус скривился, будто надкусил неспелый желудь. — Это уже вторая причина. Я хочу, чтобы эта её «романтическая слабость» угасла под гнетом любимой папиной дочки. У вас, женщин, имеется способность быстро все портить. А у меня не получится решить в этот раз… обычным способом. — Воу, полегче с комплиментами, — возмущенно буркнула я. — Короче, я все поняла: сам Иуда, и ещё меня пытаешься сделать такой, путем обмана и грабежа любимого папеньки и разрушения его счастья с кровососущей блондинкой! — Не спеши отказываться, Милли. Ведь в нашу договоренность: входит в условие гарант на то, что мэр Краутерс — останется живым… Внутри все отмерло от мысли, что с папой может что-то случится плохое. Чувство колючего одиночества заскользило под кожей, когда входишь в комнату мамы с клюшкой для гольфа, дабы позвать сыграть в любимую игру… А потом вспоминаешь, что больше не с кем устроить соревнование и никто не скажет при отличном ударе: «это было круто, милая». Дико не хотелось бы вспоминать в таком ключе и папу. И не буду, так как этого не произойдет. — Окей. А ещё ты спонсируешь всю эту операцию, пока наша договоренность не прекращается, раз лишил меня честного заработка, — тут же брякнула я. Брови гибрида изумленно приподнялись. А что такого? Как гласит первая цитата из сборника Милли Краутерс: «Если прижали к ногтю и выхода откосить нет, то стоит хотя бы подзаработать». — Как скажешь, дорогуша, — согласился он, доставая бумажник из кармана пальто. Из меня вырвался смешок, когда мужчина протянул мне три стодолларовые купюры. По-моему, у моих знакомых проституток такой трафик. — И ты называешь это приличным спонсорством? А ещё строишь из себя крутого вампира, сведущего в женской натуре. — Зачем тебе столько денег? Или жадность просто в крови у всех представителей желтой прессы? — шипит Клаус, пораженный меркантильностью женской натуры. Видимо, раньше никто не предъявлял ему счет. Я фыркнула, окидывая непонимающее выражение его лица саркастичным взглядом. А вот и наша остановочка называется «Реальная жизнь». — Мне нужно: питаться, платить за квартиру и Интернет, мобильную связь. Не говоря об одежде и всяких милых моему сердцу штучек, дабы выглядеть и пахнуть пристойно. Ах да, ещё на такси, чтобы ездить к отцу в гости и пытаться выполнить наше соглашение. Это умалчивая о средствах первой необходимости и медицинской помощи. Не думаешь же ты, что за это всё я буду платить из своего кармана, который, благодаря тебе, стал скудным? Так что не поскупись, жлобский мешок с деньгами. Мне в тот момент показалось, что Клаус меня проклянет. Да, нетипично для гибрида, но вполне себе вероятно, когда подписывал мне чек на весьма круглую сумму. Решила не обращать внимания на злопыхания Майклсона, что он бормотал под нос. Главное, что я была снова при деньгах. Но стоило подойти к концу подворотни, то я остановилась. Взгляд с отвращением прошелся по испачканным брюкам и плащу. Также умалчивая о запахе. Устремила взор вперед и нервно сглотнула при виде скоплению людей. Ты отвратительна. Приведи сейчас же себя в порядок и замажь чем-нибудь свое лицо. О боже, меня от тебя тошнит, Краутерс. Отступаю назад в темень. Казалось, что все видели отсюда как отвратительно пахну и выгляжу. О нет, я не могу показаться в таком ужасном виде людям. Меня воротило от мысли, что все заметят меня и поймут, где я была и вообще… всё остальное. Надо позвонить Джексу, попросить подогнать машину сюда и уехать домой. — Я должна подождать Джекса здесь, — быстро нацепляю я улыбочку на лицо. — Пока. Благо, Клаус ничего не заметил в моем настроении и обратно пошел к клубу. Я облегченно вздохнула, радуясь его уходу, ибо терпеть не могла, чтобы кто-то видел меня в неприглядном виде. Да и, наконец, стали понятны его искренние намерения. Честность — радует сердце.

