Дотянуться до солнца

Ветка под ногой негромко хрустнула. Коричневый зверь обернулся, принюхавшись. Копыта стукнули по земле. Олень побежал. —Стой, скотина!-полосатый демон выпрыгнул из куста и понесся вслед за животным. Да, самостоятельная охота на дичь была не лучшим решением, но другого выбора не было. Тем более Кёджуро может проснуться в любой момент и очень захотеть есть. Ну, по крайней мере Аказа успокаивал себя этой мыслью. Небольшой олень ловко уворачивался от всех атак розоволосого. Аказа же высказывал всё, что думает об этом животном. Но вот, после стольких трудов и мучений, демон нес добычу в дом. «Интересно, а для кого это ты так мучался, а?-внутренний голос не переставал ехидничать. —Тебе же не нужно мясо животного.» Аказа бы в жизни не признался себе, что ловил оленя (или вообще что-то делал) не для себя. Демон положил тушку на пол. Вот как Ренгоку проснется, так и приготовишь. Ничего, не испортится. Но нельзя ведь так долго спать!.. Еще и вода нужна... демон устало вздохнул. Повезло, что в маленьком шкафчике под столом хранился старый чайный сервиз. ( как только можно было его не заметить!?) Правда, там было мало всего: только две тарелки, чашка (вторая разбита) и графин с крышечкой. Взяв графин, Аказа быстрым шагом направился искать источник. Послышался шум воды. Демон устало побрел по направлению к реке. Вот и она. Маленькая речка выходила из большого озера, но вода была кристально чистая. Пройдя несколько метров вдоль речки, Аказа увидел кучку камней. Оттуда лилась струйка блестящей воды, с тихим шуршанием падая в реку. Определенно, это подземный источник. Значит, вода чистая и пригодная для питья. Розоволосый победно улыбнулся—не зря столько ходил. Демон тихо зашел в дом. Всё так же, как и было до его ухода. Полный графин опустился на стол, слегка стукнув по нему. «Скоро рассвет, надо идти.» «Куда?» Аказа задумался. Во время поиска воды и еды ему ни разу не попались ни дом, ни пещера. Вообще ничего. «Найдешь по пути.» Демон шагнул за порог—его дело тут сделано, да и быть нянькой для Кёджуро он не собирался. Просто это был порыв невиданной щедрости по отношению к человеку, а также благородное восстановление чужой чести. Чувство гордости и важности заполнило голову. «Тебе просто повезло, рыжий. На самом деле я не такой—я не щажу врагов, а ты просто случайность.» Аказа, важно задрав голову, сделал еще шаг вперед. Пусть сам разбирается—он вполне сильный столп, да и катана где-то тут. Вода и еда есть. Он справится. Из задней части головы раздался вопль—такой противный и жалобный. Демон сощурил глаза. Во внутреннем крике стали различимы слова. Что-то про смерть, раны, слабость. Да неужели про Кёджуро? Кусочек мозга, где еще жила человечность, продолжал надоедливо вопить. Да как она еще не изжилась там? Поступки демона давно должны были измельчить в пыль всю человечность, но, видно, что-то пошло не так. Аказа застрял в дверном проеме, решая внутреннеголосовые споры. Часть, отвечающая за человечнось(доброту, жалость и прочую шелуху), продолжала настаивать на своем. «—Как ты оставишь Ренгоку одного? Вдруг его найдут демоны? Вдруг дикие звери придут? А если... Если он потянется за водой и упадет с кровати?»—последнее явно вылезло случайно, но звучало жутко. Аказа вздрогнул. «—Черт, я — демон, и могу его убить в любой момент, и что бы это не случилось—я ухожу!»-часть, что поглотилась натурой демона, выиграла спор и поставила жирную точку. «—Не успеешь,»-тихий писклявый голосок неизвестно какой части ослабил решимость. Аказа высунул голову—из-за гор появлялись лучики солнца. Демон рыкнул и рывком развернулся. Пришлось закрывать все окна кусками тряпок—ничего более подходящего не нашлось. А так, пора бы уже завязывать со спорами, которые сам и разыгрываешь. Часы длились очень долго. Аказа думал. Думал об этой ситуации. О ее последствиях. О Кёджуро. Вообще, все происходящее злило. Почему? Да просто так. Чувства, которые вернулись благодаря Ренгоку—дарование