Немая Персефона

— Ты что с собой сделала?! — зарычал Регулус, как только я вышла в гостиную. — Зато на костер никто за рыжие волосы не отправит, — пробормотал Барти, вызывая новую порцию рычания от Регулуса.       Я задумчиво накручивала каштановую прядь на палец. Мой новый цвет волос мне нравился. Простой и красивый.       В дальнем углу гостиной на рык Рега обернулся Северус. Непонимающе огляделся, а потом его глаза распахнулись в шоке.       Хмыкнула, отворачиваясь. Жестом позвала Тару за собой и пошла к выходу из подземелий. По плану дальше завтрак.       В школе мало кто, на самом деле, обратил внимание на мою смену имиджа. Только мои друзья, Северус, да мистер Купер. Он повздыхал, что я теперь не похожа на Офелию Милле, да и успокоился. Только, по-моему, ненадолго.       Энди цвет тоже понравился, Тара задумчиво смотрела и невнятно кивала. — Непривычно, — тихо сообщила она, пожав плечами.       Я на этом успокоилась. Остальные тоже.       И только Северус все удивленно смотрел на меня и спрашивал, что это на меня нашло. Я легко пожимала плечами, мол, захотелось и все.       Его потихоньку тоже утягивали в нашу компанию. К сожалению, главной причиной, почему Северус иногда к нам присоединялся, была не я. Два зельевара, Регулус и Северус, нашли друг друга. Когда они слишком увлекались, мы просто отстранялись от их разговора, занимаясь своими делами. Не понимаешь, так просто не лезь и не мешай.       Приближались экзамены и мы дружно наставляли Тару. Главный совет был «Не волнуйся и будь уверена в себе». Этот момент был действительно важным, но чуть ли не самым сложным.       Сами мы, противореча собственным советам, закапывались в книги и конспекты. Часто отвлекались на простую болтовню, конечно, куда без этого…       И снова Барти зарыт в книги, и снова я разбираюсь в звездных картах, и снова Регулус выглядит приличнее всего.       Но в этот раз рядом с нами сидит стонущая над Трансфигурацией Энди, рядом с ней сидит сосредоточенно читающая конспекты Тара. Неподалеку сидит Северус, периодически кидая в нашу сторону взгляд. — Барти, пожалуйста, помоги! — взмолилась Энди.       Барти вынырнул из-за книжной башни. Встрепанный и с круглыми и напряженными от постоянного чтения глазами. Непонимающе моргает и склоняется над книгой Энди, спрашивая, что непонятно.       Регулус рядом встает и направляется к Северусу, чтобы уточнить что-то по совместимости ингредиентов. Тара тихонько приближается и спрашивает про особенности созвездий.       Самое хорошее в том, что она начала больше разговаривать в присутствии нашей компании. Даже при Снейпе тушуется меньше. Более того — она пару раз ответила на уроке, что для нее настоящий подвиг.       Крик все еще рвался наружу, но уже не так активно. К счастью, атмосфера в Хогвартсе, не считая проделок Мародеров и их войны с Северусом, была достаточно спокойной, поэтому Тара понемногу учится брать свой голос под контроль. И у нее получается.       Так я думала до первого дня экзаменов. Меня разбудил приглушенный крик — Тара заткнула рот подушкой и прибежала ко мне.       Вывела ее в гостиную и долго сидела рядом, обнимая. Переволновалась, перенервничала. Голос вышел из-под контроля, чуть не разбудив всех.       Я вообще сильно удивлена, что удается сохранять в тайне то, что Тара — банши. А Северус еще, кажется, что-то об оборотне говорил. Я после того случая старалась об этом не думать — только с лунным календарем на всякий случай сверялась. Если много думать о том, что по школе, в которой ты учишься, ходит неизвестный оборотень, то можно сойти с ума. Северус, цедя слова сквозь зубы, обещал, что пока я не выхожу на улицу в полнолуние, я в безопасности. Этого мне хватает.       Мы с ним стали общаться намного меньше, чем на каникулах, но и Эванс в разговорах перестала появляться почти совсем. Мы обсуждали заклинания и звезды, зелья и историю. А еще, что для меня было весьма неожиданно, маггловский мир.       Оказалось, что Северус был полукровкой. Его мама — Эйлин Принц, волшебница из чистокровной семьи, а отец — маггл. Они живут в маггловском мире и редко контактируют с волшебством.       К моему огромному сожалению, наше общение было сильно ограничено моими возможностями. Писать объемные мысли на бумаге было очень неудобно. Поэтому я в основном кивала, тыкала пальцем в предметы и слова или кратко писала отрывистые фразы. Вот когда пожалеешь, что не знаешь языка немых. И окружающие тебя люди — тоже…       Экзамены сданы, вещи собраны и мы уже расселись в купе, возвращаясь домой. Рядом со мной сидят Энди и Тара, напротив — Рег и Барти.       Так почему же так тоскливо?       Безразлично смотрю за окно, не следя за ходом игры — Энди достала волшебные карты, в которые друзья теперь играли. Я отказалась.       Снаружи проносились леса и поля, горы и реки. Лето, все цветет, зеленая трава покрыта желтыми одуванчиками. Голубое небо, белые облака…       Почему же у меня такое стойкое ощущение нереальности всего происходящего? Почему кажется, будто это не я сижу сейчас в купе, а кто-то другой, чужой и посторонний? Почему тревожат мысли, что не я управляю этим телом?.. — Алекс, хватит хмуриться! — весело зовет Барти. — Давай к нам, а то Регулус сейчас всех победит.       