Strawberries and Cigarettes

Рука Энджела медленно опустилась, опустив пистолет. Всего в нескольких футах от него стоял человек, которого он был уверен, что больше никогда не увидит, черт возьми, он привык к этой мысли. Он приветствовал мысль о одиночестве. Энджел был зол, разочарован, грустен и, возможно, просто немного счастлив. Аластор вернулся за ним через восемь лет, почти девять. Аластор сделал шаг вперед. Энджел поднял пистолет и нацелил его на грудь Ала. «У меня есть полумрак, чтобы выстрелить в тебя туда, где ты стоишь. Ты не можешь вернуться и просто вести себя так, как будто ничего не произошло». Голос Энджела дрожал, когда он изливал свою речь. Он шагнул вперед достаточно, чтобы вдавить ствол в грудь другого, прямо там, где будет его сердце. Предполагая, что мудак все еще был один. «Анджело, пожалуйста, я могу объяснить…» Аластор широко улыбнулся, глядя на пистолет, когда Энджел откинул его назад. «Ты не узнаешь, но теперь это Энджел. Я отрекся от своего отца после того, как он отрекся от меня, и прежде чем ты попытаешься выразить всю сентиментальность по этому поводу, я не выбрал имя из-за тебя. Какой-то рандом дал мне имя. Энджел поморщился от своих собственных ядовитых слов, когда он увидел шок на лице другого. «Энджел…», голос Аластора был мягким. Он схватил дуло пистолета и немного подвинул его. «Да, черт побери, лучше знать. Если бы ты пытался убить меня, ты бы застрелил меня прямо здесь…». Другая рука Аластора поднялась, чтобы нежно коснуться лица Энджела. Энджел просто смотрел, его лицо смягчилось. Он так скучал по Аластору. Энджел почувствовал, как медленно закрывает глаза и опускает пистолет. Аластор очень осторожно подошел ближе и соприкоснулся лбами. Игнорируя всю кровь, которой всё ещё был покрыт Энджел. «Черт, восемь лет... Я не могу просто простить тебя, Ал... Мы не просто вернемся к тому, как это было. Я-я... Я не могу поверить... » Энджел бросил пистолет и поднял руки, чтобы схватить ткань рубашки Аластора. «Я просто…» Аластор держал руки Энджела в своих. «Я знаю, ша ... я не ожидаю, что ты. Мне нужно многое объяснить, чтобы сделать. Я просто хочу шанс, что ты.» Аластор поднял руку и заправил прядь волос за одно из ушей Энджела. «Я хочу сказать тебе, почему это заняло так много времени. Почему я должен был скрываться. Все. Пришло время для правды... Но ты знаешь... Ты тоже не сдержал свое обещание...» Аластор улыбнулся, даже когда Энджел бросил на него сердитый взгляд. «Черт, ты имеешь в виду?» Энджел попытался сделать шаг назад, но почувствовал руку вокруг своей талии. «Ты обещал, что пойдешь охотиться на меня, если я не вернусь». Прежде чем Энджел успел что-то сказать, его потянули за плечо. Аурик разьединил их обоих и направил на Аластора свой пистолет. «Аурик, это Ал…» Аурик только что встал перед своим младшим братом. «Да, я черт возьми знаю, кто это. Чертов мудак. Аурик скрипел зубами, его слова звучали как шипение. Аластор закатил глаза и подошел ближе к более короткому мужчине. Пистолет прижался к нему. «Я буду, блять, стрелять». «Вы оба говорите так, как будто это угроза…» Засмеялся Аластор, а его смех показался мрачным. «Я знал, что возвращаться было рискованно, я готов умереть. Но не сейчас, пока я еще раз не увижу моего дорогого Ангела.» Аластор протянул руки. «Я увидел его. Мое последнее желание исполнилось. Вперед, Аурик.» Аурик и Энджел просто уставились на брюнета. Что-то определенно изменилось в Аласторе. Энджел сорвался с места, когда Аурик застонал и опустил пистолет. «Черт возьми. Ты всегда бесил меня, черт возьми... Анджело, пошли.» Аурик попытался схватить своего младшего брата за руку, но Энджел не двигался. Он просто смотрел на Аластора. «Как ты сюда попал…» Ангел скрестил руки на груди. «Как ты узнал, что мы пришли сюда?» Аурик уставился на младшего, расспрашивая его. «Я взял велосипед на работу сегодня. Получилост услышать какие-то милые крики по дороге домой с работы.» Аластор сунул руки в карманы. Всегда улыбался. Его странное поведение вызывало дрожь по позвоночнику Энджела. Хорошо это или нет, он пока сказать не мог. «Никогда