7
14 марта 2020 г., 15:27
Проходит несколько недель, и жизнь постепенно возвращается в норму. Или новую норму, думает Тэхён. Отношения между ним и Чонгуком всё ещё неловкие и натянутые, поэтому всё совсем не так, как было прежде, но по крайней мере это лучше, чем Чонгук, который в открытую отказывается видеть его. Хотя бы Тэхёну удаётся присутствовать рядом и цепляться за надежду, что когда-нибудь Чонгук сможет до конца простить его.
Однако это тяжело. Наравне с тем, что Тэхён предпочитает это абсолютному отсутствию Чонгука в своей жизни, тяжело находиться рядом и не чувствовать тоску. Каждое напряжённое взаимодействие напоминает о том, что он потерял, и Тэхён почти уверен, что это медленно убивает его.
Как если бы это всё было недостаточно плохо, однажды, примерно через месяц после инцидента, Чонгук заявляет, что он собирается на свидание. Он не делает это специально и не бросает это в лицо Тэхёну, но когда Хосок спрашивает его, не хочет ли он пойти выпить вечером, Чонгук объясняет, что не может.
— Я, э, — неловко говорит Чонгук. Они сидят в кафе, составляют ему компанию в его раннюю смену, прежде чем сами пойдут на работу. Его короткий зелёный фартук съехал низко на его бёдрах, и Тэхён не знает, почему он находит это привлекательным, но это так. — Вообще-то у меня свидание вечером.
Он говорит это тихо, торопливо, как будто не хочет, чтобы они услышали. При других обстоятельствах они наверняка заставили бы его повторить это, только чтобы посмотреть, как он будет выкручиваться, но в этот раз никто так не делает. Внезапно в воздухе ощущается напряжение, и Тэхён знает, что они физически себя сдерживают, чтобы не обернуться и не посмотреть на его реакцию.
— Оу, — говорит Сокджин с притворной радостью. — Это мило.
Чонгук кивает, смотря куда угодно, только не на Тэхёна. Хотя это, наверно, к лучшему; Тэхёну не очень везёт с контролем своего выражения лица в настоящий момент. — Ага.
— Что за парень? — спрашивает Юнги.
Чонгук пожимает плечами. — Просто парень, которого я встретил в баре в прошлый выходной. Друг Югёма.
— Классно, — говорит Хосок, хотя выглядит он так, будто эта новость далеко не классная. — Ну. Повеселись.
Чонгук благодарит его и спешит вернуться к работе, оставляя их беспокойно переводить внимание на Тэхёна. Тот погружается глубже в диванные подушки, благодарный за беспокойство, но совсем не готовый иметь дело с их жалостью прямо сейчас.
Будучи идеальным соулмейтом, Чимин бросает взгляд на Тэхёна и вмешивается прежде, чем кто-то найдёт, что сказать. — Давайте поговорим о чём-нибудь другом, — решительно говорит он, закидывая руку Тэхёну на плечи. Тэхён благодарно приникает к нему, немедленно выпадая из разговора.
Не то чтобы это сильно удивляло — то, что происходит, но Тэхён всё ещё как будто отрицает это. Он так погряз в своей собственной печали и вине, что и думать забыл, что, возможно, Чонгук встречается с другими людьми. Однако сейчас, когда это происходит, Тэхён не уверен, что когда-нибудь сможет думать о чём-то ещё. Кто-то другой трогает Чонгука, смешит его, целует его губы. Картинки меняются, как будто мазохистское кино разворачивается в его голове до такой степени, что он хотел бы, чтобы кто-нибудь дал ему в лицо, и на какое-то время он мог думать о чём-то другом.
В тот вечер Чимин объявляется на его пороге, держа в руках ведёрко с мороженым и бутылку водки размером приблизительно с его голову. Тэхён даже не приглашал его, но в тот момент, когда он слышит звонок, он знает точно, кто это.
