Бойся меня.

Включив свет и убедившись, что в комнате никого нет, Андерсон повернулась и врезалась в чью-то мужскую фигуру. — Крис, — испуганно выдавила та, делая шаг назад и хватаясь за голову. — Господи, ты испугал меня. — Прости, не хотел. Думал, ты спишь, — ответил тот, сдерживая свои эмоции. — Почему ты не мог войти через дверь? — Оливия поправила волосы и сложила руки на груди. — Я думала, кто-то опять пробрался в дом, — Крис виновато посмотрел на девушку, а та наклонила голову и смущенно посмотрела на него. — Я собиралась поужинать на заднем дворе, присоединишься? — Конечно, — он спокойно развел руками и пошел за девушкой. В темное время суток задний двор становился таким уютным и красивым. По периметру забора, в небольших кустах, зажигалась подсветка с мягким светом, а на домах загорались лампочки, освещающие веранду со столиками и шезлонгами. Сквозь деревья и пушистые ветки виднелись дома другого района с такими же милыми фонариками и гирляндами. С приходом ночи становилось опасно, но в тоже время уютно и легко. Устроившись напротив парня с тарелкой папиной запеканки и стаканом сока, Оливия посмотрела на Криса и опустила глаза, будто бы стесняясь его. Он никогда раньше не был в ее доме, поэтому с интересом бегал глазами по деталям интерьера и комнатам с кучей семейных фотографий, дорогих книг и рабочих бумаг. Устроившись на заднем дворе, он устремил все свое внимание на девушку, вновь и вновь прогоняя тот момент, когда он увидел ее вместе со своим лучшим другом в любимом кафе. Это было больно, но Крис старался скрываться свои чувства, чтобы вывести ее «на чистую воду» и узнать то, что она так уверенно пытается скрыть. Все бы это было таким простым, если бы не желание быть рядом с ней, целовать ее и прижимать к себе. Она будоражила его сознание, даже когда сильно обижалась, и эти ощущения заменяли любые чувства, будь то обида или злость. — Ты не хочешь есть? — поднимая глаза, спросила брюнетка. — Я могу приготовить что-нибудь. — Нет, все хорошо. Мы вернулись с охоты, так что мне ничего не нужно, — махнул рукой тот. — Так ты одна дома? Где отец с сестрой? — Они уехали в Финикс к дяде, папиному брату. Там прошел ураган, и его дом сильно пострадал. Папа поехал ему помочь, а заодно и забрал Арию, — опуская глаза в тарелку, сказала Андерсон. — Он пока не знает, когда вернется, так что буду здесь одна. — Не будешь, — как бы он не пытался, его истинные чувства брали верх. Оливия встретилась с взглядом парня и смущенно улыбнулась ему, ловя его фирменную скрытую ухмылку. — Лив, — он сощурил глаза и внимательно посмотрел в ее глаза. — Где ты была? — Семейные дела, — она пожала плечами и отвела взгляд в сторону, тем самым выдавая свою ложь. — И давно Картер стал твоей семьей? — вновь спросил Джексон, а брюнетка остановилась и медленно подняла глаза на парня, который всем своим видом показывал, что ждет ответа на свой вопрос. — Откуда ты знаешь? — она положила вилку и нервно сглотнула, ощущая, как щеки начинают наливаться красной краской. — Мы видели вас в твоем кафе. Я так хотел ошибаться, но ты села к нему в машину, и вы куда-то уехали, — спокойно рассказывал Крис, смотря на брюнетку. — Лив, что происходит? Что вы скрываете? — Мне просто нужна была помощь Картера, ничего такого, — она врала, так низко и уверенно, но что-то внутри сдерживало ее. Оливия считала это своей собственной войной, в которой она хочет быть один на один со своим врагом. — Я знаю, это не ответ, но так надо было. — Почему ты не могла попросить меня? Почему Картер? — он сложил руки на столе и вытянулся вперед к Оливии. — Побоялась, — честно ответила та. — Я не знаю, что теперь думать, Крис. Твоя главная любовь из прошлого вернулась и намерена наладить ваши отношения, — давая волю мыслям, говорила Оливия. — Что я должна чувствовать? Она уверенно говорила, что хочет вернуть ваши чувства и все то, что было между вами. — Почему ты до сих пор отказываешься слышать меня? Я уже сто раз сказал тебе, что меня не интересует Эшли. У меня новая