Magically Delicious

Они движутся… медленно. Это не то, на что Микки рассчитывал. После многочасового ожидания он решил, что они будут раздеты и примутся трахаться уже через пару минут. Но поцелуй все еще прожигает его, и выражение лица Йена соответствует тому, что он чувствует: своего рода шок. У него были связи. Этот раз чувствуется… иначе. Пальцы Йена скользят под его рубашку и ниже — к задней части джинсов и боксеров, и руки Микки обхватывают шею Йена, притягивая для еще одного поцелуя, когда руки Йена снова смыкаются на его заднице и сжимают ее. Микки прерывает поцелуй и тянется вниз, чтобы расстегнуть свои джинсы, Йен отпускает его, чтобы помочь ему стянуть их, а затем он также спускает боксеры — медленно, чтобы Микки мог почувствовать, как ткань скользит по заднице, по твердеющему члену. — Ложись на кровать, — шепчет Йен ему в губы, и Микки пятится назад, снимая на ходу рубашку. Затем он ложится на смятые простыни, и Йен вытягивается рядом с ним, опираясь на один локоть. Он все еще в своей черной футболке и джинсах, но его босые ноги выглядят странно уязвимыми. Он протягивает руку и нежно гладит член Микки одним пальцем, едва касаясь его. — Ну, думаю, потребуется немного больше, чем это, — предлагает Микки, и Йен смотрит на него, улыбаясь. — Ты что, думаешь, я не знаю, что делаю со своими руками? — Просто говорю, чувак. Я уже много лет дрочу хуи, особенно этот. Поддразниванием пальца мы ничего не добьемся быстро. Если только он не отправится в мою… — Мы дойдем и до этого, поверь мне, — утверждает Йен. — Просто… позволь мне попробовать так? Микки поднимает руки вверх. — Ладно, приятель, как скажешь. Йен сдвигается ниже по кровати так, что его голова оказывается рядом с бедром Микки, и смотрит прямо на член Микки и темные жесткие волоски вокруг него. Он снова протягивает руку и помещает кончики пальцев прямо у основания, нежно поглаживая его большим пальцем. — Что, — иронизирует Микки, — никогда раньше такого не видел? По правде говоря, он чертовски нервничает, когда Йен так на него смотрит. Это… неловко. Интимно. Странно. — Закрой глаза, если хочешь, — успокаивает Йен. — Я хочу, чтобы ты, бля, подрочил мне, — ворчит Микки, но все равно закрывает глаза. Пытается сосредоточиться на легких прикосновениях, которые дает ему Йен. Так легче, когда он не смотрит на макушку Йена и не гадает, о чем тот думает. Или о том, принял ли он достаточно тщательный душ, чтобы Йен мог быть на таком близком и личном расстоянии прямо сейчас. Господи. — Я видел, как ты смотришь на мои руки, — говорит Йен. — Ранее в баре. Микки сглатывает. — Да? Ну и что с того? Йен немного изменяет положение, придвигаясь ближе. Его рука наконец-то обернулась вокруг члена Микки, но хватка все еще слишком слаба для какого-либо реального трения. Просто поддразнивание. — Ты об этом думал? — спрашивает Йен. — О моих пальцах вокруг твоего члена? Микки на секунду замолкает. Он слышит свое собственное хриплое дыхание. Большой палец Йена гладит головку его члена, описывая маленькие тугие круги. Один раз. Второй. — Твою мать, — шепчет Микки. Он чувствует, как начинает течь под прикосновением Йена. — Это «да»? — допытывается Йен. — Нет, — отвечает Микки и толкается вверх в кулак Йена, ища большего трения, а затем со стоном разочарования опускает бедра обратно на кровать. — Нет? — сжимает его Йен. — О чем же ты тогда думал? — Как ты трахаешь меня ими, — сознаётся Микки, а затем вскрикивает, когда чувствует язык Йена на головке члена. Его хватка наконец-то достаточно крепка, и он работает с Микки устойчивыми ударами. Такое ощущение, что у него