Глава 8. Помолвка
4 апреля 2020 г., 23:14
3 мая 2016 года
Лагерь легиона Авгурея
Эван Долохов, расталкивая легионеров, спешил к палатке сестры. В руках он сжимал только что доставленный свежий «Пророк». Хотя лагерь ещё только просыпался, Долохов не хотел медлить ни секунды.
Ворвавшись в шатёр Рогнеды без предупреждения, он уже открыл было рот, чтобы сообщить потрясающую новость… И осёкся, наткнувшись взглядом на пустую, застеленную кровать. Изумление сменилось вспышкой негодования, и бедовый Долохов немедля бы бросился в шатёр тёмного принца, если бы в эту минуту не уловил краем глаза какое-то движение.
В углу палатки Рогнеда стояла у умывальника и, глядя на себя в зеркало, заплетала волосы в тугую косу. Она уже была полностью одета, не хватало только мантию на плечи набросить.
- Что случилось, Эван? – удивлённо спросила девушка, оборачиваясь к брату.
- Я подумал, что… А, неважно, смотри!
Эван протянул сестре газету, и Рогнеда с интересом приняла её в руки. Развернула поудобнее, скользнула взглядом по странице и открыла рот, рвано выдохнув.
- Но… как? Кто это написал?
- Полагаю, тот, кто об этом объявляет. Но мне интереснее, почему я узнаю о помолвке моей сестры из «Пророка», - надулся Эван, обиженно глядя на Рогнеду.
Девушка уже бегло читала короткую, но весьма содержательную статью.
«Официальный представитель Цитадели змея, сэр Рудольфус Лестрейндж, объявляет о помолвке прославленного Тёмного Принца Астериона, сына и наследника Тёмного Лорда и леди Беллатрикс Лестрейндж, с Рогнедой Долоховой из Тихого Замка, графство Шропшир. Мисс Долохова – образцовая чистокровная волшебница, старшая дочь признанного героя Магической Британии – Антонина Долохова, и леди Долоховой, урождённой Пэнси Паркинсон. Тёмный Принц и мисс Долохова прервали своё блестящее обучение в школе Хогвартс, чтобы встать на борьбу с магглами под знамёна легиона. Эта пара, вне всяких сомнений, является образцом не только истинной любви, но и патриотизма и храбрости, на которые следует ровняться всем молодым волшебникам. Свадьба будет устроена сразу же по окончании войны».
Далее следовали две фотографии, сделанные под Рождество специально для лагеря, в котором и Астерион, и Рогнеда состояли. Оба в форме, весьма близкой к той, что теперь использовалась в легионе, оба собранные, серьёзные, с выражениями полными достоинства на лицах.
Рогнеда удивилась, что к статье не был приложен парадный портрет Астериона. Ей было невдомёк, что хитроумный Рудольфус Лестрейндж на пару с главным цензором «Пророка» догадался и в эту статью заложить довольно патриотический посыл. Вот-де образцовые молодые волшебники из лучших семей, встали на защиту своей родины от магглов, готовы биться с ними в ущерб своему личному счастью. И связаны они не только чувствами друг к другу, но и глубочайшей любовью к Магической Британии, конечно же.
- Прости, Эван, но дело в том, что и я узнаю о своей помолвке из газеты, - задумчиво пробормотала Рогнеда.
