Ouroboros: Новый Цикл

Ярозвёзд застыл на месте, не в способности оторвать взгляда от янтарных глаз перед ним. Мгновение спустя стал виден силуэт их обладателя — широкие плечи, глубоко пораненное правое ухо, внушительный рост… Звездоцап. — Тебе от меня не сбежать, — прошипел Звездоцап, обнажая клыки. — Сколько бы жизней ты ни прожил, куда бы я ни пошел, я найду тебя. Твое драгоценное племя никогда не будет в безопасности. Ярозвёзд стиснул зубы. — Тогда найди меня, — бросил он вызов. — Встреться со мной лицом к лицу, как воин, и умри, как воин. Рот Звездоцапа растянулся в улыбке. Затем он продолжал растягиваться, его челюсти открывались все шире и шире, обнажая бесконечные ряды клыков, пока Ярозвёзд не увидел только его огромную зубастую пасть. — О, Ярозвёзд. — голос Звездоцапа эхом отдавался вокруг него, проникая в его голову. — Ты не можешь убить меня. Я уже мертв.

~***~

Ярозвёзд резко проснулся с воплем. Свет Лунного камня был ослепительным — он зажмурившись поднялся на лапы, его шерсть встала дыбом, он пятился назад, подальше от Звездоцапа… — Сработало? — Щербатая, — выдохнул Ярозвёзд. Зрение начало проясняться, глаза привыкали к бледному серебристому свету Лунного камня. Старая целительница стояла перед ним, смотря на него широко раскрытыми глазами. Мгновение спустя до него дошел смысл ее вопроса. — Да, — ответил он, делая глубокий вдох. Холодный воздух принес облегчение после гнетущей, затхлой жары его ночного кошмара. — Да, сработало. Щербатая бросила обеспокоенный взгляд через плечо на Лунный камень. — Тогда пошли. Ярозвёзд последовал за Щербатой обратно по туннелю. Он чувствовал, что вот-вот лопнет от всего, что только что произошло — от церемонии, от ужасного видения, — но прикусил язык. Он не должен был говорить ни о чем из того, что произошло. Его лапы все еще покалывало от энергии, полученной после церемонии. В ушах у него все еще звучали слова, произнесенные ясным голосом Солнцезвёзда. Когда они вышли из Пасти, Ярозвёзд закрыл глаза и позволил ветерку пробежать по его шерсти. Свежий воздух успокаивал. — Что-то пошло не так, не так ли? — спросила Щербатая мяукнула, когда они направлялись к Гремящей тропе. — Я почувствовала запах крови. Что-то коснулось его шерсти и он невольно вздрогнул. — Потом, — пробормотал он. — Поговорим об этом потом. Щербатая хмыкнула и молча повела его дальше. Гремящую Тропу они пересекли без происшествий. Ярозвёзд услышал вдалеке лай собак; ухо Щербатой дернулось, но в остальном она не обращала на них внимания, направляясь к амбару. — Так безопаснее, — прохрипела она. — У Кровавого племени было достаточно времени, чтобы организовать патрули. Лучше путешествовать при дневном свете. Кроме того, — добавила она, и ее усы дрогнули, — ты выглядишь так, будто сильный ветер может сбить тебя с лап. Ярозвёзд моргнул. — Я отлично себя чувствую. Он не врал — несмотря на кошмарное видение, он был бодрым. Даже взбодрился. Судя по выражению лица Щербатой, она ему не поверила. Ярозвёзд хотел было обидеться, но потом решил, что Щербатая, вероятно, уже имела дело с достаточным количеством воителей, притворявшихся здоровыми, и перестала доверять кому бы то ни было. Он повернулся к амбару. Шерсть у него на спине встала дыбом. Воздух был неподвижен — запахи Ячменя и Эстер выветрились. — Они ушли, — пробормотал Ярозвёзд. Он открыл пасть, чтобы лучше расслышать запахи амбара. Мыши все еще были здесь, как и слабый запах двуногих, который всегда витал в здешнем воздухе, но запах Ячмень и Эстер… Несвеж. Он сделал шаг вперед. Запахов других котов не было — их никто не выгонял. Крови не было, значит, ни один из них не пострадал. Они просто… ушли. — Может их Двуногие забрали, — с сомнением предположила Щербатая, с опаской разглядывая интерьер. — Или, может быть, они решили уйти, раз уж Кровавое племя покинуло пределы Двуногих, — проворчал Ярозвёзд. Он не мог не огорчиться из-за потери — Эстер, возможно, и был просто дезертиром, но Ячмень был другом Грозового племени на протяжении многих лун. Ярозвёзд будет скучать по дружелюбному черно-белому коту. Щербатая хмыкнула. — В любом случае, они давно ушли. — Она попробовала воздух на вкус. — Должно быть, сразу после нас. — Она облизнула мордочку. — Думаю, мышей осталось много. Как по команде, в животе Ярозвёзда заурчало. Не произнеся ни слова, они принялись охотиться. Амбарные мыши были такими же жирными и сочными, как и всегда, но загадка, куда подевались Ячмень и Эстер, и, конечно, растущее беспокойство о том, что могло случиться с Грозовым племенем, пока его не было, не давали Ярозвёзду насладиться этим зрелищем. Тем не менее, набив брюхо едой, Щербатая решила, что он выглядит достаточно бодрым для путешествия. (Ярозвёзд, который догадался, что она придумала отмазку про патрули Кровавого племени, чтобы он отдохнул, не стал поднимать эту тему.)

