Непокорная

Амелия крепко взялась за гриву ближайшего фестрала, намотала ее на руку, потом встала на пенек и неуклюже вскарабкалась на шелковистую лошадиную спину. Конь не возражал — он только повернул к ней голову, оскалил клыки и попытался снова полизать ее мантию. Оказалось, что можно упереться коленками в основания крыльев летучего коня — сидеть так было довольно удобно. Устроившись, она оглянулся на товарищей. Невилл уже навалился животом на спину соседнего фестрала, но никак не мог перекинуть через нее свою коротенькую ногу. Полумна уселась на своего коня боком и спокойно расправляла мантию, словно такое путешествие было для нее самым обычным делом. Поттер неуклюже вскарабкался на спину лошади и также озирался на остальных. Однако Рон, Гермиона и Джинни до сих пор не сдвинулись с места — они замерли, глядя в пространство с раскрытыми ртами. — Ну? — спросил Поттер. — Как мы, по-твоему, на них сядем, — слабым голосом спросил Рон, — если их даже не видно? — О, это совсем просто, — сказала Полумна, с готовностью соскальзывая со своего фестрала и направляясь к ним. — Идите сюда… Она подвела ребят к другим фестралам, стоящим неподалеку, и по очереди помогла им взобраться на их спины и нащупать руками гривы, — при этом вид у всех троих был очень испуганный. Посоветовав им держаться крепче, Полумна вернулась обратно. — Это безумие, — пробормотал Рон, осторожно проводя свободной рукой по шее своего коня. — Безумие… Эх, если б я мог его видеть… — Наоборот, считай, что тебе повезло, — мрачно заметил Гарри, и Амелия с ним полностью согласилась, ведь вид фестралов вгонял в страх. — Ну что, все готовы? — спросила Амелия, оглядывая всех по очереди. — Хорошо, тогда в Министерство магии, ко входу для посетителей… в Лондон… — неуверенно сказала она, не до конца веря в то, что фестралы ее поймут. — Э-э… если вы знаете дорогу… Несколько секунд фестрал под ней не шевелился. Затем его мощные крылья распахнулись, чуть не сбросив Амелию на землю, конь слегка присел и взмыл вверх так резко и круто, что девушке пришлось прижаться к нему всем телом, иначе она соскользнула бы назад с его костистой спины. Закрыв глаза, она в страхе приникла лицом к шелковой гриве, и они вырвались из-под лесного полога навстречу кроваво-красному закату. Ей казалось, что она никогда еще не передвигалась так быстро. Фестрал пронесся над замком, почти не взмахивая крыльями; холодный ветер бил в лицо, и у Амелии в голове мелькнула мысль о том, что можно было бы утихомирить ветер Стихийной магией, но потом поняла, что в таком случае потеряет слишком много сил. А они были очень нужны, ведь неизвестно что их ждало в Министерстве магии. Перед полетом Гермиона быстро ввела в курс дела потерянную Амелию, сказав о том, что крестного отца Поттера схватил Волдеморт. Этим крестным оказался Сириус Блэк, имя которого частенько мелькало в пророке, и который был первым, кому удалось сбежать из Азкабана. Амелия тогда ещё спросила, точно ли Сириусу нужна помощь, ведь спасать сбежавших заключённых не входило в ее программу вечернего досуга. Но как оказалось, Блэка несправедливо осудили, и он, невиновный, зря сидел в Азкабане целых двенадцать лет. Она обернулась, прищурившись, и увидела позади своих товарищей; все они пригнулись как можно ниже, уткнувшись в шеи своих фестралов, чтобы уберечься от ветра. Миновали территорию школы, потом Хогсмид; Амелия видела, как скользят внизу горы и ущелья. В наступающих сумерках маленькими гроздьями зажглись огни деревень; затем внизу показалась извилистая дорога с одиноким автомобилем, пробирающимся среди холмов… — Ну и чудеса! — донесся до нее откуда-то сзади еле слышный крик Рона Уизли, и она