жизнь, в которой есть только одна девушка, способная заменить мне весь мир, и это ты, Лив. Мне не хочется вообще ни о ком думать, находясь рядом с тобой, — бегая глазами по ее лицу, говорил Джексон. — Я никогда не буду идеальным, как минимум, потому что я не человек, но я хочу быть для тебя всем. — Но ты ведь делал ей предложение… — И что? Я могу сделать его тебе прямо сейчас, разве это что-то поменяет? — спросил Крис. — Ты и так не сможешь отвертеться от меня, — она закрыла лицо руками, не сдерживая улыбку. — Я люблю тебя. — Почему я? — подпирая подбородок рукой, с хитрой и довольной улыбкой спросила Андерсон. — Потому что я пахну иначе? — Потому что ты особенная, — с милой ухмылкой на губах ответил Джексон. — Ты не умеешь думать плохо, много улыбаешься и стараешься угодить всем вокруг, жертвуя собой, — Крис опустил глаза на стол и посмотрел на мобильник. — Ты гораздо сильнее, чем люди вокруг. Твоя душа такая искренняя и ничем не испорченная, что иногда мне кажется, что все это нереально, потому что таких людей не существует. Потом я вспоминаю, что ты моя девушка и пытаюсь понять, насколько мне повезло. — И насколько же? — Оливия распылалась в улыбке. — Так везет один раз в жизни, — он улыбнулся, а она отвела глаза в сторону и смущенно улыбнулась. Вот именно о таких ситуациях говорил Крис. Ее скромность и улыбка были бесценными — за них хотелось бороться до последнего вздоха. — Останешься со мной? — она наклонила голову и заглянула в его глаза, а он положительно кивнул. — Могу постелить тебе в гостиной, как раз свободно. — Предпочитаю спать в твоей комнате, — ответил брюнет, и Андерсон засмеялась. Допив остатки сока, она взяла посуду и пошла на кухню, а Крис последовал за ней, закрывая дверь и пробегаясь глазами по территории, чтобы убедиться, что рядом нет никого чужого. Оливия домывала посуду, когда горячие руки Криса легли на ее талию, а сам парень начал целовать ее в шею. Она замерла, как послушная кукла, и прикрыла глаза, делая тяжелый вздох. Джексон аккуратно вел кончиком носа по ее шее к самому уху, едва заметно улыбаясь и слабо целуя. — Ты меня отвлекаешь, — прошептала Оливия. — Ты виновата, — усмехнулся тот. Оливия ополоснула тарелку и положила ее на полотенце. Решив воспользоваться моментом и немного проучить парня, она взяла душ для посуды и направила на парня, обрызгивая его и громко смеясь. В одну минуту его черная футболка промокла вместе с рубашкой, параллельно намочив волосы и штаны. — Будешь знать, как мешать, — засмеялась брюнетка. Крис поднял на нее глаза и хитро улыбнулся, придумывая план мести. Скинув футболку с рубашкой, он подлетел к Оливии и начал щекотать, пытаясь также облить ее водой с ног до головы. — Остановись! — крикнула та, когда ее майка и джинсовые шорты полностью промокли. — Предпочитаю на откладывать месть, — выключая воду, сказала Крис, а девушка со всей злостью посмотрела на него, не скрывая улыбки и такого детского веселья. Все обиды и проблемы улетучились, сменившись обычным весельем и глупыми шутками. Крис и Оливия вели себя, как маленькие дети, не боясь, что им кто-то помешает или испортит вечер. — Я тебе припомню это, — вытираясь кухонным полотенцем, улыбнулась Андерсон. — Идем в гостиную. Я безумно устала и мечтаю лечь с момента, как зашла в дом. — Может, расскажешь, что ты такого делала с Картером, что так устала? — они зашли в просторную гостиную, и Крис начал осматриваться, останавливаясь на фотографиях и картинах на стенах. Наибольшее умиление вызывали детские рисунки, стоявшие в цветных рамках на полке около телевизора среди фигурок принцесс из Диснея. — Я попросила его отвезти меня к моей знакомой, у которой сейчас ремонт, — пользуясь моментом, что Крис не может залезть в ее голову, врала Оливия. Она резко вспомнила про свою новую соседку Ребекку и тот вечер, когда они таскали коробки и мебель по всему дому. — Я просто не хотела тебя беспокоить, правда… — Оливия, ты же знаешь, что я никогда не буду против помочь тебе, — она туманила его рассудок, сбивая