не пропускал хорошее шоу, ты это знаешь». «Я?» Блондин бросила вызов. «Ты действительно вернулся в Нью-Йорк только ради меня?» Энджел обернулся, когда Аурик снова попытался оттащить его. Они обменялись взглядами. Аурик упомянул, что он собирался сделать уборку, прежде чем кто-то что-то увидит. Аластор переминался с ноги на ногу. Он никогда не был склонен к нервным привычкам... «Конечно, я сделал это, ша. Мне предложили три работы, как только они сказали "Нью-Йорк", я отклонил другие предложения». Брюнет перевел взгляд с братьев. «Я бы действительно хотел поговорить наедине...» - усмехнулся Энджел. «И я бы предпочел засунуть твой гребаный череп в…» Энджел знал, что идет за этим, но не совсем чувствовал себя виноватым. «Отвези меня домой... Мы можем поговорить там...» Аурик и Аластор обратили на него шокированные выражения лиц. Ангел улыбнулся и побрел к Аластору. Вытащив свой клинок, он нацелил его на горло другого. «Не дергайся… Может быть, тебе жарко, твои гребаные ногти все еще глубоко вонзаются в мою кожу… Но ты еще не вернул меня». Аластор заметно вздрогнул, чувствуя холодную сталь в горле. Странный ублюдок. «Я сделаю все, что нужно…» Слова поразили Энджела. Ему пришлось сдержать улыбку. «Аурик... Я понятен?» Старик (имеется ввиду как "Бро") застонал и отмахнулся от них. «Позвони мне, когда вернешься домой… Я не доверяю ни одному из вас сейчас, но знаю, что не могу вас остановить». Как только он закончил говорить, он заткнулся. Энджел засмеялся и пробормотал что-то себе под нос, затем повернулся к Алу. С жуткой улыбкой, которая была все еще на месте, Аластор жестом пригласил Энджела идти первым. «Нет, я тебе сейчас совсем не доверяю. Я не знаю, где ты был или что ты сделал. Ты пойдешь первым.» Энджел скрестил руки, чтобы доказать свою точку зрения. Его слова заставляют улыбку другого немного упасть. Аластор действительно хотел попытаться исправить это, не так ли? Блондин вышел за другим из переулка. Когда Аластор сказал велосипед, Энджел должен был ожидать мотоцикл, но он этого не сделал. Поэтому, когда он увидел гладкого вишнево-красного "харли", он потерял дар речи. Аластор подошел и схватил бомбер* и шлем. Он передал их оба Энджелу. Энджел взял куртку. Хотя Энджел был выше, куртка была немного свободной, учитывая, что ее носил кто-то более достойно сложенный. Энджел смотрел, как Аластор садится на мотоцикл. «Я не ожидал, что у меня будет компаньон для поездки. Мы ведь не хотели бы, чтобы кто-нибудь увидел кровь которой ты покрыт? » Он смотрел широко раскрытыми глазами на Аластора. Его каджунский акцент полностью исчез. Когда они были детьми, Ал мог сделать переворот акцента, но не ЭТО чистейшее. Теперь, когда он говорил с акцентом каджуна, он был намного сильнее, чем раньше, и когда он переключился на то, что, как предполагал Ангел, было его голосом по радио, у него не было даже намека на акцент. Что случилось с его милым маленьким, немного ботаником, немного жутким, любовником. Ангел не мог пожаловаться на самом деле. Аластор ДЕЙСТВИТЕЛЬНО вырос в своей генетике. Его плечи были шире, мышцы хорошо подтянуты, в общем, Ал стал очень классически красивым мужчиной. Энджел стал выше, что заставило его выглядеть более хрупким, и он ненавидел это. Его слишком светлые волосы никогда не темнеют, кожа бледнее, чем кто-либо в его семье. Настоящий урод семьи. «Ты идешь? Вроде нужно знать, куда я тебя везу.» Ал говорил с мягким смехом. Энджел фыркнул на него и дал ему адрес, прежде чем запрыгнуть на спину. Раньше он ездил на мотоцикле, поэтому знал, как себя позиционировать, и ударил себя по другому. Аластор был таким теплым. От него пахло землей, травой, кровью. Последние было из-за него, если честно. Энджел просто всегда связывал Аластора с кровью. Они летели по дорогам, Энджел крепко держался за Ала. Это было нереально. Прошло восемь лет, теперь Энджел был здесь на заднем сиденье мотоцикла Ала. У Аластора был мотоцикл! Он ненавидел чувствовать себя таким слабым для этого человека. Он не простит его, не без ответов. По крайней мере, так он думал. И это то о чем он продолжал