Берегите любимых

      После всего случившегося Чонгук стал загоняться, что он не тот, кто нужен омеге. И стал отдаляться от него, избегать. Он купил себе квартиру рядом с агентством, про которую узнал Юнги только спустя неделю, так как решил проследить за младшим, приходил домой лишь тогда, когда был уверен, что хёна там нет, и заблокировал его в телефоне и соцсетях, а после и вовсе сменил свой номер. А что самое страшное — ему начало это нравиться, такая независимость от мужа и немного сына…       А Тэхён себя изводит, пытается к нему подступиться, но всё никак. Только Доён мог проводить с ним время. И то, постоянно спрашивает у папы: «А где отец?», «А почему мы не кушаем вместе, как раньше?», «Я хочу, чтобы меня отец уложил спать! (а его нет дома)» и всё на подобии этого. Тэхён пишет СМС — а в ответ тишина. Но самый страшный вопрос, который мог только прозвучать из уст их сына, из-за чего у омеги появились горький ком в горле и слёзы на глазах, — «Отец нас больше не любит и мы ему не нужны?» Нет, Тэхён такого не допустит, чтобы Доён рос без отца.

***

      — Чонгук, ты нормальный вообще? — грозно прорычал Юнги, когда наконец-то нашёл младшего.       — Ну да.       — А по-моему нет! У тебя дома муж с сыном! А ты тут в клубе, в хламину пьяный, и какой-то шлюхой на коленях.       — Он меня достал уже. За-е-бал, — обратился к омеге альфа.       — Тэхён переживает за тебя, пытается связаться, а ты что? Игноришь! Только с Доёном время и проводишь. И то, пока он в агентстве и изредка дома…       — Ты действуешь мне на нервы.       — Мне похуй, бешу я тебя или нет. Что собираешься делать со своей семьёй?       — Гуки, попроси его уйти, он нам мешает веселиться, — томно прошептал омега на ухо альфе, из-за чего певец начал мурчать, блаженно прикрыв глаза. И только Чон хотел открыть рот для ответа старшему, как тот с силой потащил шлюху за волосы в сторону, чуть ли не вышвыривая его на лестницу.       — Хён, ты что делаешь?       — Пытаюсь вернуть тебя на путь истинный, блять. Показал шлюхе его место. Езжай-ка ты в квартиру, проспись, а после вали домой. Хотя бы мельком покажись Тэ перед Японией. Завтра же уедем.       — Да что вы носитесь с ним как курицы с яйцом?       — Ты вообще больной?       — Да, хён, говори прямо. Я мудак.       — Когда ты последний раз проводил время с ним?       — Эм, ну… Я видел его неделю назад.       — Я так и думал.       — Я не люблю его.       — Повтори. Посмотри мне в глаза, блять, и повтори.       — Я его не люблю, — чётко произнёс альфа не моргая, со злобой смотря в глаза другу.       — Почему? Что между вами произошло?       — Я не знаю, как это объяснить. Каждый раз, когда я дома — мне хочется оттуда сбежать, даже если я один с Доёном. А так, когда я был последний раз с Тэ… Меня бесят его касания, его голос, он сам. Касается — бесит, не трогает — бесит, говорит — бесит, молчит — бесит. Он рядом — бесит…       — А когда его нет?       — Я кайфую. Хён, я люблю его, безумно люблю. Но на расстоянии.       — Каждый раз, когда мы уезжаем на концерт в другую страну или в тур — он провожает тебя. Каждый раз, когда мы возвращаемся домой — встречает. И ждёт тебя. И каждый раз тебя нет. Ты считаешь его своей игрушкой… Последний раз Доён плакал, потому что подумал, что они тебе больше не нужны, — прошептал Юнги, а что самое страшное — это ведь практически так и есть, правда.       — Нам надо расстаться.       — Вы замужем друг за другом.       — Я знаю. Развод я не дам, но быть с ним невыносимо.       — Ясно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Но остановись…       На следующий день все встретились в аэропорту. Их не будет двое суток максимум. Увидев Тэхёна, Чонгук понял, что просто не может смотреть ему в глаза, находиться рядом. Стыдно. Омега сильно изменился. Последний раз он его видел в агентстве, когда тот забирал Доёна домой. Сейчас же Тэхён похудел, весь поникший, с синяками под глазами, бледный. «Это я виноват, только я» — снова стал корить себя альфа.       Домой он вернулся на три дня позже, чем все остальные, и как только зашёл на порог своей квартиры с другого номера написал СМСку:       «Прости, Тэхён, нам надо расстаться. На развод не надейся. Мне нужно всё взвесить. И нет, я не бросаю нашего сына. Не плачь.»

