Сувенир

      — Вы только посмотрите кто вернулся! Неужто наш любимый, дорогой Аэсма-дэв? Да чертоги рая падут на землю, не иначе!       Ад встретил его — как и всегда — истеричным визгливым хохотом, глумлением и прочими характерными проявлениями внимания. Каждый бесенок, от мала до велика, не оставил его без косого взгляда. Впрочем, когда истинная форма наконец уплотнилась, напитавшись силой пекла, Драйзер поднялся во весь свой немалый рост, расправил кожистые крылья, встряхнулся, и бесенята прыснули по углам, сразу вспомнив про «важные» дела.       — Эй, черти! — окрикнул Драйзер. — Мой дом еще не развалили?       Адам, размешивая в кружке сахар, пялился на зад в кожаных стрингах в открытую до тех пор, пока хвост Хиро не лег — весьма весомо — на его колено.       — У него хвост! — прошептал Адам восторженно. — Ты видишь? Настоящий олений! Это ли не прекрасно?       Хиро улыбнулся снисходительно, хвост его аккуратно надавил уже на мошонку альфы под тканью штанов, и Адам торопливо отвел взгляд.       — Я просто удивился, ничего предосудительного, — сказал он.       Эон, наполнив кружку Мити кофе, поставил ее на стол перед ним. Глянул на Хиро, потом на Адама.       — А кто из вас верхний? — спросил, усаживаясь за стол.       — По настроению, — ответил Хиро, поглаживая колено Адама несколько мягче. — Моему.       — Понял, — кивнул фавн. — Этих сабов нужно держать в ошейнике, чтоб не сильно наглели. А то совсем иной раз хуеют на ровном месте… Так, ситуевина такова, что придурок Драй снова в пекле. Я бы посоветовал вам забыть о нем и не рыпаться, но вот этот ребенок с розовыми ушками сейчас разноется, что это любовь всей его жизни и мы все равно попремся, поэтому пропустим этот момент и перейдем к плану.       Митя, тот самый «ребенок», обиженно заморгал:       — Драйзер мой муж, а не любовь.       Эон улыбнулся во весь рот:       — Как же я рад, что нынешняя молодежь различает эти понятия! Но приступим к плану. Говорю сразу — путь неблизкий, потный — в прямом смысле, там очень жарко, и неприятный. Если кто-то не хочет марать свои лапки, то я настоятельно рекомендую остаться на этапе данного сообщения и если…       — А там воняет серой? — вклинился Адам, за что немедленно получил плетью по руке.       Эон сразу плеть убрал на колени и улыбнулся еще очаровательней.       — Прости, привычка, ми амор, — пояснил он.       — Ты испанец? — снова заинтересовался Адам, за что получил хвостом по ноге уже от Хиро.       — Эрес тан эрмосо, — сказал Эон, и Митя, ходивший на курсы испанского, перевел это как «ты такой симпатичный!». — Генетически я испанец. Видели фильм «Лабиринт фавна»? Это все вранье, что там актера гримировали больше шести часов. Там мой дядя снимался, и его гримировали три часа, чтоб он выглядел страшнее, чем есть. Итак, план…       — А все фавны такие зефиринки как ты? — спросил Митя.       Эон на мгновение закрыл свои огромные глазищи, потер виски пальцами, а затем произнес размеренно и тихо:       — Если вы сейчас все не заткнетесь и не дослушаете меня до конца, то я поставлю вас, кроме ушастого, раком, отшлепаю до красных полос на заднице, заставлю лизать свои копыта, а потом трахну своим горлом, и не дам кончать до тех пор, пока яйца не станут каменными. Усекли? Мэ парэсэ кэ ла вэнадэ ла лэнгуа пас, а пор ту куло поркэ аблас муча мьерда!       — Хуясе, — сказал Адам после секунды молчания. — Что ты сказал?       — Что кровь в ваш мозг приливает прямо из зада, потому что вы несете какое-то дерьмо, — объяснил фавн спокойнее. — Это устойчивое выражение на испанском, вроде «пошел нахуй» на русском. Итак, план. Вход в другие миры находится в местах скопления силы — в нашем случае это квартира в спальном районе неподалеку отсюда. Она нанесена на карту энергопорталов и используется по назначению всеми существующими… существами. Туда мы с вами и отправимся, перенесемся волшебным образом в магический лес на окраинах Сибелионеминона, а там отыщем вход в пещеру, что охраняет циклоп. Одноглазого я беру, как обычно, на себя, вы тем временем проникаете в пещеру и ждете меня. Дальше — псина, которую я тоже беру на себя, переправа, и мы на месте. Совершаем ритуал заточения демона в неодушевлённый предмет, возвращаемся, идем к колдуну, чтобы он соткал из принесенной сущности прежнюю личину и вуаля — получитесь, распишите. Вы пока чай допивайте, а я оденусь.       Фавн ушел. Митя, слизнув с пальца варенье, вздохнул.       — Да нормально все будет, не кисни! — Хиро похлопал его по плечу. — Не первый раз Драйзер в такой ситуации. Да и не забывай, он демон. Ты уверен, что хочешь видеть его истинное обличие?       — Он ведь мой муж, — усмехнулся Митя. — Я видел его с утра, слышал, как он чешет пятку под одеялом, и стирал его носки. Кажется, мы достаточно притерлись для знакомства с его истинной сущностью.       — Сучностью, — кивнул Хиро, согласно урча. — Думаю, ты прав.             Вскоре вышел Эон — в коротких джинсовых шортах, в топе по самые соски, в розовом ошейнике и с дюжиной колец в ушах. За плечами болтался рюкзачок, увешанный пушистыми кролями-брелочками.       — О эта педофильская романтика! — прокомментировал Хиро, и они двинулись в путь.       Ехали обратно ровно столько же, колесили по городу еще с полчаса, оказавшись в итоге в знакомом Мите дворе.       — Надо же, как у моих родителей парковка у дома, — сказал он удивленно. - И дом такой же. И подъезд… И номер квартиры!       — Там какой-то пришибыш-экстрасекс живет, — сказал Эон.       — Это мой отец, — ответил Митя. — То есть все эти рептилоиды, инопланетяне с Плутона и прочая хрень — реальность?       — Портал открылся примерно шесть лет назад. Видимо, твой батя все же способен видеть сущности из других миров, поэтому подался в мистику, когда у него в квартире начали шляться всякие потусторонние.       У порога Митя замялся, но кнопку звонка надавил. Отец открыл дверь, осмотрел всех стоящих на лестничной клетке с видом крайнего великодушия и шагнул назад.       — Вовсе не обязательно принимать обличие моего сына, чтобы попасть в мою квартиру, — произнес он, кутаясь в махровый халат.       — Но это правда я, — сказал Митя.       — Докажи, — сощурился родитель. — Ответь, кем ты был на своем первом детском утреннике?       — Божьей коровкой.       — Митюша, что ж ты не предупредил, я бы пивка купил, да с тараночкой!..       Делегация проследовала за Эоном, который шагал уверенно, будто шляться по чужим квартирам ему было не впервой, в гостиную. Откинув ковер, он опустился на корточки и черканул на паркете пару каббалистических символов. И пока они зажигались и пульсировали то синим, то красным цветом, батя шуршал на кухне.       — Чайку даже не попили! — возмутился он, впихивая в руки сына бумажный пакет. — Возьми, там кушать захочешь, а нечего будет. Папуля старался, пирожки пек, с джемом и с капустой.       — Спасибо, бать, — проворчал Митя под усмешки фавна. — Этого мне как раз и не хватало…       — Вот и правильно, — проговорил отец и глянул вдруг на задницу в джинсе. — Почему у вас ребенок ходит в таких коротких шортах? Погодите, сейчас я свои треники отыщу…       Треникам появиться было не суждено — вычерченный круг зажегся фиолетовым и поглотил стоящих в нем. Очнулся Митя на мягкой траве среди деревьев, прижимая к себе пакет с пирожками.       — Итак, мы на месте, — хлопнул себя по бокам Эон. — Пещера — вот она, тоже имеется. Как и одноглазый.       Честно признаться, Мите совсем не хотелось идти к той образине, что возвышалась возле входа, о чем он и поспешил сообщить. Адам, бледнея, улыбнулся натянуто, взяв Хиро под локоть.       — Вам и не нужно с ним встречаться, — сказал фавн. — Успейте проскочить, когда он отойдет. И все.       Эон обладал многими талантами. Он прекрасно готовил, играл на флейте и арфе, обучился танцевать стриптиз и бачату, помнил наизусть многие произведения великих и мог нарисовать карту Испании по памяти. Однако лучше всего у него получалось заигрывать. Поэтому знакомство с циклопом началось с того, что Эон, продефилировав к камню напротив, оперся на него локтями и выставил на обозрение свой великолепный олений зад.       — Здравствуй, ми амор, — проговорил он, прикрыв томно глаза. — Скучно тебе одному, бедному, в такой глуши. Ни людишек, ни жареных окороков. Секса тоже нет.       Циклоп разлепил единственный глаз, хмыкнул и демонстративно сложил на груди руки. Рядом с ним лежала дубина, выстроганная, казалось, из целого бревна.       — Знаешь, я тут гуляю не первый раз. И каждый раз смотрю на твои ручищи. Такими бы ручищами… мм-м. Я всегда тащился от таких больших парней, как ты.       — У больших парней — большие члены, — прорычал циклоп. — Не переоценивай себя, крошка.       — Не недооценивай меня, ми амор, — с придыханием парировал Эон. — Если ты забыл, то я напомню: фавны отличаются повышенным либидо и чудовищно сильной регенерацией. Ты можешь трахать меня всю ночь, даже не растянув, а к утру я буду снова целочка. Так что, попробуем?       Громила хмыкнул вновь, но не дернулся, и тогда Эон, прогнувшись в спине, лег на камень животом, расстегнул шортики и приспустил их, являя жадному взору белый олений хвостик. — Я бы под тобой так же лежал. Или на спине, с раздвинутыми ножками. Или бы скакал на тебе, а потом облизал всего… Уверен, что не хочешь? Я больше не приду. Подумай сам, что ужасного случится, если ты отойдешь на пару шагов?       — Не могу, — качнул башкой циклоп, утер выступившую в уголке рта слюну и сглотнул. — Не положено. Иди лучше сам ко мне, крошка.       — Вонища у тебя, — наморщил носик фавн. — Я там не смогу.       Циклоп покосился на обглоданные кости, оставшиеся от недавнего ужина, и понимающе взгрустнул. Пожав плечами, Эон выпрямился, застегнул пуговку и развернулся, чтобы уйти.       — Стой, стой! — окликнул циклоп, нерешительно шагнув в сторону от входа. — Только если быстро!       — О, я тебя не разочарую, поверь, — улыбнулся фавн, подмигивая затаившейся в кустах компании, которая немедленно шмыгнула в темноту пещеры.       Оставалось отвести одноглазого еще на пару шагов и двинуться следом. С попаданием в ад у него проблем никогда не возникало.