думать, даже когда они добрались до квартиры, когда дверь, которая была открыта до этого, захлопнулась за Энджелом, и он был прижат к ней. Энджел ахнул в шоке, когда его крепко прижали к Аластору. Он уже был в панике, когда понял, что Ал дрожит. Его руки мягко коснулись спины другого. Горячее влажное дыхание у его плеча. Аластор... плакал? Энджел слабо улыбнулся и вжал Аластора в своё плечо. Они стояли так некоторое время. Энджел не осознавал, что плачет, пока другой не отступил и не обхватил его щеку. У Энджела было размытое зрение, но он улыбнулся и посмотрел на другого. Он смог увидеть боль. Страдание. Тоску. энджел все еще хотел объяснения. Правда за последние восемь лет. Но сейчас его родственная душа вернулась к нему домой. Энджел обнял эти широкие плечи и наклонил голову для поцелуя. Он был соленый и имел привкус железа, но это все еще походило на теплый, желанный дом. Руки Ала сжали бедра Энджела и плотнее сжали их тела. «Ангел», голос Ала дрожал так же сильно, как и дыхание Энджела. Энджел поднес палец к губам другого, чтобы заставить его замолчать. Палец - единственное, что разделяет их губы. «Чшш. Ты здесь. Ты сейчас со мной. Я получу свои объяснения позже. Прямо сейчас... Это нормально...» Энджел грустно улыбнулся и провел ладонью по мокрой щеке Аластора. «Кроме того, разве мы не делаем всё задом наперед?» Они оба смеялись. Энджел объявил, что ему нужен душ. Взял Аластора за руку и потащил его через квартиру. Энджел поспешил скинуть всю пропитанную кровью одежду и запрыгнуть внутрь. Он повернул душ, чтобы расплавиться, и наслаждался жаром, опускающимся до костей. Энджел предложил Алу присоединиться к нему, но на самом деле не ожидал его. Он, чёрт возьми, чувствовал бы себя намного лучше, не спуская глаз с другого. Блондин подпрыгнул и повернулся спиной к противоположной стене, когда Аластор фактически вошел в душ позади него. Ангел сразу же пожалел о своем выборе. У Аластора были очень тонкие татуировки и шрамы от шеи до груди. Они обрамляли его ключицу с расцветом. Мягкие чернила спускались по рукам брюнетов, некоторые отметины даже на его ребра и бедра. Странная коллекция разметки и символов. Они выглядели почти религиозно. «Что со всеми этими татуировками? Никогда не привязывался тебя к такому...» Энджел старался не давать глазам задерживаться в одном месте слишком долго. Неважно, насколько ему было любопытно, насколько Аластор вырос за все это время. Ему НЕ нужна эта потеря крови прямо сейчас. Аластор улыбнулся и схватил мыло, пытаясь уговорить другого подойти поближе. Энджел медленно приблизился, позволив Аластору взять его за руку и начать смывать всю кровь. «Все они являются символами вуду. Что-то я узнал в бухте. Оказалось, вся моя семья происходит из долгой практики. Это довольно интересно. Моя мама была читательницей Таро и медиумом». Голос Ала был нежным и теплым. Это больше звучало как старый Ал, которого он знал. Его милый маленький маменькин сынок. «Да? Так что, ты можешь делать жуткие чёрные магические штуки?» Энждел сделал ещё один осторожный шаг ближе. Аластор провел мылом по длинной руке Энджела, прежде чем переключиться на другую руку. «Думаю, ты мог бы сказать, что… Хотя вуду не является черной магией. Может быть, мне просто нужно показать тебе немного позже…» Яркие карие глаза смотрят в бледные глаза Анджело. «Посмотрим…» Энджел изо всех сил старался отвести взгляд, куда угодно, но не вниз. «Это не "нет"». Аластор улыбнулся и чуть больше потянул руку другого. Энджел решил, что ненавидит эту улыбку. Энджел позволил себе побыть ближе. Аластор поворачивает Энджела и откидывает его голову назад. Он почувствовал, как налили шампунь прямо перед тем, как мозолистые пальцы начали нежно вымывать его кожу головы. Это должно быть то, что чувствовали на небесах. В последний раз, когда что-то заставляло чувствовать себя так хорошо, это был последний душ, который они приняли вместе восемь лет назад. Энджел знал, что между памятью и горячей водой он не сможет устоять перед искушением. Тем более, что эти руки гладили его шею, плечи, ребра, вплоть до его костлявой