Ouroboros: Новый Цикл

Колосишка мирно спала рядом Огнегривом. Он сам уже чувствовал, как проваливается в сон. Палатка целительницы опустела — Щербатая решила спать в палатке воителей, предварительно проинструктировав королев позвать ее, если с Златошейкой и ее котятами что-то случится до возвращения Пестролистой с Собрания. Яростное шипение над его ухом заставило Огнегрива подскочить. Он только решил позвать Острозвёзда, когда из детской донесся пронзительный полный ужаса вой. Колосишка проснулась, испуганно вскрикнув. Ее крошечные коготки вцепились в рыжий хвост ее дяди, когда тот просился к выходу из палатки целительницы. — Нет! Огнегрив замер, оглядываясь на крошечную, перепуганную кошечку. Приняв решение, он подхватил Колосишку за шкирку и понес к трещине в камне, где Пестролистая хранила свои травы. Трещина была небольшой, взрослый кот, а то и оруженосец, точно бы не поместился, но для Колосишки места было достаточно. — Оставайся здесь, — приказал он ей, подталкивая ее глубже. — Ни звука, хорошо? Если тебя кто-то позовет, то не выходи, если не узнаешь голос. Я приду за тобой. Глаза Колосишки были широко раскрыты от ужас. — Обещаешь? — прошептала она дрожащим голосом. — Обещаю, — сказал Огнегрив. — Будь смелой, хорошо? Как воитель? Колосишка сглотнула и кивнула. Последний раз успокаивающе лизнув котенка в ушко, Огнегрив выскочил из палатки целительницы и понесся в детскую. Он смутно осознавал, что в лагере происходит сражение. Краем глаза он увидел Дымка с Быстролапом, вцепившихся в большого полосатого кота. С другой стороны поляну Щербатая вонзила когти в плечо воющей черно-белой кошки. Огромный серый кот вылетел из детской, волоча за шкирку Куцехвоста, который выл и плевался, вцепляясь когтями в шерсть своего противника. Лоскут с Рябинкой тут же набросились на него, оттаскивая серого кота от Куцехвоста и отбрасывая его назад жестокими, хорошо поставленными ударами. — Мы тут разберемся, — выплюнула Рябинка, увидев Огнегрива. — Проверь как они! Огнегрив кивнул и проскользнул мимо низ в детскую. Внутри царил хаос. Горностайка с Чернобуркой боролись с черепаховой кошкой, которая была больше их обоих, вместе взятых. Златошейка и Крапивница выгнув спины стояли на гнёздышках, закрывая котят своими телами. Задняя стена детской была разворочена, и Огнегрив увидел, что стена из утесника позади лагеря тоже была разрушена. Крапивница увидела ее первой, их взгляды встретились: — Колосишка… — В безопасности, — пообещал Огнегрив, прежде чем бросится в к Чернобурке, чтобы помочь ей стащить вражескую кошку со спины Горностайки. Оглушающий вой разнесся по лагерю. Белоснежка. Ее крик был почти кровожадным. Незнакомые голоса завыли, смешиваясь с торжествующим шипением Грозового племени — Огнегрив увернулся от удара черепаховой кошки и зашипел, когда ее когти задели кончик его уха. Действуя сообща, Горностайка, Огнегрив и Чернобурка оттеснили кошку ко входу в детскую и вывели ее наружу. Там Рябинка склонилась над окровавленным телом Лоскута, яростно рыча на серого кота. Коты Кровавого племени были прижаты к входу в лагерь. Белоснежка с Синеглазкой возглавляли сражение, а по бокам от них шли оставшиеся грозовые воины и оруженосцы. Огнегрив даже заметил блеск шкуры Куцехвоста в схватке. Легкие Огнегрива горели, когда он бежал, чтобы присоединиться к ним — кашель все еще сказывался на его теле, но он не мог позволить этому остановить его. Грозовому племени нужен каждый воитель, чтобы оттеснить Кровавое племя, выиграть время, пока оставшееся Грозовое племя не вернется с Собрания.

