Ouroboros: Новый Цикл

Много дней назад…

Доктор Тео Уилсон, по его мнению, считал бы себя хорошим человеком. Он любил животных, баловал свою кошку и посылал коробки с закусками своей дочери, которая учится за границей. У него была работа, которая ему нравилась, и в которой он был хорош, а уличные животные даже считали его «безопасным» человеком. По его мнению, он определенно не заслуживал того, чтобы в один и тот же день его кошка исчезла, а его ветеринарную сумку обокрали. Он был в гараже, возился со своей машиной (или пытался — автомобили, на самом деле, не были коньком Тео, механиком была его сестра, — но он ведь мог заменить масло, верно?) когда услышал, как внутри дома что-то упало. Забеспокоившись, что Принцесса влезла во что-то, во что не следовало, Тео быстро снял перчатки и распахнул дверь гаража, чтобы увидеть Принцессу, выходящую из его кабинета, — образчик невинности. Тео усмехнулся про себя и шагнул обратно в гараж, позаботившись о том, чтобы закрыть дверь. Он не хотел, чтобы Принцесса путалась под ногами во время его работы. Вернемся к замене масла. Каким-то образом Тео удалось не взорвать машину и вернуть все на свои места. (Он трижды проверил, а потом сфотографировал и отправил смс сестре, чтобы убедиться. Она отправила три смеющихся смайлика). Он зевнул. Вчера был долгий день в офисе. Тео с нетерпением ждал выходного дня, времени, чтобы расслабиться, посмотреть фильм, может быть, позвонить Талии и узнать, как дела во Франции. Он поинтересовался, написала ли она еще какие-нибудь картины для своих занятий. Сам он не очень любил искусство, но ему всегда нравилось смотреть на работы дочери. Тео хмыкнул про себя, вымыв руки и поскребя ногти, чтобы убрать с них жир. В ветеринарном кабинете не помешали бы свежие цветы, решил он. Старые уже завяли. Он мог бы принести их на следующей неделе — Джо больше всего любила лилии. Она говорила, что они украшают помещению. — Розы — это слишком официально, — серьезно сказала она ему. — Они для романтики, модных вечеринок и садов. А лилии жизнерадостны. Он надеялся, что в местном продуктовом магазине будут лилии. Ему не хотелось тратить деньги на флориста, чтобы украсить офис, даже если это сделает Джо счастливой. Может быть, если бы он купил их специально для нее… Нет, это было бы чересчур. Он отогнал эту мысль и вытер руки о чистую тряпку. Он толкнул дверь гаража и увидел, как по коридору пронеслась полоска коричневой шерсти, а за ней — рыжий кот. — Принцесса! — крикнул он, следуя за ними. — Эй, Принцесса, ты куда? Принцесса не замедлилась — она выскочила из-за кошачьей двери и перепрыгнула через забор. Сердце Тео чуть не остановилось, когда он бросился за ней, выкрикивая ее имя — нет, нет, нет, нет, не убегай за забор, — но вспышка боли заставила его споткнуться, и к тому времени, когда он поднял глаза, принцесса была уже вне досягаемости. Рыжий кот, вцепившийся когтями ему в ногу, метался вокруг него, держа что-то во рту. Тео подхватил его на руки и с нарастающим ужасом понял, что это его ветеринарные принадлежности. Принцесса залезла в его ветеринарную сумку. — Отдай, приятель, — прорычал Тео, пытаясь вырвать коробку с таблетками из пасти рыжего кота. Боже, только не кусай таблетки, пожалуйста! Вместо того чтобы отдать, рыжий кот оцарапал его. — Ой! — взвизгнул Тео. Он рефлекторно отпустил кота — попытался поймать его, когда тот падал, но не успел (слава богу, он приземлился на лапы и не ушибся). Он попытался снова схватить кота, но тот выскользнул у него из рук и перепрыгнул через забор. Тео стоял посреди своего двора, совершенно ошеломленный. Коты воруют ветеринарные принадлежности. Куда катится мир?

