Человек или демон

      — Редлинк, вы как? — спросила Кацураги, глядя на истекающего кровью полудемона.       — Нормально, — прошептал он, почти не двигая губами.       Еще около пяти минут он лежал на траве с закрытыми глазами, сминая в руке свежую зелень, потом перевернулся на спину и на выдохе открыл глаза, смотря в безжизненную серость, нависшую над городом. Затем повернул голову к девушке, выбрав в пространстве какую-то особую точку. Редлинк усмехнулся, размышляя о чем-то о своем.       Яко не знала, как ей поступить, так как боялась нарушить эту странную последовательность действий со стороны полукровки. Она открывала и снова закрывала рот, не в силах что-то спросить. Серость неба над головой играла на нервах девушки, как и ситуация, в которую она попала. До этой минуты она не замечала, что глаза у полукровки голубые-голубые, это было просто нереально красиво. Эта дикая яркость радужки — признак демонической крови, а вот буйных огоньков не было, что доказывало его родство с человеком. И доля детской наивности была в них, поэтому очень неохотно верилось в жестокость и бессердечность, что присуждена его предкам от рождения.       Девушка ловила себя на мысли, что полудемон вовсе не такой, каким показался ей в первую встречу.       — Ты, должно быть, хочешь спросить о Ногами? — тихо спросил он, заметив попытки девушки заговорить с ним. Яко кивнула, мысленно благодаря его, что он перехватил инициативу начать первым.       — С ним все в порядке?       — Хм, — он мечтательно улыбнулся, продолжая сверлить глазами выбранную точку. — Везет ему.       — В смысле?       — За него переживают. За садиста, за тирана, за тормоза бесчувственного, но переживают, — Яко застыла с удивлением и немым вопросом на лице. — А последнее является его самой большой бедой.       Он вновь закрыл глаза, замирая в тишине.       Кацураги немного отпустило, и теперь боль, которая разбегалась по всему телу при каждом вдохе, не казалась столь мучительной.       А вокруг все такое серое, страшное, одинокое и бездыханное, что хочется вот так же замереть в полной тьме и отдать себя своим мыслям целиком. Она так и поступила, оказывается это так просто — ничего не видеть. Тонуть во тьме. Только мысли, а то, что перед тобой — его нет. Это неважно. Но это невозможно, как можно себя обманывать вот так? Юки похищена, а, значит, Линверт получил, что хотел. Что теперь?       — Этот туман спадет, как только исчезнет Линверт, или он уничтожит Токио, стерев этот остров с карты мира.       — И что будем делать?       — Будем? — изумился он, — То есть ты присоединяешься?       — Конечно же, присоединяюсь. Но что ты хочешь сделать?       — Посмотрим, нужно еще с Ногами поговорить. Мы лишили Пожирателя руки, если ты заметила?       — Да, вы использовали кулон?       — Значит, Ногами уже просветил тебя от и до. Отлично. Если кулон окажется у него на груди, то змею не жить.       Слушая полудемона, Яко заметила, что он избегает слова «отец», что после случившегося неудивительно.       — Что ж мне пора, — он резко поднялся на ноги, оставляя девушку в легком замешательстве. — Передавай детективу привет от меня.       — Постой! — Яко опомнилась, что не сказала одну очень важную вещь. Полудемон развернулся к ней, глядя в ее глаза с ребяческим любопытством. — Спасибо, что спас мне жизнь.       — У меня не было выбора. Иначе Ногами никогда бы мне этого не простил, — он улыбнулся, и девушка заметила, что у него не было острых пираньих клыков, как у остальных демонов. — К тому же, Юки рассказывала о тебе как о своей сестре, а ее мнение я ценю выше любого остального.       — Когда ты успел с ней поговорить? — Яко снова начала придумывать нелепые догадки по этому поводу. Может, девочка с ним на расстоянии могла общаться, она ведь умеет снами управлять? Вроде так говорила та кошатница-экстрасенс?       — Хорошо, что спросила. Мишка, которого я подарил, с секретом. Я часто оставлял ее одну, поэтому, чтобы она не чувствовала себя одиноко, я общался с ней через игрушку. Приближение опасности я чувствовал точно так же, как и присутствие рядом с ней Линверта. Поэтому пришел вовремя. Утром я говорил с Ногами и мы договорились, что план может сработать, но Пожиратель душ оказался сильнее, чем мы думали. Поэтому не смогли убить его… Но сегодняшняя битва не прошла даром. Змею будет очень нелегко с одной рукой. Нужно еще раз сразиться с ним, и на этот раз избавиться от него навсегда, — он снова перевел взгляд на небо. — Я не отдам ему Юки, можешь не сомневаться.       Он улыбнулся, теперь уже более уверенно и открыто, словно желая, чтобы эта вера в победу передалась и напарнице демона-детектива. И она тоже поверила в это: в то, что не все потеряно. Юки можно спасти, туман — развеять, а Нейро — вернуть энергию демона.       Она вдруг поняла, что уважает полукровку, и не только потому, что он спас ее. Причина была глубже и значительнее. Тот, кто ставит чью-то жизнь выше собственной выгоды, жертвует собой ради кого-то, не прося ничего взамен — вот таким стал для девушки этот полудемон. Не находивший себе места в жизни, но нашедший себе место в сердце маленькой девочки — это Найт.       Он поклонился ей и исчез, растворившись в бурой дымке.       Яко просто улыбнулась ему в ответ, дожидаясь, когда пыль полностью рассеется, а образ его сольется с серой стеной.       Годай с криком выбрался из машины, видимо выбив многострадальную дверь.       — Яко, прости меня, ущербную тварь! Я честно пытался ему помешать, но он сволочь! Он забрал девчушку!       — Не извиняйся, ты не виноват, — она выдавила из себя улыбку и попыталась подняться, но стоило Годаю протянуть ей руку, как снова упала на колени. И все-таки ей серьезно досталось от демона, потому что ходить самостоятельно станет чистой пыткой.       — Этот гад за все ответит! — он внимательно осмотрел порез на щеке. — Может, в больницу?       — Нет, хочу домой.       — А почему монстр не пришел? Он кинул тебя и девчушку, а сам где-то мотается, сволочь! — он посадил девушку на переднее сидение. Яко попыталась выступить в защиту Нейро, но Синобу не слушал ее, злобно глядя сквозь лобовое стекло и оставленную на нем паутину трещин. В двигателе что-то хлюпало, но машина ехала, несмотря на потерю водительской двери, помятых боков, крыши и капота, который был измазан черной кровью.       — Яко, почему ты так ведешь себя с ним? Не перечишь, не защищаешься, прощаешь этому гаду все? Это ведь из-за него ты всегда на волосок от смерти, — парень осуждающе посмотрел на девушку, переключаясь на режим мудрого папаши, который до жути беспокоится за свое чадо.       Кацураги стало неприятно: мысль, что Годай стал свидетелем событий двухнедельной давности, начала пугать ее. Она не рассказывала о случившемся демону, решив, что это ни к чему. Да и она этому особого значения не придавала, списав все на его бессознательное состояние.       — Он ведь что угодно может сделать. Ты погибнешь из-за него. Ты хоть это понимаешь? Даже сейчас он не пришел, ему плевать на нас. Когда он очухался от спячки, ты первым делом должна была рассказать ему об ЭТОМ!       — Зачем? — она вжалась в кресло, не желая вспоминать о том, что уже, казалось, совсем забыто.       — Дура! Ты умрешь, если будешь с ним! — он проорал это, стараясь заглушить предсмертные хрипы своего автомобиля       Яко с жалостью посмотрела на него. Он ведь всегда беспокоится, словно брат, пытается уберечь. Детектив не знала, что бы произошло, не будь его, пока демон спал. И то, что Годай так волнуется за нее, было приятно, но сейчас — ненужно. Она знает, на что идет, она не намерена сворачивать с выбранного пути. Только не сейчас.       — Годай-сан, я знаю, что делаю. Не волнуйся за меня, — она улыбнулась, но парень почувствовал, что улыбка была печальной.       — Эх, как я могу на тебя злиться, когда ты так жалобно на меня смотришь, — он потрепал ее по голове.       До ее дома они доехали без происшествий. Несмотря на малое количество прохожих, да и другого транспорта, все поголовно провожали их изумленными взглядами. Кацураги неловко прятала глаза, как и Годай, который вообще ехал без двери, поэтому побаивался ехать при скорости выше сорока.       Парень царственно донес подругу до квартиры, правда, на последней ступеньке чуть не грохнулся вместе с ней вниз. Все-таки форму он потерял, раз даже лакомка вдруг стала для него тяжелой ношей. Хотя тут стоял вопрос еще и о ненормальной любви девушки к еде.       — Все, дальше сама справишься? — спросил парень, стирая пот со лба.       — Да, вполне. Спасибо, что помог, — она открыла квартиру и юркнула внутрь. — И, пожалуйста, не нужно Нейро ничего знать об этом. Это уже неважно. Сейчас у нас другая задача.       — Ладно, я ничего не скажу.       — Спасибо, — и опять она улыбается из последних сил, стараясь доказать миру, что с ней все хорошо. Эту фальшь могли распознать всего три человека: Канаэ, Нейро, но он не делал из этого никаких выводов, и Годай, который, давая обещание, скрестил пальцы за спиной.       — Прости, Яко, — сказал мужчина, сев за руль. — Я промою этому чучелу мозги. Не могу смотреть, как ты страдаешь из-за него и играешь на краю пропасти.       Мафиози догадывался, что демон в конторе. И плевать ему было, что не жить ему после этого разговора. И что они с его машиной станут близнецами, но терпеть он больше не мог. Ради Яко он туда шел, а не ради себя.       Бедняга внедорожник издал крякающий звук и остановился рядом с офисом. Похоже, это было последнее, что совершил этот великий автомобиль.       Понимающе погладив его по панели, Синобу выбрался из машины, предварительно вынув из бардачка пистолет.       — Человек, говоришь… Значит, пули тебя берут теперь? — он по-маньячески улыбнулся и пошел наверх.       В помещение родной конторы он вошел не сразу. Где-то полминуты Годай думал над правильностью своего решения, но, мысленно попросив у Яко прощения, решился.       — Эй, урод птицеголовый, разговор есть! — он пнул ногой дверь и она с легкостью поддалась. Значит, здесь определенно кто-то был. — Выходи по-хорошему, индюк!       Он пробежал глазами по рабочему столу демона, по столу Яко, по дивану с телевизором, по шкафам. Привычка велела ему осмотреть и потолок со стенами, что, собственно, он и сделал. В конце концов мафиози убедился, что демона здесь нет.       — Блин, только зря время потерял!       — Нет, не потерял, — до тряски в коленях знакомый саркастический тон.       — Сдохни! — он развернулся и нацелил пистолет на своего начальника, который стоял за его спиной, но, несмотря на сказанную фразу, Ногами был серьезен и явно недоволен тем, что мафиози додумался о нынешней уязвимости его тела перед любым оружием. Он бы мог увернуться, в сравнении со своим недалеким рабом, он более ловок, но вытащить из человека всю информацию легче всего в стрессовой ситуации.       — Что за бунт, пес?! Опусти пистолет! — выражение лица демона было смешанным: злоба с презрением и долей язвительности.       — Я тебя прибью нахрен!       — Успокойся, ты встречался с Яко?       — Да как ты можешь так спокойно об этом говорить?! Она чуть не погибла сегодня! И все из-за тебя! Я поэтому и пришел! Я не дам ей так глупо умереть! Я этого не допущу!       Ногами продолжал смотреть мужчине в глаза, словно бы гипнотизируя и заставляя убрать палец с курка.       