МИФИческие страсти

      За дверью был слышен шум говорящих, смеющихся и снующих туда и сюда студентов, изредка кто-то додумывался орать матом (видимо был у Дятлова на паре). Ситников сидел в кабинете и выслушивал повседневную жизнь коридоров МИФИ, проверяя тетради должников. Тот, кто хоть раз был на паре у Ситникова знал, что перед сессией он превращается в саму сатану. Он никогда не напоминает о хвостах, просто молча что-то записывает, и эта запись превращается в «незачет». Даже если вовремя спохватившийся студент притащит все конспекты и прочую канитель, выше «3» можно не ждать. Некоторые окрестили его «Анатолий-2», в честь Дятлова, а кто-то усердно таскается за ним, а кто-то пишет, и пишет, и пишет. Но перед новым годом ажиотаж стихает, тетрадей, как и их хозяев-оболтусов, становится меньше. Радует, что хоть перед праздником мозги включают. Вздохнув, Ситников кинул последнюю тетрадь в общую стопку. Надо бы зайти в деканат и заглянуть в ежедневник, чтобы вспомнить список дел, которых, кажется, накопилось дохулион.       Не прошло и секунды, как дверь открылась, и в кабинет ввалился Дятлов, неся в руках ноутбук и книги. Под нос он что-то бурчал, но увидев человека в кабинете, решил заткнуться, а потом уже поздороваться по-человечески.       — Здравствуй, Ситников, — сказал Анатолий, раскладывая свой пыточный набор.       — Доброго дня, профессор, — ответил Ситников, не поднимая глаз и все также собирая свои вещи. Не сразу, но до него дошло, что Дятлов первым пошел на контакт. — Как ваши дела?       — Терпимо, — ответил Анатолий Степанович, включая ноутбук. Он собирает кучу проводов, неохотно подключает их, а потом проверяет, правильно ли. Он так не любил всю эту универскую технику, но сегодня его заставил случай воспользоваться ею. Пока он возился со всем этим, Ситников наблюдал за ним. Как он подбирает провода, поправляет закатанные рукава рубашки, недовольно, и недостаточно тихо вздыхает. Лицо Анатолия Степановича начинает меняться. Он нахмурился, со злостью тыкает в тачпад и уже слышны тихое «твою ж мать» и ворчание, заменяющее маты. Так и хочется рассмеяться, обнять и помочь — настолько забавным выглядел Дятлов, но Ситников отворачивает голову, уходя в свои мысли. Что-то останавливает его, заставляя хватать вещи и тикать отсюда.       — Что за… — шипит Анатолий Степанович, бросая попытки что-либо предпринять. Но замечая Ситникова, который вот-вот уйдет, он более-менее спокойно говорит:       — Анатолий Андреич, разберись. Пожалуйста.       — Конечно, профессор, — делая акцент на слове «профессор», Ситников подходит к ноутбуку и берет пульт от проектора. Аккуратно убирая холодную руку Дятлова с тачпада, он ровно смотрит в экран что-то настраивая. Потом он включил какую-то левую вилку в розетку, поменял пару шнуров и нажал на кнопку пульта.       — Вот и все. Удачного дня, профессор, — Анатолий Андреевич кивает, удаляясь из кабинета и оставляя Дятлова наедине с ненавистным проектором. Он просто не включил эту срань в розетку? Плюхнувшись на стул, Дятлов тихо выругался и принялся опять тыкать в тачпад. Какой же он идиот!

      С утра самочувствие Лёни было не самой первой свежести. Эту ночь он спал ужасно, постоянно просыпаясь по неизвестной причине. Поход до дома был также не блистательным. Он настолько погружался в свои мысли, что даже шипы не спасали от скольжения. Прогулка до института как раз немного проветрила его голову, подготовила, так сказать, к умственному труду. Пробежка по этажам того же института полностью разбудила Топтунова. Он встретился с однокурсниками и другими товарищами и был полностью готов к работе. Внезапно в голове всплыло: «Пара Акимова последняя». Парень просто давится внутренней ухмылкой, но никак этого не показывает. Это увидит лишь он, Акимов.       В это время Акимов запыхавшись старался как можно быстрее передвигать ногами. «Проспал! Проспал! Растяпа такая! Да как же так! Проспал! Проспал!» — вопил его внутренний голос, и ноги, немного разъезжаясь, начинали двигаться быстрее. Да, сегодня он устроит праздник студентам своим опозданием. Счастье в том, что они никогда не уходят с его пар, могут ждать сколько угодно. Акимов пользовался этим, но в редких случаях, когда все шло по полному форс-мажору. Когда он «вламывался» в институт прошло уже 10 минут драгоценной пары. Заходя в кабинет, Саша увидел почти всех на своих местах за исключением тех, кто болел. Какие они лапушки не смотря на то, что эта группа довольно-таки паршивенькая по поведению. Кто-то даже пытается спросить причину опаздания. Даже стыдно вспомнить причину, среди всех этих вежливых вопросов. Ведь он просто проспал, а потом перевалил молоко на брюки, из-за чего потерял ещё время. Точно, растяпа.

      Из-за утреннего инцидента все пошло вкривь и вкось. Нормальная работоспособность Акимова сбита, и каждая пара начиналась позже на 5-10 минут. А со своей группой вообще болтовня началась, ведь он так и не зашёл к ним, а староста, видимо, был занят своими делами и не передал Акимову свежих новостей группы. Лекцию Саша вел изредка поглядывая на Лёню. А парень даже не смотрел в его сторону, отчего внутри болезненно все ныло. Однако, вспомнив все коварства этого пай-мальчика, внутренности начинались трястись. Закончив объяснять, Акимов выслушал вопросы и предложения. Отвечал он один. Лёня предательски молчал. Где же его дополнения? Где же преинтересные вопросы, которые заставляли каждого напрягаться, а Акимов начинал дискуссию по этому поводу. Топтунов все равно молчит. Пара заканчивается, но у кого-то остаются некоторые вопросы, на которые Саша обещает ответить при следующей встрече, или позже. Самым последним к нему подходит Лёня.       — Александр Фёдорович, — обращается парень к учителю, который стирает все с доски. — Мне немного непонятны последние темы. Можете уделить мне несколько внеурочных часов?       — Почему ты раньше не сказал? — спросил Акимов, начав собирать вещи. — И вопросов ты не задаешь, значит все понятно. Уточняй, что тебе непонятно, почему, когда мы будем встречаться, может кому-то ещё непонятно, ведь ты не один в группе…       — Так можете или нет? — давит Топтунов, впиваясь взглядом в профессора. Ему не нужна эта пустая болтовня, ему нужно поскорее все решить.       — Могу. Часиков так в шесть вечера, устроит? — неожиданно резко, забывая про страх выпаливает Акимов.       — Сегодня в шесть. Адрес вы знаете, — бросает Топтунов и выходит из комнаты, хлопая старой скрипящей дверью. Александр долго смотрел ему вслед, думая над тем, что ему придется вторгнуться в квартиру Лёни. Опять. Сейчас эта квартира была похожа больше на логово врага. Не то что раньше. Укатившаяся со стола ручка подала идею Акимову. Может бесплатно порепетиторствовать, и этот маленький блядун забудет о всех ссорах и обидах, и они смогут разойтись как в море корабли? Качнув головой, мужчина собирает свои вещи, берет ключ и уходит из кабинета.