Ouroboros: Новый Цикл

Быстролап заболел два дня спустя. Долгохвост шел по грязи за пределами лагеря, оставляя за собой следы. Огнегрив сказал несколько тихих слов, но в основном оставил его в покое — больше он ничего не мог сделать. Он ничего не мог предложить Долгохвосту, кроме пустых обещаний. Он знал, что с Быстролапом все будет в порядке, но, по мнению Долгохвоста, Огнегрив просто пытался подбодрить его. Огнегрив слишком хорошо его знал, чтобы думать, что это будет хорошо воспринято. — Как у них дела? — спросил Огнегрив Пестролистую, останавливаясь у входа в ее палатку. Заглянув внутрь, он увидел Тростиночку и Тюльпанчика, которые свернулись калачиком и жалобно хлюпали носом в своем гнездышке. Колосишка спала неподалеку, ее маленький носик был покрыт коркой. Пестролистая оглянулась через плечо. — Я беспокоюсь о Колосишке, — пробормотала она. — Ей нездоровится больше всех. Травы, которые вы с Песчаной Бурей принесли, помогают, но ей все равно становится хуже. У Огнегрива сжалось сердце. — Она умрет? Лицо Пестролистой стало встревоженным. — Я не знаю, — тихо призналась она. — Но я буду бороться за нее. — Я знаю, — тут же заверил ее Огнегрив. (— С Быстролапом все будет в порядке? — позже в тот же день нервно спросила Пепелюшка. — Конечно, он поправится, — заверил ее Огнегрив.) — Пестролистая! — позвал Ярохвост. — Ты нам нужна! Она моментально выскочила из палатки, оставив Огнегрива с Быстролапом и котятами. Дроздовушка жалобно мяукнула, когда Огнегрив нежно пригладил шерстку у нее на макушке. — Хочу к маме, — захныкала она, зарываясь в его мех. — Сначала ты должна поправиться, — сказал он ей. — Твоя мама должна присмотреть за твоим братом, пока ты болеешь. Дроздовушка печально всхлипнула. — Ты очень храбрая, — ободряюще мяукнул Огнегрив. — Прямо как воитель. Дроздовушка оживилась. — Правда? — она спросила с надеждой. — Да, — твердо сказал Огнегрив. — Когда поправишься, из тебя получится отличный воин. Только не забывай есть травы, которые дает тебе Пестролистая, хорошо? Дроздовушка кивнула. Огнегрив в последний раз лизнула ее голову, прежде чем отойти в сторону, чтобы посмотреть на Колосишку. Ее бело-коричневые бока вздымались, когда она дышала ртом, а из носа текла густая жидкость. Даже во сне она выглядела измученной — Огнегрив устроился рядом с ней и начал расчесывать ее взъерошенную шерстку. У входа послышался шорох. Подняв глаза, Огнегрив увидел, что в палатку входит Пестролистая, ее лицо было напряженным и обеспокоенным. — Огнегрив, — поприветствовала она. — Ты все еще здесь. — Я подумал, что Дроздовушке и Колосишке не помешала бы небольшая компания, — признался он, поднимаясь. — Все в порядке? Пестролистая тяжело вздохнула и подошла к ним. — Это Синяя Звезда, — пробормотала она вполголоса. — Ты же знаешь, что до вспышки белого кашля у нее было не очень хорошее самочувствие, а теперь, когда она заболела и отказывается принимать какие-либо травы… — Пестролистая замолчала, ее голос стал грустнее. — Сегодня ей стало хуже. Я волнуюсь. — У нее осталось не так уж много жизней, не так ли? — тихо спросил Огнегрив. Пестролистая покачала головой. — Только две. Если она потеряет эту… У нее останется последняя жизнь.

