Draconian Heart

— Что тебе надо, Малфой? — Хочу посмотреть, насколько ты хороша, – сказал он, повернувшись и бросив ее палочку вниз. — Давай, Грейнджер! Выиграешь меня – получишь свободу. Он сейчас явно пудрит мозги, она знала, насколько Малфой сам был хорош в магии. Однако, всё-таки прав, у неё есть небольшой шанс. Девушка послала в него заклинание, которое он мастерски быстро отразил. — Почему ты это делаешь, Малфой? Ты так недоволен своей жизнью, что вынужден искушать судьбу без необходимости? Он кинул в неё заклинание, от мощности которого волшебнице пришлось сделать шаг назад. Малфой и вправду был очень силён. — Сейчас, на твоём месте, я бы подумал, что это крайне необходимо. Он послал ещё, которое она попыталась отразить. Другое попало в ногу Гермионе, отчего та взвыла от резкой боли, хоть и пыталась подавить вырывающийся крик, стиснув зубы. — Ох, это похоже больно, – его губы расплылись в типичной гадкой ухмылке. — Ты ненормальный... Малфой снова послал в неё заклинание, которое пригвоздило девушку к позади стоящей стене. Она сильно ударилась головой и была поражена его мощью, но эту ошеломлённость ей удалось скрыть. Он безжалостно одолевал ее снова и снова, поэтому волшебница еле-еле стояла на ногах. — Удивительно. Последняя, кто выжила – на самом деле не так хороша в магии. Она его наконец задела. Он уклонялся много раз, но это заклинание порезало его щеку. Малфой провёл рукой по ране, на широкой ладони осталась кровь. Гермиона лишь многозначительно посмотрела на него. От посланного Круциатуса она упала на колени от боли, не успев увернуться. Но ее противник продолжал атаковать. Казалось, мучительная судорога длилась вечность. Потеряв самообладание, контроль над своим телом, девушка еще слышала свои пронзительные крики, находясь словно в тумане. Они доносились откуда-то извне, будто и не исходили из ее горла. Наконец, все прекратилось. Палочку поднять у Гермионы не получилось, настолько она была истощена. — Как я и думал, безнадежна, – донеслось до девушки. Он подошёл к ней и встал на колени. Кончик его палочки вдавился в мягкую кожу на ее шее. Гермиона же только могла смотреть на него, не в силах понять, что у него там в голове. В его серых глазах ничего не было, только холодное внимание. Но он точно о чем-то думал, и она не знала о чем. Почему же он ее до сих пор не убил? Почувствовав, как кончик болезненно вдавливается в ее кожу, ей показалось, он сделает это сейчас, после их небольшого "противостояния". Конец настал. Но ничего не произошло. Лишь желваки напряглись на его точеных скулах. Через какое-то время, он грубо схватил ее за шею и аппарировал их. Они прибыли в похожее на пещеру серое место, но здесь было гораздо холоднее. — Добро пожаловать в Банкори, Грейнджер. Тебе здесь понравится, – Малфой грубо схватил за ее волосы на затылке, от острого дискомфорта она сама потянула руки к своим сильно оттянутым волосам. Молча, неумолимо шагав вперед, он тянул ее за собой. — Ох, даже и не думай, – сказал он, резко выхватив другой рукой ее палочку. — Тебе она больше не понадобится. Он немного понаблюдал за ее реакцией, прежде чем потащить ее снова. Ничего не ответив, она просто посмотрела на него с вызовом. Ей хотелось драться, но сейчас категорически не хватало сил для этого. Он фыркнул и опять силой заставил ее идти. Похоже, они уже где-то посередине вражеской территории. Насколько ей известно, эта деревня принадлежит Волан-де-Морту, и она является центром его властной структуры. Из того, что удалось узнать Отряду Феникса, Темному Лорду нравится холод, поэтому все Пожиратели двинулись на север. Они захватили большую часть Шотландии, очистив ее от магловского населения с помощью убийств и пыток. В Ордене боялись, что их противники направятся на юг. Но этого не случилось. И, казалось, Волан-де-Морт, на какое-то время, был доволен Шотландией. Хотя каждый знал, что это лишь вопрос времени. Поток магов в Шотландию был удивительным и тревожным. Волшебники и волшебницы прибывали со всех концов света, желая жить в магическом мире, где им не придётся прятаться от маглов, скрывать свою сущность. Для нее и Гарри было очень трудно принять тот факт, что большая часть людей приветствовала Волан-де-Морта. Он строил свою Утопию, а люди поддерживали его, купившись на это. Очевидно тирания имела цену, которую они были готовы заплатить. Ну, во всяком случае, чистокровные, больше никому не повезло в этой новой структуре. Деревня оживилась с приходом людей, а они, казалось, просто занимались своими делами. Женщины были разодеты в наряды, которые Гермиона никогда не видела прежде. Они были одеты в платья, украшенные драгоценными металлами и камнями, расшитые красивыми сложными узорами. Малфой провёл ее мимо статуи Волан-де-Морта, высотой примерно двадцать футов, тот стоял с поднятой в небо палочкой и выглядел крайне надменно. Гермиона знала, он требовал полного послушания и поклонения ото всех, кто здесь живет. Она была ошеломлена тем, что люди охотно согласились на это. Конечно, они были слишком глупы, чтобы увидеть через собственные корыстные цели бешеного, сумасшедшего нарцисса. Но нет, так только