(Even at my worst) I m best with you

— Ещё не пятница? — стонет Чимин. Он развалился в своём любимом кожаном кресле в кафе, где работает Чонгук, одна рука драматично заломлена ко лбу. — Сейчас буквально утро понедельника, — отвечает Сокджин. В отличие от Чимина, который в лучшем случае наполовину жив, Сокджин выглядит свежим, как огурчик, методично потягивая свой кофе, закинув ногу на ногу. Юнги ворчит, высасывая свой кофе со льдом как живую воду. (Что, в восемь утра понедельника, почти так и есть). — Не напоминай мне. — Я так понимаю, вы, ребята, совсем не ранние пташки, — говорит Намджун с усмешкой. Он сидит на диванчике, обняв рукой Тэхёна, из-за чего Чонгук молчаливо мучается последние пятнадцать минут. Фактически он должен работать прямо сейчас, но он упал на стул после того, как принёс своим друзьям напитки, и с этого момента не мог сдвинуться. — Как ты догадался? — говорит Чонгук, слегка язвительно. Тэхён строит гримасу, глядя на него, и Чонгук сразу чувствует себя виноватым. Ему нужно стараться лучше держать под контролем своё мнение при Намджуне. — Давайте немного пофантазируем насчёт выходных, — предлагает Хосок, утешительно похлопывая Юнги по волосам. — У кого-нибудь есть прикольные планы? — Мы с Тэ уезжаем на выходные, — вызывается Намджун. Подождите-ка, мать вашу. Чонгук выпрямляется на своём месте, не замечая настороженного взгляда Чимина в свою сторону. Внезапно он чувствует себя гораздо бодрее, чем минуту назад. — О, правда? — восторженно отвечает Хосок. — Как романтично! Куда вы едете? Пары устраивают романтические вылазки на выходных. Ну, серьёзные пары. Серьёзные пары, которые состоят в серьёзных отношениях и собираются быть вместе какое-то время. Они устраивают романтические выходные и романтический секс на кроватях, усыпанных лепестками роз, и, блядь, Чонгук не может дышать. — Всего лишь номер с завтраком за городом, — говорит Намджун. Звучит убого, по мнению Чонгука. — У Джуна друг — владелец, — добавляет Тэхён. Конечно, у Джуна есть друг, который владеет грёбаными номерами с завтраками за городом. Чонгук не владеет даже зонтом. — Звучит и правда мило, — говорит Чимин. — Чем собираетесь там заняться? Тэхён и Намджун смотрят друг на друга с нежностью. Чонгуку нужно выйти из этого разговора немедленно. — Наверно, просто хорошо провести время вместе, — говорит Тэхён, улыбаясь. Чонгук резко встаёт, заставляя остальных повернуться и уставиться на него. — Я, э, — кашляет он. — Надо вернуться к работе. Это — я — моя смена. Он разворачивается на каблуке и спешит обратно за стойку, прикладывая, возможно, больше усилий, чем требуется, чтобы приготовить капучино для следующего покупателя. Через минуту или около того, Сокджин подходит проверить его под предлогом посмотреть выпечку для завтрака. — Ты в порядке? — между делом спрашивает он, наклоняясь, чтобы разглядеть пончик с кремом. Чонгук вдыхает через нос, стараясь звучать нормально. — Прекрасно. Отлично. Я бы даже сказал, лучше некуда. Сокджин хлопает глазами. — Ты просто казался немного расстроенным из-за того, что Тэ и Намджун уезжают на выходные. — Кто, я? — говорит Чонгук, выдавая натужный смешок. — Нет, сэр, неа, я в порядке. Я надеюсь, они здорово проведут время на отдыхе. То есть, я думаю, за городом водятся медведи, поэтому надеюсь, что Намджуна не съедят, но, не считая этого, всё хорошо. Сокджин слегка хмыкает, дотягиваясь через стойку, похлопывая Чонгука по руке. — Держись, Чонгук-а. Я знаю, это нелегко. Чонгук не собирается плакать. Нет. Сокджин оставляет его одного, по-видимому, чувствуя, что Чонгуку нужно немного времени. Он занимает себя приготовлением напитков, намеренно не глядя туда, где его друзья (и Намджун) всё ещё сидят, неизбежно откладывая поход на работу. Он так сосредоточен, что даже не замечает, как Намджун приближается к стойке, чуть не проливая горячий кофе на себя, когда поднимает глаза и видит, что тот стоит там. — Здорово, — приветствует его