Непокорная

Черные силуэты, возникшие неизвестно откуда, обступили их слева и справа, отрезав все пути к бегству; глаза блестели сквозь прорези капюшонов, с десяток палочек с горящими кончиками были направлены прямо им в сердце. Джинни ахнула от ужаса. — Дай его мне, Поттер, — с расстановкой повторил голос, и его обладатель, Люциус Малфой, протянул к Гарри руку ладонью вверх. — Я хочу знать, где Сириус! — «Я хочу знать, где Сириус!» — передразнила его женщина слева. Пожиратели смерти сузили свой круг, так что от Гарри с друзьями их отделяла всего какая-нибудь пара шагов. Свет их палочек слепил глаза. — Вы схватили его, — сказал Гарри, подавляя волну паники, а Амелия потянула его назад за рукав мантии. — Он здесь, я знаю.  — Его здесь нет, — нараспев сказала женщина и расхохоталась. — Ты увидел лишь то, что было угодно Темному Лорду!  — Вы лжёте! — воскликнул Поттер, а Уизли рядом с ним угрожающе двинулся на Пожирателей. — Не сейчас, Рон, — шепнул он ему. — Слыхали? Нет, вы слыхали? Он еще дает указания другим детям, словно собирается драться с нами! — Просто ты не знаешь Поттера так, как я, Беллатриса, — вкрадчиво сказал Малфой. — Он питает большую слабость ко всему героическому, и Темному Лорду это отлично известно. А теперь дай мне пророчество, Поттер. — Я знаю, что Сириус здесь, — сказал Гарри. — Я знаю, вы его схватили! Опять несколько Пожирателей смерти рассмеялись, и женщина — громче всех. — Пора бы тебе понять разницу между сном и явью, Поттер, — сказал Малфой. — Отдай мне пророчество, иначе мы пустим в ход палочки. — Пожалуйста, — сказал Гарри, поднимая свою собственную палочку на уровень груди. Тут же по обе стороны от него взлетели в воздух еще шесть палочек — Амелии, Рона, Гермионы, Невилла, Джинни и Полумны. Но Пожиратели смерти медлили с нападением. — Если ты отдашь мне пророчество, никто не пострадает, — холодно сказал Малфой. Теперь настала очередь Гарри ответить смехом. — Ну да, конечно! — сказал он. — Я дам вам это… пророчество, да? И вы спокойно отпустите нас всех по домам — так, что ли? Не успел он договорить, как Пожирательница смерти взвизгнула: — Акцио, проро… Гарри среагировал как раз вовремя — он крикнул «Протего!» прежде, чем она успела произнести заклинание до конца, и, хотя шарик едва не спрыгнул с его ладони, сумел удержать его. — А он у нас шустрый, этот малютка Поттер, — сказала она. Ее безумные глаза блестели в прорезях капюшона. — Ну что ж, ладно — тогда… — ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! — рявкнул на нее Люциус Малфой. — Если ты его разобьешь… Женщина шагнула вперед, отделившись от своих собратьев, и стащила с головы капюшон. Азкабан иссушил лицо Беллатрисы Лестрейндж — оно стало худым и похожим на череп, но глаза ее сверкали лихорадочным, фанатическим блеском. — Значит, будем сопротивляться? — спросила она. Ее грудь быстро поднималась и опускалась. — Прекрасно. Возьмите самую младшую, — приказала она Пожирателям смерти, которые стояли рядом. — Пусть посмотрит, как мы пытаем девчонку. Я сама этим займусь.  — Не так быстро, милочка! — Амелия вдруг вспомнила, что находится в теле сорокалетней волшебницы, поэтому отвела Джинни рукой себе за спину и навела палочку прямо в грудь Беллатриссы.  — Септима Вектор? — Люциус Малфой, казалось, только сейчас заметил Амелию и посмотрел на неё пристальным взглядом. — Что вы здесь делаете в компании студентов?  — Школьная экскурсия, знаете ли, — нагло бросила она, прожигая его ненавидящим взглядом. — А вот что вы тут делаете? Поместье Малфоев уже недостаточно шикарно для Пожирателей Смерти, Люциус? Сказать, что он удивился ее речи, значит ничего не сказать. Его брови шокировано взлетели, как и озарение, появившееся в его глазах.  — Это не она, — сообщил он остальным пожирателям. — Септима Вектор в жизни бы не сказала подобного.  — Мне объясниться на языке Нумерологии? — фыркнула Амелия. — Вы не посмеете тронуть ни одного из студентов! Иначе рука Поттера случайно дрогнет, и вы попрощаетесь с пророчеством. Ведь вы явились за ним? Не думаю, что ваш хозяин будет доволен, если вы вернетесь к нему с пустыми руками. Или я не права? Пожиратели не двинулись с места. — Ну, — сказал Гарри, переводя взгляд с Амелии на Пожирателей, — так что же это за пророчество, объясните! — Что за пророчество? — повторила Беллатриса, и ухмылка сползла с ее лица. — Ты шутишь, Гарри Поттер. — Вовсе нет, — сказал Гарри. Его взгляд перескакивал с одного Пожирателя смерти на другого, ища слабое звено, место, где они могли бы прорваться. — Зачем оно понадобилось Волдеморту? Несколько Пожирателей смерти испустили тихое шипение. — Ты осмеливаешься называть его имя? — прошептала Беллатриса. — А что? — отозвался Гарри. Он еще крепче сжал в руке стеклянный шарик. — Да, мне совсем нетрудно называть его Волде… — Замолчи! — взвизгнула Беллатриса. — Как ты смеешь произносить его имя своим нечестивым ртом, как смеешь ты осквернять его своим гадким языком полукровки, как… — Разве вы не знаете, что он тоже полукровка? — дерзко спросила Амелия, отвлекая внимание на себя. У Гермионы, стоящей рядом, вырвался тихий стон. — Ваш Волдеморт? Да, его мать была ведуньей, зато отец — маглом! Или он наврал вам, что он чистокровный волшебник? — ОСТОЛБЕ… — НЕТ! Из палочки Беллатрисы Лестрейндж вырвался красный луч, но Малфой отклонил его, и заклятие угодило в полку слева от Гарри. Несколько стеклянных шариков разбилось. — Не нападай! Мы должны заполучить пророчество! Поттер начал разговор о пророчестве, отвлекая Пожирателей, а Амелия тем делом начала предупреждать всех о том, что нужно взорвать как можно больше стеклянных шаров, чтобы сбежать. Было сложно, но она смогла предупредить всех ребят об этом.  — Давайте! — шикнула она.  — Редукто! — шесть волшебных палочек разнесли в пыль множество шаров с предсказаниями, давая им считанные секунды для побега. Пропустив вперёд товарищей, Амелия крутанула своё кольцо и потоком воздуха сбила ещё сотни шаров, один из которых едва не приземлился ей на голову. Обернувшись, она заметила, что за ними не гонятся Пожиратели.  — Они все исчезли! — воскликнула она, поворачивая налево вслед за остальными. — Ах! Сзади мелькнула красная вспышка заклинания, едва не задев ее плечо. Замедлив шаг, она стрельнула в ответ, ранив нападающего, а в следующий момент упала навзничь.  — Твою же… — прохрипела она, чувствуя, как на миг из неё выбило дух. Остальные куда-то убежали, а перед ней был один из Пожирателей, который угрожающе надвигался на неё.  — Не слишком ли вы фривольны в выражениях для профессора, Септима? — произнес знакомый голос, и у Амелии волосы на спине стали дыбом.  — А не слишком ли подло стрелять в спину женщине, мистер Стэнфорд? — выплюнула она, вставая на ноги. Отец. Она боялась этого. Амелия знала, что они с отцом находятся по разные стороны баррикады, но не думала, что ей в самом деле придётся сражаться с ним. И вот настал тот момент, когда ее родной отец наставил на неё палочку. Пусть она и была не в своём обличии.  — Как вы… откуда вы меня знаете? — кажется, ее слова на пару мгновений вывели его из себя, и это дало ей фору.  — Экспеллиармус! — воскликнула она, выбивая у него палочку из рук. Она укатилась в сторону и теперь лежала в пяти футах от него. — Что, не ожидали, мистер Стэнфорд?  — Кто вы?  — Септима Вектор, очевидно же! — фыркнула Амелия, готовая в любой момент стрельнуть заклинанием. — Профессор Нумерологии, обучаю ваших обеих дочерей!  — Что-то вы не похожи на профессора! И по словам Люциуса…  — Люциус трусливый болван, — перебила она его, и в этот момент отец сделал выпад и поднял с пола палочку, вскинув ее на Амелию. А она даже не заметила, как он медленно приблизился к ней.  — Остолбеней! — воскликнул он, но Амелия вовремя успела выставить щит. Покрутив кольцо, она направила рукой поток воздуха и снесла десятки шаров с пророчествами. Это ненадолго отвлекло его, и Амелия рванула за угол, пытаясь вспомнить, с какой стороны они пришли в этот зал. Мимо неё просвистело заклинание, и она едва успела пригнуться в последний момент. Но следующее попало точно в цель. Она громко воскликнула и рухнула на пол, чувствуя, как саднит правый бок. Сквозь слой одежды проступила тёплая кровь, тут же запачкав ее руки.  — Гаденыш! — проскулила она, втягивая воздух сквозь зубы. Ее палочка откатилась на несколько футов в сторону, поэтому снова пришлось прибегнуть к Стихийной магии. Ярость застилала глаза, поэтому она не рассчитала силу и со всей мощи запустила в него поток воздуха, от чего он подлетел на добрые двадцать футов и влетел в стеллаж с шарами. Он угрожающе покачнулся и брякнул хрустальными шарами. Словно в замедленном движении Амелия видела, как наклонился высокий стеллаж и начал падать прямо на ее отца. Вскинув руки, она отбросила его воздухом вглубь коридора, надеясь, что его не придавит. Следом за одним стеллажом, начал падать другой, и, превозмогая боль, Амелия схватила свою палочку, зажала рукой бок и со всей ловкостью и быстротой побежала вперёд, слыша позади себя звон падающих шаров. Спустя несколько коридоров она наткнулась на дверь, и с облегчением рванула на себя ручку, попадая в комнату с множеством дверей.  — Серьезно? — простонала она, выбирая первую попавшуюся. За ней никого не оказалось, а комната начала заново вращаться, из-за чего Амелия не могла понять — из какой она двери вышла изначально, а в какую только что заглядывала. Замерев на пару мгновений, она прислушалась к тишине, которую нарушал чей-то голос. Пройдя по кругу, Амелия нашла дверь из-за которой доносились звуки сражения. Дёрнув на себя ручку, она попала в эпицентр сражения. Поттер отбивался от проклятий Малфоя, Полумна лежала ничком на мраморном полу, Гермиона пыталась освободить хихикающего Рона от каких-то щупалец, а Невилл корчился в агонии от заклинания Беллатрисы. И Амелия догадывалась от какого именно. Она решила сперва отбросить Беллатрису в сторону, чтобы Невилл перестал содрогаться в ужасающем припадке боли и мучений. Тут же в неё кто-то метнул проклятие, но оно промазало на несколько дюймов. Амелия держалась из последних сил, чувствуя, как горит огнём ее правый бок, а одежда насквозь пропиталась вязкой кровью, которая уже капала на пол. Заклятия свистели с разных сторон, и она пыталась отбиваться от них, разбрасываясь щитами. Пожиратели больше не скрывали своих лиц, а многих из них уже украшали внушительные ссадины и порезы. Амелия даже не сразу заметила, как появилась подмога. — Гарри! Орден здесь! — крикнула ему Гермиона с другого конца помещения. Вот он — Орден Феникса, о котором Амелии удавалось только услышать мельком от близнецов Уизли. Все эти люди были ей незнакомы, но она чисто на интуитивном уровне жалась к ним, продолжая отстреливать заклинаниями Пожирателей. — Гарри, кто эта женщина? — спросил щуплый брюнет с серыми глазами, когда Амелия подобралась к ним. — Я обязательно представлюсь вам позже, как только мы вытащим наши задницы из этого пекла! — воскликнула она и отсалютовала ему свободной рукой. Мужчина увернулся от красного луча, посланного Беллатрисой, — он словно смеялся над ней… — Ну же, давай! Посмотрим, на что ты способна! — воскликнул он, и его голос раскатился эхом по огромной комнате. Беллатриса сделала выпад вперёд и послала очередной красный луч в него, но ему на помощь пришла Амелия, вовремя поставив щит. — Здесь Дамблдор! — воскликнула Гермиона, привлекая внимание всех. Пожиратели в страхе рванули к двери, а Амелия из последних сил рухнула на колени, чувствуя непрекращающуюся надрывную боль в правом боку. — Вы ранены? — к ней подошла незнакомая девушка с яркими фиолетовыми волосами. — Я… да, — сквозь зубы ответила она, стараясь глубоко дышать. — Кажется, мне ещё в спину что-то прилетело сейчас. Щиплет! — Пойдёмте, нужно скорее доставить вас в больницу! — Я студентка Хогвартса, — призналась Амелия, понимая, что у неё нет другого выхода. — Пообещайте, что никому не скажете то, что я сейчас расскажу. — Обещаю. — Эй, Тонкс! Нужна помощь! — воскликнул мужчина с другого конца помещения. — Дай мне пять минут, Римус! — раздраженно крикнула она в ответ, и повернулась обратно к девушке. — Я слушаю. — Мой отец был сегодня здесь вместе с другими Пожирателями, и я не могу попасть в больницу или в больничное крыло Хогвартса в таком состоянии. Он узнает, что я была здесь и убьёт меня! Это он так ранил меня, он догадается! — Хорошо, — Тонкс тяжело вздохнула и с жалостью посмотрела на неё. — Как тебя зовут? — Амелия. — Слушай меня внимательно, Амелия, — серьезным тоном произнесла она. — Если в течение десяти минут я не доставлю тебя туда, где тебе смогут помочь, то скорее всего ты умрешь! Понимаешь? Что мне сделать? Дать тебе умереть? — Только не в больницу, — канючила Амелия, чувствуя, как сознание уплывает от неё. — Он убьёт… убьет… — Могу ли я тебя к кому-нибудь надежному отвести? — голос Тонкс доносился как через толстый слой ваты. А в голове резко вспомнились слова профессора Снейпа о том, что он помогает своим студентам, даже если они в серьёзных неприятностях. — Снейп, — слабо сказала она, видя перед глазами темные пятна. — Мне нужно к Северусу Снейпу! С этими словами она потеряла сознание, погружаясь в долгожданную темноту, дарующую спокойствие.