или наказание? Для демона это определенно второе. Чувств быть не должно—это факт. И речь не только о всякой там, привязанности, скажем, а о чувствах в целом. Но как бы третий не старался, эти самые чувства ползли на поверхность, словно цветы, пробивающиеся из грубой промерзлой почвы. Аказа честно пытался их уничтожить, вырвать, срезать под корень, но все тщетно. Ему было противно к самому себе за то, что допустил такую слабость. Демон глубоко вздохнул и запустил руку в волосы. Чувства, чувства. Само слово противное и неприятное, что уж говорить о значении. Аказа собирался продолжать убивать и есть людей, не зная пощады, не ведая доброты, ведь позиция третьей Высшей Луны получена не от добрых дел. Что ж, колесо фортуны завело, нет, закинуло третьего в самую вязкую лужу. Демон рыкнул. Не хватало еще сделать лавочку добрых дел от Аказы. "А ты что хотел? Засесть в поместье, как Доума, и получить такое же смазливое лицо и мерзкий характер? Зато точно бы не захотел поболтать с кем-то"-розоволосый поморщился. Нельзя столько думать, это вредно. Демон поднялся. Вдруг весь мозг свело жуткой болью. Человек такого бы не выдержал, а демон будет терпеть, пока не наиграется Кибудсуджи Мудзан. Аказа схватил руками волосы и согнулся пополам. «—Что ты делаешь, Аказа?»-ледяной, громкий, отчетливо слышный со всех затворок сознания голос Прародителя. Третий знал, что сейчас нужно делать. Не то что бы Мудзан такую "процедуру" проводил часто, но розоволосый знал кое-что—лучше молчать. «—Ты нашел Синюю Паучью Лилию?»-каждая мышца дрожала. Не от страха, конечно. От боли. Неужели за двести-триста лет службы подчиненные Кибудсуджи не привыкли к такому? Так вот, к такому не привыкнуть. Никогда. Если выбирать между такой "промывкой мозгов" и отсечением головы, то выбор очевиден—второй вариант облегчит мучения. А что сказать о позициях выше Аказы? —сам первая Высшая Луна зажмуривает все три пары глаз и стискивает зубы. Третий сам видел. Вдруг голову отпустило. Аказа выдохнул и расслабился. Но видно, зря. Легкие свело огнем. "Управляет моей кровью"-подумал демон. Органы словно решили вывернуться наизнанку. Сосуды и вены сжимались и разжимались, то освобождая путь кислорода к сердцу, то опять блокируя. Розоволосый закашлялся. Во рту появился металлический привкус крови. «—Не допускай ошибок.» Вроде фраза означает конец, но Мудзан продолжал мучить Аказу еще минут пять. Этого хватило, что бы демон сто раз подумал о своих "добрых делах". Третья Высшая Луна беспомощно валялся на полу. Тело болело, но порваные от недостатка кислорода легкие кое-как регенерировались. "Могло быть и хуже". Сейчас Аказа никуда не денеться, хоть и знает, что имел ввиду Кибудсуджи. Убить Ренгоку можно в любой момент, но он не хочет. Начиная с того момента, как розоволосый уничтожил стаю демонов, покушившихся на столпа, он уже не может думать о другом. Но никакой привязанности, всего лишь...восстановление чести, чтоб его. Голова идет кругом от количества мыслей, и Аказа честно хочет уснуть. Кёджуро сейчас слаб, ему не хватит сил отрубить голову демону. Да и вряд ли человек вообще сегодня проснется. Третий переполз ближе к стене, пододвинул старый ковер и задремал. *** Всё тело гудело.При каждом вдохе боль переносилась из шеи в бок, принося ужасные ощущения. Кёджуро попытался открыть глаза. Правый глаз видел изображение четко, как и раньше, а левый— только черную пелену. Где я? Столп дернулся в попытке приподняться. По телу вновь прошла волна боли. Значит, вставать пока рано... Но надо оглядеться. Ренгоку слабо повернул голову вбок. Старый деревянный дом. «Как ты сюда попал?» Столп прошел взглядом по всему периметру дома. Все как обычно, просто вещи старые. Горло пересохло, хотелось пить. На столе стоял графин с... водой?.. Странно. Точно что-то не так. Подозрительно. Хотя, тут никого нет. Всмысле никем не пахнет, а только есть сильный запах крови. Тушка зверя рядом с выходом, вот оно. Наверное, это дом охотника. Хозяин, скорее всего, где-то здесь. Надо помочь ему, или, хотя бы, отблагодарить. Ренгоку собрал все силы в кулак и резко встал с кровати. Послышался сдавленный хрип, а за ним последовал кашель. Ноги уперлись во что-то мягкое. Столп не удержался и упал то ли от слабости, то ли от неровности "пола". Кёджуро опустил взгляд. Какого черта?.. Странная картина. Ренгоку сидел на спине Аказы. Надо было под ноги смотреть... —Слезь с меня!