Непокорная

Экзамены неумолимо приближались, погружая студентов в нервное ожидание. Всюду только и слышались разговоры о СОВ или ЖАБА, и Амелии хоть и не надо было сдавать их в этом году, она так или иначе старалась подтянуть свои знания и оценки по всем предметам. Свои тренировки она все же перенесла в Запретный лес, делая упор на Стихийную магию. Однажды она зашла слишком глубоко в лес и наткнулась на поселение Кентавров, которые, почему-то, назвали ее жеребёнком и отпустили с миром. Ей стало любопытно посмотреть на их общину, поэтому в следующий раз она явилась к ним под дезиллюминационными чарами, оставаясь незамеченной для их глаз. В один из майских дней она спускалась с Заклинаний, нутром чувствуя, что в Хогвартсе что-то происходит. Шестое чувство повело ее вниз, и с каждой ступенькой ее напряжение все больше усиливалось. Из вестибюля доносились шум и крики. Амелия сбежала по мраморной лестнице и увидела, что внизу собралась чуть ли не вся школа. Зрелище было примерно таким же, как в тот вечер, когда увольняли Трелони. Стоящие вдоль стен ученики образовали огромный круг (некоторые из них, были покрыты чем-то очень похожим на Смердящий сок). Были в толпе и учителя с привидениями. Среди наблюдателей выделялись члены Инспекционной дружины, из которой Амбридж исключила девушку за подозрения в пособничестве — они явно были чрезвычайно довольны собой. Под потолком болтался Пивз, взирающий сверху вниз на Фреда и Джорджа, которые стояли посреди вестибюля с таким видом, что было яснее ясного: их наконец загнали в угол. — Итак! — торжествующе сказала Амбридж. Только сейчас Амелия заметила, что она стоит всего на несколько ступеней ниже ее и коршуном смотрит на близнецов. — Вы полагаете, что превратить школьный коридор в болото — это смешно? — Мы полагаем, что да, — сказал Фред, глядя на нее без малейшего страха. Филч протолкался поближе к Амбридж, чуть не плача от счастья. — У меня есть документ, директор, — хрипло сказал он и помахал куском пергамента. — У меня есть документ, и розги готовы… Прошу вас, позвольте мне сделать это сразу… — Очень хорошо, Аргус, — сказала Амбридж. — А вам двоим, — продолжала она, глядя вниз на Фреда и Джорджа, — предстоит узнать, что бывает с нарушителями в моей школе… — Знаете что? — перебил ее Фред. — Боюсь, у вас ничего не выйдет. Он повернулся к брату. — Джордж, — сказал он, — по-моему, в нашем с тобой случае идея школьного образования себя исчерпала. — Да, у меня тоже такое чувство, — весело откликнулся Джордж. — Пора испытать себя в настоящем мире, как ты считаешь? — спросил Фред. — Согласен, — сказал Джордж. И, прежде чем Амбридж успела вставить хоть слово, они подняли свои палочки и хором воскликнули: — Акцио, метлы! Девушка услышала где-то в отдалении громкий треск. Взглянув налево, она пригнулась, и как раз вовремя. Метлы Фреда и Джорджа, на одной из них болталась тяжелая цепь с железным крюком, неслись по коридору к своим хозяевам. Они свернули влево, скользнули вниз над лестницей и резко затормозили перед близнецами — цепь громко прозвенела по вымощенному камнями полу. — Надеюсь, мы больше не увидимся, — сказал Фред профессору Амбридж, перекидывая ногу через свою метлу. — И не стоит нам писать, — подхватил Джордж, оседлав свою. Фред обвел взглядом собравшихся учеников — молчаливую, настороженную толпу. — Если кто надумает купить портативное болото вроде того, что выставлено у вас наверху, милости просим в Косой переулок, номер девяносто три, в магазин «Всевозможные волшебные вредилки», — громко сказал он. — Это наш новый адрес! — Специальные скидки для тех учеников Хогвартса, которые пообещают, что используют наш товар в целях