член Микки прямо во рту, так что его язык или губы касаются его каждые пару секунд. Микки ничего не может поделать — он должен видеть. Он открывает глаза и смотрит вниз, где над ним склонился Йен. Видит его рот, открытый и голодный. Видит эти длинные пальцы, обхватившие его. Йен не поднимает взгляд, слишком сосредоточенный на его члене, чтобы даже заметить, что Микки смотрит на него. — Собираешься это сделать? — спрашивает Микки, не сводя глаз с дрожащего языка Йена. Йен отвечает еще одним долгим облизыванием, и Микки снова опускает голову на кровать, смотрит в потолок и толкается в руку Йена, в его рот. — Срань господня, — ругается он. Другая рука Йена лежит между его собственных ног, и он прикасается к себе через джинсы. Микки хочет его увидеть. Даже больше, чем он хочет кончить в рот Йену. Поэтому он наклоняется и зарывается пальцами в волосы Йена. — Эй, — зовёт он. — Эй, давай, я хочу… сними свою гребаную одежду, чувак. Йен поднимает голову и наконец снова смотрит на него. Его глаза полуприкрыты, а рот влажен. — Этого ты хочешь? — уточняет он, слегка задыхаясь. — Я уже сказал тебе, чего хочу. — А ты не хочешь закончить? — шепчет Йен, снова медленно поглаживая член Микки. Глаза Микки снова закатываются от этого чувства, но он берет себя в руки. Не своди глаз с приза. — Предпочитаю кончать с чем-то внутри. Глаза Йена расширяются, и Микки это нравится, этот взгляд удивления и голода. Он ухмыляется ему сверху вниз. Йен отпускает Микки и стягивает с себя футболку — под ней все так же туго, как и обещала черная футболка — а затем принимается за джинсы. Микки жадно наблюдает за происходящим, едва не облизывая губы. Ладно, он облизывает свои губы. Йен не разочаровывает. Увидев его член — длинный, твердый, утолщающийся в середине — Микки мгновенно испытывает глупое собственническое отношение к нему. Он чертовски жаждет этот член, хочет, чтобы он был внутри него, как будто он принадлежит ему. — Смазка? — спрашивает Микки, не сводя глаз с члена Йена. Йен смеется и наклоняется над ним, чтобы выхватить пакетик из фольги и бутылек из беспорядка вещей на столе рядом с кроватью. Его член касается живота Микки, и Микки ничего не может с этим поделать — он, блядь, толкается в него. Йен бросает вещи рядом с ними на кровать, а затем возвращается, чтобы оседлать Микки на четвереньках, и оба они смотрят вниз на член Йена, трущийся о кожу Микки. Йен сгибает колени так, чтобы его тело скользнуло немного ниже, и его член толкает Миккин. Они оба резко вдыхают, и Микки бормочет «твою мать», хватая смазку. Он открывает ее и размазывает по пальцам, затем опускает руку между ног. — Раздвинь их, — говорит Йен, его руки нежны под коленями Микки, а взгляд устремлен ниже. Он раздвигает их, и Микки позволяет ему, ему нравится, как это заставляет его себя чувствовать. Свободным. Согретым. Желанным. Он проникал в себя пальцами достаточное количество раз, чтобы к настоящему времени это было рутиной, но присутствие Йена делает все более горячим. Он просовывает первый палец внутрь, наслаждаясь скользким, влажным звуком. Он голоден до этого. Йен пристально смотрит, и ему нравится и это тоже. Торопясь, он скользит еще одним пальцем, немного напоказ, словно демонстрируя, как хорошо он может это принять. Йен проводит одной рукой вниз по задней стороне его бедра, двигаясь все ближе и ближе. — Можно? — Сделай это, — не то просит, не то приказывает Микки, а затем стонет, когда один из пальцев Йена скользит рядом с его собственными. — Боже, — бормочет Йен, все еще не отрывая взгляда. Микки вытаскивает пальцы и обхватывает колени обеими