Город мёртвых снов. Тень Арк-Кайлеста.

      Вот уже несколько дней мне приходится наряжаться в неудобные платья, делать прически и макияж. Делать все то, что я так ненавижу. Создавалось даже ощущение, что лис перестал меня узнавать и иногда шипел, когда я хотела его погладить. Кроме того, весь этот «карнавал» давал больше воли человеку во мне, нежели твари. И ей это не нравилось! Очень не нравилось. Именно поэтому Тень не сговариваясь согласилась на убийство супружеской пары.       Это было так возбуждающе — сбросить с себя неугодную одежду и протезы, снова надеть черный костюм и стальные смертельные игрушки. Я чувствовала безграничную свободу, когда бежала по крышам домов в направлении дома будущих мертвецов. Тварь просто ликовала, наконец получив свободу, хоть и не долгую. Ибо завтра снова придется наряжаться и краситься для привлечения внимания мужчины. Мужчины, которого человек во мне считала красивым, искренним и милым, хоть и немного странным и помешанным на науке. А тварь в свою очередь считала все это полным дерьмом. Все эмоции, чувства и привязанности.       Я добралась до крыши шикарного особняка, в котором доживали последние часы двое людей. Но… интуиция вопила: что-то не так, подсказывала мне срочно покинуть это место, но тварь хотела крови.       Спрыгнув на балкон, я обнаружила дверь открытой. Абсолютно бесшумно проскользнула в спальню… и в ужасе замерла. Такое я видела в первый раз…       Вся кровать, стены, пол и потолок в крови, под потолком висят два изувеченных тела. Кожа на их спинах срезана и разделена на две части, также прибитых к потолку, образовывая за телами крылья. Руки вскрыты от локтя и до запястья. Я убивала людей, но быстро и безболезненно. А это сделало какое-то чудовище! Чудовище хуже твари во мне.       Между телами с потолка свисал конверт с короткой надписью: «Для Тени».       Резко сорвав его, вскрыла и вытащила клочок бумаги, на котором прочитала написанное кровью: «Я хочу поиграть с тобой, тварь. Цена игры — твоя жизнь, а правил нет. Первый раунд закончен в мою пользу, Тень.»       Громко и совсем по-звериному зарычав, я сунула записку обратно в конверт и спрятала его во внутренний карман куртки. И покинула дом так же, как пришла, бегом, оставляя кровавые следы на крышах домов.       Тварь была напугана, первый раз так напугана. Как можно скорее хотелось попасть домой, скинуть всю одежду, отстегнуть тяжелый протез, вынуть холодный и мертвый глаз, взять бутылку рома и лечь в ледяную ванну…       Оказавшись в подвале, я вынула из крепления на бедре маленький нож-иглу и пригвоздила записку к стене. Несколько раз со всего размаху ударила по рядом. На живой руке появились красные пятна… а от металлической в стене осталась вмятина. «Что за херня?!» Я бы закричала, но тварь этого не сделает и человеку не даст.       По привычке отправив вещи в чистку и избавившись от протезов, полностью обнаженная, я отправилась на кухню за алкоголем. Мист ко мне не подходил, слишком хорошо этот хитрый лис знал меня.       Опустошив почти залпом последнюю бутылку рома в своих запасах, я поплелась наверх… Включила воду и упала в ванну. Алкоголь помогал расслабиться, но не так, как хотелось. Я приподнялась и выключила воду. Хотела сделать еще глоток, но ром успел закончиться… и пустая бутылка отправилась в стену, разлетевшись вдребезги. А усталость так быстро накатила, что я уснула прямо в холодной воде.       Прошло не так много времени, когда меня разбудило нежное прикосновение мокрого и холодного носа и осторожное поглаживание чем-то мохнатым. Мист обеспокоенно бегал по краю ванны и пытался меня разбудить. Этого несносного лиса любили и тварь, и человек.       Лис таки добился того, чтоб я покинула воду и пошла спать в постель. А сам устроился рядом, положив мордочку на лапки и не сводя взгляда с хозяйки.