— Как жизнь, чувак? — говорит Чимин, проносясь мимо Тэхёна и направляясь на кухню. Тэхён плюхается на диван и ждёт, когда Чимин появится с набором низких стаканов и парой ложек. — Я понял, что это не совсем вечер боулинга, — объясняет он. В качестве согласия Тэхён просто берёт ложку и ныряет в мороженое.
— Если тебе от этого станет легче, я не думаю, что он действительно хотел пойти, — говорит Чимин, в то время как Тэхён впадает в ступор.
От этого Тэхёну и правда становится легче, но от факта, что ему становится легче, ему становится также хуже. Чонгук заслуживает быть счастливым, и не его вина, что Тэхён совершенно упустил свой шанс стать тем, кто позволит этому случиться.
— Я хочу, чтобы он был счастлив, — говорит Тэхён, и тут же бросается в слёзы.
— Ох, Тэ, — нежничает Чимин, прижимаясь ближе к нему и обхватывая Тэхёна рукой. — Будет легче, я обещаю.
— Я всё разрушил, — голосит Тэхён, хватаясь за чиминову футболку. — Я обидел Намджуна, обидел Гукки. Вот что я получил за то, что я такой дерьмовый человек.
— Ким Тэхён, — строго говорит Чимин, отклоняясь назад, так, чтобы он мог стереть большим пальцем слёзы с глаз Тэхёна. — Ты совершил ошибку, но ты не дерьмовый человек, хорошо? Ты думаешь, я бы стал платоническим соулмейтом дерьмового человека?
Тэхён обдумывает это и издаёт расстроенный возглас, когда он понимает, что логика Чимина здравая. Истинный ангел Пак Чимин не стал бы платоническим соулмейтом кого-то эгоистичного и испорченного, только если это не какая-то программа сострадания, которая сводит прекрасных людей с ужасными людьми в надежде сделать последних менее ужасными.
— Просто я правда скучаю по нему, — шмыгает Тэхён.
— Я знаю, — успокаивает Чимин, гладя его по волосам. — Он тоже скучает по тебе. Он просто… осторожен сейчас. — Он вздыхает. — Ты же знаешь, какой Гук, ему нужно пройти через это в своём темпе.
Тэхён кивает, громко сморкая нос, когда Чимин передаёт ему новую салфетку.
— Только продолжай напоминать ему, что тебе не всё равно, хорошо? — говорит Чимин. — И попытайся быть терпеливым. Восстановление доверия не случается за одну ночь.
— Ты мудрейший соулмейт на свете, — торжественно заявляет Тэхён.
Чимин хихикает, щипая его в бок. — Конечно же, я такой. А теперь торопись и ешь мороженое, которое я тебе купил, пока оно не растаяло и не затопило тут всё.
***
Да, Чонгук, возможно, не должен был соглашаться идти на свидание. Парень достаточно милый и приятный, но Чонгук был не особенно заинтересован в нём, когда они познакомились, и всё так же не заинтересован сейчас. Он просто был не в состоянии придумать какое-то оправдание не идти, не признавая при этом, что он всё ещё не забыл Тэхёна.
Но сейчас, сидя в этом баре и пытаясь вести себя заинтересовано, пока этот парень рассказывает ему про Высшую лигу по фрисби, членом которой он является, Чонгук на самом деле больше не может отрицать это. Лучше бы он был с Тэхёном. Лучше бы он был дома, слушая, как Тэхён рассказывает о пищеварительной системе китов, чем здесь, на свидании с этим идеально милым, интересным, привлекательным парнем. И это нахрен реально его высаживает.
В этот момент он осознаёт, что отчасти он упрямится, не желая забывать всё, что произошло со списком. Или, возможно, упрямится — неправильное слово, возможно, боится — лучший вариант. Может, он зацикливается на своей злости, потому что это безопаснее, чем снова стать уязвимым перед Тэхёном. Может, он напуган из-за того, что если они всё-таки будут вместе, Тэхён увидит всё неправильное, что на самом деле есть в нём, и передумает.
