Yours, forevermore

      Все происходящее шло не по плану Саске. Его контроль поддавался нападению все чаще и чаще, когда он оказывался в присутствии розоволосой куноичи; будь то встречи наедине или же мимолетное столкновение в окружении безымянных людей. Даже обычные жесты становились для него несправедливо привлекательными, слишком возбуждающими, что вызывало у Учихи чувство беспомощности, раскаяния; желание обычного эгоистичного человека, которому слишком долго отказывали. Поведение Сакуры, ее нервные взгляды и тайные грезы о нем, Саске тоже замечает. Она дрожит каждый раз, когда он прикасается к ее коже (касается рукой спины, осторожно обхватывает пальцами запястье, нежно сжимает бедро), но никогда не пытается отодвинуться подальше, только щеки вспыхивают слишком милым румянцем, который заставляет Саске гореть сильнее, когда Сакура позволяет напряжению между ними нарастать все выше, и выше, и выше. Это абсолютно возбуждает, абсолютно чертовски сводит мужчину с ума, и Саске это ненавидит. Любит это. (особенно когда она смотрит на его губы, зеленые глаза блестят и затуманены, управляемые желанием ... желающие сдаться) Хокаге даже не понимает, как им обоим удается продержаться в эти дни. Вздохнув, скользя ладонью по прохладной кафельной стене, Саске поворачивает ручку крана перед собой и напрягается, когда ледяные брызги душа ударяют по его невероятно горящей коже, заставляя челюсти крепко сжаться. Он не возвращался сюда с тех пор, как увидел Сакуру во всем ее великолепии, но с такой мучительной ночью у него не было особого выбора—с тех пор, как симпатичная милая розововолосая бывшая подруга покинула его кабинет несколько часов назад, Учиху поглотили лихорадочные фантазии о том, как он мог бы заниматься с ней любовью. Поэтому холодный душ сейчас был Саске просто необходим.       Но душ не помогает Саске, он стоит под струями ледяной воды; слегка окоченевший от холода, но жажда только усиливается, он понимает, что становится только хуже. Это заставляет его сжать кулаки, а изо рта вырывается яростный стон. Его член дергается и дрожит, когда Учиха вспоминает, что именно здесь, в этой комнате, стояла Сакура, где он впервые увидел ее обнаженной: мокрой и счастливой. Выдыхала те сладкие звуки удовлетворения, которые Учиха отчаянно хочет услышать вновь. Прошептав проклятие, Саске поворачивает ручку чтобы включить горячую воду и накрывает ладонью свой член.. Медленно, мужчина массажирует свой член, представляя, как в тот день его пальцы скользят между бедер Сакуры, задыхается от стона, который грозит вырваться наружу. Черт побери, это становится слишком распространенным явлением. И все же Учиха позволяет себе раствориться в горячем воображении своего разума, позволяет себе поддаться удовольствию, которое дарит ему собственная рука. Пока, наконец, через несколько минут он не приходит в себя, задыхаясь и заикаясь, произнося ее имя, он прислонился к стене, тяжело дыша и не чувствуя никакого реального удовлетворения—как обычно. Саске думает, что он просто скоро сойдет с ума.

