Леди Долохова. Великая война.

3 мая 2019 года, Тихий Замок       Получив от Беллатрикс Лестрейндж приказ немедленно явиться, Пэнси Долохова не сильно удивилась. Едва прочитав статью о помолвке собственной дочери в газете, она уже понимала, что разговора с Беллатрикс не избежать, хотя и слабо представляла, как вся эта история нравится Миледи. Вообще-то Рогнеда всегда была любимицей своей крестной, и Беллатрикс была к ней расположена почти как к собственной дочери – по крайней мере, так казалось. Но тут речь шла о судьбе Астериона, поэтому как знать, что Беллатрикс теперь думает о Рогнеде и потенциальном родстве с Долоховыми…       Поэтому леди Долохова сообщила мужу, чтобы завтракали без неё, и велела верной помощнице Насте принести её тёмно-зелёное бархатное платье. Как бы там ни было, а при дворе полагалось появляться в безукоризненно-роскошном виде. - Ты хотела обсудить с учителем Летиции её успеваемость, не забыла? – поинтересовался Антонин, всё ещё лежа в постели и наблюдая за тем, как жена суетится, наскоро накладывая макияж. - Не думаю, что успею вернуться к концу их урока, - ответила Пэнси, пудрясь. – Придется перенести на завтра.       На лице уже виднелись морщинки – у глаз и в уголках губ. Пока еще неглубокие и едва заметные, но всё же леди Ди была от них в ужасе и маскировала как могла. Хотя, конечно же, для своих тридцати шести она выглядела более чем хорошо. - Ладно, я сам, если Милорд не вызовет раньше, - вздохнул Антонин, потягиваясь и поднимаясь с постели. – Совет должен состояться вечером.       Леди Долохова быстро и сосредоточено красилась, краем глаза видя, что муж пошёл в ванную. Зажурчала вода – Антонин принимал душ, что-то напевая. Настроение у него было отличное, поскольку поздно ночью пришло известие о том, что первый бой прошёл удачно, и что Эван с Рогнедой живы и здоровы. Пэнси и сама бы порадовалась, если бы не понимала, что это только начало.       Вошла Настя в своём извечном простом чёрном платье и со строгим вдовьим пучком на затылке. В руках у неё переливался изумрудный бархат наряда леди Ди. Стараниями Насти, Пэнси была готова ещё до того, как Антонин закончил свой утренний моцион. - Антонин сегодня будет обсуждать с учителем Летиции её успехи, ты подслушай, - тихо велела Пэнси, косясь на дверь ванной. – Он её всегда прикрывает, я знаю. - Хорошо, - понимающе кивнула Настя.       Пэнси тепло ей улыбнулась. С тех пор, как Настя овдовела, она жила у Долоховых в качестве… Леди Ди не могла бы сказать, в каком именно, но она точно знала, что её помощница незаменима. Настя сочетала в себя функции экономки, камеристки, и ещё успевала приглядывать за детьми – благо, те уже подросли и не очень шалили.       Антонин вышел из душа в халате, и Настя незаметно исчезла за дверью. Он посмотрел на жену с восхищением. Узкая, затянутая в корсет талия, пышная грудь, соблазнительные округлые бедра под струящимся бархатом платья… Долохов был твёрдо убеждён в том, что ему несказанно повезло с супругой, и был готов вызвать на дуэль любого, кто не согласился бы с тем, что Пэнси ослепительно хороша собой.       Старый Пожиратель был уже совсем не таким ненасытным любовником, как раньше, и их страстные ночи осталось далеко позади. Теперь, когда и было настроение и силы исполнить супружеские обязанности, всё получалось не самым лучшим образом, что, конечно же, жутко расстраивало Антонина – он же всегда забывал о том, сколько ему лет и, глядя на тридцати шестилетнюю цветущую жену, и сам ощущал себя примерно на этот возраст. Но он хотя бы мог любоваться Пэнси, сколько влезет, стараться делать её счастливой, видеть, с каким уважением и нежностью она на него смотрит, и одно это уже немалого стоило.       Пэнси вдела в уши сережки и повернулась к мужу. - Не скучай, дорогой, к обеду я точно вернусь.       Она быстро поцеловала его в губы и, улыбнувшись, поспешила прочь.       Через двадцать минут Пэнси Долохова уже проходила проверку личности на выходе из камина в большой гостиной Цитадели Змея. В связи с военным временем меры безопасности в замке немного усилили, и Беллатрикс велела пользоваться камином в её личном кабинете только в случае острейшей необходимости.       