с мыслей и грамотно меняя тему разговора. Крис улыбнулся ей и перевел взгляд на самый дальний на полке рисунок, на котором была изображена девушка, танцующая с лентой на склоне перед океаном. Это не было произведением искусства, скорее просто талант, перемещенный на бумагу через простой карандаш. Рядом стояла подделка, на которой из цветной бумаги были выложены четыре человека около небольшого замка. — Это ты делала? — Да, — подходя к парню, кивнула Андерсон и посмотрела на полку с подделками из их с Арией детства. — Этот мы делали вместе с мамой на день рождения папы. Я до сих пор помню, как он с улыбкой показывал его своим друзьям и брату. — Принцессы тоже твои? — Джексон указал пальцем на миниатюрные фигурки героев диснеевских мультиков и усмехнулся, кладя руку на талию своей девушки. — Такова учесть отца двух девочек, тебе не понять, — Оливия сложила руки на груди и облокотилась на плечо парня. — Папе всегда было сложно. Я помню, как мы с Арией играли в салон и разрисовывали его руки, красили детской косметикой лицо и завязывали резинки в его волосах. Он просто смеялся и говорил, как счастлив, смотря на маму. Крис перевел взгляд в сторону и увидел рамку с фотографией, на которой они вчетвером обнимались на каком-то семейном празднике, стоя с шариками и напитками в цветных стаканчиках. От снимка веяло радостью и счастьем, и это подкреплялось широкими теплыми улыбками, ощутимыми даже через простую фотографию. Джексон взял рамку в руки и начал внимательно осматривать всю семью Оливии под ее пристальный и грустный взгляд. — Ты действительно похожа на маму, — парень улыбнулся любимой и перевел взгляд обратно на снимок. Это было удивительно, но Оливия и Клэр выглядели, как две сестры: у обеих карие глаза, темные волосы, очень похожие черты лица и особенно улыбка. — Ты бы ей понравился, — резко сказала Оливия, приковывая внимание Криса и вызывая удивление на его лице. — Она была бы счастлива знать, что со мной рядом такой парень, как ты, — Андерсон смущено опустила глаза. Крис поставил рамку на место и крепко обнял Оливию. Она буквально вцепилась в него, положив подбородок на его плечо и проведя рукой по линии татуировки на правой руке. Ощущение ее рядом стало невероятным подарком судьбы, принесшим за собой некий свет в его жизнь. — Я люблю тебя, — сказал Крис, кладя руки на ее талию под влажную майку и касаясь ее лба. Она смущенно улыбнулась и обвила руками его шею, смотря прямо в глаза. Между ними были сумасшедшие чувства, вызванные искрой виде короткой встречи глазами, которые не имели аналогов ни в его, ни в ее жизни. Два одиночества встретились и нашли то, что искали. — И я тебя, — прошептала Андерсон, заставляя его удивиться и еще шире улыбнуться. Он хотел это услышать, но она пыталась понять свои истинные чувства. Все изменилось после слов Картера о поведение Криса с Эшли и с ней. Это стало окончательной каплей, наполнившей ее душу уверенностью в любви к этому человеку. Он впился в ее губы страстным поцелуем, медленно опуская руки с поясницы на бедра. Их притягивало друг к другу, как самые сильные магниты. Им никогда не будет просто друг с другом, но это ли не вызов для настоящих чувств? Отпрянув от губ Оливии и хитро улыбнувшись, Крис приподнял ее, заставляя обвить ногами его поясницу, и вновь начал целовать. — Кажется, нам пора отдохнуть, — прошептала Андерсон, переводя дыхание, а он медленно двинулся к лестнице на второй этаж. Войдя в спальню Оливии, он подошел к окну, а она спрыгнула и ловко толкнула его на кровать, усаживаясь сверху. Запустив пальцы в его волосы, Андерсон принялась его целовать с еще большей страстью, чем несколько минут назад в гостиной. Она никогда не думала, что можно любить кого-то настолько сильно и страстно. Крис стянул майку с Оливии и потянул за собой на кровать. Перевернувшись и положив девушку рядом, он навис над ней и хитро улыбнулся. Его взгляд медленно сполз с губ на кружевное черное белье с полупрозрачными вставками и элегантными черными рисунками. — Ты ждала