***

      Все случилось через два дня, в обед, который не особенно отличался от любого другого обеда. Хокаге стоит у одного из больших окон собственного кабинета, держа в руках недоеденный шарик домашнего Окака онигри, полностью поглощенный мыслями о единственной женщине, которую любит. Саске сейчас расслаблен, как всегда, когда думает о Сакуре—но в нем есть и пустота, а также постоянно растущее чувство неудачи. Разочарование. Потому что, хотя их связь, кажется, стала лучше в последнее время, они все еще не очень близки, как когда-то; у сердце возлюбленной все еще есть настороженность, и расстояние, которое он, кажется, не может пересечь, а страсть, которая управляет ими обоими, только усложняет ситуацию. Саске боится, что их отношения могут превратиться во что—то такое, что может раздавить их обоих, что-то, из чего они никогда не вернутся. Учиха не может справиться с подобными мыслями. Саске больше не может позволить им продолжать отношения подобным образом. (Их связь точно убьёт его а Сакуре будет еще больнее.) Все должно закончиться сегодня, решает Учиха, сглатывая комок, который образуется в горле. Ему нужно рассказать Сакуре все, рассказать все, что он держит внутри. Нужно положить конец тому беспорядку, в который превращается их связь. К несчастью, которое подстерегает их обоих. Откусив кусочек онигири, который Сакура так любовно приготовила для него, Саске вздыхает, смакуя его вкус; этим утром куноичи застала его врасплох, оставив маленькую коробочку на столе рядом с кофе, который она всегда оставляла ему в те времена, когда он терял сознание над своей работой - Всегда такая заботливая, - размышляет он, откусывая еще кусочек.       Саске медленно прикрыл глаза. Черт возьми, он любит ее. Любит ее слишком сильно, черт возьми, а она даже не знает, даже не знает ... — Тут кто-то стучится в дверь и отрывает его от безмолвных размышлений. Открыв глаза, Саске на мгновение стиснул зубы, прежде чем позвать гостя войти, и повернулся к ним лицом. Его рот приоткрывается от удивления, когда он видит входящую Сакуру, слишком красивую и держащую в руках свою обычную толстую стопку документов. Она улыбается ему, в груди сильно что –то стучит и сдавливает, горло снова сжимается, когда он просто кивает в ответ. -Хокаге-сама, - приветствует его Харуно, и на этот раз Саске не испытывает ненависти, потому что в ее тоне отчетливо слышится дразнящая нотка, и это говорит о том, как Сакура счастлива. Брюнет ненавидит себя за то, что, скорее всего, скоро увидит, как она уйдет. - Рада увидеть тебя в полном здравии. С твоей шеей все в порядке? Мне показалось, что ты спишь неудобно.       - Бывало и хуже, - бормочет он, потому что это все, что он может найти в себе, чтобы ответить. То, как Сакура хихикает, заставляет его желудок трепетать. -Хорошо, - соглашается медик и улыбается еще шире, двигаясь вперед, чтобы бросить папки на его стол. -Но ты все равно должен заботиться о себе, Саске-кун. Затем девушка замечает свою открытую коробку с онигири, и у Саске перехватывает дыхание, когда она снова смотрит на него, красивые зеленые глаза внезапно становятся намного ярче. Он не может не задаться вопросом, так ли Сакура смотрела бы на него, если бы он просто находил время, чтобы время от времени появляться на их командных ужинах. Черт побери, думает Саске, подергивая пальцами, это тоже не помогает—он не должен думать о том, как облажался, как причинил Сакуре боль. Он уже потратил достаточно времени впустую, погрязая в ошибках своего прошлого. Тихо выдохнув, Учиха отворачивается, задумчиво проводит рукой по волосам; его сердце сжимается и болит, когда он видит, как ее улыбка исчезает, на ее лице появляется легкое смущение. Он оказывается прав только тогда, когда слышит ее вопрос с большим колебанием: -Саске-кун...? Его взгляд медленно поднимается вверх. Хокаге смотрит на ее глубокие, нахмуренные брови, на морщинистый лоб, на эти маленькие идеальные губы, сейчас о приоткрытые. И эти глаза-ее чертовы глаза, всегда такие полные любви и заботы. Он должен рассказать ей все, прежде чем снова упустит свой шанс. - Сакура, - бормочет Саске и вздрагивает, в горле внезапно пересыхает.-Я… И тогда это происходит. Она нервно впивается зубами в свою нижнюю губу,и его разум просто затуманивается, Саске сузив глаза, автоматически сосредотачиваясь. У него текут слюнки. У него горит живот. Он так сильно хочет преодолеть расстояние между ними и поймать эту краснеющую плоть своими собственными зубами. (что он опять собирался сказать?)