Выздоровление
7 сентября 2020 г., 18:34
— Первый учебный день, Дойл, — услышала я мрачный голос Северуса, когда очнулась. — В первый же учебный день ты умудрилась наткнуться на неприятности!
Я хотела повернуть голову и посмотреть на него, но стоило напрячь для этого мышцы шеи, как меня тут же прострелило жуткой болью и холодом. Руки инстинктивно дернулись к шее, но тут же упали обратно, не поднявшись и на несколько сантиметров.
— Лучше не двигайся, — Северус подошел ближе, теперь я могла его видеть. — У тебя сильные повреждения.
— Выглядишь просто отвратительно, Алекс, — справа послышался голос Барти.
— Следи за языком, — прохрипел кто-то с той же стороны.
Я нахмурилась, смотря на Северуса. Он закатил глаза и показательно тяжело вздохнул.
— Понимаешь ли, Алекс, пострадала ты, а свалился еще и Блэк. Подозреваю, Крауч ошибся со своими предположениями, — Северус изогнул брови, повернувшись направо.
— Остынь, — прохрипел Регулус. — Алекс, ты как?
Закатила глаза. Рег, я рук и ног почти не чувствую, меня пытались задушить и… Что это вообще было? Я помню, как меня душили, помню огонь и холод, но это слишком странное сочетание.
— Боггарт так же опасен, как и тени, — прошелестела Тара, присев слева на мою кровать. — Он вытягивал твои жизненные силы. У тебя сильная аура. И… — она замялась, но после моего выразительного взгляда продолжила: — она стала еще более… темной.
То есть, моя аура стала еще более дырявой и с «налетом смерти»? Ну, просто замечательно! Только этого мне и не хватало для полного счастья! С огромным трудом, но мне удалось поднять руку. Я застыла в шоке.
Моя рука была черной. Абсолютно черная с фиолетовым отливом. Я тяжело сглотнула и закрыла глаза, опустив руку. Надо это забыть срочно.
И что мне теперь делать? Черные руки — это же кошмар. Это что, обморожение четвертой степени?!
Стоп. Такое уже было. Первый курс, когда я познакомилась с Кровавым Бароном. Его дыхание отогрело мои руки!
Распахнула глаза и поймала взгляд Северуса. Губами произнесла «Кровавый Барон» и глазами указала куда-то в сторону руки.
— Понял, — кивнул Северус, поднявшись. — Я постараюсь его найти и привести.
Он резко развернулся и стремительно пошел к выходу из Больничного крыла.
— Все будет хорошо, Алекс, — Тара ободряюще сжала мои пальцы, слегка улыбнувшись. — Мадам Помфри сказала, что поможет тебе. И Северус тоже.
Я улыбнулась Таре, медленно моргнув, как бы кивая.
— Нам пора, — тихо сказал Барти, появляясь в поле моего зрения. — Алекс, Регулус, поправляйтесь.
Тара и Барти ушли. Мы с Регом остались вдвоем в пустом Больничном крыле. Мне хотелось спросить у него, что с ним произошло и почему, сколько я пробыла без сознания и что было после того, как я потеряла сознание, но не могла.
— Я в порядке, Алекс, — прохрипел Регулус, отчего я вздрогнула.
По его голосу так точно не скажешь. Да и Северус сказал, что с Регом тоже было что-то не так.
— Не волнуйся обо мне, выздоравливай. Со всем остальным разберемся после.
Мне показалось, что в этот момент он добро улыбнулся уголками губ. Но подтвердить свои догадки я не могла.
В Больничном крыле я пролежала до самого Хэллоуина. Регулуса отпустили в конце сентября. Он, Барти, Северус, Энди и Тара навещали меня и помогали с теорией. Кровавый Барон отогревал мне руки, ноги и шею, но это было очень медленно, а после требовалось восстановление.
За два месяца на койке я настолько заскучала, что я, к своему удивлению, уже была согласна даже на пляски в честь Оберона, лишь бы выйти из этого белого царства, в котором пахло чистотой и зельями.
А еще были проблемы с моими длинными волосами. Мадам Помфри хотела обрезать их, чтобы они не мешались, но они каждый раз отрастали. Я грустно смотрела на волшебную медсестру, понимая, насколько ненормально даже для волшебников это выглядит.