-демон начал брыкаться, осознав ситуацию и пытаясь скинуть человека. Кёджуро замер. А-а-а. Хашира резко встал, шатаясь, пусть даже в глазах уже замельтешили разноцветные точки. Где катана? Взгляд золотых глаз прошел по комнате. Быстрее, быстрее...Вот! До оружия оставалось метра два. Успеешь! Увы, грандиозным планам на тот момент не суждено было совершиться. Ноги подкосились, и Кёджуро уже напряг руки для последующей встречи с полом. Чьи-то сильные руки обхватили торс рыжего, не давая упасть. Ренгоку медленно повернул голову, сощурив глаза. И что это было? —Отпусти,-столп приготовился к атаке. «Он еще и сопротивляется!» Раздражение волнами захлестывало голову демона. «Но он же ранен, а ты жив и здоров. Нечестно получается.» Розоволосый вновь погрузился в мир мыслей, забыв о реальном. Удар по лицу заставил вернуться в реальный мир, прощаясь с обсуждениями в голове. Из сломанного носа брызнула кровь. Застал врасплох! Неплохо, рыжий. Аказа поднял Ренгоку над полом и протащил его в сторону кровати. Человек продолжал вырываться, несмотря на режущую боль в боку. Да уж, для нормального боя пока ты слишком слаб. Кёджуро тяжело дышал, испепеляя взглядом демона. —Почему я здесь?-столп все еще готов к атаке в любой момент. Аказа растерялся. Действительно, почему? Восстановление чести?..Смех. Никакой человек не достоин лишних усилий Высшей Луны. Неужели можно было себя оправдывать так лихо и умело?..Осознание пришло поздновато. Демон стоял около стола и вытирал рукой кровь с носа. И молчал. Нечего сказать. Нет слов. Всё. Розоволосый тяжело вздохнул и опустил взгляд в пол. Молчание затянулось. А с другой стороны, к чему это всё, смысл здесь находиться? Демон развернулся, чтобы уйти. Да вот уйти как раз было некуда—ясный день за порогом. Аказа рывком сел на ковер, скрестив ноги в позе лотоса, и отвернулся от столпа. Даже выйти нельзя... Кёджуро тем временем рассматривал стеклянный графин. Думает, наверно, что там вода отравленная. Ага. Столп явно что-то подозревал. Но жажда взяла верх, и Ренгоку сдался. Демон рядом выглядел не опасно, но черт знает этих о’ни. Да и впринципе столп доверять, упаси Боже, не собирался—никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах. Сражаться смысла просто не было, если он даже на ногах держаться не может. Поэтому сейчас он просто покинет этот дом, а потом разберемся. Золотоглазый взял катану и медленно встал с кровати. В таком состоянии нельзя было вообще двигаться, но не для него. Кёджуро напрягся и задрожал. Каждый шаг отдавался болью в боку. Рана открылась еще когда столп ударил Аказу. Еще немного... Неустойчивыми, маленькими шагами, он продвигался к двери. И вот, пальцы уже у дверной ручки. В глазах предательски темнеет. Человек отшатнулся назад, пытаясь удержать равновесие. —Да что с тобой?!-Аказа подскочил к Ренгоку и подхватил его на руки. «И как ты раньше не заметил, что рыжий поднялся?» Чувство вины защемило что-то в сердце. «Уснул, да?»Сидя. Аказа аккуратно уложил столпа на кровать. Опять. Кёджуро мучался. Демон наверняка ждет, пока ты уснешь, чтобы напасть. Но раньше ведь не напал. Странно. Мысли копошились в голове, мешая сосредоточиться. Столько вопросов. И нет ответов. Столп, однако же, искал в голове эти самые ответы. Мимо проскочила жуткая мысль. От нее тело содрогнулось. Живы ли Танджиро с ребятами?.. Сердце пропустило удар. Ренгоку пытался вспомнить момент, где в последний раз их видел. В памяти начали прорисовываться картины недавнего прошлого. Они были там. Зная юных истребителей, столп точно знал, что они пойдут следом. В любом случае. Кто знает? Кто подскажет? Сердце бешено забилось. Ты в ответе за них. Так кто поможет узнать?.. Ответ пришел незамедлительно. Демон тоже был там. Возможно, он... Ренгоку потряс головой, отгоняя жуткие мысли. —Где трое истребителей?