избавления от этой старой крысы, — добавил Джордж, показывая на профессора Амбридж. — Держите их! — взвизгнула Амбридж, но было уже поздно. Когда члены Инспекционной дружины кинулись на Фреда с Джорджем, те уже оттолкнулись от пола и взмыли вверх футов на пятнадцать — железный крюк угрожающе раскачивался внизу. Фред поглядел на полтергейста, парившего вровень с ними по другую сторону вестибюля. — Задай ей жару от нашего имени, Пивз. И Пивз, который на памяти всех студентов еще ни разу не послушался ни одного ученика, сорвал с головы свою шляпу с бубенчиками и отсалютовал ею, а Фред и Джордж под громоподобные аплодисменты толпы описали в воздухе полукруг и вылетели из распахнутых парадных дверей навстречу сияющему закату. Для Амелии это было настоящим ударом, ведь она так привыкла к обществу неугомонных близнецов Уизли, с которыми ей очень нравилось проводить время. Парни даже разрешили присутствовать ей на своих опытах, которые проводили в одном из пустующих классов на четвёртом этаже. Кто теперь будет вместе с ней глумиться над студентами? Кто вытащит ее со скучной Истории магии под каким-нибудь дурацким предлогом? Ей было непривычно находиться в Хогвартсе без них, и она неосознанно искала их яркие рыжие макушки среди остальных студентов. А потом приходило осознание, что их больше нет в Хогвартсе. Что в следующий раз они увидятся только летом. В следующие несколько дней история о том, как Фред с Джорджем вырвались на свободу, пересказывалась так часто, что девушке стало ясно: она войдет в золотой фонд хогвартских преданий. Спустя неделю даже очевидцы этого события были почти убеждены, что своими глазами видели, как близнецы, оседлавшие метлы, сначала спикировали на Амбридж и забросали ее навозными бомбами, а уж потом вылетели из дверей на волю. Сразу после отбытия близнецов было много разговоров о том, что их поступок достоин подражания. Амелия частенько слышала от учеников фразы вроде «Честно, иногда мне страсть как хочется вскочить на метлу да и махнуть отсюда подальше» или «Еще один такой урок, и я тоже исполню номер «прощание Уизли». Фред с Джорджем позаботились о том, чтобы память о них осталась в школе надолго. Во-первых, они никому не объяснили, как убрать болото, образовавшееся в коридоре на шестом этаже восточного крыла. Амбридж и Филч пробовали осушить его самыми разными способами, но безрезультатно. В конце концов болото огородили веревками, а Филчу поручили переправлять учеников в классные комнаты на плоскодонке, что он и делал, скрипя зубами от злости. Амелия не сомневалась, что Макгонагалл или Флитвик могли бы удалить болото без всякого труда, однако, как и в случае с устроенным близнецами фейерверком, они явно предпочитали наблюдать за усилиями Амбридж со стороны. Вдохновленные примером Фреда и Джорджа, многие ученики вступили в борьбу за право занять освободившиеся места Главных Шутников Хогвартса. Несмотря на новую дверь, кто-то умудрился подсунуть в кабинет Амбридж нюхлера с волосатым рыльцем — тот перевернул всю мебель в поисках блестящих предметов, а когда вошла Амбридж, прыгнул на нее и попытался сгрызть кольца с ее толстых пальцев. Навозными бомбами и вонючей дробью теперь швырялись в коридорах так часто, что среди учеников стало модно перед уходом с урока накладывать на себя Заклятие пузыреголовости — это обеспечивало им приток свежего воздуха, хотя выглядели они при этом весьма экстравагантно, будто щеголяли в надетых на голову аквариумах. Филч, крадучись, ходил по коридорам с хлыстом в руке, надеясь поймать виноватых, но вся трудность заключалась в том, что их стало чересчур много и он никак не мог решить, куда ему броситься в первую