***

Как я говорила: тратить деньги — мое любимое хобби. Но в этот раз все было иначе. Прежде чем поехать к отцу, решила отправиться в любимый бутик нижнего белья. Необходимо было прикупить пару комплектов под мои новые наряды. Терпеть не могла покупать их без Джекса, который почему-то гораздо лучше разбирался в моих параметрах, нежели я. Я решила не рассказывать другу о моем неожиданном увольнении, лишь то, что сама ушла в отпуск. Он попсиховал на меня, обвинив во всех страшных грехах мира. Но больше в то, что я всю его машину пропитала духом помойки и крысятины. Пыхтя и чуть ли не воя, пыталась зацепить дурацкие крючки на спине. Зацепила два… осталось еще три. От безысходности высунула голову из ширмы, чтобы попросить консультантку мне помочь зацепить остальные крючки. К моей неожиданности мой нос уткнулся в чью-то грудь. Мужскую, если быть точнее. Прямо перед моей ширмой стоял высокий парень. Довольно атлетично сложенный и с модной прической темно-каштановых волос. Видно, что косит под плохого парня, так как и одежда вся темная, но довольно-таки подобрана со стилем. — Ой, приветик, — обаятельно пропела я, встречаясь взглядом с прищуром практически черных глаз. Он в недоумении приподнял темную бровь, продолжая молчать. Странный тип. — Послушай, вы не могли бы позвать консультантку? — продолжаю источать любезность. Тут парень хищно улыбнулся, отчего у меня волосы на руках встали дыбом. — Она сейчас не может подойти. — Блин, — выругалась я. И тут до меня дошло, что парень в магазине женского белья. Странный, но одет очень даже хорошо. Видно, что ухаживает за внешностью. — Ах, ладно. И без неё обойдемся. Дело в том, что мне надо помочь застегнуть крючки. — Чего? — опешил он, почему-то ещё сильнее прищуривая глаза. — От бюстгальтера. Ну вы же гей, да? И, похоже, впервые в этом магазине. Не разобрались с ассортиментом? Давайте сделаем так: вы поможете мне, а я вам? — Так, стоп, — рявкнул он, взмахивая резко рукой в воздухе. — Ты совсем не то подумала и… Парень неожиданно умолк, когда я отдернула ширму в сторону и непонимающе уставилась на него. Темные глаза уткнулись в меня долгим взглядом, что ощутила себя крайне некомфортно. Неужели я настолько сильно непривлекательна для геев? — Ладно, — низким голосом говорит он, разглядывая темно-бордовый бюстгальтер с корсетом. — Я помогу тебе. С радостным возгласом развернулась к нему спиной. Шероховатые пальцы коснулись моей кожи, начиная застегивать оставшиеся крючки. Я вздрогнула от ощущения чужого дыхания к коже. Затем парень провел ладонью по спине, откидывая волосы в сторону. Крючки были застегнуты, но он продолжал стоять за моей спиной. Боковым зрением заметила, что дыхание парня заставляло колыхаться волосы у лица. Меня это заставило нервничать. Какой-то неправильный гей. Поднимаю взгляд в зеркало. Взор парня со странным удовольствием скользил по нашим отражениям, будто любовался завороженной картиной. И увиденное, ему явно нравилось. — Эм, благодарю за… — начала было я, но сама себя оборвала. До меня донесся знакомый голосок Ренаты Мелдрит. У этой стервы просто нюх на все мои косяки и позлорадствовать моему уходу — она будет рада. Твою же мать! — Мне здесь снова нужна твоя помощь! — бросила короткое объяснение я моему помощнику, прежде чем затащить его в кабинку и стремительно задернуть ширму. Кстати, представитель голубого полюса больше ничему не сопротивлялся, а наоборот послушно сел на стульчик для одежды и с интересом ждал дальнейших действий. Минут пять простояла в ожидании, но голос начал затихать и я понадеялась, что на дары хирургии для Ренаты ничегошеньки не нашлось. Фуф, вроде пронесло. — Послушай, тут такое дело, — говорю я, поворачиваясь к ехидно поглядывающему на меня парню. — Мне дико неудобно за свое поведение и… К своему несчастью, я тут же услышала стук каблуков и протяжный голос Ренаты, а также ее милого парня. Но не это самое худшее. — Да что вы все заладили с этой Милли? — взвилась девушка. — Что шеф, что ты сейчас. Проклятая идиотка уволилась, а я постоянно о ней слышу. Я наконец-то отделалась от неё, так что хоть ты не нагнетай. Мой рот удивленно приоткрылся. Вот же сука! Я к ней почти со всей душой относилась, старалась не сильно поносить её с Джексом, думала, что у неё есть профессиональная этика и капля уважения ко всему, что я сделала для неё. Оскорбительно. Унизительно. Непростительно. — Как тебя зовут? — тихо спросила я у парня. — Кол, — с насмешкой отозвался он. — Меня Милли Краутерс. Сможешь изобразить убедительно нешуточную, а главное громкую страсть? Кол с озорной улыбкой приподнял вопросительно брови, окидывая меня веселым взглядом. Затем резко потянулся ко мне, ухватившись руками за талию. Я удивленно вскрикнула, оказавшись в позе наездницы на коленях лохматого. На мне была черная юбка в складку, что