В итоге, после одного выпитого бокала он вежливо просит извинить его и идёт на встречу с Хосоком и Юнги в баре. Они оба в восторге увидеть его, разве что немного удивлены.
— Что случилось с твоим свиданием? — спрашивает Хосок.
Чонгук пожимает плечами, усаживаясь за столик рядом с Юнги. — Не зацепило. — Это не абсолютная ложь, это просто не вся правда.
— Оу, — говорит Хосок, сочувственно кивая. — Всё нормально. Такое бывает иногда. — Когда Чонгук ничего не отвечает, он добавляет нерешительно: — Это было из-за — эмм - ?
Чонгук низко сутулится, закрывая руками лицо. Он не хочет признаваться в этом, но он также совсем не умеет врать. — Я ненавижу это чувство.
Юнги отводит одну его руку от лица, так чтобы он мог всунуть в неё стакан с пивом. — Возможно, тебе стоит сосредоточиться на том, чтобы простить его как друга для начала, — говорит он в своей небрежно-мудрой манере. — Прежде чем ты подумаешь о чём-то ещё.
И, как часто бывает с советами от Юнги, Чонгуку это помогает. Это располагает к большему восприятию, когда на следующей неделе Тэхён подходит к нему, нервничая, со сжатым в руках голубым флаером.
Они находятся в квартире Сокджина и Хосока, и атмосфера, как всегда, шумная и сумбурная. Хосок с Юнги пьяны и заняты чем-то, что Чонгук предполагает, должно быть рэп-баттлом; Сокджин наблюдает за ними с большими, полными ужаса глазами, в то время как Чимин громко болеет за них и пытается убедить их снять футболки. Чонгук встаёт, чтобы взять ещё одно пиво (потому что, честно, он слишком трезвый для этого), но он не осознаёт, что Тэхён пошёл за ним, пока не слышит неуверенное «Эй, Гук?»
Распрямляясь, он обнаруживает, что Тэхён настороженно разглядывает его, зажав нижнюю губу между зубами. — Я, э, — запинается он. — Эта женщина из моего дома, она организует выставку для местных художников. Я подумал, тебе может быть интересно поучаствовать в чём-то подобном.
Он протягивает голубой флайер, и когда Чонгук берёт его, он понимает, что руки Тэхёна дрожат. От этого что-то ломается внутри него.
— Ох, — неловко говорит он. Позади он слышит, как визжит Чимин, и, предположительно, это означает, что Хосок в конце концов снял свою футболку. — Э, спасибо. Мне надо, ну, подать заявку или что?
Тэхён мотает головой, округляя глаза. — Она вообще-то, а, видела тот твой рисунок, с китом в небе? Она думала, это мой, и была в восторге, сказала, что я должен поучаствовать.
Чонгук моргает. — Как - ?
— Он висит у меня в квартире, — тихо произносит он, краснея.
Что-то происходит с чонгуковым сердцем в тот момент, тёплое трепещущее нечто. Это заставляет его почувствовать нежность к Тэхёну, которую он не испытывал с тех пор, как вся эта фигня случилась.
— Оу. — Чонгук прочищает горло. — Э, ну, я обязательно проверю. Спасибо, Тэ.
Всё лицо Тэхёна озаряется широкой улыбкой, и он решительно кивает, заметно успокоившийся. Чонгук ощущает очередной всплеск нежности к Тэхёну.
— Конечно, — говорит Тэхён.
Потом они поворачиваются и вместе направляются обратно к остальным друзьям.