очередь. Инспекционная дружина пыталась помочь ему, но с ее членами то и дело происходили странные вещи. Уоррингтона, например, отправили в больницу с ужасным кожным недугом, из-за которого он словно покрылся кукурузными хлопьями. Тем временем стало ясно, что перед тем, как покинуть Хогвартс, Фред и Джордж успели распродать уйму Забастовочных завтраков. Стоило Амбридж войти в классную комнату, как собравшихся там учеников начинало тошнить и лихорадить. Одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей. Вопя от ярости и бессилия, она пыталась определить источник загадочных симптомов, но ученики упрямо твердили ей, что страдают от «амбриджита». Оставив после уроков четыре класса подряд и ровно ничего этим не добившись, она была вынуждена отказаться от репрессий и позволить мокрым от пота, мертвенно-бледным и окровавленным ученикам покидать ее занятия целыми толпами. Но даже потребители Забастовочных завтраков не могли сравниться с Пивзом, этим непревзойденным мастером сеять разрушение и хаос: похоже, полтергейст принял прощальный завет Фреда очень близко к сердцу. С безумным хихиканьем он носился по всей школе, переворачивал столы, выскакивал из-за классных досок, опрокидывал вазы и статуи; дважды он запихивал Миссис Норрис в пустые рыцарские доспехи в коридоре, и разъяренный смотритель замка извлекал ее оттуда истошно орущей, но живой и невредимой. Пивз разбивал фонари и тушил свечи, жонглировал горящими факелами над головой у перепуганных учеников, заставлял аккуратно сложенные стопки пергамента обрушиваться в огонь или за окно; он устроил на третьем этаже наводнение, открыв краны во всех умывальнях, набрал полную сумку тарантулов и выпустил их посреди вестибюля во время завтрака, а если ему хотелось передохнуть, часами парил над Амбридж, сопровождая ее повсюду, куда бы она ни пошла, и издавая громкие непристойные звуки всякий раз, как она открывала рот. Если не считать Филча, никто из обслуживающего персонала даже не пытался помочь директору. А спустя неделю после того, как Фред и Джордж покинули школу, Амелия своими глазами видела, как профессор Макгонагалл прошла мимо Пивза, старательно отвинчивающего хрустальную люстру, и могла бы поклясться, что она, почти не разжимая губ, шепнула полтергейсту: «Не в ту сторону крутишь!» В такие моменты она от всей души уважала профессоров Хогвартса, которые негласно оппозиционировали вредной Амбридж. В последний день экзаменов Амелия вышла из кабинета с легкой душой, чувствуя грустную радость от того, что все осталось позади. Впереди было лето в поместье Стэнфордов, встречи с друзьями и долгожданная свобода. Неограниченная в магии, она предвкушала множество тренировок и странствий по Британии, зная, что ни один суровый взгляд отца не остановит ее в этом. Время приближалось к ужину, но Амелия решила немного поупражняться в лесу. На спине болтался новый рюкзачок, который ей прислала Изабель из Болгарии. Амелия точно так же использовала чары Невидимого расширения, переместив большую часть вещей в рюкзачок. А ещё вечером ее ждала последняя шалость в этом учебном году, которую она оставила на десерт. Она таки решилась поквитаться с профессором Снейпом за то, что тот доносил на неё и относился к ней строже, чем к остальным Слизеринцам. Фляга с оборотным зельем ждала своего часа в ее рюкзаке, и она точно знала, что хочет с ним сделать. Сорвать волос с профессора Вектор оказалось не таким сложным делом, как она думала, и теперь оставалось лишь добавить его в зелье. Амелия давно заметила, что профессор Снейп и профессор Вектор как-то подозрительно тесно дружат, и теперь она собиралась превратится в профессора Нумерологии, чтобы сделать