талии. Энджел знал, что Ал пытается быть нежным и массажировать его. Пытается быть «милым». Энджел был способен взбодриться, чтобы он остановился на «милом». Энджел откинул голову обратно на плечо Ала. Его волосы откинулись назад от воды, позволяя ему ясно видеть линию челюсти другого. Так много Аластора стало совершенно определенным. Энджел поднял руку, чтобы проследить челюсть другого с другой стороны. Он издал мягкий вздох, когда руки прижались к мягкой плоти над костями бедра. Глаза закрываются, когда руки Аластора не перестают сжиматься, а начинают массировать. «Ты помнишь, mon ange?» - тихо спросил Ал рядом с ухом Энджел. Ангел только что ответил на вопрос: «Ты помнишь, какой мой любимый кусок мяса?» Энджел поднял свои глаза, их взгляды встретились. Энджел засмеялся, назвал Ала уродом и выдернул мокрые волосы брюнета. Заглушился их смех вместе с обжигающим поцелуем. Руки Ала сжались сильнее, и Энджел застонал в поцелуе. Энджел отодвинулся от рук достаточно, чтобы повернуться к Аластору и повернуться к нему лицом. Блондин обнял Ала за плечи и снова соединил их губы. Руки Аластора потирают плечи Энджела, а затем медленно опускаются на талию Ангела. Их тела прижались ближе, грудь к груди. Вода стекает по обоим телам, добавляя еще один уровень тепла к их маленькой глупой игре. Энджел оторвался от их поцелуя и увидел, как вода капает с лица Аластора. Аластор казался таким же растерянным, даже когда наклонился вперед, чтобы поцеловать Энджела в шею. Слизывая воду, собирающуюся в ключице другого. Блондин опустил голову на бок. Он чувствовал губы, язык, зубы. Когда внимание к его шее стало грубее, он издал пронзительное хныканье. Его руки потянулись, чтобы зафиксировать мягкие коричневые волосы. Он прижал Ала к своему любимому сухожилию и издал резкий крик. Энджел почувствовал, что его дыхание учащается, пока они с Ал схватили и сжали кожу друг друга. В итоге Энджел отклонил голову так далеко, как только мог. Его зубы встречаются с плечом Ала. Низкий стон отрывается от горла другого. Энджел хихикнул в шею Аластора. Он все еще помнил вещи, которые попали под кожу Аластора. Аластор уже говорил Энджелу, что секс - это не та концепция, о которой он постоянно думал. Однако были времена, когда он находил вещи, которые Энджел делал привлекательными. Когда Аластор пытался заняться сексом в первый раз, ему понадобилось время, чтобы понять, что он чувствует по этому поводу, решив, что ему это нравится из-за Энджела. Этот Ангел сделал такие вещи приятными для него. Эта мысль пронзила его разум прямо сейчас, в то время как они были в процессе оставления друг другу синяков и укусов, заставила его колени почти сдаться. Энджел скулил, всасывая темное пятно на плече Аластора, протягивая руки к спине Ала и сильно царапая ногтями. Его бедра дернулись к Аластору, и он заметил другого таким же, как он. Аластор задохнулся и врезался в бедра Энджела взамен. Аластор откинулся назад, чтобы полюбоваться своей работой. Он давно почувствовал вкус крови, но Энджел издавал такие красивые звуки, что искушение продолжить дальше было слишком большим, чтобы отказаться. На его зубах были небольшие проколы, и кровь медленно капала по худой мышце Энджела, прекрасно смешиваясь с водой из душа. Энджел тоже отступил, тяжело дыша, глядя на ряд мелких синяков вдоль татуировок Аластора. Они оба посмеялись над ошеломленными выражениями обоих. Энджел отключил воду и быстро вышел из душа, почти споткнувшись о его неустойчивые ноги. Он схватил свое полотенце и швырнул второе в Аластора, а затем поманил пальцем. Командуя Аластором, следуй за ним и следуй за ним. В полотенцах действительно не было смысла, так как они лежали на полу, как только дверь спальни закрылась. Энджел подошел к кровати и повернулся к Аластору, демонстрируя, как полотенце естественно упадет с его бедер. Он знал, что Аластор будет очень признателен за свет, светящий из окна, дающий его тонким изгибам эфирное сияние. Аластор, быстро сокращающий промежуток между ними и прижимающий его к кровати с низким рычанием, был достаточным подтверждением. Энджел всё