На мгновение промелькнула идиотская мысль, что это Астерион устроил. Но это было невозможно, ведь вчера вечером они расстались на не самой лучшей ноте, и, по правде сказать, Рогнеда всё утро места себе не находила, терзаясь мыслями о том, вместе ли они всё ещё или нет…
***
- Я заставил тебя ждать? Извини. Неда резко обернулась и увидела в дверях улыбающегося Астериона. Он всё ещё был в доспехах, и серебряный василиск на его нагруднике зловеще поблёскивал в свете свечей. - О, ты как раз вовремя. Не видел, куда домовик дел мою одежду? Астерион, всё так же таинственно улыбаясь, прошёл в спальню, и свет в большом помещении за его спиной потух без всяких заклинаний, словно подчинившись силе мысли Наследника. Глаза юноши словно полыхнули багрянцем, но Рогнеда убедила себя в том, что это лишь отблески свечей. - Что такое? – тоже заулыбалась девушка. – Что ты задумал? Тёмный Принц медленно приблизился к ней и положил руки на талию Рогнеды. Склонился и коснулся губами её губ. Рогнеда ответила, и поразилась тому, какие горячие уста у Астериона. Она таяла как воск в его объятиях, и жар его тела зажигал огонь и в Рогнеде. Поцелуй стал более требовательным, более властным, Астерион запустил пальцы в её влажные волосы, а другой рукой так прижал Долохову к себе, что у неё ребра затрещали. В ответ Рогнеда обнимала Тёмного Принца за плечи, тоже перебирала его густые волосы, со всем упоением отвечала его ласкам. Но вот наследник оторвался от её губ, чуть оттянул голову девушки за волосы назад, и шею Рогнеды опалили его поцелуи. Неда вздрогнула и шумно выдохнула, ощутив, как внизу живота вдруг сладко потянуло. Надо было оттолкнуть Астериона, прекратить это, надо… Надо… Ещё только минутку, ещё только… Мысли путались, внутри поднималось какое-то странное чувство, ответное тёмной страсти сына Волдеморта. Только когда Рогнеда почувствовала, что Астерион аккуратно, но настойчиво тянет в стороны полы её запахнутого халата, девушка вдруг пришла в себя и отпрянула. Тёмный Принц тут же опять попытался её поцеловать, взявшись за пояс халата, но Рогнеда упёрлась локтем ему в грудь, и порывисто взялась за грудки халата, плотно запахнув его на груди. - Так нельзя! – возразила она, тут же обругав себя за то, насколько жалко это прозвучало. - Почему? – хриплым шепотом спросил Астерион, заключив её в кольцо своих рук. Рогнеда встретилась с ним взглядом, и не узнала таких любимых серых глаз. Зрачки так расширились, что глаза казались чёрными, и их словно заволокло похотью. Ни разу ещё Рогнеда не видела такого взгляда, обращённого на себя, но природу его разгадала мгновенно. И, как ни странно, сама тут же пришла в себя, хотя тело предательски жаждало продолжения ласк. - Ты что, а если узнает кто-нибудь? - Неда поёжилась, кутаясь в халат. - И что? Сейчас или позже, какая разница, если мы любим друг друга? О, одна эта фраза лишила её возможности мыслить и Рогнеда опять позволила себя поцеловать. Часть её, которая была порывистой и страстной, жаждала соединиться с любимым больше всего на свете, но другая, нежная и стыдливая, ужасалась происходящему. Ведь её совсем не этому учили! Мама всегда старалась привить ей все качества настоящей леди, а отец учил всегда помнить о чести. Отец! Перед мысленным взглядом Рогнеды возникло лицо отца, и она поняла, что попросту не посмеет посмотреть ему в глаза, если навлечёт на семью позор. - Нет, Астерион! – она разорвала поцелуй и отстранилась настолько, насколько позволяли его сильные руки. – Это неправильно, я так не хочу! Были бы они хотя бы в нормальной спальне! Рогнеда частенько фантазировала о том, как они оказываются вдвоём в великолепной спальне с огромной кроватью, и Астерион снимает с неё подвенечное платье… А сейчас они в какой-то жалкой палатке… Нет, так она не хочет! Она же Долохова, в конце концов, а не какая-то грязнокровная девка! - Хватит, отпусти меня, - потребовала Неда, видя, что Тёмный Принц не спешит разжимать свою стальную хватку. Его взгляд вдруг испугал её, и на мгновение подумалось, что Астерион не захочет её отпускать. Но наследник всё же разжал объятия и отступил на шаг, лицо его сделалось жестким и холодным, как всегда, когда он был на людях. Едва Астерион отстранился, как Рогнеде стало холодно без его горячего тела, и жутко захотелось опять обнять юношу. Но она сдержала свой порыв. Астерион хлопнул в ладоши и появился домовик. - Принеси одежду мисс Долоховой, - велел юноша. - Кнат ещё не дочистил её, хозяин… Домовик осёкся и