кое-что очень занятное. Она хмыкнула своим мыслям и выбрала нужную тропинку в Запретном лесу. Недавно она облюбовала чудесную полянку, на которой было удобно заниматься Стихийной магией, и сейчас она шла именно к ней. Покрутив кольцо по часовой стрелке, она почувствовала, как легкий летний ветерок словно здоровается с ней, и от этого на ее губах расцвела улыбка. В прошлый раз она остановилась на создании небольшого вихря, поэтому планировала начать сегодня с этого же. Но едва позанимавшись пять минут, она услышала истошный женский вопль из той стороны, где находилось поселение кентавров. Поколебавшись пару секунд, она подобрала свой рюкзак и понеслась в ту сторону, откуда доносились крики. С каждым мгновением ей становилось все страшнее и страшнее, а ее порыв храбрости уже не казался таким разумным. Спрятавшись за деревом, она вцепилась в него ногтями и попыталась восстановить дыхание. Открывшаяся картина была настолько завораживающей, насколько ужасающей. Двое кентавров схватили брыкающуюся Амбридж за шкирку и тащили в глубь леса. Недалёко от них стоял огромный великан, а в его ногах топтались десятки кентавров с луками и стрелами. А ещё здесь были Поттер с Грейнджер.  — ГЕРМИ! — прорычал великан. — ГДЕ ХАГГЕР? — Не знаю! — взвизгнула насмерть перепуганная Гермиона. — Мне очень жаль, Грохх, но я не знаю! — ГРОХХ НАДО ХАГГЕР! Амелия округлила глаза от ужаса, думая о том, что же ей делать. Могучая рука великана пошла вниз. Гермиона, крича во все горло, пробежала несколько шагов назад и упала. Рука тем временем стремительно двинулась к Поттеру и по пути сшибла с ног белоснежного кентавра. Этого его сородичи стерпеть не смогли. Растопыренные пальцы Грохха почти уже коснулись Гарри, когда пять десятков стрел, устремившись вверх, утыкали необъятное лицо гиганта. Он завыл от боли и ярости, выпрямился и стал тереть исполинское лицо руками, ломая древки стрел и еще глубже загоняя в себя наконечники. В этот момент Амелия активировала своё кольцо и резким порывом ветра снесла десятки стрел, направленных на ребят. Заметив ее, они очень удивились, но, казалось, были даже рады хоть какой-то помощи. — Что вы расселись? — воскликнула Амелия, приводя их в движение. — Бегите, идиоты, я их отвлеку! Великан ревел и топал ножищами, и кентавры бросились от него врассыпную, попутно стреляя из лука, но Амелия воздухом сбивала стрелы, от чего они с глухим треском падали на землю. Гарри, на которого дождем посыпались крупные, размером с гальку, капли великаньей крови, рывком поставил Гермиону на ноги, схватил Амелию за рукав мантии и ринулся с ними под деревья, сулившие укрытие. Там они оглянулись. Грохх, у которого текла по лицу кровь, вслепую водил в воздухе руками, пытаясь схватить хоть одного из кентавров, но те уже пустились в беспорядочное бегство и пропадали из виду среди деревьев по ту сторону поляны. Грохх испустил еще один яростный вопль и двинулся за ними следом, круша по пути дерево за деревом. — Не-ет, — простонала Гермиона, которую била такая дрожь, что она бессильно опустилась на землю. — Ужас, ужас! Он же их всех мог убить! — Меня, честно говоря, это мало волнует, — ожесточенно заявил Поттер, и Амелия была с ним солидарна. Топот кентавров и треск от бредущего наобум великана становились все тише. — Как вы здесь оказались? И что с Амбридж? — Амелия покрутила кольцо в обратную сторону, перекрывая поток магии. — Амбридж поймала нас в своём кабинете, когда мы… неважно в общем. А потом пришли твои дружки из Инспекционной дружины и схватили нас. Остальные ребята до сих пор в ее кабинете! — протараторила Грейнджер, косясь на Поттера. — Нам пришлось обманом завести Амбридж в