ещё знал, как разбудить своего дикого любовника. «Ты так прекрасен, Mon Ange. Потрясающе, правда.» Аластор засмеялся, когда Энджел извивался под ним. «Ал», от комплимента и тепла тела Аластора у него закружилась голова. Конечно, Энджел слышал всё это раньше, но это всегда будет означать большее от Аластора. Брюнет снова засмеялся и скользнул рукой между ног Энджела. Энджел откинул голову назад и схватил одеяло за головой. «Бб-ляять...» Это было слишком много и не достаточно, всё одновременно. Энджел предполагал, что Аластор собирается просто погладить его, но он был НАСТОЛЬКО неправ. Вместо этого ноги Энджела были подняты. Аластор повернулся и нежно поцеловал внутреннюю часть его колена. Ал осторожно начал массировать нежные мышцы и целовать мягкие бедра Энджела. Каждый маленький поцелуй за поцелуем заставляли Энджела дергаться и дрожать от удовольствия. Он поднес одну руку ко рту, чтобы заглушить каждый вздох и скуление. Аластор сделал то же самое с другой ногой, прежде чем медленно подняться к бедрам Энджела . Все это невероятно эротично, но это было не то, к чему он привык. Он привык к сексу, который взрывал его разум, который заставлял его покинуть саму плоскость своего существования. Это держало его заземленным. Это заставляло его осознавать, где он находится, с кем он был, и каждое маленькое ощущение, которое он испытывал. Энджел посмотрел вниз и увидел пристальные карие глаза, следящие за каждым его движением. На этот раз Энджел почувствовал что-то. Он чувствовал себя тем кем дорожат, таким желанным, любимым. Он чувствовал себя человеком. Энджел поднес руки к лицу и накрыл его, когда дрожащее рыдание пронзило его тело. В считанные секунды он почувствовал, как Аластор вздрогнул от него. Энджел повернулся на бок и свернулся клубочком. Отлично, теперь Аластор будет чувствовать себя испуганным. Кто начинает кричать только в середине секса? Конечно, этот момент не продлится долго. Аластор, вероятно, схватил свою одежду и ушел раз и навсегда. «Ша, давай согреем тебя хорошо?» Аластор осторожно пытался усадить его и надел халат. Энджел сел, плача, не расслабляясь ни капли. Энджел попытался вытереть слезы, он попытался сделать глубокий вдох и остановиться. Аластор просто обернул халат вокруг себя и скользнул в кровать напротив Энджела. Аластор прижал Энджела к груди, натянув одеяло на них обоих. «Хорошо, ша, ты здесь в безопасности. Все в порядке...» Пальцы Аластора начали расчёсывать влажные волосы Энджела. Энджел выпустил все это, всхлипывая и неудержимо трясясь на груди Аластора. Аластор просто обнял Энджела и потер его спину, пока он медленно не успокоился. Энджел обнял Аластора за туловище, и его дыхание вернулось в норму. Аластор мягко поцеловал голову Ангела. «Почему... Почему ты должен был оставить меня...» Голос Энджела был мягким и прерывистым. Аластор почти не слышал его. Он вздохнул и крепче обнял Энджела. «У меня действительно не было выбора…» Энджел поднял голову, когда Аластор говорил. Молча просят большего. Энджелу было все равно, если было больно. Ему нужна была правда. Аластор одарил его нежной улыбкой и продолжил водить пальцами по голове Энджела. Аластор тяжело вздохнул. «Ты помнишь день, когда умер мой отец?» Ангел медленно кивнул. «И ты помнишь, как в новостях говорилось, что это был несчастный случай из-за отравления алкоголем». Еще один кивок. «Не был. Государство тоже никогда этого не замечало. Потому что, кто действительно поверит, что пятнадцатилетний парень с совершенно чистым послужным списком убьет своего собственного отца…» Аластор сделал паузу, чтобы оценить реакцию Энджела. Конечно, Энджел был шокирован, но он был более шокирован, чем что Аластор не говорил ему это раньше. «Подожди, правда?» Энджел слегка улыбнулся и засмеялся. «Я знал, что ты ненавидел своего отца, но, черт возьми, я этого не ожидал». «Мой отец ожидал, что я возьму этот проклятый магазин. Он ожидал, что я уйду из школы, найду невесту, зачну ребенка и просто повторю его цикл. Он тоже почти получил это. Я бы послушал, если бы он не относился к маме так ужасно.» Аластор наклонился, чтобы