Но в ночь с тридцать первого октября на первое ноября меня отпустили, чтобы я смогла пойти на праздничный пир. Я уже восстановилась и могла передвигаться, пусть иногда и путалась в ногах. Шутка ли, столько времени пролежать без движения?
За дверями Больничного крыла меня встретил Регулус. Он почти сливался с темнотой, но рубиновая серьга сверкала в свете факелов.
— С выздоровлением, Алекс, — он улыбнулся и протянул мне руку.
Я, счастливая, накинулась на него с объятиями. Он положил одну руку мне на лопатки, не прижимая, а второй слегка погладил по все еще рыжим волосам.
— С возвращением. Я скучал.
Я тоже скучала, Регулус. По тебе, по Барти и Энди, по Северусу и Таре. По Куперу и Флитвику. Даже по МакГонагалл!
Торжественный пир для нашей компании был празднованием не только Хэллоуина, но и моего возвращения. Я с удовольствием ела блюда из тыквы, подкладывая увлекшемуся разговором с Тарой Северусу тыквенный пирог и мармелад. Иногда на моей тарелке появлялось тыквенное печенье. И я не могла понять, кто именно мне его подкладывает.
Барти сидел напротив меня и радостно улыбался, рассказывая о том, что происходило в последние дни. Регулус сидел рядом, слегка прикрыв глаза и чуть приподняв уголки губ. Он лениво покачивал в руках кубок с тыквенным соком. Тара сидела рядом с Барти напротив Северуса и тихо тараторила что-то ему, умудряясь попутно уплетать тыквенные оладушки.
В этом году зал выглядел намного менее страшным, чем в прошлом. Все еще было темно вокруг, но летало очень много свечей и фонарей из тыкв, в этот раз нормальных. Энди с очаровательным румянцем рассказала, что Барти в добровольно-принудительном порядке пристроили к помощи в вырезании рисунков на тыквах.
Не зря. Оглядываясь, я наслаждалась получившейся красотой. На тыквах распускались цветы, летали величественные драконы, ходили изящные единороги, танцевали пары в старомодных костюмах.
— С днем рождения, Алекс, — прошептал Регулус, наклонившись ко мне.
Его глаза сверкали в свете свечей. Он был похож на свою анимагическую форму — кота. Черный довольный кот, сверкающий глазами из темноты.
Я улыбнулась и, набравшись смелости, чмокнула Рега в щеку. Уголок его губ дернулся. Регулус отвернулся, тянясь за кусочком тыквенного пирога.
Да, хороший день.
— Так, а теперь вы попробуете рассчитать коэффициент магического воздействия вашей планеты-покровителя в том положении, в котором она находится сейчас. Не забудьте про противодействие и положение планет с противоположным воздействием!
Купер ходил между нами, краем глаза проверяя работу и следя за порядком. Я закусила губу, высчитывая коэффициенты воздействия и противодействия карандашом в тетради, периодически сверяясь с положением звезд и планет с помощью магического телескопа.
Астрономия мне нравилось больше всех остальных предметов. Мало того, что я обожала Купера, как преподавателя, так еще и прекрасные звезды. Я с головой уходила в расчеты влияния планет и талисманов на человека, забывая про время.
— Мисс Дойл, — послышался над ухом голос Купера, — вчера было полнолуние, пересчитайте коэффициенты. От вас я буду требовать более точных результатов, — он лучезарно улыбнулся и, сложив руки за спиной, прошел к следующему ученику.
Сделав пометку о близком к полнолунию времени, я схватилась за голову. Все, все коэффициенты неправильные! Полнолуние сбивает все расчеты. Вздохнув, я перечеркнула предыдущие результаты и начала сначала, вспоминая, как полнолуние влияет на свойства влияния каждой планеты на рожденных первого ноября.
— Алекс! Нам пора идти! — Барти положил руки мне на плечи, из-за чего линия вышла кривой.
Поморщившись, я кивнула и начала складывать все в сумку. Урок закончился, нам действительно надо идти. Завтра выходной, но у нас есть планы.
С третьего курса ученики Хогвартса могут на выходных посещать ближайшую магическую деревню — Хогсмид. В том году у меня не было разрешения на это, поэтому я оставалась в замке с Тарой. Регулус и Барти ходили пару раз, но потом решили, что вдвоем им там скучно. Энди иногда ходила туда с подругами с Хаффлпаффа, а Северус сидел в какой-то забегаловке с Розье и Эйвери. Хотя я уверена, что и с Эванс он там гулял.