***

      — Все в порядке? — ласково спросил Дамияр, с которым мы сидели на берегу канала недалеко от парка.       Это странно, но человеку было спокойно рядом с ним, и человек отчасти забывал о произошедшем ночью. Этот мужчина дарил безмятежность. Даже тварь после произошедшего вела себя тихо. Будто этот мужчина успокаивал и сглаживал ее.       — Все хорошо, просто я немного поругалась с родителями. А они уехали, и я не успела попросить прощения, — тихо прошептала я, прижимаясь к нему и устраивая голову у него на плече.       — Тогда не переживай. Они вернуться, и вы обязательно решите свои проблемы, — так же тихо сказал он.       Было видно, что ему очень приятно проводить со мной время, хоть я и выбивала его из привычного ритма жизни. Первые дни он был немного насторожен и аккуратен со мной, но потом будто оттаял. Появились неловкие объятия и поцелуи в щеку. Человеку во мне эти проявления нравились больше, чем просто секс по желанию. А тварь сейчас молчала.       Давно хотела спросить, Дамияр. А твой друг не ревнует тебя, м? Что ты стал по вечерам задерживаться и проводить время со мной. — Я легонько дунула ему в ухо и быстро поцеловала в мочку.       Мужчина немного поморщился, но потом ухмыльнулся по-доброму.       — Стефан мой друг. Я помогаю ему и не хочу оставлять одного.       Друг… знаешь, я тебе завидую. У меня вот никого нет, — я запнулась немного, — никого, кроме семьи и лиса.       — Лиса? — Чернов приподнял бровь, поглядывая на меня.       — Да, у меня есть лис. Его имя Мист. Он еще маленький, но уже такой хитрый. Я нашла его недалеко отсюда. Он запутался в сети, видимо, пытаясь найти еду. Забрала его домой, отмыла, накормила и привязалась к этому комочку шерсти. А теперь мы будто без слов понимаем друг друга. — Пока я говорила, Дамияр не отрываясь смотрел мне в глаза.       — А у тебя глаза немного разные. Красивые, большие, редкого зеленого цвета, но что-то не так. Они разные, — он дотронулся до моей щеки, чтоб поближе рассмотреть.       Такое простое движение напрочь выкинуло тварь из головы. Оно заставило забыть ужас той ночи. В этой новой жизни, без чувств и эмоций, мне было непривычно ощущать подобное. Непривычно, но приятно. И хотелось даже немного большего. Того, что окончательно поможет выкинуть из головы страшные картинки, которые я, как могла, гнала из памяти.       — Дамияр, что ты делаешь? — с небольшим придыханием тихо спросила я, глядя прямо ему в глаза.       — Изучаю твои глаза. С тех пор как мы познакомились, ты так и остаешься для меня интересным ребусом. Вроде обычная девушка, ничем не отличающаяся от других…       — Ну спасибо, — буркнула я.       — …но есть в тебе что-то такое, чего нет ни в ком, кого я когда-либо встречал. Иногда мне даже кажется, что в тебе скрываются два разных человека, но это, наверно, потому, что ты девушка. Странно звучит, но по-другому я пока не могу объяснить.       — Знаешь, если честно, то из твоих уст это звучит довольно мило. Дамияр?       — Да, Вероника?       — А мы так и продолжим сидеть, м? И, вернее, ты так и продолжишь изучать мои глаза? — хитро улыбнулась я.       — Прости, тебе не удобно? У меня вообще нет опыта общения с девушками. Прости еще раз.       — Не надо извиняться. Мне приятно такое немного странное внимание. А знаешь, у меня есть идея. Можем провести эксперимент, если уж я у тебя «первый опыт общения с девушками».       — И какой же?       Я, видимо, хорошо успела его изучить, знаю, что намеки на науку в нашем общении ему очень приятны. Хитро улыбнулась, наклонилась к нему и поцеловала в губы. Легко, слегка касаясь.       — Такой. И как тебе? Какие ощущения вызывает?       — Я не понял, — немного замявшись, ответил он, и тогда я поцеловала его снова.       В этот раз поцелуй был долгий и глубокий, и господин Чернов все схватывал на лету.       Тварь так и молчала, а человек даже не представляла, что будет с этими чувствами после выполнения контракта от таинственного незнакомца.