поцеловать Энджела в лоб. Энджел вспомнил. Ал обычно злился, когда его отец заканчивал работу и просто начинал пить. Он потребовал бы, чтобы его жена принесла ему обед, но она заболела. Она делала, как он просил, хотя, потому что она чувствовала, что ей правда нужно. Такая милая тихая женщина. Он требовал чего-то даже после того, как врачи сказали ей, что ей нужен постельный режим. Именно тогда Аластор начал учиться готовить все свои блюда. «Итак, однажды ночью, когда я заметил, что он довольно сильно пил, и он потребовал, чтобы я продолжал пить, я рискнул. Он попросил еще один напиток, я сделал его виски кислым, как обычно, но с небольшим количеством мышьяка. Довольно легко его получить, как только ты изучишь свои минералы. Мама всегда гордилась мной за то, что я учусь в продвинутых классах…» Улыбка Аластора была настолько широкой, что Энджел чувствовал это на макушке головы. «Хорошо, это объясняет это, но если штат тебя никогда бы не поймали, то почему ты ушёл?» Энджел провел руками по груди Аластора. Ал тихо рассмеялся. «Ах, дорогой, тебе действительно не понравится этот ответ. Поэтому, пожалуйста... имейте это в виду.» Ал немного отодвинулся от другого. «Мне все равно. Правда должна быть жестокой.» Энджел тоже откинулся назад, наконец, чувствуя себя достаточно спокойно, чтобы просто положить голову на подушку. Света из окна было достаточно, чтобы осветить их лица. Энджел улыбнулся и поднял руку, чтобы коснуться лица Аластора. Другой слегка прислонился к теплой руке. «Твой отец ударил меня». Ангел вскочил и посмотрел на Аластора, поддерживая его тело руками. «Что он сделал?» Аластор замолчал и протянул руку, чтобы уговорить Энджела снова опуститься на кровать. «Я сказал тебе, что тебе не понравится мой ответ... Позволь мне закончить». Энджел почувствовал, как бьется его сердце. Он уже строил планы о том, как он собирается разорваться на части своего старика. «Твой отец и мой отец были очень близки. Мы оба знаем это. Они относились друг к другу как братьям. Они были как мы в том смысле, что росли вместе. Значит, твой отец потерял моего отца, как будто он потерял настоящего брата.» Аластор остановился, чтобы снова подержать Эндела за щеку. Энджел наверняка снова впал в панику. «Я могу остановиться, если тебе нужен перерыв». Энджел покачал головой. «Нет, мне не нужен перерыв. Мне нужно что-то сломать.» Блондин слегка рассмеялся. «Дайте мне одну минуту. Я тоже дам тебе халат...» Энджел встал и пошел делать, как он и сказал. Он взял халат для Аластора и пачку сигарет, чтобы они раскололись, пока они продолжали говорить. Аластор сел, когда Энджел сел. Сидели лицом к лицу, как сейчас, чувствовали себя как в школе. Им поздно ложиться, красться курит и пить виски. Что напомнило Энджелу, он сунул руку под кровать и обнаружил полупустую бутылку с янтарной жидкостью. Когда Энджел вытащил бутылку, на его губах расплылась торжествующая улыбка, Аластор не мог удержаться от смеха. Этот смех заставил сердце Энджела перевернуться. Он протянул руку, чтобы поцеловать Аластора. Другой застыл на секунду. Позволив этому случиться. После этого Энджел отстранился, открыл бутылку и зажёг сигарету для каждого из них. Теперь, когда у Энджела были почти все его любимые вещи, он махнул рукой, чтобы Аластор знал, что он готов. Аластор тихо рассмеялся. «Ладно.» Он резко прочистил горло. Как будто он готовился к шоу. «Понимал ли он, как, твой отец просто знал, что это я. Той ночью, когда я спал, Аурик пригласил меня. Он подслушал, что твой отец и еще пара собираются попытаться найти меня. Я остался с семьей. Аурик знал, что мне нужно уйти на следующий день, если я собираюсь это сделать. Что может быть лучше, чем спрятаться в доме человека, который хотел меня убить?» «Итак… мой брат знал…» Энджел затянул сигарету и постучал по пеплу в маленькую пепельницу, которую он поставил на одеяло. «Он действительно знал. Он спас мне жизнь. На самом деле, несколько раз.» Аластор улыбнулся и убрал светлую прядь с лица другого. «Мы оба очень сожалеем о том, что лгали тебе, но мы оба знали, что ты сделаешь что-то