-руки задрожали от страха за чужие жизни. Демон молчал. Неужели?.. —Отвечай!-голос сорвался на последнем слоге. Демон медленно обернулся, сжав кулаки. Кёджуро ожидал увидеть злорадную улыбку и искрящиеся от насмешки желтые глаза. Такой вот уж этот Аказа, за время их битвы улыбнулся бесчисленное количество раз. А Танджиро...Танджиро ведь кричал угрозы ему вдогонку!..Уже зная хоть малую, но яркую часть характера третьей Высшей Луны, можно смело делать вывод: не простит. Вернётся, выследит и убьет. Но...Ренгоку ошибся. Уже второй раз насчет характера демонов. Первой была младшая Камадо. —Я...я не знаю, правда,-третий Высший опустил взгляд на пол. Никакой злорадной улыбки, никаких искрящихся от насмешки глаз. Ренгоку опешил от такого. Демон не врал, точно, и Кёджуро это чувствовал. Понял, что не будут вслед отправлены острые фразы и насмешки. За окном темнело. Ренгоку лежал в кровати; Аказа сидел в дальнем углу дома, сжавшись в комок. Странный предыдущий "разговор" отпечатался в памяти демона неприятным хлопком по голове. Будто демоническая натура давала о себе знать, мол "хозяин, ты что, забыл меня?". В то же время она кричала о неправильности ведения разговора. А то, чего это ты такой грустный, а? Неужели жалко человека? Ага, вот ты и проявил слабость. Сжалился, чуть ли не извинился. Демоном быть—ни с кем по-милому не говорить. Аж рифмуется. Заметя темноту за окном, розоволосый рывком встал и вышел из дома. Пора уйти, надоело. Ты дал слабину, Аказа. Внезапный вой рассеял все планы. Это точно не зверь, и тем более—не человек. Значит—демон. Довольно недалеко отсюда—меньше полукилометра. Плывущие картины, где демоны безжалостно нападали на Кёджуро, заставили опомниться. А ведь они не упустят возможности убить столпа, пусть даже тот ранен. Выслужиться, выслужиться перед Прародителем—получить кровь и похвалу. Человечная часть мозга вновь проснулась. «—Ты что, просто уйдешь?»-на этот раз голос тих и спокоен. Без всякой настойчивости и жалости. Женский голос. Такой приятный и нежный, будто бы знакомый. Больше ничего не последовало. Никаких просьб, никакой мольбы. Такой простой, он дал совет, не настаивая на своем. Оставил выбор. Теперь перед глазами являлись другие картины. Большой дом, красивый и уютный. Вокруг зелено и свежо — лето в самом разгаре. Из дома вышла красивая женщина. За ней выбежал мальчик лет пяти. Похож на Кёджуро, вот только его лицо выражало радость вперемешку с грустью. Мальчик уселся на пороге дома, доставая тарелку с рисом. Вечерело. Женщина с мальчиком собирались уходить, как послышалось шипение. Демон, вылезавший из кустов, собрался прыгнуть на людей. Скрип клинка о зубы и когти разрезал тишину. Кёджуро крепко держал оружие, не давая демону подвинуться. Ему здесь лет одиннадцать. Ребенок против демона — исход додуман. Но в свои одиннадцать Кёджуро уже умело обращался с клинком солнца—мальчик ловко отражал атаки демона. И вот настал момент, когда пламенный удар катаны рассек шею демона. С Кёджуро капала кровь. Ранил все-таки, но победил. —Сенджуро, матушка! Вы в порядке?-бросив клинок, мальчик рванул к родне. Вот так сразу, не обращая внимания на себя. Сколько нужно усилий и тренировок, чтобы достичь такого результата? Каждый день идти к своей цели, продолжая мучить себя изнуряющими упражнениями. Отработав физические способности, нужно воспитать в себе дух воина. И у Кёджуро это получилось. Позади мастерства столпа лежали годы тренировок. Железная воля и дух воина заставляли биться до конца, во что бы то ни стало. *** Аказа увидел. Увидел прошлое Ренгоку. Ночь. Розоволосый стоял в дверном проеме, ведь десятью минутами ранее он хотел уйти. Но не сейчас. Я сделал выбор, Кёджуро. Я не оставлю тебя.