~***~

Той ночью Огнегрив проснулся с ощущением, будто его облили медом. Дыхание вырывалось у него из груди с хрипом, он начал кашлять, ребра болели. — Отвратительно, — проворчала Песчаная Буря, все еще в полусне переворачиваясь на бок. — Хватит уже. Крутобок осторожно обнюхал его. — Тебе следует сходить к Пестролистой, — нервно мяукнул он, его глаза были широко раскрыты. — Если ты подхватил белый кашель, тебе нужно его вылечить. — И на меня не кашляй, — сонно мяукнул Дым, выглядывая из-за своего хвоста. Ярохвост пробормотал что-то, рядом с ним обеспокоенно замяукал Буран, но Огнегрив их не расслышал, выходя из палатки и смахивая корку с глаз. — Пестролистая? — прохрипел Огнегрив, ныряя в ее палатку. — Ты здесь? Янтарные глаза Пестролистой выглянули из мрака. — Огнегрив, — мяукнула она, выбираясь из своего гнезда. — С тобой все в порядке? — Кажется, я что-то подхватил, — признался он, тяжело опускаясь на землю. — Песчаная Буря с Дымом выгоняли меня из палатки и запретили возвращаться, пока я не перестану кашлять, — добавил он, пытаясь разрядить атмосферу. Пестролистая не засмеялась. Она послушала, как он несколько раз кашлянул, и положила лапу ему на лоб. — Белый кашель, — мяукнула она. — Ты, наверное, заразился от котят — скорее всего, это не так сильно повлияет на тебя, но ты все равно будешь плохо себя чувствовать, пока не поправишься. Огнегрив кивнул, просто радуясь, что это был не зеленый кашель. Он вспомнил ту смерть — силу, высасываемую из каждой косточки, сокрушительную хватку когтей на груди, неистовую лихорадку, которая дразнила его бредом. — Вот, — мяукнула Пестролистая, пододвигая к нему несколько листочков бурачника. — Пожуй и съешь. Я принесу тебе немного кошачьей мяты — позже мне нужно будет послать Песчаную Бурю за новыми листочками. — она что-то задумчиво напевала, роясь в своих запасниках с травами. — Возможно, она могла бы взять с собой Папоротника. И Пепелюшку, конечно. — Им понадобится еще один кто-нибудь, — прохрипел Огнегрив. — Если они собираются в сторону Двуногих. — Конечно, — отстраненно произнесла Пестролистая, кладя небольшой пучок кошачьей мяты к его лапам. — Вот, держи. Вон там есть гнездышко, не забудь немного отдохнуть. Огнегрив кивнул, жуя листья и облизываясь от их вкуса. — Извини, что разбудил тебя, — сказал он, устраиваясь поудобнее на мягком мху. — Ни слова, — ласково сказала Пестролистая. — Отдохни, Огнегрив. Тебе, как и любому, нужен сон. Огнегрив послушно закрыл глаза, позволяя тихим звукам, доносившимся из палатки целителя, убаюкать его.

~***~

Прошло два дня, прежде чем кашель Огнегрива утих настолько, что он мог разговаривать с Пестролистой, но лихорадка не отступала. Пепелюшка пыталась навестить ее, но Пестролистая каждый раз запрещала ей, настаивая на том, чтобы больных оставили в покое. Огнегрив остался самым взрослым больным, а это означало, что котята обращались к нему за поддержкой — и Быстролап тоже, хотя энергичный оруженосец старался этого не показывать. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Огнегрив Тростиночку, которая смотрела на него из своего гнездышка, которое они делили с Дроздовушкой — Тюльпанчика переселили в гнездо Колосишки после того, как ему стало хуже, чтобы он не усугубил болезнь Тростиночки. — Отвратительно, — пожаловалась она, нервно теребя мох возле своих лап. Огнегрив замурлыкала, уделяя немного времени, чтобы умыться. — У тебя все хорошо получается, — сказал он ей. — Я уверен, что ты очень скоро вернешься к своей матери и братьям. Тростиночка с надеждой посмотрел на него. — Ты так думаешь? — Я в этом уверен.

