Берегите любимых

      — Чонгук, блять, открой дверь!       Рычал Юнги и бил ногами по этой самой двери, одновременно с этим удерживая звонок. Только через 15 минут пребывания здесь младший соизволил впустить хёна в квартиру.       — Какого хуя, Чонгук?       — Я бросил его, — спокойно сказал альфа, проходя вглубь квартиры.       — Что?       — Написал сообщение, что расстаюсь, но не дам на развод и не отказываюсь от сына. Это что-то вроде гражданского брака, только наоборот.       — Сам хоть понял, что сказал, самодовольный ты индюк?       — Хён, всё, хватит. Мы будем жить не вместе и со штампом в паспорте, и Доён по очереди будет жить у обоих.       — Придурок. Кто по СМСке это делает, а? Ну вот объясни.       — Я… Я не смогу сказать ему это в глаза.       — Не такой уж ты и смелый. Хотя, мне же сказал, что не любишь. Правда соврал, сам это знаешь, повторяя как без ума от него, любовь, блять, до гроба.       — Я знаю, что поступил как трус. Если ты приехал только за этим — спасибо, я знаю. Завтра приеду за сыном, чтобы отвезти его в агентство, заодно и извинюсь, объясню всё, как сейчас тебе.       — Забрать из дома ты сможешь только сына, Чимина и Джин-хёна.       — А где Тэхён?       — МУЖ твой?       — Хён!       — В больнице.       — Что с ним? Как давно? — сразу же напрягся певец, а маски безразличия как не и не было.       — Ему стало окончательно плохо после твоего сообщения.       — Что значит «окончательно»? — Чон подошёл ближе.       — Все три дня, что мы были тут, он живым выглядел лишь рядом с Доёном. Я не знаю, сколько дней до этого ему было плохо.       — Ясно, — Чонгук моментом оказался в коридоре.       — Стоять, куда намылился?       — К мужу.       Альфа больше не слушал своего друга. Он лишь чувствовал, что ему надо туда, к нему. Юнги ничего не оставалось, как поехать с ним, вернее, отвезти к истинному. Заодно и узнать, как Тэхён, возможно встретить Хосока и Намджуна. В больнице они были уже через 10 минут. Регистрация, 3 этаж, палата 374.       Тэхён спит. Чонгук тихонечко подошёл к нему и присел на край кровати, взял его руку в свою.       — Холодная.       Последнее хорошее воспоминание, каким был его муж, совсем не вяжется с настоящим. Бледный, худой, нет щечек… Он так изменился за эти 3 месяца, к сожалению, в худшую по внешнему виду сторону, а виноват только он.       — Мне жаль, что ты страдаешь из-за меня. Прости. Я не достоин такого идеального, как ты.       Он ещё немного посидел вот так с ним, пока Юнги узнал причину госпитализации и такого вида омеги.       — Идём, Чонгук. Ему нужно отдохнуть.       — Дай попрощаться.       — Не понял.       — Я его абсолютно не достоин. Вы все так описывали его, упрекая меня, что нет рядом, и теперь я вижу это.       — Дебил, ты наоборот должен быть рядом с ним.       — Нет, он должен жить счастливо, а я ему доставлю одну боль. Я подам на развод утром и отпущу его. Буду забирать Доёна, если он попросит, приходить, но не…       — Господи, какой же ты придурок. А ещё звИздА, блять. Ты…       — Даже не смей отговаривать меня.       — А ты о нём подумал? Что он решит? Разлюбил, недостоин…       — Он умный и всё поймёт правильно. Пока, малыш Тэ-Тэ. За Доёна не переживай, он будет расти и с тобой, и со мной. И я буду только рад, если ты найдёшь себе достойного альфу.       Чонгук усмехнулся сам себе, как он легко всё упустил и даже не пытается исправить. Разбежаться — лучший выход, он уверен. И все семь лет, которые они жили душа в душу оказались перечеркнуты им же самим. «Значит, так надо, не всегда же истинные счастливы в браке. Только жаль, я не понял этого раньше. Не мучал бы его» — певец настроен решительно и даже не понимает, как же он ошибается. А Юнги бил тревогу, с упреками они явно переборщили.