Flashback

      Тэхён стоит с сыном в аэропорту и они встречают людей, которые уже давно стали для него настоящей семьёй. Всем улыбается, каждого обнимает, и держится, чтобы не дрогнула и так натянутая улыбка, не скатилась слеза.       — Прости, он сегодня не приедет.       — Ну конечно, я так и думал, — горькая ухмылка, кошки скребутся на душе.       — Папочка, а где отец?       — Он приедет позже, милый. Видишь, сколько здесь его фанатов? Ты же знаешь, как он этого не любит. Поэтому сейчас его нет с хёнами.       — Ты приехал сюда, чтобы встретить хёнов?       — Конечно! Они же наша семья!       — А я?       — А ты не скучал по нам? — спросил вовремя проходящий Чимин и начал щекотать ребёнка.       — Очень соскучился, Чи-хён! Но по отцу больше…       — Поехали домой. Будем ждать его там.       — Да! А завтра снова в агентство?       — Да милый… Но если ты не хочешь…       — Не волнуйся, Тэ. Мы позаботимся о нём, — лучезарно улыбнулся Чимин.       — Спасибо!       — Ты похудел ещё больше, и весь бледный… У тебя всё хорошо?       — Да, всё хорошо. Наверно, перед течкой. Всегда аппетит пропадает.       — Ну ладно. После откормлю тебя.       — Угу.       — Папа, а давай пригласим хёнов к нам? Ты ведь столько всего наготовил! А завтра я вместе с ними поеду?       — Ну, спроси это у хёнов.       — Ён~и, мы согласны, правда, Юнги?       — Да, Хосок?       — Да, Намджун?       — Да, Джин-и, ты тоже едешь, и только посмей отказать ребёнку!       — Мы согласны, Доён. Ребят, по машинам. Тэ?       — М?       — Едете? — спросил Чимин.       — Ох, нет. Вам надо ещё в агентство, переодеться, отдохнуть с дороги… Мы сами доедем. Ждём к семи.       — Точно?       — Да, Минни. Тем более, прогулка очень полезна для растущих организмов, — Тэхён щёлкнул сына по носу, из-за чего альфочка совершенно очаровательно нахмурился, насупился и топнул ножкой.       — Ну пап!       — Пойдём, великий путешественник.       — А я тоже буду много путешествовать, как отец?       — Ну, а как же иначе?       Тэхён опустился на корточки и помог надеть беретик и шарф, чмокнув сына в щёчку.       — Идём?       — До встречи, Чи-хён!       Тэхён взял за руку Доёна и пошёл с ним в другую от машин сторону, а Чимин стоял и молча смотрел им вслед.       — Чима, солнце, ты идёшь или так и будешь стоять?       — Да, Юнги~я, уже бегу.       Омега быстро достал телефон из кармана и сфоткал, как папа с сыном идут в парк, как малыш с огромными глазами и улыбкой на лице смотрит на папу, что-то показывая маленьким указательным пальчиком правой руки, а левой держится за его руку, и как омега с искренней, но грустной улыбкой смотрит на сына и рассказывает любопытному человечку о мире. И не хватает только отца.       Как только Чимин сел в машину к Юнги — то сразу зашёл в чат с Чоном и скинул туда фотку с надписью «Опять они уходят вдвоём, без тебя, Чонгук». Юнги сочувственно улыбнулся и прижал свою омегу поближе к себе.       — Мы переубедим его.       — Надеюсь.       К семи часам все собрались на праздничный ужин, в том числе и в честь завершения тура. Альфы болтали о своём и выпивали что покрепче, омеги сплетничали и развлекали маленького альфочку. Ближе к десяти часам Чимин незаметно прокрался в детскую и стащил оттуда четыре радионяни. Он просто обязан был узнать, что происходит с его, их другом, когда никого нет рядом, поэтому одну оставил в детской, а из другого комплекта в комнате Тэхёна и Чонгука, предварительно включив.       — Тэ, смотри, наш Доён-и уже устал.       — И ничего я не устал, — зевая прошептал малыш, потирая кулачками свои глазки.       — Пойдём-ка спать, милый. Желай всем спокойной ночи.       — Ну папа! — Доён вроде как и сопротивляется зевоте, но спать хочет. И от этого он становится похожим на совенка. Тэхён на это лишь улыбнулся и взял на руки.       — Доён желает всем сладких снов!       — Спокойной ночи, ребёнок.       — Спокойной ночи, хёны…       Малыш закинул ручки на шею папы и прижался нему укладывая голову ему на плечо. Чимин словно ураган встал перед остальными и поставил на стол 2 включённые радионяни.       — Чима, ты немного перепутал, Доёну уже шесть лет, скоро семь будет, и он с Тэхёном.       — Юнги! Вы правда ничего не замечаете? Что стало с нашим Тэ?!       — То есть ты собираешься подслушивать? И нас в это вплетаешь.       Из динамика одной из нянь послышался сонный голосок Доёна и мягкий, нежный шёпот Тэхёна:       — Папа, можно сегодня поспать с тобой?       — Конечно, милый. Сейчас только переоденемся, почистим зубки и пойдём.       — Я сам.       — Естественно сам, ты уже большой. Жду тебя в комнате.       — Я быстро!       — Не быстро, а качественно.       — Всё же Тэхён очень хороший папа и замечательный муж, — грустно отметил Джин.       — Я пойду поближе.       — Чимин!       Но омеги уже и след простыл. Он уже стоял около прикрытой двери и немножечко подглядывал. Тэхён сидит на краю кровати, а на его руках лежит альфочка. Омега нежно перебирает мягкие прядки на голове ребёнка, тихонечко покачивая его из-за стороны в сторону.       — Я так и не увидел отца сегодня.       — Ты обязательно увидишь его завтра, милый.       — Почему не сегодня?       — На улице плохая погода, поэтому рейс перенесли на утро.       — Но у нас весь день было солнышко.       — Отец прилетит к нам из другой страны. А там сейчас плохая погода, — «ложь»       — А хёны успели, пока всё было хорошо?       — Да. Им повезло.       — А у отца всё хорошо? Он не испугался?       — Нет, сынок, он очень смелый альфа. И ты будешь таким же.       — И я смогу защищать тебя, как он?       — Д-да, милый. Ты уже мой защитник. И всегда им был, и будешь.       — Папочка, а можно тебя попросить?       — Всё что угодно, ты же знаешь.       — Спой мне колыбельную.       — С удовольствием, медвежонок.       И Тэхён запел. Нежный, немного хриплый басистый голос разносится по всей комнате, убаюкивая сына. Эта песня особенная для маленького ребёнка. И каждый день её ему пели любимые родители. Ах, как он любил слушать их пение, как сливаются воедино их голоса. Но и сейчас тоже хорошо. Да, возможно папа попадает не во все ноты, но Доёну это не важно. Мальчик заснул довольно быстро, а вот Тэхён допел её до конца, тихонечко всхлипывая и глотая свои слёзы. Папа осторожно переложил ребёнка в кровать и укутал в одеяло, поцеловал его в щёчку влажными губами.       — Спи сладко, Доён~а. Надеюсь, завтра ты правда увидишь отца.       Тэхён осторожно вышел из комнаты и закрыл дверь. Вот теперь мог судорожно выдохнуть, собраться с мыслями. Только эмоции выше здравого смысла, поэтому он спустился по двери на пол, на корточки, и выпустил все свои слёзы наружу. И даже не заметил, как Чимин сел прямо перед ним и обнял, поглаживая по спине, как на лестнице столпились все остальные…       — Тэ…       — Я просто хочу, чтобы наш ребёнок был счастлив и рос с отцом, в котором нуждается, а не ждал его каждый раз в аэропорту и не волновался, что с ним что-то случилось или он не хочет его видеть, что он нас не любит. Пусть вообще хоть никогда не приходит домой, не видится со мной, но был с Доёном. Он этого не заслуживает.       И вот даже сейчас омега запихнул свои чувства далеко и надолго и волнуется только за сына.       — Тэхён, милый. Иди спать. Завтра всё будет хорошо, Чонгук вернётся, проведёт день с вами.       — Х-хорошо.       — Молодец.       — Простите, что такой негостеприимный. Я совсем не посидел с вами, не выпил…       — Всё хорошо, слышишь? Иди спать. Мы сами всё уберём и расстелим всё в комнатах.       — С-спасибо.       — Это тебе спасибо.       — Да, Тэ, ужин просто восхитительный! Пальчики оближешь.       — Спасибо, хёны. Чтобы я без вас делал…       — Спокойной ночи.       Но и на следующий день не прилетел. Доён долго обвинял папу в обмане и сквозь слёзы звал отца. Только Чимин смог его утешить, сказав, что отец не предупредил папу, что он не прилетит. Потом альфочка прибежал к папе, уселся тому на колени и просил прощение за своё поведение, пряча слёзки в ключицах. А Чимин присел на корточки перед другом и вытирал слёзы, которые срывались с ресниц омеги. Чонгук объявился лишь на третий день.