меня? — шепотом спросил Крис, а Андерсон хитро закусила нижнюю губу. — Выбирала специально для тебя, — она приподнялась и остановилась в паре сантиметров от его лица. — Считай, что я оценил, — он притянул Оливию к себе, продолжая избавлять ее от одежды. Ему все было мало. Он нуждался в ней, в ее руках и губах каждую секунду, находясь на расстоянии. Ей катастрофически не хватало его грубой страсти и голубых глаза, внушавших спокойствие даже в самых страшных ситуациях. Эта тяга была необъяснима, но она уверенно росла, связывая их в одно целое. Уложив ее на подушку, Крис провел губами по ее шее и остановился, смотря прямо в глаза и хитро улыбаясь краешком губ. Несколько секунд, и она вцепилась в его плечо, глубоко вздыхая и требуя поцелуев. Он старался двигаться медленно и нежно, давая ей привыкнуть и расслабиться в его руках. И она поддавалась. Оливия делала так, как он говорит и просит, потому что ее тело не способно было отказать его словам и действиям. Крис имел контроль над ней, а она не была против и отдавалась ему до конца. Картер сидел на заднем дворе и потягивал виски. Его разум был возбужден сегодняшней тренировкой и разговор с Оливией о Крисе. Смешанные чувства буквально разрывали его сгнившую душу, вырывая остатки человечности. Его область, где раньше было сердце, болела из-за невозможности поговорить с кем-нибудь, кто сможет помочь ему избавиться от того, что начало происходить несколько дней назад. Алкоголь был и всегда будет единственным средством, способным отвлекаться от своих мыслей. — Я не слышала, как ты вернулся, — блондин повернулся и увидел в проходе дома Миранду с серьезным лицом, как у типичной мамочки, и сложенными на груди руками. — А я должен был сообщить? — Браун отвернулся и опустил голову, сжимая в другой руке стакан и прикрывая глаза. — Что с тобой происходит? — Миранда села рядом с другом и насторожено посмотрела на него. — Мы видели вас с Оливией вместе… — эти слова заставили его с легким испугом посмотреть в глаза Смит. Она всем своим видом показывала, что ждет объяснений, но он лишь усмехнулся и сделал глоток из стакана с виски. — Картер, что за игру вы затеяли? Вначале ты срываешься посреди ночи и едешь встречаться с Оливией, потом начинаешь пропадать непонятно где, а спустя пару дней, прикрываясь делами, сидишь и обедаешь с ней. — Это не ваше дело, — выдохнул тот. — Ей просто нужна была моя помощь, а я не мог отказать. — Ты ведь понимаешь, что поступаешь отвратительно по отношению к своему лучшему другу, — сбавив тон, сказала Миранда. — Отвратительно мое второе имя, — они усмехнулись и посмотрели друг на друга. — Я наоборот пытаюсь ей помочь, потому что вижу, что она любит его и страдает по этой же причине, — Миранда положила голову на плечо парня, а он допил остатки виски и опустил глаза. Жизнь снова начала налаживаться. Борясь с собственными чувствами и мыслями, Оливия проиграла эту битву и с головой погрузилась в дни и в быт, в котором они с Крисом были только вдвоем. Отныне их утро начиналось в ее спальне, так как отец попросил Оливию присматривать за домом, пока их нет. По словам Ричарда, урон, нанесенный дому его брата, обойдется ему в кругленькую сумму и долгую работу, поэтому они с Арией вернутся не раньше, чем через две недели, поэтому ее дом станет их с Крисом временной проверкой, по результатам которой она решит, переедет ли она к нему жить или нет. Для Криса эта ситуация стала вызовом. Он был готов на все, чтобы прямо сейчас запаковать ее вещи в чемоданы и увезти в свой дом. Уходя на охоту или на встречи с ребятами, он с нетерпением ждал вечер, когда вернется к Оливии, и они будут готовить ужин, который закончится в ее спальни. За несколько прошедших дней Джексон убедился, что эта девушка идеальная хозяйка и та, кто так необходима его дому. Каждый раз, когда Оливия стояла и готовила или разбирала свои вещи, он тихо подходил к ней сзади и целовал в шею, водя руками по телу под его футболкой, которую он ей подарил. Вся эта новая жизнь осложнила Оливии тренировки