лес, потому что она хотела применить к Гарри Круциатус! Амелия даже не успела ответить, как Поттер разъярённо вскочил на ноги. — Умный план, ничего не скажешь! — прошипел Гарри, выплескивая злость на Гермиону. — Умнее не придумаешь. Ну, и куда же мы отсюда? — Надо возвращаться в замок, — беспомощно ответила Гермиона. — К тому времени Сириус, может быть, уже будет мертв! — воскликнул Гарри, в сердцах пнув дерево. Сверху раздалось верещание на высокой ноте, и, подняв голову, он увидел разозленного лукотруса, который нацелился на него длинными пальцами-веточками. — Какой ещё Сириус? — взмолилась Амелия, не успевая мыслями за гриффиндорцами.  — Не важно, — рявкнул Поттер, прикладывая руку к своему знаменитому шраму. — Без волшебных палочек все равно ничего не сделаешь, — безнадежно промолвила Гермиона и заставила себя подняться. — Кстати, Гарри, как ты думал добираться до Лондона? — Мы вот тоже об этом сейчас размышляли, — произнес у нее за спиной знакомый голос. Амелия, Гарри и Гермиона безотчетно прижались друг к другу и уставились в темноту под деревьями. Возник Рон, за ним торопливо шли Джинни, Невилл и Полумна. Вид у всех был довольно потрепанный: у Джинни на щеке красовалось несколько длинных царапин, у Невилла под правым глазом налился большой лиловый фонарь, у Рона губа кровоточила. Но это не мешало им быть довольными собой. — Ну так что, — сказал Рон, — какие идеи? Он отвел рукой низко нависшую ветку и протянул Гарри его волшебную палочку. — Как вы сумели удрать? — изумленно спросил Гарри, забирая палочку. — Пара-тройка Оглушающих заклятий, одно Разоружающее, а Невилл очень изящно применил Чары помех, — небрежно ответил Рон, вручая волшебную палочку и Гермионе. — Но кто действительно отличился — это Джинни. Наслала на Малфоя Летучемышиный сглаз, большие такие крылатые твари — всю морду ему облепили. Мы увидели в окно, что вы идете в Лес, и двинули за вами. Что вы сделали с Амбридж? — Ее кентавры утащили, — сказал Гарри. — Их тут был целый табун. — А вас оставили? — поразилась Джинни. — Пришлось оставить, потому что за ними погнался Грохх, — объяснил Гарри. — Кто такой Грохх? — поинтересовалась Полумна. — Маленький братец Хагрида, — быстро ответил Рон, и Амелия невольно фыркнула на слове «маленький». — Но об этом потом. Гарри, что ты выяснил через камин? Сам-Знаешь-Кто действительно схватил Сириуса? — Да, — сказал Гарри, снова чувствуя колющую боль в шраме. — Я уверен, что Сириус жив, но как туда добраться и ему помочь — не знаю. — Придется нам полететь, — промолвила Полумна самым что ни на есть будничным тоном. Амелия в немом шоке переводила взгляд с одного на другого студента, понимая, что она слишком многое не знает. Во-первых, она не знала, кто такой Сириус и что он делает у Волдеморта. Во-вторых, Поттер явно куда-то намылился со своей компанией, и она не знала, чем помочь ребятам, в компанию которых она затесалась по воле случая. — Так, — раздраженно набросился на нее Гарри. — Во-первых, нам, если ты включаешь в это понятие себя, ничего делать не придется. Во-вторых, у всех, кроме Рона, метлы стережет тролль-охранник, поэтому… — У меня есть метла! — возразила Джинни. — Есть, но ты никуда не летишь, — сердито заявил Рон. — Прошу прощения, но судьба Сириуса волнует меня не меньше, чем тебя! — воскликнула Джинни и сжала зубы так, что ее сходство с Фредом и Джорджем стало просто удивительным. — Ты тоже… — начал Гарри, но Джинни яростно перебила его: — Я на три года старше, чем ты был, когда дрался Сам-Знаешь-С-Кем за философский камень! Это я обезвредила сейчас Малфоя в кабинете Амбридж, это я напустила на него огромных летучих тварей… — Да, но… — В Отряде Дамблдора