вскрикнул, и Рогнеда испуганно воззрилась на Астериона. В том, что он одним взглядом причинил боль этому жалкому созданию, не приходилось сомневаться. Домовик исчез, а Рогнеда всё так же удивлённо смотрела на Астериона, словно первый раз его увидела. Впервые она заметила, как ледяная маска слегка отстранилась, открывая истинную суть принца – полную тёмный желаний и побуждений. Но Рогнеда слишком его любила, поэтому старалась ничего не замечать. Только заволновалась, не была ли она слишком резкой, и не обидится ли теперь Астерион. - Всё в порядке? – спросила она, и наследник полыхнул на Рогнеду таким взглядом, что девушка вся подобралась. Астерион заметил её волнение и мягко улыбнулся. - Я погуляю, пока ты будешь переодеваться. Увидимся завтра, - проговорил он, тщетно пытаясь сделать голос ровным, но так и не придержав парочку злобных ноток.***
Рогнеда решила сама показать Астериону «Пророк» и сразу выяснить, имеет он к этому отношение или нет. Кроме того, это был прекрасный предлог поговорить с ним наедине, а заодно и убедиться, что между ними всё хорошо. Рогнеда Долохова ненавидела затягивать с такими вещами, предпочитая решать всё вопросы скоро и раз и навсегда. Поэтому вместо того, чтобы отправиться на завтрак к навесу, под которым стояли столы полевой кухни, мисс Долохова поспешила к шатру Тёмного Принца. Перед входом в него сидел Треверс, начищавший свои наручи. Увидев решительно шагающую Рогнеду, на лице которой было написано извечное долоховское упрямство, волшебник подскочил и поспешил преградить вход. - Рогнеда, к нему нельзя, он только сел разбирать почту… Неда не сбавила шаг, а только сдвинула брови, чем привела адьютанта наследника в ужас. Сама же она страшно заволновалась, что Астерион попросту не хочет её видеть, а потому решила войти любой ценой. - Отойди, Эшни, у меня важное дело! – звонко воскликнула она. К счастью, пререкаться с Треверсом не пришлось, поскольку тут во входном проёме палатки показался сам Астерион. Он уже был в полном обмундировании и казался совершенно бодрым, невзирая на ранний час. - Треверс, тебе разве не известно, что Рогнеде позволено входить ко мне без доклада всегда, когда она пожелает? – строго поинтересовался он. Неда подавила облегчённую улыбку. Начало было неплохим. Астерион с едва заметной ухмылкой протянул ей руку и, сжав её пальчики своей горячей рукой, завел Долохову внутрь шатра. - Астерион, ты видел это? – тут же выпалила Рогнеда, протягивая ему «Пророк». У неё даже сердце замерло на какое-то мгновение, пока Астерион читал. Ах, как бы ей хотелось, чтобы это было его рук дело! Чтобы это он сам так решительно заявил всему миру о них! Лицо Тёмного Принца оставалось непроницаемым, но когда он поднял взгляд от газеты, глаза его хитро прищуривались. - Конечно же, видел, - ответил он ровным голосом. – Вчера я не сдержался, извини. Но я сделал выводы и предпринял определённые действия. - Так это ты? – хотя сердце зашлось от радости где-то в горле, Неда всё же недоверчиво заглянула в глаза наследника. - Да, я сообщил родителям и велел Рудольфусу дать объявление в «Пророк». А ты как будто не рада? Тебе просто не угодить, Рогнеда! Он напустил на себя вид оскорблённой добродетели, и Неда поспешила схватить обеими руками его руку. - Что ты, Астерион! Я очень рада! Но это так внезапно… Я думала, ты сначала у меня спросишь, - улыбнулась она. Тёмный Принц отшвырнул «Пророк» на стопку писем на столе и взял лицо Неды обеими руками. - Рогнеда Долохова, я люблю тебя до безумия. Ты согласишься стать моей женой? В ушах у девушки зазвенело, и, глядя на Астериона сияющими синими глазами, она думала о том, что ей, вероятно, всё это снится. Нельзя ведь, в самом деле, быть настолько счастливой? - Да, - прошептала Рогнеда одними губами и взвизгнула, когда Астерион вдруг обнял её и, оторвав от пола, закружил. Сердце колотилось в бешеном ритме, в животе порхали бабочки, а глаза защипало от непрошенных слёз. Рогнеда наклонила голову и поцеловала Астериона так нежно и так трепетно, чтобы он не мог усомниться в силе её любви. Когда она отстранилась, Тёмный Принц тоже улыбался, обнажая ровные белые зубы, а обычно холодные глаза его сияли. - Объявим об этом остальным. Не хочу, чтобы мои люди узнали из газеты, - сообщил Астерион и потянул Рогнеду к выходу. А на столе остался лежать «Ежедневный Пророк», прикрывавший начатое письмо, в котором Астерион в весьма цветистых выражениях интересовался у дядюшки Рудольфуса, какого инфернала тот устроил.
