Сувенир

      Чертовы птицы за окном орали как резаные. Хотя… Какие птицы, какой балкон?..       Адам вскинул голову, прислушиваясь, — так и есть, всего лишь глюки, обычный шум в голове. Он поднял руку с часами, и те послушно показали десять тридцать. Учитывая, как он вчера опять ужрался в баре, это было безумной ранью. Ему удалось сесть, обнаружить, что на нем нет ничего, даже трусов, и понять, что нужно срочно выпить чего-то холодного, потому что в таком состоянии он не способен был даже засыпать зерна в кофеварку. Накинув халат, он прошел в ванную, где из зеркала на него посмотрел прокуренный потасканный блондин с такими кругами под глазами, что все панды мира обзавидовались бы.       — Блядь, — произнес Адам, сплевывая в раковину зубную пасту. Сил на помыться не было, и он вышел в коридор, с удивлением отмечая, что из кухни тянет свежей выпечкой. Переступив порог, он замер, уставившись на голый зад стоящего у разделочной поверхности создания. Если бы не рост и не цвет кожи, того можно было бы принять за омегу. Очень худого и длинноногого. Хиро. Ну да, с ним же он вчера кутил весь вечер. Только вот Адам не думал, что его так поразит вид округлых прелестей инопланетного создания.       — Тебя что-то смущает? — спросил Хиро, поворачиваясь.       Адам, невольно всмотревшись в область лобка, члена не увидел. Щели, какая была у самок животных, не наблюдалось тоже.       — У меня есть запасная одежда, если тебе нужно, — сказал Адам, с трудом поднимая глаза. — Майка и шорты точно подойдут.       — Не нужно, — тряхнул головой Хиро. — Мне удобнее так. Присаживайся, я налью тебе кофе.       Адам, нашарив стул, уселся за стол, моргая и пытаясь понять, как его так угораздило влипнуть в ту часть реальности, где Хиро ставит перед ним красиво сервированный поднос со свежим кофе, круассанами на сливочном масле, джемом и прочими изысками. Сам Хиро устроился напротив, тоже с чашкой. Откинул за спину волну смоляных волос и оскалился плотоядно, а Адам отчего-то неловко замялся.       — Спасибо, — только и смог сказать он, отхлебывая из чашки.       Немигающий взгляд порождал под ребрами чесотку, будто сотни вылупившихся разом мотыльков рвались наружу. Адам вздрогнул, когда его ноги под столом коснулось гладкое и прохладное — хвост.       — У тебя уютное жилище, — проговорил Хиро, постукивая по столу ногтем. — Все такое блестящее, много стекла и металла. Мне очень понравился душ, там есть подсветка, как я понял, и около двадцати режимов подачи воды. На своей родине я очень любил купаться, я люблю воду. И растительность. В твоем жилище не хватает цветов. Я как-нибудь принесу тебе свои фиалки, и ты поставишь их в спальне.       Хиро не разговаривал — урчал, и от этого урчания Адам поневоле расслаблялся, растекаясь на стуле и не замечая, как хвост, погладив лодыжку, скользнул по колену, откинул полы халата и принялся выводить узоры на внутренней части бедер. Адам, отставив чашку, глубоко вдохнул. Ноги разъезжались сами. — … и про космофантастику. На самом деле многие человеческие фильмы не так уж далеки от реальности. Если ты свободен на сегодня, можем что-нибудь посмотреть.       Адам, кое-как вернувшись в сознание, сдвинул ноги, поняв, что у него давно, оказывается, стоит.       — Хочешь остаться? — улыбнулся он.       — Приглашаешь?       — Оставайся. Я буду рад.       Хвост, поправив халат и демонстративно не коснувшись при этом того, чего так хотелось, исчез.       Драйзера не было весь день — занимался выбором помещения для будущего кафе и заключал договор аренды. За время его отсутствия рабочие перекрасили стены, натянули глянцевый черный потолок и разместили светильники в нише над будущей спальной зоной. Митя, вернувшийся домой только вечером, заглянул в комнату, хмыкнул и никак изменения не прокомментировал. Драйзер улегся на свой матрас рано, и уснул тоже рано, но пробудился посреди ночи от шороха. Шагнув на кухню, он понял, что это был звук упавшей на стол головы Мити, который заснул за просмотром мелодрамы.       — Что за котенок, — вслух умилился Драйзер, рассматривая взъерошенную макушку и темные густые ресницы. Закрыв ноут, он подхватил Митю и понес к заранее расстеленной кушетке. Омега, укрытый одеялом, пробубнил что-то и перевернулся. На обнажившуюся при этом филейную часть в трикотажных шортиках Драйзер посмотрел, да так и прилип: сначала взглядом, а потом и рукой. На легкие поглаживания омежье тело отреагировало изогнувшейся спиной и сладким полустоном на сжатие. Драйзер, хмыкнув, поправил одеяло и улегся на матрасе, принюхиваясь к запаху краски и омежьего возбуждения. Сейчас ему как никогда хотелось плюнуть на все и разложить этого одуванчика прямо здесь, на полу, но нарушить данное слово он не смел.       На третий день ремонта в комнате установили плазменную панель во всю стену, стеклянные полки с декором и привезли кровать: огромную, на пятерых, с балдахином из черного тюля. На кованой спинке траходрома кокетливо поблескивали новенькие наручники.       — Это зачем? — удивился Митя.       — Совет психолога, — дернул подбородком дизайнер в полосатых брючках. — Мы создавали интерьер под ваш тип личности: скромный, спокойный, серьезный омега на публике, и страстный, раскрепощенный, любящий эксперименты доминант в постели.       Митя стремительно порозовел:       — Чего, блять?       — Вот это новости, — хитро сощурился Драйзер. — Кто бы мог подумать!       Крякнув смущенно, Митя повертел в руках статуэтку-пепельницу в форме сношающихся собак, а затем посмотрел на Драйзера:       — Это все твое влияние!       Отсняв завершающие кадры для передачи со счастливо улыбающимся хозяином обновленного жилища, телевизионщики наконец канули в небытие, оставив их наедине с плазмой, траходромом и кучей артхаусного декора.       — Зато футбол круто будет смотреть, — сказал Драйзер. — А спать мы и вместе теперь можем — тут можно троим лечь и ни разу не встретиться за ночь.       — Хорошо, — произнес Митя, верно оценив размеры кровати.       Соглашаясь на это, Митя не заметил, как Драйзер «случайно» оставил телефон на тумбочке с его стороны кровати.       — Там, кажется, смс пришла, — сообщил альфа, и прежде чем Митя успел сообразить, что тот собирается делать, навис над ним, перегнувшись и дотягиваясь до телефона.       — Нет, показалось, — зевнул Драйзер, повернул голову и выдохнул хрипло:       — Спокойной ночи, крошка.       Митя невольно облизнул губы. Драйзер хмыкнул, перекатился на свою сторону и щелкнул кнопкой ночника, а Митя еще долго лежал, не шевелясь и вытянув руки вдоль туловища. Сердце прыгало в груди, и он был уверен, что альфа это прекрасно слышит. Как и чувствует его томление, разлившееся в паху, после того, как его окатило жаром нависшего над ним тела. Митя перевернулся на бок и осторожно поправил резинку шортов, чтобы стояк приносил меньше дискомфорта, но это помогло лишь отчасти.       К середине фильма про космических захватчиков Адам стал терять сюжетную нить. Нет, кино, бесспорно, было интересно, но куда больше его интересовала ладонь Хиро, по-хозяйски устроившаяся на его колене. Которая несколько позже сдвинулась выше, на бедро, а ведь под халатом у него по-прежнему ничего не было. Время от времени Адам поворачивался и рассматривал профиль сидящего рядом, искренне радуясь вмешательству в свой мозг — воспринимать в трезвом уме такое чудо природы он бы точно не сумел. Однако в нечеловеческом облике Хиро было нечто очаровательное, сквозила почти аристократическая надменность, особенно во вздернутой верхней губе, и благовоспитанность, что не мешало ему поглаживать прохладными пальцами ногу Адама.       Адам, все же, был альфой, и ему эти игры вскоре надоели. Хиро, прижатый к дивану, стакана с колой не выпустил, но улыбнулся приглашающе.       — Ты вот специально же меня доводишь, — фыркнул Адам. — Понял уже, что я несдержанный, да?       — Очень на это надеялся. У меня, поверь, есть что тебе предложить. Но это потом, как ты ко мне привыкнешь. Я не сторонник насилия.       — Насилия? — Адам прижался к плоскому животу недвусмысленным комплиментом в адрес Хиро. — Это похоже на то, что я против?       Хиро, опустив стакан на пол, приподнял его подбородок двумя пальцами и провел по нему и губам языком.       — Мне нужен партнер для течки, — сообщил он. — Примерно через неделю. Согласен помочь?       Адам отвечать не стал — просто прижался к нему губами, сплетаясь языком. Хиро хотел пояснить особенности течки своего вида, но передумал — так даже интереснее. И даже если Адам еще не был в роли омеги, то ему это обязательно понравится.