***
Чимини <3
всем надо отменить свои планы и прийти вечером
я только что нашёл жёсткий диск со всеми видео которые я записывал в колледже
лол гук выглядит как будто ему 12
***
— Чонгук буквально выглядит как младенец, — говорит Сокджин, вытирая с глаз слёзы от смеха, пока они смотрят видео, как двадцатиоднолетний Хосок пытается учить Чонгука, которому только исполнилось восемнадцать, танцевать. На экране Чонгук с детским личиком и ужасной причёской, но, глядя на него, Тэхён мучается от нежности, потому что он помнит те дни так, так хорошо. Чонгук был таким скромным в то время, но это только увеличивало интерес Тэхёна к нему, хотелось пробиться через застенчивость и выяснить, чем он живёт.
— Ты слишком старый, чтобы вообще быть на этих видео, хён, — отвечает Чонгук, но он тоже смеётся.
Они занимаются этим почти час, компьютер Чимина подсоединён к телевизору, чтобы они все могли собраться вместе и посмотреть эти отрывки прошлого. Подколы безжалостные; чиминовы волосы, тэхёнова одежда, Юнги, дующийся каждый раз, когда один из них суёт ему в лицо телефон поснимать. Там, в роликах, они делают всё на свете, пьют, едят, идут в парк развлечений, даже один десятиминутный кусок, где просто Чимин и Тэхён хихикают вместе в темноте.
(— Мы наверняка были под кайфом, — говорит Чимин.
— Без вопросов, — соглашается Тэхён).
— О, смотрите, это зимний бал у Чонгукки! — кричит чуть позже Чимин. Они дошли до съёмок на старшем курсе Тэхёна и Чимина, и Тэхён печально объявляет, что его чувство стиля всё также было весьма сомнительно в то время.
На экране появляется Чонгук, который выглядит всё ещё молодо, но также очень красиво в простом чёрном костюме. Его тёмные волосы слегка разметались по лбу, как будто он пытался уложить их, но не очень получилось, и сейчас он безуспешно возится со своим галстуком. Он хнычет Чимину, чтобы тот положил свой телефон и помог ему, но Чимин игнорирует его, вместо этого мило приговаривая, как эффектно и по-взрослому он выглядит по ту сторону камеры.
Надувая губы, Чонгук обращает своё внимание на кого-то за кадром. Тэхён вздрагивает, когда слышит своё имя. — Тэ, можешь помочь мне с галстуком?
Тогда в кадр шагает старшекурсник колледжа Тэхён, одетый в пару драных спортивных штанов и бандану, которая держит его волосы, чтобы не падали на лоб. Тэхён в настоящем времени наблюдает со странным напряжением в груди, как его прошлое «я» ловко поправляет галстук Чонгука, потом осторожно тянется и поправляет также его волосы.
— Спасибо, Тэ, — лыбится экранный Чонгук, и экранный Тэхён заметно краснеет. Тэхён вдруг чувствует себя неуютно, такой открытый и уязвимый перед всеми его друзьями. Его увлечение было так безнадёжно очевидно, он поражается, что Чонгук никогда не замечал.
Проходит ещё несколько минут, в течение которых Чонгук появляется, навязчиво проверяя свой телефон, в то время как в кадре туда-сюда мелькают остальные его соседи. Потом Чонгук подходит близко к экрану, лицо его обеспокоенное, и какое-то время они видят только часть его щеки и ухо, пока он говорит с Чимином.
— Он должен был быть здесь тридцать минут назад, — слышат они его подавленный голос. — И он не отвечает на мои сообщения.
Возвращаясь в гостиную, Юнги поворачивается к Чонгуку с негодующим выражением лица. — Твоя пара для бала кинула тебя?
Тэхён даже не слышит ответ Чонгука, потому что внезапно он вспоминает точно, что за вечер это был, и что случилось. Это что-то даже более неловкое и жалкое, чем они уже видели, и все его друзья — и Чонгук — увидят это.
На экране Чимин утешает Чонгука, что ему не нужна пара, чтобы пойти на бал. Чонгук недоверчиво усмехается и отходит, всё так же глядя в телефон. Камера немного трясётся, когда Чимин, по-видимому, идёт куда-то, и потом картинка останавливается снова на Тэхёне.