задралась немного, оголяя кожу. Грубая ткань брюк неприятно царапала кожу бедер. Что ж, похоже, это и есть положительный ответ. А если так, то стоит приступить и показать Ренате, что я везде ее достану. Ну и что у меня богатая сексуальная жизнь. Я хлопнула ладонями по стене у головы парня и протяжно застонала: — Ах, вот так, Кол! Да! Да! Не останавливайся! — Откидываю волосы за спину, продолжая шлепать ладонями по стене и раскачиваясь на нем. Правда, что-то жесткое мешало мне. Наверное, ключи и телефон. Затем тихо обратилась к парню: — Не перебор? Дыхание Кола участилось, согревая кожу на моей шее. Взгляд из-под полуприкрытых глаз потяжелел, а его руки продолжали меня удерживать за бедра. Черт, не думала, что для геев так трудно переносить близость женского тела. Интересно, у Джекса была бы такая же реакция? — Черт, в самый раз, — с мукой в голосе проговорил он. Затем присоединился ко мне, стуча кулаком по стене и громко протягивая: — Ммм, малышка Миллз, будь тише. Здесь же люди. Хихикнув, продолжила имитировать бурное времяпровождение; соблазнительно постанывая и заставляя работать быстрее свой дыхательный аппарат. — Ты так вкусно пахнешь, — хрипло шепчет он, помогая мне раскачиваться на нем и утыкаясь носом мне в шею. Бедный стульчик несчастно скрипел, грозясь сломаться под нашим весом. Мурашки пробежали от того, как он глубоко втянул в себя мой запах. Проклятье. Нельзя так эксплуатировать людей. Видно, чтобы избежать психической травмы, Кол зацепился за знакомый запах сладких духов от «Шанель». Самое забавное, что я слышала, как быстро умчалась Рената, но никто из консультантов или же охраны так и не пришел остановить разврат. Что за некомпетентность сотрудников, а? — Спасибо, что оценил. Подобрать свой аромат так трудно, — с улыбкой ответила я. Ухватившись за его плечи и еле сдерживая смех, томным голосом прокричала: — О-о-о-о, да! Быстрее! Пожалуйста быстрее, Ко-о-ол! Его пальцы силой впились в мою кожу, а взмокшим лбом он уткнулся мне в плечо. — Чёрт побери! — прорычал Кол. Дыхание выходило из него так, будто он пробежал сто километров. Я поднялась с его коленей, собираясь одеваться и уже решив, что точно куплю этот бюстгальтер. Парень поднял на меня пылающий взгляд темных глаз, вибрирующим голосом протянув: — Знаешь, после такой первой встречи я просто обязан на тебе жениться, Милли Краутерс. — Зачем? Ты же гей, так что это просто забава и тол… Но тут мой ошарашенный взгляд спустился чуть ниже ремня, на внушительную выпуклость штанов. Затем ещё раз на сладострастную ухмылку. Какой ужасный обман! — Мамочки! — взвизгнула я, прикрывая себя своей блузкой. Парень разразился хохотом, поглядывая на красную меня от смущения и собственной наивности. — Так ты что… не гей? А твоя семья в курсе, что ты извращенец, шляющийся по магазинам нижнего белья? — Не извращенец и не гей. Но я пытался тебе это сказать, но потом ты предстала передо мной полуобнаженная, ах… а дальше все как в тумане, — с хулиганистой улыбкой ответил Кол, поднимаясь со стула и нависая надо мной. — Просто хотел сказать, что являлся поклонником твоих статей о моем брате… а теперь, видимо, и соблазнительного маленького тела. Брата? Только не говорите мне, что родственник Клауса и тоже первородный вампир… с которым я практически занялась сексом в примерочной! Проклятье. Когда я уже поумнею, а? Божечки, меня сейчас стошнит. — Проваливай отсюда, чудовище! — высокопарно воскликнула я тоном оскорбленной до глубины души леди. Кол пожал плечами, затем сорвал ценники с бюстгальтеров. Даже с того, что был на мне. На прощание окатил быстрым взглядом и еще раз глумливо улыбнулся. Черт, об этом никто и никогда не должен узнать. Джекс меня засмеёт, Клаус также не отстанет и даже опустит язвительную шуточку, что не все мужики — геи. А жаль. Как оказалось, мои обновки уже были оплачены. Оставалось только размагнитить. Девушка за кассой с любопытством поглядывала на меня. Понятно, что их этот коварный гетеросексуал загипнотизировал, чтобы они не мешались ему. Эх. — У вас такой щедрый парень, — как бы невзначай обронила девушка, вручая мне ещё один пакет. Там оказались чулки, пояс для этих самых чулков, корсет и ещё какие-то кружевные и прозрачные штучки из арсенала соблазнения. Сдавать не буду, ибо могут пригодится когда-нибудь. А с другой стороны: все оплатил и дополнительный подарок сделал ещё. Мне на первом свидании и на цветы некоторые пожмотились, не говоря о чашечке кофе. А тут дорогое французское нижнее бельё. Значит, мужчина не скуп и разбирается в одежде, желая приодеть. Да и чуткий, раз не попытался мною овладеть, пока я изображала своими криками какой-то секс-фестиваль. К такому парню можно и присмотреться. Надо будет у Клауса аккуратно поспрашивать потом. — Ага, почти что муж, между прочим, — пропела я, забирая пакеты.