~***~

Быстролап устроился в гнездышке рядом с Долгохвостом, прижавшись шкуркой к боку своего наставника. Он чувствовал себя ужасно. Он должен был быть рядом с ним — помочь, не дать Частоколу выцарапать ему глаза. Но он не мог этого сказать — он знал, что его наставник никогда бы его не осудил, и он не хотел, чтобы Долгохвост чувствовал себя еще хуже, срываясь. Но атмосфера в их уголке лагеря Речного племени становилась невыносимой. Шок от битвы, от потери Синей Звезды и их дома в одночасье прошел, сменившись холодным и подкрадывающимся страхом. Быстролап в отчаянии огляделся в поисках темы для разговора, чего-нибудь, что могло бы вытащить Долгохвоста из пучины отчаяния, в которую он погрузился. — …эй, — медленно произнес Быстролап. — Ты помнишь мой первый урок охоты? Долгохвост дернулся, поворачивая голову в его сторону Быстролапа. — Помню. — Ты пытался научить меня выслеживать мышь, — напомнил Быстролап, решив настаивать, не поддаваться односложному ответу. — Только ты перепутал мышей и белок, и я ничего не поймал. Долгохвост фыркнул. — Пока этот воробей не свалился тебе на голову. Быстролап фыркнул. — Ты выглядел еще более удивленным, чем я. — Да, потому что тебе на голову упал воробей, — сухо ответил Долгохвост. — Ты так громко закричал, что, должно быть, распугал всю добычу между этим местом и Четырьмя деревьями. Куцехвост, сидевший неподалеку и вылизывался с Рябинкой, оглянулся. — Ярохвост был такой же, когда я в первый раз показал ему территорию, — мяукнул он, подергивая усами. — Он промочил лапы в ручье и выл так громко, что я был удивлен, что патрули вообще принесли свежую добычу. Быстролап уставился на него. — Что, правда? — Конечно. — Глаза Куцехвоста хитро блеснули. — О, в какие переделки он только не попадал, когда был оруженосцем — однажды ему даже удалось сцепиться с ястребом. — С ястребом? — тоненький голосок Дроздовушки, выглядывающей из-за материнского хвоста, прозвучал пронзительно. — С ним самым! — воодушевленно подтвердил Куцехвост. — И, о, это был еще не конец — позвольте мне рассказать вам о некоторых вещах, которые Кисточка и Ветрогон вытворяли в юности… — О, я тоже могу о тебе кое-что рассказать, — тут же проскрежетала Кисточка, ее глаза вызывающе вспыхнули. Они продолжали поддразнивать друг друга, громче всех был Куцехвост, радостно поощряемый Рябинкой. Буран сидел в стороне, время от времени комментируя ту или иную историю. — Молодец, — пробормотала Пестролистая Быстролапу. — Это была хорошая идея. Быстролап опустил голову, чувствуя, как от смущения у него горят уши. — Я просто хотел помочь, — пробормотал он. Пестролистая замурлыкала. — И у тебя получилось, — сказала она ему. — Именно желание помочь однажды сделает тебя хорошим воителем. Не теряй его. — Не потеряю, — пообещал Быстролап. Никогда.