~***~

Пёрышко, надо признать, был в панике. Не удивительно. Он не был целителем — его выбрала Щербатая, но никто на самом деле не говорил ему, что делать в подобных ситуациях. Он работал над лоскутным одеялом знаний — Кремнезуба, Черняка, Солнцецветик — но этого было недостаточно. Остальные члены племени Теней хлынули потоком после Собрания. Мокроус исчез за несколько дней до этого, предоставив Пёрышку заботиться о потрясенных и раненых. Судя по рассказам Гладкого, лагерь племени Теней был разрушен — Калинка и Царапан были мертвы, Орех так тяжело дышал, что Пёрышко не думал, что он переживет эту ночь, а плечо Палёного, вероятно, было заражено. По милости Звёздного племени Темноцветик и Алоцветик спаслись, но Темнобрюшка и один из ее котят были убиты. Выжившая, крошечный рыжеватый комочек шерсти, который был так похож на свою мать, рыдала, уткнувшись в живот Алоцветик. Пёрышко старался не слушать ворчания, пока обрабатывал рану Палёного. Старый воин кряхтел под его руководством, и Пёрышку пришлось сдержаться, чтобы не извиняться без конца. Суматоха в лагере — возмущенные вопли и сердитое шипение — заставила сердце его сердце дрогнуть. Если Кровавое племя нашло их… — Стойте! Подождите! Мы хотим помочь! — Подождите! — вой Чернопята заглушил страдальческий визг прибывших. Пёрышко внимательно прислушался, но, что бы ни происходило сейчас, было слишком тихо, чтобы расслышать. В конце концов, Черняк протиснулся через вход. Он выглядел целым и невредимым, но лицо его было мрачным. — Что происходит? — потребовал ответа Палёный, начиная подниматься. Пёрышко протестующе зашипел, и он неохотно улегся обратно, не сводя глаз с Головни. — У нас новости из Грозового племени, — объявил Черняк. — Синяя Звезда мертва. Ярозвёзд жив. Они укрываются с племенем Ветра в лагере Речного племени. По лагерю пронесся испуганный шепот. Они знали, что Кровавое племя могущественно, но настолько, чтобы в силах изгнать два племени с их территорий? «Уже три, — с горечью подумала Пёрышко, кладя горсть жеваной календулы на плечо Палёному. — Только нас даже не изгнали, мы просто ушли. Кровному племени оставалось только изгнать отбросы». Это была несправедливая, немилосердная мысль, и Пёрышко почувствовал себя виноватым, как только она пришла у нему в голову. Коты племени Теней, которые остались после окончания правления Звездоцапа, были такими же воинами, как и любые другие, но Пёрышко не могла не испытывать к ним некоторой неприязни за то, что они остались. — Кто принес эти новости? — спросил Палёный. Черняк оглянулся через плечо. — Одиночки, — сказал он наконец. — Коты из гнезда Двуногих возле Высоких Камней. Оба заявляют, что тоже имеют претензии к Кровному племени. — Мы никогда не дружили с амбарными котами, — проскрежетала Солнцецветик со своего места в тени. — Зачем они пришли сюда? Как они нас нашли? Какое-то движение у входа привлекло внимание Пёрышка. Черняк появился на поляне в сопровождении двух котов — первого, дородного, с широко раскрытыми глазами, черно-белого, и второго, массивного, с янтарной шерстью. Оба они с явным изумлением осматривали импровизированный лагерь. — Ячмень и Эстер перешли Гремящую Тропу, чтобы избежать встречи с патрулем Кровавого племени, — мяукнул Черняк, — и случайно наткнулись на наш запах. Что касается их причин… — он кивнул в сторону парочки. — Я думаю, они могут говорить сами за себя. Черно-белый кот неловко переступил с ноги на ногу. — Гм. Ну, в общем, да. — Он прочистил