руками, открываясь. Одна рука Йена поднимается и ложится на живот Микки — пальцы расставлены, касаются как можно большей части его кожи. Два пальца другой вдавливаются в Микки, Йен трахает его, постоянно погружая и вынимая их. Это хорошо. Действительно хорошо. Но… — Недостаточно, — говорит Микки. — Давай. Йен кивает и толкает три. Микки не может сдержать тихий крик и чувствует, что сжимается вокруг них, а затем снова расслабляется. Он медленно закрывает глаза, сосредоточившись на ощущении Йена внутри себя — именно так он и представлял. Йен гладит по этому месту, и Микки чувствует, как его бедра дергаются от того, как хорошо это ощущается. Другая рука Йена прижимает его обратно. — Блядь, — выдыхает он. — Вот дерьмо, прямо здесь… Его член твердый и изнывающий, нетронутый на его животе, но он так сосредоточен на ощущениях в заднице, что ему даже все равно. — Ты готов? — бормочет Йен. Микки кивает. Он чувствует, как ноги немного дрожат от напряжения, но остается неподвижным, пока Йен медленно вытягивает пальцы, оставляя Микки открытым и готовым. Йен разрывает пакетик с презервативом и раскатывает его, глаза Микки следят за ним. Затем он ползет вверх по кровати, пока не оказывается лицом к лицу с Микки. Йен наклоняется и пытается войти в него, но не может отвести взгляда от лица Микки, от его рта, и промахивается раз, другой. Микки ухмыляется и тянется вниз, чтобы схватить его, чувствуя твердый, тяжелый вес в своей руке. Затем прижимает головку к себе и медленно, но не останавливаясь, втягивает ее внутрь. Он шипит от растяжки, но черт возьми, это прекрасно. — Обожемой, — вырывается у Йена. Его лицо открытое и дикое, и его член дергается внутри. Микки смеется, затем обхватывает ногами спину Йена, притягивая его еще ближе. Йен давит так глубоко, что у Микки на секунду перехватывает дыхание. Его ободок горит и растягивается, но настоящей боли нет. Только жар, распространяющийся по нему. Йен наклоняется, и они дышат вместе в течение нескольких секунд. Затем Йен издает тихий звук, и его рот оказывается на губах Микки, открытый и теплый. Его язык во рту Микки, его член в заднице Микки… Йен повсюду, окружает его, и Микки полностью расслабляется в нем. Будучи захвачен вот так. Йен прерывает поцелуй, вытаскивая снова — Микки немного морщится, когда самая толстая часть его члена растягивает его широко — затем толкает назад, быстрее. — Это хорошо, — слышит Микки свое бормотание. — Продолжай. Йен кивает, его губы почти касаются уха Микки. — Черт возьми, ты такой тугой, — шепчет он. Может, это и грязные разговорчики, но голос Йена не похож на голос крутого плейбоя, он звучит так, словно его наслаждение настолько сильно, что почти болезненно. Хорошая боль, думает Микки. — Да? — провоцирует Микки. — Тебе это нравится? — Блядь, да, — говорит Йен, задыхаясь. Он подталкивает себя вверх и начинает трахать Микки еще сильнее. Его член заполняет Микки, трется об это место внутри него, заставляет тело загораться. — Захотел тебя, как только увидел, — откровенничает он. — Твою задницу в этих джинсах. Микки крепко обхватывает его за плечи обеими руками, снова притягивая к себе. Он чувствует запах дезодоранта Йена и поднимающийся между ним запах пота. Он любит его, вдыхает его, смакует его. Йен толкает глубже, затем останавливается. Протягивает руку вниз между ними и начинает быстро дрочить член Микки. — Этого достаточно? — спрашивает Йен. — А? — Микки растерян. Он действительно не может думать прямо сейчас, забывает о том, чтобы отвечать на то, о чем бы, блядь, Йен его не спрашивал. — Ты сказал, — тяжело дышит Йен, — что хочешь