~***~

— Огнегрив? — прошептала Колосишка, когда Огнегрив высунулся из дыры в стене лагеря. — Я тут, — успокоил ее Огнегрив, лизнув ее между ушами. — Все в порядке. Колосишка шмыгнула носом, прижимаясь к его лапе. — Мне страшно, — прошептала она. — Я знаю, — пробормотал Огнегрив. — Ты была очень храброй сегодня, да? Моя маленькая воительница, — нежно сказал он. — Мне просто нужно, чтобы ты еще немного побыла храброй, хорошо? Ты справишься? Слезы навернулись на ее глаза. — Я хочу домой, — захныкала она. — Я хочу домой! — Мы туда и пойдем, — пообещал Огнегрив. — Мы найдем Крапивницу, хорошо? И Облачко, и Чаечку, и Карпика, и Желудёнка. Колосишка энергично закивала. — Хорошо, — пробормотал Огнегрив. Он принюхался — воздух был густым от запаха застоявшейся крови и Грозового племени, но он уловил запах тропы, ведущей к Нагретым Камням. Он поднял Колосишку за шкирку — им нужно было действовать быстро, чтобы не попасться Кровавому племени, как только они поймут, что произошло. Он вспомнил дни, которые Грозовое племя провело на Нагретых Камнях после уничтожения их лагеря огромными монстрами Двуногих. Может Синяя Звезда и Ярохвост решили сделать так же? Нет. Огнегрив добрался до Камней и обнаружил, что там никого нет. Запаха племени вел к берегу реки и обрывался. Огнегрив смутно осознал, что они, должно быть, перешли реку. Колосишка шмыгнула носом. Огнегрив опустил ее на землю и лизнул ее шерстку. — Эй, посмотри, как далеко мы продвинулись, — сказал он ей, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно. Мы на границе Речного племени. Смотри, вон Нагретые Камни. Колосишка уставился на камни, широко раскрыв глаза. — Большие, — прошептала она. Затем она снова шмыгнула носом. — Огнегрив, я хочу кушать. У Огнегрива скрутило живот. Колосишка еще половины луны должна питаться молоком — у него не было другого способа покормить ее, кроме как найти кормящую королеву. Найти Крапивницу. — Я знаю, — пробормотал он Колосишке. — Мы найдем твою маму, и тогда ты поешь, хорошо? Она кивнула. Огнегрив глубоко вздохнул, глядя на холодную, быстро несущуюся воду. — Нам придется пересечь реку, — пробормотал он. — Колосишка, мне нужно, чтобы ты забралась мне на голову и держалась как можно крепче. Выпусти когти, — добавил он. Он мог бы справиться с несколькими царапинами когтей, если бы это означало, что Колосишка не попадет в ледяную воду. Огнегрив присел, чтобы она могла вскарабкаться ему на голову и вцепиться в него своими маленькими коготками, впиваясь ему в кожу. «Это будет отвратительно», — подумал Огнегрив и шагнул в реку. Холод ударил его как током. От шока он выдохнул, затем закашлялся, когда волна ударила его по морде. Какое-то мгновение он отчаянно молотил лапами. Затем старые воспоминания упорядочили его движения. Он замолотил лапами, медленно, но верно продвигаясь по воде. Течение выполняло большую часть работы, унося его вниз по течению к месту обитания Двуногих; Колосишка пискнула и вцепилась крепче. Гравий зашевелился под лапами Огнегрива. Он тут же вцепился в него когтями, неуклюже размахивая задними лапами, когда течение попыталось утащить его дальше. Но ему удалось выбраться на берег, его мышцы выли от напряжения, и он рухнул на влажную траву. — Огнегрив? — прошептала Колосишка, обнюхивая его ухо. — В порядке? — …да, — наконец сказал Огнегрив. — Я в порядке. Давай, спускайся. Колосишка сползла вниз и присела рядом с ним, дрожа, несмотря на то, что она была сухая. Огнегрив позволил себе пару секунд отдыха, прежде чем подняться и сделать глубокий вдох. Если он понесет Колосишку, то далеко они не уйдут. Плавание отняло у него больше сил, чем он ожидал. — Колосишка, мне нужно, чтобы ты шла рядом со мной, хорошо? — мяукнул Огнегрив. — Я не смогу нести тебя какое-то время, так что тебе нужно держаться поближе ко мне. — Хорошо, — прошептала она, кивнув. Огнегрив спотыкался, углубляясь на территорию Речного племени, и разинул пасть, чтобы уловить малейший след запаха Грозового племени. Речные воды смыли большую их часть, но территория племени была невелика — особенно по сравнению с озерной, — и Огнегрив смутно подозревал, что они могли попытаться сбежать в лагерь Речного племени. В конце концов, именно так бы он и поступил. Как только его глаза начали слипаться, он увидел впереди лагерь Речного племени. Новая энергия хлынула его тело — он подхватил Колосишку и бросился вперед. Он видел, как коты столпились на краю, переговариваясь между собой. До его ноздрей донесся запах Грозового племени. Один из котов поднял голову и увидел его — он подумал, что это Папоротник, но не был уверен… — Это Огнегрив! — Песчаная Буря взвыла, вскакивая на лапы. — Он вернулся!