~***~

Песчаная Буря стояла как вкопанная, уставившись на тело Звездоцапа. Это невозможно. Самый ужасный кот в лесу, тот, что шел по следам Огнегрива сквозь само время, был мертв, вот так просто. Все девять жизней оборвались одним смертельным ударом. А на небе не появилось ни облачка. Бич осторожно переступил через тело Звездоцапа, его единственная белая лапа была в кровавых пятнах. — Коты всех племен! — завопил он, и в его голосе зазвенела насмешка. — Услышьте меня. Кровавое племя ничем не обязано племени Теней, но и на улицы Двуногих мы не вернемся. Папоротник теснее прижался к Веснянке. Они оба не могли оторвать взгляда от Скалы, ужас переполнял их. — Возвращайтесь в свои лагеря, — продолжил Бич, обводя ледяным взглядом собравшихся. — Посмотрите, на что способно Кровавое племя. И если вы не покинете лес в течение трех дней… — он замолчал, давая угрозе повиснуть в воздухе. — Тогда мы будем за него сражаться. Ярохвост наконец-то смог оторвать взгляд от окровавленного тела Звездоцапа и долго смотрел на Бича. Его лицо было совершенно бесстрастным. Сердце Песчаной Бури пробило три удара, прежде чем Ярохвост наконец-то отвернулся от Бича и, не говоря ни слова, спрыгнул со Скалы. Кровавое племя, окружавшее поляну Четырех Деревьев, исчезло так же быстро, как и появилось. Грозовое племя, все еще пораженное случившимся, последовало за глашатаем в сторону своей территории. Буран в два прыжка нагнал Ярохвоста. — Лагерь… — начал он. — Я знаю, — прохрипел Ярохвост ровным, лишенным эмоций голосом. — Нам нужно поторапливаться. Песчаная Буря бросила взгляд через плечо, когда они покидали лощину. Речное племя и племя Ветра уже ушли, оставив котов племени Теней, сбившихся в кучу на поляне, испуганных и без предводителя. Она нахмурилась, не понимая где их глашатай и почему он или она не исполняет свои обязанности в такой момент? (Невольно ее мысли обратились к Огнегриву, стоящему перед Скалой, а Звездоцап смотрел на него сверху вниз — одинокий и непокорный, столб пламени в ночи). (Она надеялась, что с ним все в порядке).

~***~

Огнегрив едва успел заметить вспышку темного меха и ощутить сильный запах Грозового племени, прежде чем из детской донесся гневный вопль. Быстрее молнии Огнегрив развернулся и бросился обратно в детскую, почувствовав вкус крови, когда вцепился зубами в загривок кота, стоящего над окровавленной Горностайкой. Частокол взвыл от ярости и извернулся, колотя Огнегрива по голове обнаженными когтями, но Огнегрив держал его, оттаскивая назад. Он, пошатываясь, вышел из детской. Задняя лапа Частокола ударила его в грудь, выбив весь воздух из его легких и заставив его пошатнуться. В тот же миг Частокол бросился на него, обнажив клыки. Долгохвост появился из ниоткуда, врезался в Частокола и сбил их обоих с ног. — Что ты творишь? — завопил он, глядя на Частокола широко раскрытыми глазами, в то время как старший воин поднялся на ноги, сердито отплевываясь. — Я должен задать тебе тот же вопрос, — прошипел Частокол. — Ты защищаешь Грозовое племя? После всего, что они сделали? Я учил своего оруженосца другому. — Ты научил меня быть верным своему племени, — тихо сказал Долгохвост. — Ты научил меня сражаться за, а не против него! — Я учил тебя быть сильным, — выплюнул Частокол. — Не поддаваться слабости и мягкотелости домашних кисок! — усмехнулся он, бросив на все еще хрипящего Огнегрива ядовитый взгляд. — Уйди с дороги, Долгохвост. — Нет, — прошипел Долгохвост, вонзая когти во взрыхленную землю. — Второго шанса не будет, — предупредил Частокол, обнажая клыки. — Ты предатель, — сказал Долгохвост тихим, горьким и испуганным голосом. — А я верен своему племени. Частокол зарычал: — Да будет так. Он бросился вперед. Огнегрив встал в стойку, готовый броситься на помощь Долгохвосту, но тут из детской донесся громкий вопль… Крапивница. Он промчался мимо Частокола, ворвался в детскую и увидел сестру, склонившуюся над своим гнездышком, прижав уши и глядя на худого полосатого кота со шрамами. Котята Горностайки плакали рядом с неподвижным телом своей матери, их испуганные крики смешивались с хныканьем котят Крапивницы. Огнегрив прыгнул на спину нападавшему полосатому коту, вонзив когти в его плечи. Усеянный зубами ошейник защищал его шею — Огнегрив не мог схватить его за горло, чтобы укусить, но враг взвизгнул от боли и встал на задние лапы, повалив Огнегрива на землю. Крапивница набросилась на беззащитный живот кота. Красная кровь брызнула из его шерсти, окрасив ее белые нежные лапки. Он снова взвизгнул и отшатнулся, давая Огнегриву возможность толкнуть потерявшего равновесие кота плечом и повалить его на землю, прежде чем вонзить когти в его горло. В детской воцарилась тишина, если не считать бульканье умирающего кота и крики сражающихся снаружи. Огнегрив посмотрел на сестру. — Ты..? — В порядке. — Ее глаза были широко раскрыты, и она слегка дрожала, но ран на ней он не видел. Огнегрив повернулся к Горностайке, которая начала слабо шевелиться. — Горностайка… — Просто запыхалась, — слабо ответила она, качая головой, но Огнегрив видел, как из многочисленных ран на ее золотистой полосатой шерсти сочится кровь. — Я в порядке. Огнегрив понаблюдал за ней еще несколько мгновений — ни одна из ее ран не казалась глубокой, но он знал, что они должны быть болезненными. — Где Златошейка и Чернобурка? — спросил он, оглядывая детскую. — Ушли, — прохрипела Горностайка, вылизывая голову Снежка. — Здесь небезопасно, пока не будет обеспечена безопасность лагеря. — Но куда они ушли? — спросил Огнегрив, чувствуя, как к горлу подступает страх. Если они столкнутся с котами Кровавого племени за пределами лагеря… Глаза Горностайки заблестели. — Ты думаешь, мы не были готовы к этому? С тех пор, как племя Ветра стало пленниками в своем собственном лагере? Не волнуйся, Огнегрив. Они в безопасности. Ужасный крик прорезал воздух. Огнегрив развернулся ко входу в детскую, прежде чем понял, кто это был. Долгохвост. Увидев смерть своего наставника, Быстролап завыл с невероятным горем, но его заглушил мощный вопль Белоснежки: — Грозовое племя, отступаем!