— Тэтэ! — шипит Чимин, заставляя Тэхёна поднять взгляд. — Ты должен пойти на бал с Чонгукки.
Экранный Тэхён выглядит совершенно ошарашенным этой мыслью, его щёки снова темнеют. — Что?
— Он убеждён, что не может пойти без пары, — объясняет Чимин. — Ты мог бы стать его рыцарем в сияющих доспехах!
Тэхён выглядит неуверенным. — Он не захочет пойти со мной, — тихо говорит он.
— Может, мы просто пропустим эту часть, — пытается настоящий Тэхён, щёки его горят. Остальные шикают на него, все взгляды прикованы к экрану.
— Заткнись, конечно, он захочет, — настаивает Чимин. — Давай, Тэ, это может быть твой шанс.
Тэхён никогда так сильно не желал, чтобы пол разломился и поглотил всё его жалкое существование.
Дальше происходит цепочка событий, которые он слишком хорошо помнит, его прошлое «я» нерешительно соглашается, на губах появляется маленькая, полная надежды улыбка. Камера следует за ним в его комнату, Чимин подбадривает его, пока Тэхён носится, собираясь, с нарастающим чувством волнения.
— Ты выглядишь так красиво, — говорит ему Чимин, как только тот одевается, камера перемещается по одежде Тэхёна. Сам Тэхён выглядит нервным и немного неуклюжим, щёки сияют от предвкушения, и сердце настоящего Тэхёна болит.
— Серьёзно, парни, я не думаю-
— Мы хотим увидеть, что будет! — говорит Сокджин, и поэтому Тэхён встаёт и идёт в сторону кухни, надеясь избежать их лица, когда они наконец увидят, чем всё обернётся.
На экране Чимин ведёт Тэхёна вниз по лестнице, пока они ищут Чонгука, одобрительно мурлыкая на ходу. — У тебя всё будет классно, Тэтэ, он совершенно точно поймёт, что он упус-
Он прерывается от внезапного появления в кадре Чонгука, в этот раз с широкой улыбкой, рука в руке с высоким симпатичным парнем, который также был в одном потоке с Тэхёном и Чимином. Тэхён не может вспомнить его имя, но он точно помнит, что тот был парой Чонгука для бала, и что после этого они несколько месяцев встречались. По абсолютно непредвзятому мнению Тэхёна, он был конченным мудаком, но Чонгук прилично на него повёлся.
— Ох, чёрт, — бормочет чиминов голос, когда Чонгук машет и исчезает со своей парой за дверью. Камера поворачивается обратно к Тэхёну, который сейчас стоит неподвижно с мрачным выражением лица. Чимин что-то мямлит, и кадр падает в пол на мгновение, пока не становится чёрным.
В комнате внезапно становится тихо, все глаза устремляются к Тэхёну, который неловко мнётся на кухне, не желая ничего, кроме как испариться. Он не может выдержать их взгляды, видеть жалость на их лицах от того, насколько ужасно, откровенно жалким всегда был Тэхён с Чонгуком.
— Это было действительно мило с твоей стороны, Тэ, — осторожно говорит Хосок. Остальные согласно восклицают.
Тэхён отстранённо пожимает плечами, намеренно глядя в пол. — Ну, да.
Он не знает, что ещё сказать. Я любил его. Я люблю его. Вот так просто.
Ему интересно, что думает Чонгук. Думает ли он тоже, что это было мило с его стороны или же странно. Или ему жаль Тэхёна. Или из-за этого он будет ещё больше опасаться налаживать их и без того хрупкие отношения.