безрассудное, если узнаешь». Энджел открыл рот, чтобы возразить, но Аластор был прав. «Все ещё хуёвое решение.» Энджел скрестил руки на другом. «Я знаю, я знаю. Должен ли я продолжить?» Энджел кивнул и сделал глоток из бутылки с виски. «После того, как я ушел, твой отец послал киллера, чтобы проследить за меня. Аурик слышал и пытался предупредить меня. Мы пытались обойти его, но Аурику было трудно следить за ним. Однажды он поймал меня после школы. Он собирался пытать меня, вытащить все детали из меня. Он не считал, что у меня есть двоюродная сестра которая все видела. Кстати, не могу дождаться, когда ты встретишься с ней. Её зовут Нифти.» Аластор улыбнулся. Это заставило Энджела растаять. «Это значит, что ты хочешь отвезти меня на встречу с семьей?» Энджел потянул его за волосы, чувствуя, как тепло накрывает его щеки. «Я имею в виду, ты уже знаешь, что моя мама обожала тебя». Улыбка Аластора расширилась от смеха Энджела. «Она проводила нас до хижины в лесу. Так что клише. Ниффти притворилась девочкой-скаутом, а затем прыгнула на него. Я должен научить её всем способам утилизации костей и крови для её чудесного сада. В ту ночь у нас так же было замечательное гумбо*». Энджел откинул бутылку, чувствуя себя немного потрясенным и взволнованным улыбкой Аластора. Энджел смутился, когда Аластор остановился. Он махнул рукой, чтобы сказать другому продолжать. «Пожалуйста, я приносил тебе тела специально, чтобы ты порезал их и приготовил. Я даже иногда писал на их шкуре для тебя. Я только удивлен, что, видимо, вся твоя семья вовлечена в это…» Аластор пожал плечами. «Мне повезло». Он смеялся, когда Энджел подавился, казалось бы, ничем. «В любом случае…» Аластор потушил сигарету и взял виски у Энджела. Сделав тяжелый глоток, прежде чем продолжить. Когда он вернул бутылку, он заметил, что Энджел смотрит на него в оцепенении. Улыбка, и Энджел, казалось, вырвался из этого. Краснея от того, что поймали, глядя. Аластор снова прочистил горло, чтобы продолжить. «Твой отец, очевидно, узнал, когда больше не поступало сообщений. Поэтому он послал еще двух киллеров за мной. На этот раз Аурик был назначен ответственным. Это сделало всё намного проще. Я был в состоянии работать с Ауриком, чтобы они угадывали. Я двинулся, когда мы почувствовали, что они были слишком близко, они последуют за ними, Аурик держал меня в курсе своих планов, я всегда оставался на пять шагов вперед». Аластор протянул руку, чтобы провести рукой по волосам Энджела. Затем приопустил эту руку, чтобы держать другого за щеку. «Но на тот момент я бегал почти семь лет. Я пытался вывести их дальше на запад. Я сделал шаблон, чтобы они продолжали двигаться в этом направлении. Затем я понял. Пока они знали, что я жив, они будут приходить за мной. Я должен был что-то сделать.» В глазах Аластора было что-то далекое-далекое, что именно Энджел пытался определить. Энджел поднял руку, чтобы ухватиться за Аластора. «Я веду двоих в постоянных кругах, пока не смогу их закрепить. Я загнал их в угол.» Эта безумная улыбка вернулась, сопровождаемая напряженным смехом. «Хотелось бы, чтобы ты увидел шедевр, который я нарисовал только для тебя…». Мурашки поползли по Энджелу. Дрожь потрясла его, в то время как его живот сжался и изогнулся. Аластор наклонился вперед и нежно поцеловал Энджела. Такой мрачный контраст с тем, какие слова только что соскользнули с его губ. «Если бы ты только знал, сколько людей я убил только ради того, чтобы вернуться к тебе…» Аластор уставился на хихикающего Энджела. «Ну, у тебя пока хорошее начало… Сколько еще?». Энджел бросил на него мечтательный взгляд. Блондин целует его руку и тянет вниз. Держа руку Аластора в своих руках. «Ну, мне пришлось убить еще одного человека. На радиостанции, на которой я начал работать, был человек, очень похожий на меня. Артур Джонс. Я взял его документы, его личность и посадил его тело на месте происшествия. Я оставил все свои удостоверения личности и сделал все возможное, чтобы это выглядело, как будто какая-то странная попытка убийства пошла не так». Аластор протянул вторую руку вперед и взял обе