казалось. Она также знала, он не участвует в сражениях, как раньше, теперь он забавляется безудержной интригой и политикой вокруг дарования его милости. Малфой взял на себя неприятное дело борьбы с колеблющимся и распадающимся сопротивлением. И, очевидно, теперь он остался без работы. Гермиона подавила подступающий ком в горле. Она абсолютно не желала плакать перед ним. Подойдя к двери, Малфой ногой толкнул ее. Втянул девушку внутрь, и они оказались в комнате с низкими потолками, а посередине сидел мужчина за шероховатым деревянным столом. — Ещё одна служанка, – сказал Малфой и резко толкнул девушку вперёд, что та потеряла равновесие. На мгновение он посмотрел на нее безо всякого выражения на лице, затем повернулся и ушел, не оглядываясь. Пышный мужчина встал и обошел вокруг стола. — Что у нас тут, ещё одна дикарка? – спросил он, прижимая большие пальцы к своей талии. — Магла или грязнокровка? — Я ведьма, – дерзко произнесла Гермиона. — Ох, сколько храбрости. Но это ненадолго. Ведь это не поможет тебе. Ты - никто, и чем быстрее ты осознаешь это, тем лучше. Если ты перестанешь быть полезной, от тебя быстро избавятся. И поверь мои словам, они всегда находят весьма творческие способы. Развлекательная программа, как никак, – мерзко сказал он. Гермионе этот мужчина был омерзителен. Он был худшим из волшебников, уродлив внутри и снаружи. — И так, – проговорил отвратительный мужчина. — Теперь давай снимем с тебя одежду. — Что? Нет! Только через мой труп. — Никаких магловских одежек, грязнокровка. Или переодевайся, или ходи голой. Мне плевать, но сообщу, что по ночам здесь становится очень холодно, – он злобно усмехнулся. И резко добавил: — всем все равно, если ты замерзнешь до смерти. Он наложил на ее спину заклинание, теперь она не могла пошевелиться. Интересно, истекала ли она сейчас кровью. По крайней мере, чувствовалось будто да. Мужчина остановился у шкафа и что-то схватил, прежде чем продолжить идти. — Здесь нет места для надежды, – сказал он, отвернувшись. — Некуда идти, и никто тебе не поможет. Я слышал, ты последняя выжившая из нашего сопротивления. Не уверен, зачем он притащил тебя сюда. Мне кажется, от тебя будет больше проблем, чем пользы. Он спустился по лестнице в подвал, но повернулся к ней, прежде чем открыть дверь: — Тебе не удастся покинуть это место. И чем раньше ты привыкнешь, тем лучше. Из тебя выбьют всю дурь, если не будешь паинькой. Тебе не сбежать, уж так заведено здесь. Не забывай это. Он открыл дверь в большую серую комнату и схватил ее за руку, толкнул внутрь, а затем пнул ее ногой, она покатилась вниз по лестнице. — Сожги эту одежду прежде, чем я вернусь, или я тебя всю побью, – зарычал он и захлопнул за собой дверь. Колени Гермионы болели от приземления на холодный каменный пол. Она осмотрелась, трое людей пялились на нее. — Поторопись, девушка, – сказал кто-то. Гермиона только разглядывала их, пока один из них не вышел вперед. — Ты должна снять эту одежду и надеть это, – она уставилась вниз, где лежал кусок материала, похожий на мешок. Она удивленно подняла брови и глянула на людей, которые были одеты в такие же мешки. — Ты должна... – незнакомка испуганно кинула взгляд на дверь. Они все смотрели со страхом в глазах. Гермиона встала и начала раздеваться. Она немного стеснялась, но по выражению ужаса на лицах этих людей она поняла, что должна подчиниться. Девушка упорно не хотела этого делать, но также осознавала, что не только она будет наказана за неповиновение - все эти люди будут. И это усложняло ситуацию. Мешок с надписью "зерно" едва доходил ей до середины бедра. И материал, грубо царапавший ее кожу, был очень неудобным. — Я Мэри, – промолвила незнакомка, взяв грязную и порванную одежду Гермионы и бросив ее в огонь. — Гермиона. — Это Стефан, – Мэри показала на пожилого мужчину. — И Самара, – махнула головой в сторону юной девочки лет двенадцати. — Мы тоже грязнокровки. Гермиона снова встала и представилась другим. — Мы служим, – сказала Мэри. — Служите? — Принести, унести, сделать все, что прикажут. Мы исполняем прихоти всех, даже эльфов. Гермиона оглянулась по сторонам, посередине был большой стол, а с одной стороны стояла плита. Комната напоминала некую кухню. — Здесь мы спим, – продолжила девушка. — Поближе к плите, чтобы было теплее. Есть место и для тебя. Раньше оно принадлежало другим, но они... – она осеклась на мгновение. — Не бери в голову. Просто статус крови здесь очень важен. Это Гермиона и так знала. Орден Феникса слышал что-то о Банкори через союзников, но позже потерял связь. Их информаторы исчезли, когда власти сделали все возможное, чтобы искоренить всех сторонников сопротивления. Мэри вернулась к плите, лихорадочно готовив еду, в это время Самара полировала серебряные столовые приборы. — Мы должны подать обед, – сообщил Стефан. — Еще кто-то есть кроме нас? – поинтересовалась Гермиона. — Да, разбросаны по всей деревне. Даже есть несколько маглов. Гермиона оглянулась и вздохнула. Она ожидала далеко не этого. Ей казалось, что она умрет в бою, и не знала, почему Драко не убил ее. Мысль промелькнула в ее голове. Вероятно, он хотел этого окончательного унижения.