Молодой Пожиратель Смерти взмахнул над Пэнси палочкой пару раз, и, убедившись, что она не использует маскировочные чары или оборотное зелье, с коротким кивком головы пропустил её. Леди Ди поспешила в кабинет Беллатрикс. Стукнула два раза и, дождавшись утвердительного отклика, вошла.       Леди Беллатрикс Лестрейндж стояла перед своим большим столом спиной к двери и изучала развёрнутую перед ней карту. Через эркерное окно лился солнечный свет, в котором силуэт Беллатрикс был таким тонким и безупречным, как у молоденькой девушки, и Пэнси ощутила привычный укол лёгкой зависти.       Беллатрикс повернулась, зашуршали не очень пышные юбки чёрного платья, сверкнули бриллианты в тиаре, сидящей в высокой причёске, напоминающей корону, и перед Пэнси предстало лицо, словно выточенное из мрамора. Сильнейшая тёмная магия и множество кровавых ритуалов, должно быть, использовались леди Лестрейндж вместо косметической магии, потому что за те без малого восемнадцать лет, что Долохова её знала, Беллатрикс не изменилась ни на йоту. Черты лица несли всё ту же правильную красоту, кожа казалась безупречной, не считая самых незначительных морщинок (и то принадлежащих женщине лет сорока, а никак не старше), волосы оставались густыми и иссиня чёрными с единственной белой прядкой, а стан леди Лестрейндж был всё таким же стройным и горделивым.       Миледи приветливо улыбнулась своей компаньонке. У Пэнси отлегло от сердца – если бы Беллатрикс была разгневана выходкой Рогнеды, это стало бы понятно сразу. - Проходи, Пэнси, присаживайся. У меня немного свободного времени, но всё же дело важное.       Леди Ди слегка присела в реверансе и прошла к креслу у стола Беллатрикс. Сев в него, она покосилась на карту – её тут и там пересекали зелёные стрелки, символизирующие, видимо, маршрут движения легиона. Миледи взмахнула палочкой, и огромная карта свернулась в узкий рулончик. Затем Беллатрикс опустилась в своё кресло и устремила взгляд цепких чёрных глаз на Пэнси Долохову. - Ну что, никак породнимся? – усмехнулась она.       Пэнси почему-то виновато улыбнулась. - Если всё будет благополучно, по всей видимости, да, - осторожно проговорила она.       Беллатрикс вдруг запрокинула голову и так расхохоталась, что каплеобразные сапфировые серёжки в её ушах закачались. Смех у неё всё ещё был бурным и несдержанным, который в одно мгновение мог разбить образ настоящей безупречной королевы. Пэнси поёжилась. - Ай да Рогнеда! – воскликнула Беллатрикс, и глаза её задорно сверкнули. – Молодец! Нет, правда, Пэнси, твоя дочь молодец! Вот только так и можно – только так и нужно! - Так вы не возражаете? – облегчение в голосе леди Ди было слишком отчётливым. - Не скрою, что Тёмный Лорд не в восторге от того, что Астерион отвлекается от его великой миссии. Но, Пэнси, я его мать. Я дала ему жизнь, и я люблю его так сильно, что иногда мне становится больно от того, что Астериону приходится нести на своих плечах такой груз обязанностей. Перед Магической Британией и перед семьей. И я считаю, что если они с Рогнедой действительно любят друг друга, если твоя дочь делает Астериона счастливым, то медлить не стоит.       Беллатрикс почему-то грустно улыбнулась, опуская взгляд. - В конце концов, молодость так быстротечна. А когда же ещё успевать любить, если вечно находятся какие-то великие дела?       Пэнси закивала и, желая польстить, сказала: - Глядя на вас, Миледи, начинаешь невольно сомневаться, что молодость проходит.       Беллатрикс растянула губы в более широкой улыбке. - Это всё ванны из крови девственниц. Рекомендую – эффект поразительный, - сказала она самым светским тоном.       Пэнси поперхнулась тем, что собиралась сказать. Беллатрикс же опять расхохоталась. - Мерлина ради, Долохова, пора бы уже понимать, когда я шучу! Конечно же, вовсе не обязательно, чтобы они были девственницами – это уже средневековые предрассудки.       