***

      — Хоби-хён, как там наш Тэхён-и? — спросил Чимин, встречая альф в прихожей.       — Вы так быстро приехали, — заметил Джин, скрещивая руки на груди.       — Тэхён потерял ребёнка.       — ЧТО?! — вскрикнули омеги одновременно.       — Помните, когда… Чонгук на нём сорвался.       — Э-этого… Не может быть, нет! — активно замотал головой Чимин, отказываясь в это верить.       — Тэхён забеременел и не знал этого. А тут постоянный стресс из-за Чонгука… И он слишком худой и слабый, не смог бы выносить в любом случае. А сегодня, почему он завис, почему это всё произошло… Чонгук отправил ему сообщение, что расстаётся, но на развод не подаст.       — Господи… У него выкидыш? — приложил ладонь ко рту Джин. Намджун приобнял свою пару и с грустью прошептал:       — Нет.       — Т-то есть как?       — Он на тот момент был уже мёртв.       — Пиздец, ребята, — устало заключил альфа, вваливаясь в квартиру.       — Юнги? — сразу же подбежал Чимин к мужу.       — Мы перестарались. Чонгук подаст на развод.       — ЧТО?! — на этот раз вскрикнули все.       — Ребёнка не разбудите… Этот придурок сказал, а-ля, он его недостоин, хочет опустить его, чтобы Тэ нашёл себе достойного альфу, с которым будет счастлив, а от него одни проблемы.       — Ещё несколько месяцев назад всё же было хорошо. Что случилось?       — Чимин, поговори с ним!       — Что мне ему сказать? Ты его лучший друг, так то…       — А ты омега. У вас логика своя.       — Сейчас бы свалить всё на нашу логику, — недовольно фыркнул Джин, за что получит злой взгляд Юнги.       — Хорошо. Где он? — устало выдохнул Чимин.       — Угадай.       — Ясно. Тогда вези.       Юнги быстро укутал своё сокровище в куртку и шарфик и повёл в машину. Ехали они в тишине. Альфа ни о чём не думал, даже не мог, а вот омега рассуждал, что бы такого сказать другу, чтобы перестал вести себя как ребёнок. Статус звИздЫ совсем притупил его мозг.       — Гуки? Я знаю, что ты дома. Открой, пожалуйста. Это важно.       — Хён, уходи.       — Нам всем сейчас нелегко. Просто открой дверь и мы поговорим. Можем даже выпить.       — Ха, за такое меня Юнги-хён сразу убьёт.       — Не узнает.       — Ну проходи, — дверь открылась.       Чимин сначала замер на пороге от неожиданности, но потом всё же зашёл в прихожую. В нос сразу ударил запах сигарет и алкоголя. Противно. Но надо.       — Чонгук, что происходит?       — А что происходит? — усмехнулся альфа, делая глоток дорогого виски прямо из горла.       — Почему ты бухаешь здесь, когда дома мог бы спать с любимым? — недоумевает старший, пытаясь понять хорошее настроение младшего.       — Он в больнице, если ты не в курсе.       — Я то не в курсе?       — А, ну да, вы ж лучшие подружки. Он в больнице из-за меня.       — Ага.       — Он не должен так страдать. Я подам на развод утром. Но, решил несколько раньше начать праздновать холостяцкую жизнь. Поздравишь?       — Придурок, ты только окончательно его убьёшь.       — Я отпущу и его, и себя.       — А ты его спрашивал, хочет ли он этого?       — Я загнал его в больницу, и это не первый раз! Естественно хочет, скажет мне спасибо и уйдёт!       — А вот и нет.       — Что? — комната заполнилась отвратительным хриплым, безумным смехом альфы. Чимин не выдержал. Он подошёл к Чон, дал отрезвляющую пощёчину и за ухо наклонил к себе.       — Он хочет, чтобы рядом был истинный альфа, муж, отец его ребёнка. Он ждёт тебя всегда, терпит и ждёт. И другой ему не нужен.       — Бред, — певец вырвался из захвата, подошёл к столешнице и закурил, выпуская едкий дым в сторону окна.       — Твой развод — бред. Он подумает, что ты его разлюбил и послал.       — А ведь так и есть! Это правда, хён. Разлюбил и послал — это про меня.       — Ладно, допустим. А теперь подумай сам. Если от него отказался истинный, от которого, на минуточку, у него метка, и ребёнок, как ты думаешь, он кого-то найдёт? Кому будет нужен, кем будет любим? С НЕ истинным, Чонгук?       — Нет, — тяжело выдохнул альфа и затушил сигарету, поворачиваясь лицом к старшему.       — Если не хочешь, чтобы всплыла новость о самоубийстве, то советую подумать. Если не хочешь причинить боль человеку, которого всё ещё любишь, а я вижу, что любишь, — не решай за него и не подавай на развод, — Чимин смотрит младшему в глаза, пытаясь хоть что-то в них увидеть.       — Просто он меня бесит! Я люблю его, но ненавижу сильнее. Бесит всем, просто выводит из себя.       — Поэтому ты его изнасиловал в течку и после этого стараешься как можно меньше с ним контактировать?       — Д-да. И не только. Не хочу говорить.       — Но вам надо поговорить. Рассказать друг другу, что не нравится. Решить эту проблему вместе.       — Ок. Завтра же поговорю с ним.       — Эй, притормози, дай ему хотя бы из больницы выписаться.       — Его выпишут не завтра?       — Нет, недельку точно полежит.       — У него что-то серьёзное?       — Достаточно.       — Я имею право знать.       — Он сам расскажет, если посчитает нужным. Просто приди к нему завтра. Вы же истинные, поможешь ему. Может, меньше лежать будет. Но поговорите, когда он окрепнет.       — Ладно.       — Прошу, прежде, чем что-то делать, подумай о этом с двух сторон и расскажи Юнги или мне. Мы поможем всегда, ты же знаешь.       — Да, вы правы.       — А теперь давай спать, большой ребёнок. Ты достиг нужной консистенции.       — Нет.       — Сейчас Юнги позову. Посмотрим, как тогда заговоришь.       — Я понял. Ползу.