~***~

Песчаная Буря раздраженно зарычала, поняв, что не видит Крутобока. Снова. Казалось, что в последние дни он почти не проводил времени в лагере. — Муравьи в шкуре что-ли? — проскрежетал чей-то голос у нее над ухом. Песчаная Буря обернулась и увидела, что Щербатая по-совиному моргает, глядя на нее. Она фыркнула. — Я собиралась собрать еще кошачьей мяты у Двуногих, — сказала она, ее раздражение из-за друга пересилило обычную неуверенность в отношении Щербатой. — Буран уже согласился взять с собой Папоротника на день, но все остальные воители заняты. Ворон наблюдает за границей племени Теней — Ярохвост приказал постоянно наблюдать за туннелем Гремящей Тропы, а Кисточка и Ветрогон в охотничьем патруле. О Частоколе не могло быть и речи, а все остальные тренировали своих оруженосцев (чем, собственно, и должна была заниматься Песчаная Буря — даже Долгохвост был занят, так как Быстролап тем утром выздоровел). Может быть, ей спросить Белоснежку… — Я не занята, — возразила Щербатая. — Попроси меня. Песчаная буря нахмурилась. — Хорошо. Не хочешь пойти со мной за кошачьей мятой? — Не особо, — сухо ответила Щербатая, — но я все равно пойду. — Прекрасно, — нетерпеливо сказала Песчаная Буря, поворачиваясь к выходу. — Такая спешка, — прохрипела Щербатая, хромая следом за ней, когда Песчаная Буря ловко продиралась сквозь деревья, отказавшись от обычных троп в пользу того, чтобы как можно быстрее добраться до места обитания Двуногих. Песчаная Буря оглянулась через плечо, раздраженная легкомыслием Щербатой. — В детской появился белый кашель, — нетерпеливо напомнила она старой кошке. — И он распространяется. — Ну естественно, — мяукнула Щербатая. Песчаная Буря прищурилась. В ее голосе было что-то такое, от чего Песчаная Буря зубы сжимала от раздражения. Она встряхнулась и продолжила идти. Около жилищ Двуногих воняло Гремящей тропой и грязью. Песчаная Буря сморщила нос, когда они приблизились — она не понимала, как кто-нибудь может жить в такой вони, будь то домашний котенок, бродяга или одиночка. — Сюда, — сказала она, ведя Щербатую к зарослям кошачьей мяты, которые они с Огнегривом собрали несколькими днями ранее. Щербатая хмыкнула и, бросив осторожный взгляд через плечо, последовала за Песчаной Бурей в тень гнезда Двуногих. — Быстрее, — прохрипела она, срезая когтями комочек кошачьей мяты, — мы не хотим, чтобы нас здесь застукали. Песчаная Буря кивнула, обрывая листья со стеблей. Некоторое время они работали в тишине. Песчаная Буря опустила голову и навострила уши, прислушиваясь к приближению незнакомых кошек. Щербатая внезапно замедлилась, подняла голову и прижала уши. Песчаная Буря повернулась с ней, ощетинив шерсть. — Я чувствую твой запах, Джем, — прохрипела Щербатая. — Ты мог бы с таким же успехом выйти. На глазах у Песчаной Бури из тени гнезда Двуногих появился большой рыжий кот в лохмотьях. Его желтые глаза были устремлены на Щербатую, а губы скривились. — Что