Намджун, улыбаясь. Он крутит свой стакан для кофе в воздухе. — Тэ рассказал, что ты мог бы плеснуть мне ещё кофе в дорогу. Это то, что Чонгук регулярно делает для своих друзей, украдкой наливая им ещё бесплатную порцию, как истинно образцовый работник. Однако, это не то, что он хотел бы сделать для дурацкого Намджуна с его дурацкими очками. У него уже есть Тэхён, ему действительно нужна ещё и бесплатная порция эспрессо? — Прости, мне придётся взять с тебя плату за экстра-порцию, — говорит ему Чонгук своим самым профессиональным голосом. Намджун на секунду колеблется, но потом, кажется, приходит в себя. — Оу, хорошо, — говорит он, вытаскивая кошелёк. — Без проблем. Когда он оплачивает, Чонгук наливает ещё порцию, и затем Намджун ему кивает и отправляется на работу. Краем глаза Чонгук видит, как тот склоняется, целуя макушку Тэхёна на прощание, но он быстро перенаправляет своё внимание на активное протирание стойки. Несколько минут спустя Чонгук возвращается в зал, после того как унёс корзину с грязными тарелками на кухню, когда Тэхён прижимает его, губы его сложены в тонкую линию. — Намджун сказал, ты заставил его заплатить за экстра-порцию эспрессо, — прямо говорит он. На его лице такое выражение, и Чонгук знает его достаточно хорошо, чтобы понять, что это выражение означает, что он попал. — Всем приходится платить за экстра-порции, хён, — отвечает Чонгук, выбирая роль дурачка в качестве обороны. — Это политика кафе. Как и ожидалось, Тэхён не впечатлён этой отговоркой, его глаза сужаются, пока он разглядывает Чонгука. — Ты никогда не берёшь ни с кого из нас. Чонгук пожимает плечами, дёргая заусенку. — Это потому, что вы, парни, — мои лучшие друзья. Я пока ещё не знаю Намджуна так хорошо. — Серьёзно? — говорит Тэхён, скрещивая руки на груди, как он часто делает, когда раздражён. — У тебя с ним какие-то проблемы или как? — Нет, — врёт Чонгук. Он звучит точь-в-точь как капризный школьник, и он понимает, что Тэхён думает так же по тому, как его глаза сужаются ещё сильнее, а губы надуваются. — Ты уверен в этом? — настаивает он. — Потому что ты странно вёл себя с ним всё это время, и я не могу понять, почему, ведь он только и делал, что мило вёл себя с тобой. Потому что я хочу тебя, а он мешает, хочет закричать Чонгук. Потому что каждый раз, когда я вижу вас вместе, мне кажется, я умираю. Вместо этого он решается на частичную правду. — Просто я всё ещё привыкаю к тому, что он рядом, — угрюмо произносит он. — Мне не нравится, что приходится делиться то... своими хёнами. — Просто думай о нём, как о новом хёне, — говорит Тэхён, немного смягчаясь. — Не то чтобы он заменит тебя. Чонгук удивляется, как так Тэхён всегда, кажется, понимает суть того, что беспокоит Чонгука, прежде чем он сам додумается до этого. — Вы только что зависали все вместе без меня, — дуется Чонгук. — У тебя смена, Гукки, — ласково говорит Тэхён, закатывая глаза. — Мы буквально зависаем на твоём рабочем месте, чтобы ты не чувствовал себя брошенным. Чонгук сопит, рассматривая свои ноги. — Наверно. — Просто будь добрее к Намджуну, хорошо? — говорит Тэхён, протягивая руку и трогая Чонгука за плечо. — Я надеюсь, он будет рядом какое-то время, но мне нужно, чтобы он поладил с моим лучшим другом. Удивительно, как одно это предложение может одновременно согреть Чонгуку сердце и разбить его. — Хорошо, — мямлит он. — Спасибо, — улыбается Тэхён, сжимая его плечо. — Мне надо идти на работу. Увидимся потом, окей? Чонгук кивает, не до конца позволяя себе отвечать. Он наблюдает, как Тэхён уходит, и мечтает просто провалиться сквозь пол и исчезнуть навсегда. Возможно, если он везде начнёт кашлять на выпечку, его начальник отправит его домой на больничный. Если Намджун действительно собирается быть рядом «какое-то время», тогда Чонгуку нужен план игры. Он не может продолжать в том же духе, безнадёжно сохнуть по Тэхёну, чувствуя тяжёлый груз на душе каждый раз, когда он видит их или думает о Тэхёне