Поворачиваюсь, чтобы хоть как-то показать свою реакцию, но мне в лицо прилетает вода.       Энди старается замаскировать смех под кашель, Барти виновато на меня смотрит, а Тара обеспокоенно. Регулус же… — Виноват, — безразличный тон и протянутый в мою сторону платок. — Зато не так жарко.       Вот уж точно. Лето в этом году невероятно жаркое и душное. В купе, где все нагревается из-за солнца — тем более.       Остаток поездки прошел спокойнее. Я таки сыграла пару раз с ребятами. К сожалению, в картах мне везло с переменной удачей. И вышел бы Регулус полностью победителем, если бы не Тара. — Валет. Туз. Козырная девятка. Король, — тихо сообщала она, отбиваясь от Регулуса. Они остались вдвоем.       Тихонько заглядываю в карты Тары. Мелочь, парочка больших и несколько козырей. Неплохо.       Оказалось, что с этим «неплохо» Тара спокойно может выиграть у Рега. — Раз уж я проиграл, с меня шоколад, — с достоинством кивнул Регулус, слегка улыбаясь. — Эй, а что тогда должны тебе мы? — возмутился Барти под общий смех.       Я тоже смеялась, расслабляясь. С друзьями все легче. Но почему же так неспокойно?..       Ответ я узнала, когда сошла с поезда.       На платформе уже ждали. Мама Барти, отец Регулуса, бабушка Энди и мама Тары.       И никого из приюта.       Увидев, что я застыла в неуверенности, друзья тоже не знали, что делать. Но отец Регулуса хмуро смотрел на него, друг кивнул нам. Блэки исчезли.       Барти и Тара уговорили мам подождать. Энди, виновато на меня посмотрев, двинулась вслед за ворчащей бабушкой. — Мама, это Алекс Дойл, я тебе о ней рассказывал. А это Тара О`Коннел, первокурсница, — представил нас Барти. — Алекс, Тара, это моя мама Карен Крауч. — Приятно познакомиться, миссис Крауч, — тихонько сказала Тара, склонив голову. Ее мама ахнула, прижав руку к губам.       Я неловко кивнула. — Меня зовут Кейли О`Коннел, рада встретить вас всех, — мама Тары склоняет голову и прислоняет руку к груди — Мне тоже очень приятно всех вас видеть, — мягко говорит миссис Крауч, — но мне хотелось бы знать, что нас задерживает.       Барти и Тара посмотрели на меня. Я дернула плечом, неопределенно покачав головой. Я не знаю, где мистер Робертс или еще кто-то из приюта.       К сожалению, никто из приюта не появился и полчаса спустя. Взрослые забеспокоились. Тара прижалась ко мне, взволнованно оглядываясь по сторонам. — Мисс Дойл, Вы живете в приюте, если я не ошибаюсь, — тактично спросила миссис Крауч.       Я кивнула. Ситуация меня напрягала. Все мои вещи, конечно, при мне, но без крыши над головой и опеки взрослых оставаться для меня подобно смерти. Я не смогу выжить одна на улицах Лондона. — Сможешь назвать адрес? — присоединилась миссис О`Коннел.       Отрицательно покачала головой. Адреса приюта я не знала. За пределы территории приюта мы обычно не выходили, адрес нам был просто не нужен. Со станции меня забирал мистер Робертс. — Боюсь, мы не можем задерживаться дольше, — тревожно закусив губу, произнесла мама Барти. — Но мама!.. — попытался возмутиться друг. — Барти, отец будет волноваться. Нам пора домой, — с налетом вины в голосе ответила миссис Крауч, погладив сына на голове.       Барти обреченно посмотрел на меня, но сдался, взяв маму за руку. Миг — и на платформе остались только я, Тара и ее мама. — Алекс… ты позволишь так себя называть? — мягко обратилась ко мне Кейли о`Коннел.       Я кивнула, предчувствуя что-то нехорошее. — Так вот, Алекс… Может быть, ты пока пойдешь с нами? Я напишу в Хогвартс, там должны знать твой адрес.       Оглянувшись в поисках кого-то знакомого и не находя, я кивнула. Пусть так. Таре я доверяю, надеюсь, ее родители ничего плохого мне не сделают.       Выбор у меня все равно не такой уж большой.       Спустя три дня, которые я провела с Тарой и ее мамой в Лондоне, не выяснилось ничего хорошего.       Приют стоял на месте. Мистер Робертс и остальные тоже были там. Но меня никто не помнил. И документов моих там не было.       Офелия Дойл будто исчезла без следа, не оставив о себе даже воспоминаний.       Я была в отчаянии. Три дня я жила в том самом баре «Дырявый Котел» в гостевом номере с Тарой и ее мамой. Но что мне делать дальше? Меня никто не помнит, документов у меня нет, денег тоже. Знакомых в маггловском, да и в магическом мире, на самом деле, тоже.       Мне никто не поможет.       Я одна.       Я была в отчаянии. — Алекс, ты можешь жить с нами, — сказала мне Тара, обняв.       Я посмотрела на нее. Девочка, ты серьезно? Твои родители явно будут против взять на себя ответственность за совершенно чужого им немого ребенка. А ты говоришь такое, даже не посоветовавшись с ними. — Тара права, — послышался вдруг голос Кейли. — Мы можем взять тебя к себе, раз уж так вышло. Я не могу бросить попавшего в беду ребенка, — она мягко улыбнулась.       Я смотрела на эту женщину и не могла понять, о чем она думает.       Кейли О`Коннел светло улыбалась, распахнув руки, как для объятий. От нее, в отличие от Тары, исходила аура жизни и здоровья. Похожее я чувствовала в Запретном Лесу.       Я с сомнением посмотрела на Тару, а потом на Кейли. На самом деле, что я теряю? Эта женщина предлагает мне руку помощи. Она предлагает мне дом. И она мама моей подруги, почти младшей сестры.       Я кивнула.       Надеюсь, я не совершаю ошибку.