руки Энджела в свои. «Государство объявило меня мертвым. Это было слишком много кровопролития, и им показалось достаточно очевидным, что произошло, поэтому никто не исследовал. Моя семья знает, но я не мог рискнуть рассказать Аурику и перехватить сообщение». Аластор поднес руки Энджела к губам и нежно поцеловал суставы другого. «Я думал, что буду достаточно счастлив увидеть тебя и знать, что ты жив, но однажды я пришел сюда и выследил тебя. Ты и твои... рутины... Мне было трудно оставаться в стороне. Смотрю, как ты работаешь со своим братом. Это как смотреть хорошо отрепетированный сценический спектакль, mon ange. В самом деле. Видеть, как ты выступаешь лично, было тем, что я никогда не мог себе позволить, когда мы были моложе Хотя… я скажу, что, конечно, труднее оставаться в стороне, когда я вижу тебя с мужчинами в этих клубах». Энджел побледнел. "Т-ты... Ты видел меня... на уличной прогулке?" Энджел отвел руки назад и прижал их к своей груди. Глядя вниз на колени. Обычно стыд не был чем-то, что он чувствовал, но Энджел не успел поговорить с Аластором обо всем этом. Он чувствовал вину и стыд, омывающий его. Затем рука мягко поворачивает его лицо. «Дорогой... Я всегда знал, что ты выглядишь лучше в женской одежде... и я не удивлен, что ты нашел выход для своих ... потребностей». В глазах Аластора была любовь. Ничего, кроме любви к Энджелу. «Я знаю, ты пьешь и куришь. Я знаю, что ты употреблял наркотики... но несмотря ни на что, ты все еще мой милый ангелочек-псих.» Энджел улыбнулся и потушил свою давно забытую сигарету. Он переместил поднос с выпивкой и пеплом на тумбочку, а затем толкнул Аластора на спину на матрас. Энджел лежал на нем сверху и поцеловал своего милого мальчика-каджуна. «А ты мой большой плохой вуду-папочка.» Блондин мурлыкал и ждал реакции. Аластор замер на мгновение, прежде чем разразился сильным смехом. Энджел присоединился к нему в приступе хихиканья. «Конечно, это… что-то, но я заставил тебя ждать меня восемь, почти девять лет, поэтому я не собираюсь рассказывать тебе, как ты можешь и не можешь называть меня…» Энджел снова и снова целовал Аластора в щеки, пока другому пришлось тянуть его обратно. Его голос немного более строгий. «Энджел, мой друг, я знаю, что у меня много вопросов, но, пожалуйста… не мог бы ты подумать…» Аластор колебался. Кажется, не в состоянии найти слова, которые он хотел использовать. Энджел решил пожалеть его. Он поднялся над Аластором. Он действительно наслаждался видом взволнованного Ала под ним так же, как он любил дикого зверя в нём. «Парни никогда не подходили нам, да?» Энджел смотрел, как Аластор смеется и немного побледнеет. «Нет, это действительно не так. Мы также никогда ничего не упоминали. Мы никогда не были обычными в нашем ухаживании». Улыбка Аластора была одной из тех, которые делали Энджела слабым. Губы закрыты и лишь слегка приподняты по углам. «Как насчет… Мой партнер по преступности. Я буду твоим милым маленьким психом, а ты будешь моим…» Аластор оборвал Энджела, притягивая его в короткий, но грубый поцелуй. «Пожалуйста, не говори так снова». Энджел закатил глаза. «Но да… Партнеры по криминалу звучат правильно. Не совсем, пока смерть не разлучит нас...» «Больше… Даже смерть не может сломить нас…» Энджел ухмыльнулся и положил лоб на лоб Аластора. Аластор перевернул их и поцеловал Энджела в ответ. «Даже не в смерти… мне нравится этот мой блестящий маленький ангел…» Они разделили еще один поцелуй, тая вместе. Конечно, были еще вещи, которые нужно было обсудить. Что будет теперь, когда Энджел знал всю правду? Будут ли они вообще в безопасности или им просто нужно бежать? Аурик продолжит помогать им? Но сейчас Энджел не хотел думать об этом. Он хотел просто лежать на руках человека, который заставлял его чувствовать себя нормально. Единственный человек, который когда-либо заставлял его чувствовать, что он не разваливается на части. Заставил его чувствовать себя человеком. Он верил Аластору. Он доверял ему. Если Аластор лгал, Энджел не мог представить себе лучшую смерть, чем ту где тот, кого он любил с детства, разрезал его.