с Намджуном вместе. Это разрушит его жизнь, и, если он не будет осторожным, это может разрушить его отношения с Тэхёном. Он плюхается обратно на диваны, где всё ещё сидят остальные его друзья, рядом с Юнги, притворяясь, что не замечает того, как на него поглядывает его коллега из-за стойки. Это личная чрезвычайная ситуация, и ей придётся смириться с этим на несколько минут. — Парни, вы можете меня познакомить с кем-нибудь? — тихо спрашивает он. — Буквально с любым, кого вы знаете, у кого есть действующий член и немного индивидуальности. Мне надо отвлечься. Все они смотрят на него с сожалением, и Чонгук чувствует себя жалким и в целом злым на весь мир за то, что он попал в такую ситуацию. — У меня есть несколько коллег, — предлагает Сокджин. — У меня тоже, — радостно добавляет Хосок. — Уверен, они прыгнут выше головы за возможность встретиться с нашим Гуком. Чонгук слабо улыбается в ответ. Слишком плохо, что единственный человек, который, как ему бы хотелось, прыгнул выше головы, больше в этом не заинтересован. Юнги лохматит его волосы. — Я свожу тебя выпить сегодня вечером, — заявляет он. — По-жёсткому. — Звучит хорошо, хён. Выпивка с Юнги обычно заканчивается дикой головной болью и серьёзным истощением чонгуковых запасов обезболивающего, но он думает, что это, возможно, стоит того, в обмен на те несколько часов, когда он не утопает в собственной тоске. Возможно, он даже найдёт кого-то, чтобы привести домой, и действительно отвлечётся на какое-то время. Его друзья нянчатся с ним ещё немного, пока, с громким стоном, он не соскребает себя с места и идёт обратно работать. Последнее, чего он хочет в разгар его личного кризиса, — быть уволенным за безделье на работе, именно на это он и нарывается сегодняшним утром. Ему придётся купить коллеге что-то из выпечки или вроде того, чтобы она не наябедничала начальнику. Понедельники нахрен хуже всего. *** Когда Тэхён заходит в квартиру к Чимину и Чонгуку поздним утром в пятницу, его встречает очень растрёпанный, очень похмельный Чонгук. У него на шее синяк, как предполагает Тэхён, от чьих-то губ, его футболка вывернута наизнанку, а его волосы торчат под такими углами, какие Тэхён ранее не посчитал бы физически возможными. Он мычит при виде Тэхёна, когда открывает дверь, склоняясь вперёд, пока его голова не упирается Тэхёну в плечо. — Доброе утро, солнце, — говорит Тэхён, направляя Чонгука задом наперёд и толкая дверь, чтобы она захлопнулась. Он поднимает руку и осторожно гладит Чонгука по затылку. — Тяжёлая ночка? — Ммф, — отвечает Чонгук. Тэхён мягко усмехается. — Рассказывай. — Ходил на свидание, — бормочет Чонгук. — Кажется, там был парень. Точно был алкоголь. — О боже. — Ага. — Ты выпил лекарство? — Жду, когда подействует. — Он стонет, задирая голову, и плетётся на кухню, падая за стол. — Что ты здесь делаешь? — Я беру у Чимина походные ботинки, — объясняет Тэхён, и внутри нервное ощущение разлетающихся бабочек, как всегда бывает, когда он думает о выходных с Намджуном за городом. Он определённо взволнован, но ещё он думает, что у них, вероятно, будет секс в первый раз в эти выходные, и от этой мысли он немного на взводе. — Оу, — говорит Чонгук, делая гримасу, которая, по мнению Тэхёна, связана с похмельем. — Точно. — Ты не возражаешь, если я возьму твой зарядник, пока я здесь? — спрашивает Тэхён. — Мой телефон умирает, а мне сейчас нужно встретиться с Намджуном. Чонгук кивает, неопределённо махая рукой в сторону его комнаты. — Верхний ящик стола. — Спасибо. Тэхён заходит в комнату Чонгука, и на сердце теплеет от знакомого запаха и явных следов Чонгука повсюду. Немного больше беспорядка, чем обычно, наверно, потому что он напился прошлой ночью — кровать не заправлена, одежда на полу, обувь, которая выглядит, как будто её скинули как попало. Цветные карандаши, которые Тэхён ему подарил, всё так же показательно разложены на столе, и Тэхён с нежностью улыбается, когда их видит. Открывая верхний