Он слышит, как кто-то встаёт, потом звук шагов, и пара ног возникает в его поле зрения. У него перехватывает дыхание, когда он опознаёт носки как чонгуковы, его сердце подскакивает до глотки, когда одна ладонь ложится на его грудь, другая обхватывает шею. Нос Чонгука скользит по его щеке, слегка нажимая, и Тэхён судорожно втягивает воздух, потому что это, должно быть, сон или какая-то глупая шутка. Ни в одной возможной вселенной губы Чонгука прямо сейчас не скользят по его губам, мягкие, но настойчивые, просто идеальные, какими их и помнит Тэхён.
Его тело схватывает быстрее, чем мозг, руки поднимаются, чтобы крепко обхватить торс Чонгука. Он сжимает ткань чонгуковой футболки, отчаянно цепляясь за неё, и он даже не осознаёт, что плачет, пока Чонгук не отклоняется назад, чтобы аккуратно вытереть ему слёзы. Он бросает короткий, затуманенный взгляд на лицо Чонгука, эти нежные глаза и сладкую улыбку, прежде чем его собственное лицо вжимается Чонгуку в плечо, успокаивающая ладонь ложится ему на затылок.
— Всё хорошо, Тэ, — бормочет Чонгук, от чего Тэхён сотрясается в очередном всхлипе. Он не может сдержаться — просто он чувствует такое потрясение, такое облегчение сейчас, и кажется, будто все его эмоции, кипевшие внутри него весь последний месяц, наконец-то нашли выход.
— Прости, — мямлит он, поднимая голову и пытаясь взять себя в руки.
— Всё хорошо, — снова говорит Чонгук. Его тёплый взгляд встречается с тэхёновым, и Тэхён всё ещё наполовину уверен, что он, должно быть, видит сон.
Где-то краем глаза он замечает движение, и потом остальные окружают их, ласково улыбаясь.
— Мы пойдём немного потусуемся у Хосоки и Джин-хёна, — говорит Чимин, сам почти плача. Потом они потихоньку выходят из квартиры, и Тэхён с Чонгуком остаются одни.
— Не могу поверить, что ты сделал это для меня, — тихо говорит Чонгук. Они всё ещё стоят очень близко, едва ли несколько сантиметров между ними, и Чонгук склоняется вперёд, пока своим лбом не прикасается к тэхёнову.
Тэхён ощущает, как его щёки снова горят. — Конечно, — бормочет он смущённо, задыхаясь. Они с Чонгуком дышат одним воздухом, и он не знает, что об этом думать, не после того, какое напряжение у них было за эти несколько недель. — Ничего особенного не было.
— Для меня — да, — выдыхает Чонгук. Он легонько проводит костяшками пальцев по тэхёновым, и это похоже на прощение.
— Я бы всё для тебя сделал, — шепчет Тэхён. Его голос дрожит, но ему нужно, чтобы Чонгук знал, понимал. — Тогда. Сейчас.
Чонгук кусает свою губу, слегка сжимая рукава тэхёновой футболки. — Я знаю, — говорит он. Звучит это на полном серьёзе.
— И всё равно мне очень жаль, что я так поступил, — прорывает Тэхёна. Кажется, они достигли какого-то переломного момента, но вина всё ещё давит тяжким грузом. — Я правда — ты мой лучший человек во всём мире, Гук. Мне так жаль, что я заставил тебя сомневаться в этом.
— Всё хорошо, — мягко говорит Чонгук, легко соединяя их пальцы. Тэхён открывает рот, но Чонгук останавливает его. — Всё прошло, хорошо? Я прощаю тебя. — Он сжимает руку Тэхёна. — Я говорю тебе, я прощаю тебя.
Тэхён не собирается плакать. Нет.
— Не плачь, — успокаивает его Чонгук. Это нежно, так нежно, и Тэхён плачет ещё сильнее.
— Прости, — рыдает он, заикаясь. — Просто я правда скучал по тебе.
— Я тоже скучал по тебе, — бормочет Чонгук, используя свой рукав, чтобы вытереть слёзы Тэхёна. — Но теперь тебе больше не нужно скучать по мне, хорошо? Я прямо здесь.