И теперь меня ждет мой первый поход в Хогсмид — Кейли на правах родителя и опекуна подписала нам с Тарой разрешение. Когда это Кейли официально стала считаться моим опекуном, я понятия не имею.
Пройдя через главные ворота, мы всей компанией, включая Энди и Северуса, неторопливо направились к Хогсмиду.
— Я хочу зайти в Сладкое Королевство, — подскакивая, с улыбкой поделилась Энди. — Пойдете со мной?
— Почему бы и нет, — пробормотал Барти, отвернувшись. Только красные уши и были видны.
Хогсмид оказался чем-то похож на Файринн. Уютные домики не выше второго этажа, яркие вывески и горящие теплыми огоньками окна и витрины. В Сладком Королевстве — кондитерской, полной разнообразных сладостей — ребята набрали по пакету вкусностей. Энди накинулась на медовые ириски и нугу, Барти неловко следовал за ней, беря кроме этого еще пестрых пчелок — шоколадные конфеты со сливочной помадкой в форме пчел. Тара набрала различных лакричных конфет. Регулус взял сахарные перья и слегка поморщился, когда его взгляд упал на «тараканьи грозди». Северус предпочел желатиновых червячков и заинтересованно остановился около леденцов со вкусом крови.
— Бледный, мрачный, хмурый… Любит кровь… — бормотал заметивший это Барти. — Сев, я так и знал, что ты вампир.
На несколько секунд в магазине воцарилась полная тишина. Северус напрягся. Медленно обернувшись, он грозно посмотрел на Барти.
— Если я вампир, то ты будешь моей первой жертвой, — и демонстративно взял горсть леденцов со вкусом крови.
Барти икнул и театрально накрыл голову руками в защитном жесте, вжав ее в плечи. Мы засмеялись.
Таре приглянулся музыкальный магазин Доминик Маэстро и она пошла посмотреть товары. Северус, пробурчав что-то себе под нос, пошел за ней. Энди крикнула им, что мы будем ждать в «Трех метлах».
Заняв столик, за которым могут вместиться шестеро, мы сняли уличную одежду, отогреваясь. Я была в свитере Регулуса, на который он иногда косился, но недовольным не выглядел.
— Что закажете? — с энтузиазмом спросила Энди, тем не менее, смотря на Регулуса. На ее щеках был яркий румянец и она старалась не смотреть на Барти. — Я возьму содовую с вишневым сиропом.
— Барти? — Регулус вопросительно кивнул. — Сливочное пиво?
Друг отрицательно замахал руками, чуть не заехав по лицу Энди.
— Нет-нет-нет, какое там сливочное пиво! Только Горная вода, ничего другого. Если отец узнает, будет очень плохо.
— Хорошо, — Рег кивнул и обернулся к подошедшей женщине. — Одну содовую с вишневым сиропом, две Горных воды и Смородиновый ром, пожалуйста.
Я в шоке уставилась на него. Какой ром? Регулус, тебе пятнадцать!
— Успокойся Алекс, он только называется ромом, — попытался успокоить меня Барти. — Там не так много алкоголя. К тому же, Регулус невосприимчив к нему.
— Неудачный розыгрыш Сириуса открыл этот занимательный факт, — Рег слегка поморщился. — Был бы вариант, заказал бы смородиновый морс, но альтернативы нет.
В этот момент к нам подошли Северус и Тара. Пока они заказывали себе сливочное пиво (мне обещали, что алкоголя там доли сотых процента и это скорее сливочный коктейль), передо мной появилась упаковка кедрового грильяжа. Я удивленно подняла взгляд на Регулуса.
— Это тебе. Сладостей с гранатом не было, — Регулус усмехнулся, внимательно смотря на меня.
Я благодарно кивнула, принимая подарок. Приятно.
Остаток времени в Хогсмиде мы провели в Трех Метлах, болтая и веселясь. Без казусов не обошлось — Северус случайно глотнул из бокала Регулуса, после чего у него задергался глаз, а Тара попробовала содовую Энди, из-за чего закашлялась.
Несмотря на эти недоразумения, было очень весело. Уютная атмосфера, друзья, веселый смех и вкусные напитки. Я пила Горную воду и ела кедровый грильяж. Поняла, что у Регулуса хороший вкус на все.
Это был отличный выходной.