мы были вместе, — тихо сказал Невилл. — Разве не для того мы его создали, чтобы сражаться Сам-Знаешь-С-Кем? Вот мы в первый раз получили шанс сделать что-то по-настоящему. Или, по-твоему, ОД — это была игра? — Нет… конечно, не игра… — нехотя согласился Гарри. — Тогда нам всем надо отправляться, — бесхитростно рассудил Невилл. — Мы хотим помочь. — И я тоже хочу помочь, но не до конца улавливаю ситуацию, — закивала Амелия, привлекая к себе внимание ребят, которые, казалось, уже забыли о ее присутствии. — Верно, — поддержала их Полумна с радостной улыбкой. — Впрочем, это не имеет никакого значения, — уныло промолвил Гарри. — Все равно мы не знаем, как туда добираться… — А я думала, это решено, — вмешалась Полумна. — Мы летим! — Так, послушай-ка меня, — сказал Рон, едва сдерживаясь. — Ты, может быть, и умеешь летать без метлы, но нам-то, остальным, где прикажешь взять крылья? — Летать можно не только на метлах, — безмятежно возразила Полумна. — А на чем еще? На мерзляках твоих козлорогих? — поинтересовался Рон. — Морщерогие кизляки не летают, — сказала Полумна с достоинством, — а вот эти летают, и еще как, и Хагрид говорил, они запросто могут доставить тебя куда нужно. Амелия резко обернулась. Между двумя деревьями, призрачно тараща белые глаза, стояли два фестрала, которые обычно возили кареты со станции «Хогсмид». Они смотрели на перешептывающуюся группу так, будто понимали каждое слово. — Точно! — воскликнул Поттер и двинулся к ним. Вскинув головы, похожие на головы рептилий, они тряхнули длинными черными гривами. Гарри не мешкая протянул руку и погладил ближнего по отсвечивающей шее. — Что, эти идиотские лошади? — неуверенно спросил Рон, уставившись в точку немного левей фестрала, которого гладил Гарри. — Которых не видишь, если при тебе кто-нибудь не отдал концы? Амелия вспомнила, как на ее глазах убили маглорожденную ведьму прошлым летом, и в ее горле появился противный ком. — Да, — ответил Гарри. — Сколько? — Всего два. — А нам надо три, — сказала Гермиона, не совсем оправившаяся от потрясения, но уже полная решимости. — Не три, а четыре, — сердито поправила ее Джинни. — Мне кажется, нас тут семеро, — спокойно промолвила, пересчитав всех, Полумна. — Глупости! Мы не можем все полететь! — снова разъярился Гарри. — Так, вы четверо, — он показал на Амелию, Невилла, Джинни и Полумну, — вы в этом не участвуете, вы не… Все в один голос начали доказывать, что им стоит полететь, а Поттер нахмурился ещё больше. — Ладно, как хотите, дело ваше, — коротко сказал Гарри. — Но если мы не найдем других фестралов, вы не сможете… — Другие придут, не сомневайся, — заверила его Джинни, смотревшая, как и Рон, мимо. — Почему ты так думаешь? — Потому что вы с Амелией и Гермионой, к твоему сведению, заляпаны кровью, — невозмутимо объяснила она, — а мы знаем, что Хагрид приманивает фестралов сырым мясом. Вот из-за чего явились эти двое. Амелия почувствовала, как что-то мягко тянет ее за мантию, и, опустив глаза, увидела, что ближний фестрал лижет ее рукав, мокрый от крови Грохха. — Отлично, — сказал он. — Мы с Роном садимся на этих и летим вперед, Гермиона с Амелией остаются с вами и приманивают других… — Нетушки! — гневно возразила Гермиона. — На лоха не разведёшь! — согласилась с ней Амелия, уперев руки в боки. — Никому не надо оставаться, — улыбнулась Полумна. — Смотрите, вон еще идут… от вас, наверно, пахнет на весь Лес… Амелия оглянулась. Обходя деревья, к ним двигалось шесть-семь фестралов, не меньше. Огромные кожистые крылья были плотно прижаты к туловищам, глаза белели сквозь тьму. — Хорошо, — сердито сказал он. — Выбирайте, садитесь, и поехали. И именно так звучало начало конца.