Леди Долохова решила не уточнять, какой именно рецепт использует Беллатрикс для поддержания своей красоты, и сменила тему. - Нам с Антонином пришла записка от Эвана. Сын пишет, что первое сражение прошло благополучно. Вам наверняка известно больше, а я так волнуюсь за детей…       Беллатрикс Лестрейндж щелкнула пальцами, и графин с вином, стоящий на её столе, сам налил багряной жидкости в два бокала. Один Миледи дала Пэнси, другой оставила себе. - Мой сын одержал первую блистательную победу, леди Ди, и далеко не последнюю. А твоя Рогнеда была с ним и сражалась отчаянно и виртуозно, совсем как я в молодости. Вместе наши дети пройдут по всей Британии, выжигая магглов с нашей земли, и Рогнеда разделит триумф Астериона, как я разделяла все победы его великого отца!       Как и всякий раз, когда дело хотя бы косвенным образом касалось Лорда Волдеморта или его политики, леди Лестрейндж начинала говорить так убеждённо и так жарко, что Пэнси, попадая под её влияние, и сама начинала верить в эти постулаты. - За наших детей, - сказала леди Ди, поднимая бокал. – Чтобы они скорее завершили кампанию безоговорочной победой, и мы бы отметили их бракосочетание! - За Тёмного Лорда, да продолжат Астерион с Рогнедой его род!       Бокалы звякнули, и обе волшебницы отпили вина – Пэнси небольшой глоток, Беллатрикс – добрую половину. Леди Ди не удивлялась тому, что её госпожа даже с утра могла выпить вина. Беллатрикс почти не пьянела, хотя предпочитала держать графин с хорошим красным сухим вином под рукой. И, конечно же, Пэнси не удивлялась тому, что Миледи выпила за Лорда Волдеморта. Она вообще всегда поднимала тосты только за него. - Я так рада, что вы за этот брак, - призналась леди Долохова.       Беллатрикс стала вдруг серьёзной. - Я знаю, что и твоего мужа, и даже Рудольфуса тревожат эти отношения. Они думают, что Астерион слишком похож на своего отца, поэтому с ним может быть трудно. Мужчины, да что они могут в нём понять! Не бойся, Пэнси, у Астериона с Рогнедой всё сложится благополучно. Да, мой сын многое взял от своего отца, но я-то уж знаю, что и Тёмный Лорд может сделать женщину счастливой. И, если потребуется, я буду рядом, чтобы дать Рогнеде пару советов.       Пэнси Долохова совсем успокоилась и уже улыбалась Миледи преданно и нежно. Если Беллатрикс на её стороне, то всё сложится лучшим образом. Иначе попросту быть не может! - Неде очень повезло с крестной, - заметила леди Ди.       Отпили ещё вина. - А как Дельфини? Ей же в этом году заканчивать Хогвартс.       Глаза Беллатрикс потеплели, а лицо засветилось от гордости. Хотя Астерион был её любимчиком, дочь она любила по-другому – нежно и трепетно, всегда словно хотела защитить её от сурового мира и страшно баловала. - Да, совсем уже большая, - проговорила Миледи негромко. – Тёмный Лорд считает, что пора подумать о её браке, но мне бы пока не хотелось отпускать её от себя. - Мы обе вышли замуж совсем рано, и я бы не сказала, что это пошло кому-то на пользу, - стараясь быть деликатной, проговорила леди Ди.       Беллатрикс многозначительно кивнула. - И за кого бы её можно было отдать? В Британии я пока не вижу подходящей пары, а искать за границей не хочется. Дельфини – потомок Слизеринов, и её место только здесь. Нет-нет, подождём ещё с этим. К тому же, сказать по правде, Пэнси, я вообще не замечаю, чтобы девочка задумывалась о браке. - Дельфини – очень красивая и яркая девушка, она точно в старых девах не останется.       Миледи чуть нахмурилась и передёрнула плечами. - Никак не могу понять, что там в её прелестной головке. Но, кажется, Дельфи вовсе не интересуется противоположным полом пока что. Не то, что я в её годы – кровь так и кипела! А она хоть и кокетничает на приёмах, а всё же никем не увлекается. Может, мы перебарщиваем с контролем? - О нет, девочка точно не чувствует себя слишком зажато. Просто, как вы и сказали, не видно в Британии пары ей под стать. - Ладно, - отмахнулась Беллатрикс. – Пока не к спеху. Всему своё время…       Леди Лестрейндж поднялась, и вслед за ней встала леди Ди. - Заберёшь Мериголд на несколько дней? Мне сейчас не до неё, а девочка совсем заскучает без братьев. - Конечно, Миледи.       Пэнси склонила голову в почтении, и обе женщины вышли из кабинета, чтобы разойтись в разные стороны.