Годай с предельной настороженностью пытался прочитать в его взгляде то, что им двигало. Ни чувств, ни эмоций — вообще ничего, а какая-то пустота.       — Что значит, чуть не погибла? — спросил демон, так холодно и сухо, как звучало бы «Сколько сейчас времени?»       — Ее чуть не убил этот поганый демон в черном! Он и девочку забрал! Яко спас Редлинк, а ты где шатался, ублюдок?!       — Редлинк? — это прозвучало удивленно.       — Да, черт побери! Он сам чуть не погиб! А ты прячешься в гнезде, ожидая момента, когда станешь снова зубастой птичкой! — рука с пистолетом дрожала, поэтому он подключил вторую и уже более уверенно сжимал его. Повисла тишина, которую нарушало лишь шумное дыхание мафиози, да свист ветра, скользящего в приоткрытую форточку.       — Раб номер один в безопасности, успокойся.       — Заткнись! Ты знаешь, что происходило, пока ты был в отключке?! Знаешь?!       На этот раз Нейро был заинтересован, он подозрительно сощурился. Годай усмехнулся и продолжил:       — Пока ты перевоплощался, черт, она чуть не погибла! А знаешь почему? Потом что ты чуть не убил ее своими лапами! Если бы я не подоспел вовремя, ты бы разодрал ее когтями! — ожидание реакции повергло в шок самого Синобу — демон был поражен еще больше: лицо вытянулось, а в глазах отразилась нетипичная ему растерянность и сомнение.       — Что случилось за эти три недели? Отвечай, пес!       Парень начал трястись еще больше, покрываясь седьмым потом, он не мог ничего сказать, едва не падая на пол от усталости или же бешенства.       Момент оказался подходящим и Ногами потянулся к пистолету, Синобу выстрелил, но именно этого и ожидал детектив — промашка. Нейро просто отступил в сторону, сбив руки мафиози, и пуля угодила в стену.       — Мозг выем, если не скажешь что происходило за время моего сна! — пусть и человек, но очень страшен в гневе — шокированный Синобу шлепнулся на пол, подбирая челюсть. Ползком он одолел несколько метров, упираясь в стол — неудачно!       Под пристальным взором начальства мафиози собрал себя в руки и начал рассказывать:       — Когда лихорадка достигла своего апогея, ты превратился в монстра, размахивал когтями и ревел до хрипоты. Яко едва не попала под твои когти, но это было не самое ужасное. Ты был настолько безумен, что начал ранить сам себя. В день, когда ты очнулся, наверное, заметил, что твоя грудь была исполосована — твоя работа, — хмыкнул парень, ведя повествование в более расслабленном состоянии. — Она пыталась тебя остановить и вот тогда чуть не погибла. И только благодаря ей ты не убил себя сам. К счастью, это продолжалось недолго, но она успела сорвать голос, пытаясь докричаться до тебя.       Демон застыл на месте, эти ужасные ощущения снова вернулись, но возникла еще одна путаница: это было похоже на страх, но было так неприятно, словно от ранения, и эта боль нарастала внутри. Голоса, тысячи голосов — они перекрикивают друг друга, что ты готов крошиться на кусочки. Оно медленно поднимается, а после вновь падает, разрывая… Неистово раздирая.       — Почему она ничего не сказала? — он не подал виду, что терпит схватку внутри себя. Не хватало еще, чтобы жалкий пес догадался о чем-то. Снаружи холод — это главное.       — Да потому, что она не придала этому никакого значения.       Теперь демон был зол не на себя, а на девушку.       — Инфузории, не жить! Я ее на мясную стружку пущу! — он направился к выходу. Синобу, по подобию дождевого червя, пополз его останавливать, вот только Ногами уже был вне зоны досягаемости.       «Нейро, пожалуйста, очнись!» — это был ее голос, это были ее слова! Именно в тот момент, когда его состояние было критическим, на грани жизни и смерти, она заставила его жить частью души человека.       Балансируя над пропастью, она до сих пор не упала.       Это стеклянное растение оказалось намного крепче, чем кажется на первый взгляд.