End Flashback

      Тэхён сидит и с абсолютно пустым взглядом и перечитывает сообщение альфы. Он не пытается звонить или писать — понимает, что это бесполезно, раз альфа такое написал, то точно до него сейчас не дозвониться. А если и да — ничего дельного не скажет. Омега не заметил, как за столом стало тихо, что все смотрят в упор на него, что Чимин положил на него свою ладонь. Видимо, хотел пошутить, но привлёк внимание всех.       — Тэ?       — П-простите.       Омега вылетел из-за стола, наконец-то осознавая, что произошло, что написал альфа.       — Эгоист, — единственное, что смог из себя выдавить омега перед тем, как его начало рвать, причём очень сильно.       Чимин тут как тут. Он присел рядом, гладил по спине, пытался успокоить… Когда же Тэхёна отпустило, он практически сразу заплакал. Омега поднял его, помог умыться, но ноги младшего не держали его от слова совсем.       — Джей-хоуп, помоги! — крикнул Чимин, и альфа тут как тут.       — Эй, Тэ, Тэхён, тшшш, всё хорошо? — омега лишь отрицательно покачал головой. Джин принёс успокоительное.       — Тебе плохо? — кивок головы.       — Может в больницу? — на всеобщее удивление и тут омега кивнул.       — Так, Чимин и Джин-хён — вы с Доёном, я с Джуном в больницу, Юнги-хён…       — У меня спец миссия.       И все разошлись. Юнги сел в свою машину и поехал в сторону одного из микрорайонов, а Хосок и Намджун в больницу. Джун выжимал педаль в пол и мчался к больнице, пока Хоби старался не допустить того, чтобы Тэхён потерял сознание. Но не получилось.       — Молодые люди.       — Как он?       — Вероятнее всего, омега не знал, что был беременным.       — П-почему всё в прошедшем времени?       — Срок три месяца. Но плод подвергался постоянному стрессу, и сам омега достаточно худой и слабый для вынашивания. Когда мы обследовали его — ребёнок был уже мёртв. Нам очень жаль.       — Господи…       — Н-Намджун, это же не та течка, когда он сорвался на нём?       — По срокам выходит, что та.       — Блять.       — Вы можете навестить своего друга.       Врач поклонился и ушёл, а альфы вошли в палату к омеге.       — Эй, как ты?       — Просто ужасно.       — Тебе рассказали?       — Да. И я не хочу, чтобы об этом кто-то узнал. Особенно он. Я… Я не смог сохранить жизнь ребёнку, дал слабину. Правильно, что он меня бросил, всё правильно.       — Что? — недоуменно произнес Хосок, на что Тэхён протянул свой мобильник и отвернулся, стараясь подавить истерику.       — Фак, — всё, что сумел выдать альфа, после чего вылетел из палаты.       — Джун-хён, иди. Не нужно со мной сидеть. Я хочу побыть один.       — Тэ…       — Всё нормально, правда.       — Я же вижу, что нет.       — Утро вечера мудренее. Ты сам это говорил.       — Ладно.       Намджун ушёл, и омега сорвался на слёзы. Для омеги это оказалось слишком большим стрессом — потерять ИХ малыша, не сохранить ему жизнь. А он ведь догадывался, что задержка в два месяца не предвещает ничего хорошего.       — Прости, прости, Чонгу. Это всё из-за меня, — судорожно шептал Тэхён проваливаясь в беспокойный сон.