ты здесь делаешь? — грубо потребовал он. — Разве твои коты не причинили достаточно неприятностей? — Племя Теней больше не «мои коты», — спокойно ответила Щербатая. — Теперь я с Грозовым племенем. Ухо Джема дернулось. — Грозовое племя, — настороженно повторил он, подозрительно принюхиваясь к Щербатой. — Ты пахнешь по-другому. — Ага, — сухо согласилась Щербатая. — Например Грозовым племенем. Джем медленно кивнул. — Это племя, к которому присоединилась Принцесса, да? — осторожно спросил он. — Со своим братом. Огнегривом? — Теперь ее зовут Крапивница, — ответила Щербатая. — У нее пятеро котят. — Пятеро котят, — пробормотал Джем. — Слава звездам, у меня никогда не было котят. Щербатая фыркнула. Она назвала Джем имена котят, когда он спросил — он, к удивлению Песчаной Бури, выглядел довольным и даже спросил об Огнегриве, когда закончил приставать к Щербатой с расспросами о кошках по имени Рыжик и Валун. — Огнегрив болен, — выпалила Песчаная Буря. — Мы собираем для него травы. Джем цокнул языком. — Лесные коты, — упрекнул он. — По крайней мере, у нас есть ветеринар. Песчаная Буря наморщила нос. Кем, черт возьми, был ветеринар? — В любом случае, — мяукнул Джем, облизывая клочок шерсти у себя на плече, — вам следует вернуться в свое племя. Травы вы уже вернули, а в округе патрулируют лесные коты, от которых пахнет, как от твоего старого племени, — сказал он, глядя на Щербатую. — И, конечно, Бич не оставил нас в покое. Множество котов последовали за ним в лес, но он оставил нескольких помощников, чтобы те управляли делами, и они постоянно приходят и уходят. Песчаная буря нервно огляделась, как будто из тени мог внезапно выскочить кот из Кровавого племени и напасть на них. — Мы это запомним, — мяукнула Щербатая. — Спасибо, Джем. Как поживает Сойка? Лицо Джема потемнело. — Умерла, — прохрипел он. — Несколько лун назад. Без сомнения, это дело лап Бича, хотя ни один кот не хочет это признавать. — Ты уверен? — потребовала ответа Песчаная Буря. Она смутно помнила это имя из того, что рассказала ей Дым после того, как они отправились в поход к Двуногим, после того, как Огнегрив — тогда еще Огонек — подвергся нападению. Щербатая встревожилась. — Сойка была старухой еще когда я была котенком, — напомнила она Джема. — Возможно, это был не Бич. — Это был Бич, — настаивал Джем. — Я уверен в этом. В его окрестностях погибло несколько кошек — Рубинка и Чулок следили за порядком на нескольких улицах к востоку, прежде чем их убили, потом тот домашний котенок, который много лет назад сходил с ума по лесному коту — Джейк, кажется — выбежал на Гремящую Тропу, а потом Сойка берет и умирает. И кто же восстанет из этого хаоса, как не сам Бич. Джейк. Это имя показалось ей смутно знакомым — Огнегрив кажется упоминал его? Щербатая выглядела обеспокоенной, она обернулась, чтобы осмотреть ряд гнезд Двуногих. Джем тоже посмотрела в ту сторону: — Пожалуй, стоит поторопиться с травами.