ящик стола, Тэхён сразу же замечает зарядник. Однако он отвлекается на стопку листов под ним, несколько рисунков, по-видимому, чонгуковых. Стиль и цветовая гамма схожи с теми, что Чонгук показывал ему несколько недель назад, но Тэхён никогда раньше не видел эти. Охваченный любопытством, он вытаскивает из стопки несколько верхних, просматривая их, пока не наталкивается на кое-что, что заставляет его застыть на месте. Это рисунок его самого, крупный план его лица — глаза опущены вниз, ресницы распадаются веером, а его губы выглядят полными и розовыми. На рисунке он выглядит красивым, если честно, и это поражает его, потому что он никогда не знал, что Чонгук рисовал его, не говоря уже о том, что Чонгук видел его в таком плане. Это как-то странно действует на его сердце, вызывает прилив надежды, которую он изо всех сил подавлял с тех самых пор, как встретил Намджуна. — Тэ? Звук голоса Чонгука со стороны дверного проёма пугает Тэхёна настолько, что он роняет остальные листы, которые он держит, смущённо встречаясь взглядом с чонгуковым. Он не ожидает такого взгляда, который он получает в ответ, что-то типа паники с выпученными глазами, пока взгляд Чонгука мечется с Тэхёна к листам на полу и обратно. — Прости, я - — Не смотри их, — хрипит Чонгук, бросаясь вперёд, чтобы подобрать листы, которые сейчас разбросаны по маленькой комнате. Тэхён опускается на колени, чтобы помочь ему, немного смущённый и немного встревоженный, но Чонгук издаёт очередной панический возглас и отталкивает его руки. — Не - Какое было окончание предложения, Тэхён никогда не узнает, потому что в этот момент его взгляд падает на другой рисунок, на этот раз двух человек. Дыхание застревает у него в горле, когда он понимает, кто это — он и Чонгук, растянувшиеся вместе на кровати, соприкасающиеся лбами и носами, переплетающие пальцы. Он моргает несколько раз, уверенный, что ему это привиделось, или он спутал двух людей, но чем больше он смотрит, тем яснее это становится. Наверно, это потому, что такой образ он рисовал в своей голове так часто, развитие событий, которое он так долго ждал, желал неоднократно. Его пальцы смыкаются на том же листе бумаги, который захватывает и рука Чонгука, чуть ли не раздирая рисунок пополам в попытке забрать его у Тэхёна. Тэхён чувствует, как его сознание работает одновременно и очень медленно, и очень быстро, миллионы мыслей крутятся, но ни одна из них не сходится в связную мысль. Он знает, что это что-то значит, знает, что Чонгук не стал бы так психовать, если бы это было не так, но его мозг всё равно не может дойти, постичь суть того, что происходит в настоящий момент. — Нет, нет, нет, нет, нет, — истерично бормочет Чонгук, возможно, самому себе, возможно, Тэхёну. Он плюхается на пол и отползает подальше от Тэхёна, насколько это позволяет его крошечная комната, останавливаясь только когда его спина упирается в торец кровати. Он быстро засовывает под неё рисунки, всё это время наблюдая за Тэхёном огромными, перепуганными глазами. — Гук, — говорит Тэхён, усиленно пытаясь разговаривать сквозь звон в голове. — Гукки, это было - — Не надо, — обрубает Чонгук, закрывая своё лицо ладонями и безнадёжно мотая головой. — Не надо, Тэ, пожалуйста - Но Тэхён не может остановиться, не сейчас, когда он видел то, что видел, когда это может означать… — Это был рисунок — нас? Тебя и меня? — Нет, — упрямо твердит Чонгук, хотя его глаза расширяются ещё больше, что видно между пальцами. Он реально так ужасно врёт, что Тэхён иногда задумывается, зачем он вообще заморачивается. — Гукки, — тихонько говорит Тэхён, пододвигаясь ближе. — Что — почему у тебя такие рисунки? — Это ничего не значит, — настаивает Чонгук, умоляюще глядя на него. — Это не — я пережил это, ничего серьёзного - Тэхён резко вдыхает. — Пережил это? Чонгук замирает. — Чонгук, — Тэхён переводит дыхание. Его сердце громыхает в ушах. — У тебя были — у тебя есть чувства ко мне? Чонгук издаёт какой-то