Сувенир

      Адам пил уже неделю. Беспробудно. Почти, ибо утром он все равно просыпался, принимал душ, брился, по привычке — везде, потому что не все музыканты были заросшими и вонючими. И не все музыканты, как он, не надевали одну и ту же рубашку два раза подряд. Впрочем, себя он все равно запустил — организм уже маяковал болью под ребрами, что еще пара дней бухалова и отсутствия горячей пищи и все, минералочка не спасет. Адама тошнило от выступлений, от жизни в целом, от себя самого. А все потому, что его альфа — так уж вышло, что альфа, — женился. Адам варил лучший кофе на планете, делал лучший массаж, да и внешне фору дал бы любому, но детей он не родил бы.       — И дырка у меня не течет, — хмыкнул он, размышляя вслух. — Двойной виски. И повторить.       Он нахмурился, опрокинул в себя обжигающее пойло, глотнул и перебил вкус сигаретой. Попытался вспомнить, ел ли сегодня что-либо. Или вчера. Вчера, кажется, ел, если кофе и тосты можно было считать едой. А душ? Почесал макушку — волосы сравнительно чистые, но помыться б не мешало. Такая длина — ниже лопаток — требовала постоянного ухода. Вновь хмыкнув, он зашел в инстаграмм, пролистал стену вниз, нашел фото месячной давности.       Вот он, стоит, красавчик, рядом со сценой — воодушевленный, счастливый, такой… свой. А на сцене кто? Неужели сам Адам, звезда андеграунда? В драных джинсах с цепями, кожанке на голое тело, с растрепанными светлыми патлами и татухами по всему телу. Ну да, он, кто ж еще? Только это сценический образ, в жизни Адам носил исключительно закрытые вещи и о занятии своем не распространялся. Его и так узнавали.       Жил на два дома — в пентхаусе в центре города с панорамными окнами и обычной квартирке в спальном районе, оставшейся от родителей. Там было уютно, и туда он шел, чувствуя себя одиноким, поскольку обои в цветочек и въевшийся в мебель запах детства заполняли сосущую пустоту внутри. Адам, затянувшись до першения в горле, закрыл инстаграмм, посидел, пытаясь унять сердцебиение, а затем со всей дури саданул телефон о стойку. Бармен, обернувшись, посмотрел на вылетевшую батарейку и треснувший экран.       — Живучий, сука, — вздохнул Адам, поднял осиротевший корпус и сложил его пополам.       Поплелся, как обычно, в квартирку с обоями в цветочек. В голове гудело, но он шел на автопилоте, перешагивая через лужи и не застегивая пальто. Где-то на половине пути, во дворах, он все же оступился и едва не полетел головой в бампер припаркованного рядом авто.       — Спасибо, — проворчал он, не оглядываясь на спасителя.       В тот вечер, завалившись на кровать в одежде и ботинках, он подумал, что очень странно это — его подхватили в темной подворотне мгновенно, будто шли следом. На следующий день ситуация повторилась, только в этот раз Адам стукнулся лбом о вывеску.       — Вы не подумайте, я не алкаш, — посчитал необходимым пояснить он стоящей рядом фигуре. — У меня кризис, временный.       — Жизнь скоротечна, — философски отозвался незнакомец. — И страдания тоже не вечны.       Адам, схватившись за протянутую руку, задрал голову, пытаясь рассмотреть лицо, скрытое под капюшоном, но не смог. Удивился: его самого считали высоким, так насколько же выше была фигура в балахоне?       — Идемте, я вас провожу, — сказала фигура.       Адам назвал адрес. Фигура молчала. У подъезда Адам остановился, выдохнул.       — Сейчас, отдышусь только, — все же курить надо было меньше.       Фигура так же молча вдруг наклонилась, подхватила его и легко, как ребенка, перебросила через плечо. Адам чертыхнулся, но повис, переживая очередное штормовое предупреждение.       — Меня Хиро зовут, — поведала фигура.       — Адам, — стараясь не дышать глубоко, произнес он. — Рад знакомству. Останетесь на чай?       — Пожалуй, но в другой раз. У меня работа.       Утром Адам думал — вот идиот! Зачем он позвал незнакомое тело на чай? Что вообще хотел этим сказать? У квартиры новый знакомый нашарил в кармане его пальто ключи, открыл дверь и вошел, не споткнувшись о скамеечку у входа даже в темноте.       — Налево, — мотнул головой Адам, и его понесли в спальню.       Бросили на кровать, уверенно стянули ботинки вместе с носками, принялись за пальто. Адам, пошевелив пальцами на ногах, застонал — в мозгу бился болью пульс.       — У вас красивые волосы, — сказал Хиро. — Я потрогаю.       Не спросил, а предупредил: я потрогаю. Погладил по затылку, перехватил в хвост у шеи и вдруг потянул назад, вынуждая Адама запрокидывать голову.       — А вы знаете, — Адам лизнул нижнюю губу. — Это странно, но это заводит.       — Вам приятно?       — Пожалуй, да.       — Можно поцеловать вас?       — Вполне.       Альфой от Хиро не пахло. Омегой тоже. Ничем не пахло. Адам, позволяя себя целовать, в тот момент думал только о том, что ему хочется целоваться. Неважно с кем, главное вот так: долго, чувственно, с языком, чтобы по венам текла не кровь, а огонь. Он хотел было притянуть это случайное в его жизни создание за плечи, показывая, что не прочь развлечься и иначе, но тот перехватил его руки и прижал к бокам. Потом в горле Хиро как-то странно завибрировало, на манер мурлыканья, и от этого звука по коже пробежались мурашки. Адам сексом на одну ночь не увлекался, но сейчас, не соображая где он и с кем, готов был увлечься, чтобы забыться хотя бы на час.       — Спи, — сказал Хиро, отпуская его, и Адам со стоном разочарования повалился лицом в подушку.       — Это подло! — возмутился он.       — О, поверьте, лучше, если я уйду сейчас. Не думаю, что вы готовы к марафону.       Входная дверь хлопнула, закрывшись, и Адам мгновенно уснул. Утром, разлепив веки, он решил, что пить пора бросать. Ибо такая хрень, что снилась ему, психически здоровому человеку видеться не могла: какие-то руки с длиннющими пальцами, горящие в темноте глаза, язык, казалось, достающий до самого горла.       — Бооооже, — произнес он, добравшись до кухни и выглушив залпом бутылку ледяной минералки. На столе лежала бумажка. Подняв ее, Адам присвистнул — на ней был указан номер телефона и имя.       — Хиро, — проговорил он, пробуя его на вкус. — Интересно.       Митя, оплатив в «Пятерочке» бананы, несказанно удивился, когда кассир протянул ему красочный купон:       — Поздравляю, вы пятимиллионный покупатель!       — Эм, — сказал Митя, рассматривая протянутое.       — Вы выиграли бесплатный ремонт квартиры от программы «Счастье в дом»! — добавил кассир, широко улыбаясь.       Митя покрутил купон в руке, расписался в получении, сфоткался с директором магазина для сайта и отправился домой, предвкушая скорый приезд рабочих.       — Не все ж хуи по почте получать, — порадовался он вслух.