~***~

Бич поднял глаза, когда Уилли прокрался в лагерь племени Теней, обменявшись кивком с котом из племени Теней. Тощему коричневому полосатому котику было поручено следить за порядком на территории Двуногих, в то время как Бич оставался в лесу, и до сих пор он превосходно справлялся со своей работой — Костяк и Коряга время от времени заглядывали к нему, просто чтобы убедиться, что все идет гладко. Уилли редко покидал свой пост. Либо это было очень важно, либо Бичу придется поговорить с ним о дисциплине. Приблизившись, Вилли склонил голову. — Бич, — мяукнул он. — Мы видели лесных котов на территории Двуногих. Судя по запаху, это Грозовое племя — я спросил Полёта и он подтвердил это. Бич бесстрастно кивнул. — Что они делали? Уилли помолчал, слегка нахмурившись. — Я думаю, собирали растения, — мяукнул он немного смущенно. — Я только не совсем понимаю зачем. Бич поразмышлял над этим. Лесные коты разбирались в травах — для них они имели огромную важность. (Бич никогда не понимал почему.) Если они пошли на территорию Двуногих за травами… — Приведи Мокроуса, — приказал он, поворачиваясь к Костяку. Огромный кот кивнул и немедленно направился к заросшей папоротником пещере под массивной скалой, где Звездоцап любил обращаться к своим последователям, как и Звездолом до него. Бич терпеливо ждал, пока Костяк просунет голову в маленькую пещеру и оттуда выйдет Мокроуса. Бичу он не нравился. Он считал кота слабым и трусливым — это мнение подкреплялось тем, что Мокроус держался ссутулившись, постоянно опустив голову и украдкой поглядывая из стороны в сторону. — Какие важные растения растут у Двуногих? — спросил Бич без предисловий. Целитель моргнул. — Что? Бич нетерпеливо вздохнул, Костяк замахнулся и несильно ударил Мокроуса по голове. Тот взвизгнул и съежился. — Я не… у Двуногих растет несколько полезных трав, — пробормотал он, запинаясь. — Кошачья мята, ромашка, лаванда, щавель, пижма… — Перечисли для чего они. — Я, э-э… — Мокроус вздрогнул, когда Костяк навис над ним. — Ну, ромашка и щавель — это лекарственные растения для путешествий. Лаванду используют на похоронах, чтобы скрыть запах смерти. Смерть. Хм. Возможно, Грозовое племя понесло потери? — А кошачья мята и пижма? Мокроус заколебался. Костяк ударил его. Мокроус больше не колебался. — Они используются для лечения болезней, — торопливо сказал он, склонив голову еще ниже. — Пижма лечит кашель, кошачья мята — зеленый кашель Хмм. — Можешь описать травы, которые собирали грозовые коты? — обратился Бич к Уилли. Тот покачал головой. — Извини, — сказал он. — На самом деле я не видел их. Я уловил их запах и заметил, что поблизости есть несколько свежесрезанных растений. — Разочаровывает, — пробормотал Бич. — Опиши Мокроусу, что ты помнишь о травах. Когда он определит, что это за травы, сообщи мне. Уилли кивнул, не обращая внимания на нервное заикание Мокроуса. Бич наблюдал, как тот последовал за Костяком и целителем обратно в маленькую берлогу у подножия скалы. Что происходило в Грозовом племени?

~***~

В ту ночь Мокроус выскользнул из лагеря племени Теней незамеченным. Он нервно оглянулся через плечо, пробираясь через болотистый подлесок, и его живот сжался от волнения. Уилли смог описать запах трав слишком хорошо — настолько хорошо, что он не смог притвориться, что ничего не знает. Это была кошачья мята. Грозовое племя собирало кошачью мяту, а это означало, что в их лагере кто-то заболел. Мокроус отчаянно молился, чтобы это был всего лишь белый кашель — вспышка зеленого кашля, да еще и угроза Кровавого племени, привела бы к полнейшей катастрофе. Он был предан племени Теней, до глубины души, и поэтому не мог молча наблюдать, как Звездоцап уничтожает то, что осталось от его любимого племени, и оскверняет то, что осталось от Звездолома, приведя этих ужасных двуногих котов в самое сердце их племени… Мокроус вздрогнул, вспомнив, как тяжелая лапа Костяка врезалась в его голову, сбив его с ног. Он почувствовал скрытую силу этого удара и знал, что если Костяк когда-нибудь решит ударить его со всей силы, он, скорее всего, не выживет. Он повернулся к границе и бросился бежать. Кому бы он ни был верен, нельзя было допустить, чтобы Кровное племя еще больше посеяло хаос в племенах. Позади него хрустнула ветка.