уязвлённый возглас, его руки беспомощно падают на колени. Медленно, он кивает, кажется, будто это причиняет ему физическую боль, и весь тэхёнов мир переворачивается с ног на голову. Когда Тэхён говорит, что ему нравился Чонгук годами, он не преувеличивает. Конечно, он встречался с другими людьми, и был период в два года между его выпуском из университета и выпуском Чонгука, когда он вроде, наверно, в целом пережил это, но чувства были практически всегда в той или иной форме, с тех пор как они познакомились. И неразрывно с этими чувствами всегда шло какое-то покорное принятие, что, возможно, это никогда не случится. По многим причинам, но в основном потому, что Чонгук никогда не казался заинтересованным, и Тэхён никогда не хотел рисковать их дружбой. Всё как обычно. Поэтому, естественно, услышать это означает испытать лёгкий шок. Огромный шок на самом деле. Шок типа потерял-дар-речи-потому-что-его-мозг-буквально-взрывается. Прежде чем он что-то произносит, Чонгук решает заговорить. — Даже если так? — начинает он, сжимаясь в защитном жесте. — У тебя первого были чувства ко мне! Подожди, что? — Подожди, что? — получается сказать у Тэхёна, его собственные глаза становятся огромными. Его щёки заливает краска, потому что, стойте-ка, нет, Чонгук не должен был узнать об этом. — Как - ? — Хоби-хён рассказал мне, — вздыхает Чонгук, смирившись. — Это было случайно. Тэхён таращится на него, ошарашенный. Его мозг не может справиться со всей новой информацией, которую он сейчас получает. — Когда? — В мой день рождения, когда они отдали мне твой подарок, — отвечает Чонгук сокрушённым голосом. — Пока ты был в Америке. Встречая Намджуна. Намджун. Блядь. — Блядь, — выдыхает Тэхён, внезапно вспоминая, что у него очень даже имеется парень, с которым он должен уехать всего через несколько часов. Твою мать, он не думает, что эмоционально готов разбираться со всем этим прямо сейчас. Это кажется каким-то жестоким совпадением, но его (умирающий) телефон вибрирует сразу после этого от сообщения самого Намджуна. Джун <3 Машина собрана! Хочешь, пообедаем перед тем, как поедем? Тэхён печатает быстрый ответ почти механически. Я Конечно, скоро буду — Мне надо идти, — говорит он, поднимая взгляд обратно на Чонгука. Его сердце сжимается от того, как Чонгук, кажется, ещё сильнее сникает, но он не может остаться здесь прямо сейчас. У него есть парень, и у него запланирована поездка, и он всё ещё не может поверить, что всё это происходит на самом деле. — Я — Намджун ждёт меня, мы скоро уезжаем. Чонгук молча кивает, подтягивая колени к груди и обхватывая их руками. Он выглядит маленьким и грустным, и Тэхён хочет обнять его, но ему также нужно убраться отсюда, пока он именно это и не сделал. — Я — мы поговорим? — глупо говорит он, вставая на ноги и пятясь к двери. Он улавливает глухое «хорошо» Чонгука, прежде чем поворачивается и мчится со всех ног из квартиры, по пути хватая походные ботинки Чимина. Тэхён преодолевает два пролёта лестницы, прежде чем ему приходится сесть и взять себя в руки, сердце колотится так сильно в груди, что трудно дышать. Он склоняется, прижимаясь лбом к коленям, задом сидя на грязной гранитной ступеньке, потому что чистота его штанов — явно последнее, что его волнует в этот момент. Он ошеломлён и так, так смущён, и он понятия не имеет, что делать или как разрешить эту ситуацию. Он был в процессе преодоления чувств к Чонгуку, правда был. Прогресс идёт медленно, и в некоторые моменты он ловит себя на том, что возвращается в прежнее состояние, но они с Намджуном продвигаются вперёд в их отношениях, и он этому искренне рад. Намджун делает его счастливым, и у них намечается что-то хорошее, и они собираются уехать в выходные, и наконец-то будет секс, и, наверно, они влюбятся друг в друга немного сильнее. У Тэхёна план, видите, и это хороший план, и он хочет его придерживаться. А ещё Чонгук. Чонгук. Как у него может быть план с кем-то другим, когда есть Чонгук?