кончить с чем-то внутри тебя. — Ух, — выдыхает Микки. — Я… бля! — когда Йен немного ускоряется. — Да. — Да, этого достаточно? — настаивает Йен. — О да, — соглашается Микки. — Не двигайся, мать твою. И он сжимает член Йена так сильно, как только может, раз, другой. В ответ Йен крепче притискивает Микки к себе, пока они не начинают подниматься вместе по спирали, все сильнее и сильнее, даже не шевелясь больше, просто вжимаясь друг в друга так близко, как только могут. Затем Йен нарушает баланс, толкает еще чуть-чуть, его теплое дыхание на шее Микки, и Микки движется к финалу, его член сильно дергается в руке Йена, его задница ритмично сжимается, увлекая Йена за собой через край. Ощущение члена Йена, твердеющего еще больше внутри него, посылает Микки в дрожащий небольшой афтершок, и Йен ругается. — Слишком, — говорит он и начинает вынимать. — Черт, — соглашается Микки, а затем глубоко вздыхает от внезапной пустоты. Он медленно опускает ноги, и чувствует, как глубокое расслабление хорошего траха начинает распространяться по его телу. Он тихо смеется и поворачивается, чтобы посмотреть на Йена, лежащего на спине рядом с ним. — Что… — начинает Йен и замолкает. Микки протягивает руку и проводит большим пальцем по руке Йена, покоящейся на кровати возле него. Йен поворачивается и встречается с ним взглядом, на его лице появляется улыбка. Затем взгляд падает на рот Микки, и вот они снова целуются, рука Йена обхватывает его шею сзади, и Микки это нравится. Ему это очень нравится.

──────── • ✤ • ────────

Микки ненавидит эту чертову неоновую вывеску с кроликом. Он бы сказал, что чем больше знаешь, тем меньше ценишь, но он возненавидел ее с первого взгляда, так что, на самом деле, урок, вероятно, заключается в том, что у Микки есть хорошее суждение о такого рода дерьме. Он скусывает оливку с маленького пластмассового меча, который был в его напитке, и смотрит на дурацкую шляпу и кролика, выскакивающего снова и снова. — Вам нужна помощь, сэр? — спрашивает Йен, с усмешкой перегнувшись через стойку бара. У него в руке серебряный доллар, и он перекатывает его через костяшки пальцев. Черт, Микки ненавидит этот трюк. Но он не может отвести взгляд. — Тут ты мне ничем не поможешь, — наконец бормочет Микки, а Йен смеется и подбрасывает монету в воздух, а потом ловит ее. — Если ты попытаешься вытащить ее у меня из-за уха, то лишишься пальца, — предупреждает его Микки. — Нет, — ухмыляется Йен. — Я совершенно уверен, что тебе нравятся мои пальцы такими, какие они есть. Микки… ему нечего на это возразить. Поэтому он только хмурится. Йен снова улыбается и наклоняется достаточно далеко через стойку, чтобы поцеловать его в щеку. — Еще один час, — сообщает он. — Почему бы тебе не сходить за едой в тайский ресторанчик? Микки задумывается, затем приканчивает свой напиток, хватает Йена за воротник и притягивает его к себе для настоящего поцелуя. Йен жадно вжимается в него. — Шестьдесят минут, — акцентирует Микки, когда они наконец расходятся, — если ты появишься на шестьдесят второй, не надо мне плакаться, что все спринг-роллы закончились. — Серьезное заявление, — хмыкает Йен. — Ты отложишь мне один. — Думаю, мы это выясним, — говорит Микки и направляется к двери. — Микки! — Йен кричит ему вслед. Он оборачивается. Йен ухмыляется и поднимает вверх два пальца. Кто-то другой мог бы подумать, что он указывает на количество спринг-роллов, но Микки знает лучше. Он отмахивается факом и игнорирует маленький пульс возбуждения, который проходит через него. Позади себя он слышит, как Йен смеется, громко и счастливо.

Это будет хорошая ночь.