~***~

Огнегрив резко проснулся, когда по лагерю пронесся тревожный вой. В груди у него все сжалось — Буран и Синеглазка были на дежурстве этой ночью, если что-то случилось… — Что происходит? — испуганно прошептала Дроздовушка. Огнегрив ободряюще лизнул ее в ушко. — Ш-ш-ш, — пробормотал он, наблюдая, как Пестролистая выскакивает наружу. — Все в порядке, Пестролистая сообщит нам, если случится что-то важное. Он посмотрел туда, где все еще спали Колосишка и Тюльпанчик — оба котенка мирно спали с тех пор, как поели кошачьей мяты, принесенной Песчаной Бурей и Щербатой. Пока он смотрел на них, Колосишка зашевелилась. — Что случилось? — невнятно спросила она, сонно моргая. — Все в порядке, — пробормотал Огнегрив. — Как ты себя чувствуешь, Колосишка? — Отвратительно, — пробормотала она. Огнегрив не мог не согласился. Кошачья мята помогла, но он все еще чувствовал себя разбитым и вялым. Однако не настолько, чтобы не заметить, как зашуршал вход в платку целительницы. Пестролистая вошла внутрь, поддерживая окровавленного и разбитого Мокроуса. Вслед за ними донеслись запахи Щербатой и Ярохвоста— должно быть, они стояли совсем рядом. — Что случилось? — Спросил Огнегрив, инстинктивно вставая перед котятами. — Кровавое племя, — выдохнул Мокроус. — Я пытался… пытался предупредить… — Тише, — проворчала Пестролистая, осторожно опуская его в гнездо. — Щербатая! Мокроус слабо покачал головой. — Кровавое племя знает, — прохрипел он. — Они знают, что в Грозовом племени есть заболевшие. «Шпион в Грозовом племени», — вспомнил Огнегрив, нетерпеливо наклоняясь вперед. Неужели Мокроус собирался подтвердить то, что Огнегрив и предполагал, что Частокол предатель? — Они учуяли ваш запах на территории Двуногих, — прошептал Мокроус, игнорируя попытки Пестролистой успокоить его и менее вежливое шипение Щербатой, когда две кошки перевязывали его раны календулой и паутиной. — Я не хотел им говорить, но они уловили запах кошачьей мяты — Бич наверняка догадался, что здесь у вас больные, вы должны… — Ты должен заткнуться, — рявкнула Щербатая, и Мокроус наконец умолк, его глаза закрылись в полном изнеможении. Огнегрив наблюдала, как его бока ритмично вздымаются и опускаются. — Он будет в порядке? — Уж надеюсь, — проворчала Щербатая. — Глупец. Но лицо Пестролистой осталось встревоженным.

~***~

Бич наблюдал из-за ветвей корявой сосны, как темно-полосатый кот метнулся через Грозовую тропу туда, где ждал Звездоцап. — Тебя не было в туннеле, — проворчал Звездоцап. Полосатый кот вздрогнул. — Ярохвост следит за ним, — пробормотал он, склонив голову. — Я не могу пройти через него. Кроме того, я ведь уже здесь, не так ли? — Хм. — Звездоцап взмахнул хвостом. — Итак, какие новости ты принес, Частокол? — В Грозовом племени болезнь, — тут же сказал Частокол. — Многие котята больны. Как и Огнегрив, — добавил он с явной усмешкой, — и Синяя Звезда. Ярохвост во главе племени с последнего Собрания. Звездоцап склонил голову набок. — Ты говоришь, Огнегрив болен? Частокол нетерпеливо кивнул. — Белый кашель, — объяснил он, — но я сомневаюсь, что он умрет. Пестролистая запасалась травами весь Листопад. — Ну конечно, — пренебрежительно сказал Звездоцап. — Очень хорошо, Частокол. Ты мне очень помог, — промурлыкал он. — Возвращайся скорее, пока тебя не хватились. Бич прищурился, когда Частокол исчез в густом дубовом лесу. Звездоцап задержался на несколько мгновений. Видимо эти встречи были регулярными, хотя Звездоцап ни словом не проговорился о них Бичу. Любопытно.