подумала, как это, должно быть, странно — лететь в поднебесье без всяких видимых средств передвижения. Сумерки сгущались; на ярко-фиолетовом, стремительно темнеющем небе загорелись крошечные серебряные звездочки. Теперь единственными ориентирами, по которым они могли судить о скорости и высоте полета, были огни магловских городков. Все дальше и дальше летели они в густеющей тьме; лицо Амелии застыло от холода, ноги, крепко сжимающие бока фестрала, онемели от напряжения, но она не отважилась переменить позу, боясь соскользнуть назад; уши ее заложило от неугомонного воя воздушных потоков, а губы высохли и замерзли на пронизывающем ночном ветру. Она уже утратила всякое чувство расстояния и надеялась только на зверя под собой, а тот, по-прежнему едва шевеля крыльями, целеустремленно мчался вперед сквозь ночной мрак. У Амелии подхватило кишки: фестрал вдруг круто пошел вниз, и она даже сползла на дюйм-другой ближе к его шее. Наконец-то они спускаются… Желтые огоньки со всех сторон приближались, становясь все больше и круглее; уже можно было различить крыши домов, яркие фары автомобилей, похожие на светящиеся глаза насекомых, бледные желтые квадратики окон. Вдруг, совершенно неожиданно, на них понеслась мостовая; собрав последние силы, Амелия вцепилась в гриву фестрала и съежилась, ожидая удара, однако фестрал коснулся земли легко, как тень, и девушка сразу соскользнула с его спины, едва не плюхнувшись на землю грузным мешком. — Куда теперь? — спросила Полумна у Гарри с вежливым любопытством, точно речь шла всего лишь об интересной экскурсии. — Сюда. Гарри быстро прошел к покосившейся телефонной будке и открыл дверцу. — Скорее! — поторопил он друзей, увидев, что они медлят. Рон и Джинни покорно забрались внутрь, за ними в будку втиснулись Гермиона с Невиллом и Полумной, а Амелия зашла последней, чувствуя со всех сторон прижатые друг к другу тела. — Кто там ближе к аппарату? Наберите шесть, двадцать четыре, сорок два! Вывернув руку, Рон с трудом дотянулся до диска. Когда он набрал последнюю цифру, в будке зазвучал прохладный женский голос: — Добро пожаловать в Министерство магии. Назовите, пожалуйста, ваше имя и цель посещения. Амелия вздрогнула от неожиданности, но все остальные были спокойны, словно бывали здесь каждый день. — Гарри Поттер, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер, — скороговоркой произнес Гарри, — Джинни Уизли, Невилл Долгопупс, Полумна Лавгуд и Амелия Стэнфорд… Мы здесь, чтобы спасти человека, если только ваше Министерство не сделает этого раньше нас! — Благодарю вас, — произнес прохладный женский голос. — Посетители, возьмите, пожалуйста, значки и прикрепите их к мантии спереди. В углубление для возврата неиспользованных монет высыпалась горсть значков. Гермиона сгребла их и молча протянула ей через голову Джинни; она взглянула на верхний и прочла: «Амелия Стэнфорд, спасательная миссия». Ухохочешься. Пол телефонной будки содрогнулся, и мостовая поплыла вверх мимо ее стеклянных стенок. Роющиеся в мусоре фестралы скрылись из виду; над головами семерых ребят сомкнулась тьма, и с глухим, скрежещущим звуком они канули в недра Министерства магии. Вскоре на их ноги упал тонкий луч мягкого золотистого света и, расширяясь, пополз вверх, пока перед ними не показался огромный зал. — Министерство магии желает вам приятного вечера, — произнес женский голос. Дверца телефонной будки распахнулась. Тишину, царящую в атриуме, нарушал только ровный шум воды в золотом фонтане — это журчали струи, изливающиеся в бассейн из палочек чародея и волшебницы, кончика стрелы кентавра, острия гоблинской шляпы и ушей эльфа-домовика.  — Здесь должно быть так тихо? — прошептала Амелия, озираясь по сторонам.  — Вообще-то не должно, — так же шепотом ответил Гарри. — Идем. Он повел их по коридору. Прямо за ним шла Полумна, озираясь по сторонам с чуть приоткрытым ртом. — Погодите, — сказал Гарри, останавливаясь в нескольких шагах от двери. — Может… может, кому-нибудь из нас лучше побыть здесь… и в случае тревоги предупредить… — И как же ты услышишь наш сигнал? — подняв брови, спросила Джинни. — К тому моменту ты можешь оказаться за милю отсюда. — Мы пойдем с тобой, Гарри, — сказал Невилл. — И нечего терять время, — твердо добавил Рон. Они прошли через золотые ворота к лифтам. Поттер нажал ближайшую кнопку со стрелкой вниз, раздался лязг, и кабина появилась в поле их зрения почти мгновенно. С грохотом, отдавшимся эхом, разъехались золотые решетки, и ребята шагнули внутрь. Гарри ткнул пальцем в кнопку с цифрой девять, решетки с лязгом сомкнулись, и лифт, натужно гремя, пополз вниз. Амелия было подумала, что они явно наделали шума, и сейчас со всех сторон их встретят сотрудники Министерства, но тут лифт остановился, прохладный женский голос сказал: «Отдел тайн», и решетки разошлись в стороны. Они выбрались в коридор, где все было неподвижно — только легкий порыв ветерка, поднятого лифтом, колыхнул пламя ближайших факелов.  — Пути назад больше нет, — предупредил Поттер, бросая многозначительный взгляд на Амелию.  — Если ты думаешь, что я струхнула и решила не идти с вами, то ты попросту тратишь время, — она угрожающе выставила вперёд указательный палец. — Я хоть и со Слизерина, храбрости во мне не меньше, чем в ваших головешках! Кивнув ей, он повёл всех вперёд, открывая единственную дверь. Они очутились в просторной круглой комнате. Все здесь было черным, даже пол и потолок; вокруг всей комнаты через равные интервалы были расположены одинаковые черные двери без ручек и табличек, а между ними горели синим пламенем свечи в канделябрах. Их холодный мерцающий свет, отражаясь на гладком мраморном полу, делал его похожим на темную воду под ногами. — Кто-нибудь, закройте дверь, — тихо попросил Гарри. Невилл закрыл дверь, и помещение тут же погрузилось в мрак, лишь на стенах виднелись синие огоньки. А в следующий миг комната начала вращаться, и Амелия испуганно схватилась за руку Полумны Лавгуд. Все остановилось так же резко, как началось, и ребята в недоумении стали озираться по сторонам. — Как же мы выберемся? — с тревогой спросил Невилл. — Пока что это неважно, — решительно сказал Гарри, сжимая палочку еще крепче, чем раньше. — Нам не понадобится уходить отсюда, пока мы не найдем Сириуса… — Только не вздумай его звать! — взволнованно сказала Гермиона. — Куда теперь, Гарри? — спросил Рон. — Я не… — начал Гарри. Потом сглотнул. — Во сне я проходил от лифта к двери в конце коридора и попадал в темную комнату — вот в эту самую, а потом в следующую, где вроде как… играют блики. Надо проверить несколько дверей, — поспешно добавил он. — Я узнаю нужную комнату, когда увижу ее. Пошли. Амелия закатила глаза, думая лишь о том, что единственный ориентир для всех — сны Поттера. Потрясающе! Все начали поочередно открывать двери, ища нужную, но после каждой попытки, комната снова начинала вращаться. Пришлось помечать каждую открытую дверь, чтобы не попасться на неё второй раз. Спустя пять попыток их старания увенчались успехом. — Вот оно, — снова сказал Гарри. — Нам сюда… Он оглянулся на своих друзей — все они достали палочки и сделались серьезными и взволнованными. Он снова повернулся к двери и толкнул ее. Дверь открылась. Они наконец нашли то, что искали, — зал, высокий, как в соборе, где не было ничего, кроме бесконечных стеллажей с маленькими, пыльными стеклянными шариками. Кое-где к полкам были прикреплены зажженные канделябры, и шарики тускло блестели в их лучах. Здесь, как и в круглой комнате, свечи тоже горели синим пламенем. В зале было очень холодно.  — Так, прежде, чем мы двинемся дальше, я хотела вам кое-что сказать, — Амелия сняла с плеча рюкзак и достала фляжку с оборотным зельем. Она добавила туда волосы профессора Вектор и подняла взгляд на ошеломлённых ребят.  — Это оборотное зелье? — осторожно спросила Гермиона, с интересом поглядывая на фляжку.  — Да. И это первый пункт, про который я вам хотела рассказать: меня никто не должен узнать.  — Но почему? — удивился Невилл.  — Этого я вам не могу сказать, — она выпила зелье, чуть поморщившись при этом. Пока шла трансформация тела, она достала из рюкзака простую чёрную мантию, наподобие той, которую обычно носила профессор Вектор.  — Профессор Вектор… — ошеломлённо промолвила Гермиона, округлив глаза.  — Десять очков Гриффиндору, — Амелия смогла в точности повторить голос профессора Нумерологии, от чего Рон подавился смешком.  — Но как?..  — На этот вопрос я тоже не могу ответить, — повторила Амелия, поправляя мантию и убирая свой жетон в карман. — А теперь продолжим идти, если ты, Поттер, все ещё хочешь спасти Сириуса.  — Сириус… — вторил он, приходя в сознание. — Идём! — Ты говорил, нам нужен девяносто седьмой, — прошептала Гермиона. — Да, — шепнул в ответ Гарри и поглядел на крайний стеллаж в ближнем ряду. Там, под канделябром с горящими синим огнем свечами, поблескивали серебряные цифры — тройка рядом с пятеркой. — По-моему, надо идти вправо, — прошептала Гермиона, вглядываясь в полумрак. — Да… вон пятьдесят четвертый ряд… — Держите палочки наготове, — тихо предупредил Гарри. Они украдкой двинулись вперед, по дороге загляды­вая в длинные проходы между рядами стеллажей, дальние концы которых тонули в кромешной тьме. Под каждым стеклянным шариком, лежащим на полке, был приклеен крохотный пожелтевший ярлычок. Некоторые шарики испускали зловещее красноватое сияние, другие были темны и безжизненны, как перегоревшие лампочки. Они миновали восемьдесят четвертый ряд… потом восемьдесят пятый… — Девяносто семь! — прошептала Гермиона. Они сбились в кучку у самого края ряда, пытаясь разглядеть что-нибудь в проходе за ним. Там никого не было. — Он в дальнем конце, — сказал Гарри. — Гарри, — осторожно окликнула его Гермиона, но он не захотел ей отвечать. — Я… я не думаю, что Сириус здесь. Остальные молчали. — Гарри! — позвал Рон. — Что? — раздраженно отозвался Поттер. — Ты видел это? — спросил Рон. — Что? — повторил Гарри, но на этот раз с жадным нетерпением. — Ну? — Тут… тут твое имя, — сказал Рон. Все взгляды устремились в одно место. Рон указывал на маленький шарик, тускло светящийся изнутри и покрытый толстым слоем пыли — похоже, никто не трогал его уже много лет. — Мое имя? — озадаченно переспросил Гарри. Он сделал еще шаг вперед. — Что это значит? — спросил Рон. В голосе его звучала тревога. — Почему здесь стоит твое имя? Он посмотрел на другие ярлычки, приклеенные к той же полке. — А меня тут нет, — недоуменно сказал он. — И никого из остальных тоже. — Гарри! По-моему, тебе лучше его не трогать, — резко сказала Гермиона, когда он протянул к шарику руку. — Почему? — спросил он. — Ведь это имеет ко мне отношение! И, поддавшись безрассудному порыву, он сомкнул пальцы на пыльной поверхности шарика. Но ровным счетом ничего не произошло. Все обступили Гарри, наблюдая за тем, как он счищает прилипшую к шарику пыль. И тут, прямо за их спинами, раздался голос. Кто-то сказал спокойно, чуть растягивая слова: — Очень хорошо, Поттер. А теперь повернись, медленно и без глупостей, и отдай его мне.