с Картером. Она больше всего не хотела врать любимого человеку, но ей приходилось — приходилось прикрываться встречами с новой знакомой и пользоваться моментами, пока Крис уходит на охоту. Это ужасно, и она понимала, насколько плохо может закончиться такая «двойная игра», но сейчас ей просто необходимо было держать все под контролем и в секрете, чтобы, наконец, понять прошлое ее семьи. Если в отношениях Криса и Оливии все было хорошо, то между Картером и Крисом все только осложнилось, и по большей степени это было связано с молчанием Брауна относительно встреч с его девушкой. Лучшие друзья стали меньше общаться и больше срываться друг на друга по всяким пустякам. Собираясь своей привычной компанией, парни практически игнорировали друг друга, втягивая в свои «игры» Миранду и Адама. Этим двоим оставалось лишь гадать, что начало происходить с Картером, и почему Крис так резко решил объявить ему войну? Такая идиллия была лучшим, что могло случиться в свете всех последних событий, но и ей было суждено продлиться недолго… Последние три дня стали для Оливии настоящим испытанием. Крис начал пропадать почти на весь день, не отвечая на ее звонки и смс. Он появлялся дома поздно ночью, когда Андерсон уже спала, и, молча, ложился рядом, а утром уходил, целуя в щеку и ничего не говоря. Все выходные по случаю праздников, когда не надо в университет или на работу, Оливия провела одна. Постепенно молчание Криса начало сменяться смсками, что он занят и останется сегодня с друзьями, которые точно также резко перестали с ней общаться. Тишину в доме изредка разбавляли видеозвонки отца и разговоры с любимым дядей Дэвидом и его милой женой Сарой. Оливии приходилось играть радость и спокойствие, пока в ее душе начинался штиль. Сидя в гостиной, девушка набирала номер парня в третий раз, надеясь услышать его голос, но он не брал телефон. Вместе с ним молчал и Адам, который практически всегда был на связи и готов был ответить Оливии в любое время суток. Закусив нижнюю губу, Андерсон решила немного развеяться и сходить к Ребекке, которая недавно звала ее к себе в гости после окончания своего долго переезда. Накинув куртку, брюнетка вышла на улицу и решила дойти до кондитерской недалеко у дома, чтобы купить пару пирожных и пойти к своей новой знакомой, к тому же теплая погода способствовала прогулке. Ей было необходимо пройтись и подышать свежим воздухом из-за огромного количества давящих мыслей, из которых рисовались страшные фантазии. Оливия пыталась найти объяснения трем последним дням и поведению Криса, который резко стал таким холодным и замкнутым. Внезапно пошел мелкий дождь. Оливия накинула капюшон и завернула на узкую улицу, вспоминая, как они с Адамом пили здесь кофе и разговаривали об их с Крисом отношениях. Сейчас эти воспоминания способны вызывать лишь улыбку, а тогда Оливия буквально изводила себя, обманывая всех вокруг и внушая, что ее жизнь только наладилась. На подходе к кофейне брюнетка случайно подняла глаза и увидела припаркованную машину Криса, на переднем сиденье которой лежал небольшой букет. Она нервно сглотнула и, осмотревшись, пытаясь найти парня, хотела войти в кафе, но резко увидела Джексона, который стоял и разговаривал с Эшли. Ее сердце оборвалось, а руки затряслись. Они стояли друг напротив друга, и она мило улыбалась, строя ему глазки и демонстративно поправляя волосы. Опустив глаза, Андерсон сделала несколько шагов назад, чтобы они ее не увидели, и закрыла лицо руками. Весь ее мир начал снова рушиться. Ребекка стояла на кухне и готовила ужин. Ожидая подругу, она решила удивить ее своими кулинарными способностями и приготовить пасту по рецепту мамы. Это было одно из последних воспоминаний о беззаботной жизни. Услышав звонок в дверь, блондинка натянула улыбку и пошла открывать. — Ты вовремя. Я как раз сделала ужин, — она открыла дверь и увидела мокрую насквозь Оливию с каменным лицом и размазанной под глазами тушью. — Что случилось? — Ребекка буквально втянула ее в квартиру, а та лишь, молча, ее обняла.