горло. — Ну, Эстер сказал мне, что он сбежал от Кровного племени, а Ярозвёзд и Щербатая… — Пёрышко вздохнул с облегчением, узнав, что со целительницей все в порядке. Он услышал такой же вздох от Солнцецветик. Пёрышко встряхнулся и снова сосредоточился на Ячмене. — …мы вместе с остальными. Я думаю, они планируют сражаться. Но Грозовое племя не может сделать это в одиночку — ни одно из племен не может. И бегство… — он замолчал. Эстер шагнул вперед. — Когда-то я был частью Кровавого племени, — мяукнул он, не дрогнув под сердитым шипением. — Потом я понял, что это ошибка, и сбежал — достаточно далеко, чтобы найти амбар и перевести дух. Я знаю, каков Бич — он может утверждать, что позволит племенам мирно разойтись, если они примут его условия, но это не так. Он будет преследовать вас до конца света, выследит всех старейшин и котят, пока не убедится, что никого не осталось. Вот что он делает. — Он сглотнул. — Вот что он сделал с моей подругой. Пёрышко огляделся. На нескольких лицах он увидел сочувствие — племя Теней лучше других знало, каково это — жить под властью тиранического правителя. Но также были враждебность и недоверие — все эти коты пострадали от когтей Кровавого племени. Ячмень расправил плечи. — Мы хотим помочь. — Почему? — спросил Палёный. — Вам-то какое дело? Ячмень фыркнул. — Как ты думаешь, сколько времени потребуется Кровавому племени, чтобы найти амбар и всех этих сочных мышей? — Ну сами и отбивайтесь, — проворчал Головня. Эстер сердито посмотрела на него. — Мы пытаемся помочь! — прошипел он, явно расстроенный. — Ради нас самих, да, но и ради вас тоже! Никто не заслуживает того, чтобы страдать от когтей Бича! Головня открыл рот, чтобы возразить, но Чернопят поднял хвост, чтобы прервать его. Серый воитель отвернулся, взмахнув хвостом, но придержал язык. — Племя Теней не будет изгнано с территории наших предков, — сказал Чернопят. — Но, — продолжил он, окидывая взглядом племя, безмолвно призывая любого возразить ему, — мы не можем сражаться с Кровавым племенем в одиночку. — Он вежливо кивнул Ячмень. — Если другие племена объединяться и будут сражаться, то и племя теней тоже. Ячмень склонил голову. — Я понимаю, — промяукал он. — Мы все равно собирались встретиться с ними. Мы передадим им твое послание. — Передай, — согласился Чернопят. — И передай Ярозвёзду мои соболезнования в связи с его потерей и поздравления с его новым именем. Уши Пёрышка дернулись. Рядом с ним Палёный хмыкнул. — В политику играет, — прогрохотал Кремнезуб на ухо Пёрышку. — Отправлять поздравления подобным образом — это то, что должен делать предводитель. А не глашатай в изгнании. — Мы все теперь изгнанники, — пробормотала Пёрышко в ответ. — По крайней мере, Чернопят что-то делает. — Возможно, — Кремнезуб фыркнул. — По крайней мере, мы не последовали за Царапаном. Пёрышко поморщился. Царапан, несмотря на все свои недостатки — а их у него было много, — любил своих сыновей. Его смерть особенно сильно ударила по Головне; Пёрышко видел, как затуманились его глаза, как он ссутулился до ушей. Но он был глашатаем Звездоцапа, и, несмотря на это, такая должность была в лучшем случае церемониальной — все знали, что в случае смерти Звездоцапа его место займет Бич. Они просто не ожидали, что это произойдет.… Пёрышко вздрогнул. Его не было на Собрании, но Палёный был, и он рассказал ему все. Девять жизней, и все они были отняты в одночасье. И теперь внимание кота, который мог такое сотворить, было обращено на них.