~***~

Песчаная Буря неслась через лес со всеми, стуча лапами по утоптанной земле, пока Ярохвост вел патруль их к лагерю. — Как ты думаешь… — нервно начал Папоротник. — С ними все будет в порядке, — грубо сказала Песчаная Буря. «Я надеюсь», — добавила она про себя.

~***~

— Колосишка… — выпалила Крапивница еще до того, как стих вой Белоснежки. — Я схожу за ней, — пообещал Огнегрив, выскальзывая из детской. Яркая, горячая боль пронзила его плечо, когда он был сбит с ног и прижат к земле окровавленными лапами Частокола. Огнегрив зашипел и забился, пытаясь вцепиться лапами в живот Частокола, но тот выгнул спину дугой, еще глубже вонзая когти в его плечо. Огнегрив зарычал; Частокол вцепился ему в морду, сверкнув клыками в лунном свете. Они сражались. Огнегрив с трудом высвободился из его хватки и, шипя, осторожно отступил назад. Частокол снова сделал выпад; Огнегрив скользнул в сторону и нанес ему удар в бок. Частокол зарычал и ударил Огнегрива по ушам. Они обменивались ударом за ударом, и Частокол медленно, но верно прижимал Огнегрива к Скале. Из-за белого кашля конечности Огнегрива стали вялыми и болезненными — ему было трудно дышать, он не мог двигаться так, как должен был, поэтому, когда он замахнулся на Частокол, темно-полосатый кот смог отразить скользящий удар по морде и вонзить зубы в горло Огнегрива. Огнегрив задергался, пытаясь вздохнуть, но из его горла выходило только беспомощное бульканье. Темнота заволокла его зрение, оставив в носу всепоглощающий запах Грозового племени и вспышку густого серого меха. Синяя Звезда, понял он, и умер.

~***~

Песчаная Буря услышала вой, доносившийся из лагеря Грозового племени, когда они приблизились. Ее сердце бешено заколотилось в груди, когда она лихорадочно вспоминала всех, кто был в лагере: королев, старейшин, котят. Еще были Дым, Крутобок, Ворон… Огнегрив… (Она отмахнула эту мысль. Огнегрив был лучшим воином, с ним все было в порядке). Кошачий вой Белоснежки прорезал воздух, перекрывая крики… это были коты из Кровавого племени, их зловоние ударило Песчаной Буре в нос. — Грозовое племя, отступаем! Ярохвост и Буран нырнули в туннель в лагерь. Песчаная Буря видела, как они сражались бок о бок с наступающими котами из Кровавого племени, выкрикивая приказы остальным воителям, когда те входили за ними. Песчаная Буря встала рядом с Бураном, защищая его спину. В лагере царил хаос — все, что она могла сделать, это держаться поближе к своему бывшему наставнику в разгар битвы. — Синяя Звезда! — закричал Ярохвост. Песчаная буря обернулась и увидела, как Синяя Звезда оттаскивает Частокола от слабо шевелящегося рыжего кота… — Огнегрив! — завопила она, и ее крик эхом отразился от вопля Крутобока и рычания Дыма. Синяя Звезда встряхнула Частокола за шкирку и швырнула его через поляну, как непослушного котенка. Она неспеша пошла за ним с ясными и горящими глазами, когда Частокол вскочил на ноги, низко пригнувшись и прижав уши. В лагере уже почти не осталось воинов Грозового племени — Буран приказала Песчаной Буре остаться с Ярохвостом и направился к Огнегриву, но только для того, чтобы пройти мимо и проскользнуть в детскую, — казалось, что котов из Кровавого племени было больше, чем когда-либо. — Осторожно! — крикнул Ярохвост. — Синяя Звезда! Песчаная Буря обернулась и увидела, как три воина из Кровавого племени бесшумного набросились на предводительницу. Синяя Звезда упала и больше не поднялась.