Тэхён даёт себе несколько секунд, чтобы принять тот факт, что Чонгук на самом деле здесь, перед ним, что он улыбается, что он -
— Ты поцеловал меня? — выдаёт Тэхён. — Или у меня была галлюцинация?
Чонгук фыркает, по-доброму закатывая глаза. — Я поцеловал тебя.
Тэхён отрывисто кивает, его сердце колотится, потому что они всё ещё стоят так, так близко. Это кажется слишком, невозможно хорошо, чтобы быть правдой — что у него вообще появился второй шанс с Чонгуком, не говоря о втором шансе в этом. — Вау.
Чонгук лыбится, немного смущённо, немного игриво. — Я мог бы сделать это снова?
Сердце Тэхёна заходится.
— Пожалуйста, — выдыхает он, подаваясь вперёд.
Их губы соприкасаются, нежно поначалу. Тэхёновы ладони обхватывают лицо Чонгука, чонгуковы — его запястья. Он целует Чонгука, будто он бесценный, потому что он такой и есть, это мгновение — бесценно, и чёрта с два Тэхён всё испортит в этот раз.
— Не могу поверить, что я целую Чон Чонгука, — с трепетом говорит Тэхён, пребывая в восторге от ощущения губ Чонгука на его собственных. Если бы только его «я» из колледжа могло видеть его сейчас.
Чонгук запыхавшись, смеётся, и это приятнейший звук, который когда-либо слышал Тэхён. — Ты мог бы продолжить целовать Чон Чонгука на диване, — предлагает он, и желудок Тэхёна делает сальто.
— Да?
— Да, — подтверждает Чонгук, не отрывая губ от тэхёновых, в то время как ведёт их обоих в направлении дивана.
Тэхён падает спиной на подушки, утягивая с собой Чонгука, пока тот не садится верхом на Тэхёна. Это ново, и это возбуждает, и сердце Тэхёна бешено бьётся от того, как тяжело ощущается Чонгук на его бёдрах, и как Чонгук нависает над ним, весь раскрасневшийся и улыбающийся.
— Гукки, — говорит он, нерешительно опуская руки Чонгуку на бёдра. Это странно, потому что он трогал Чонгука так обыденно столько много раз, но внезапно каждое прикосновение обрастает особым смыслом. — Означает ли это, ну, — он делает паузу, сглатывая. — Мы делаем это, правда?
Чонгук склоняет голову вбок, трогая пальцами мягкие волосы в основании шеи Тэхёна. — Что ты имеешь в виду под «этим»?
— Ну — ты и я, — уточняет Тэхён, надеясь, что он звучит не слишком безнадёжно. Ему просто нужно знать, на какой они сейчас стадии, прежде чем он сможет полностью отдаться этому мгновению. Ему нужно знать, что это на самом деле именно то, что он хочет. — Вместе.
Чонгук наклоняется, пока их носы не соприкасаются, и им приходится скосить глаза, чтобы продолжать смотреть друг на друга. Глубоко серьёзным голосом он говорит: — Чёрт, да, мы делаем это.
И в тот самый момент кажется, будто всё просто — встаёт на свои места. Все мучения и боль в сердце, годы желания и сомнений, обида с обеих сторон — всё это соединяется и потом исчезает, оставляя в конце концов только их двоих.
Тэхён смотрит на улыбку Чонгука, такое очарование с кроличьими зубками и сморщенным носом, и кажется, будто солнечный свет разливается из его сердца, просачиваясь сквозь щели его грудной клетки, заставляя его сиять, светиться. Он сохранит это. Он сохранит это.
Он притягивает Чонгука в очередной поцелуй, одна рука всё так же на талии, крепкой, стройной и тёплой под ладонью Тэхёна, другая рука обхватывает его затылок. Чонгук отвечает с жаром, придвигаясь вперёд по тэхёновым бёдрам, проталкиваясь языком через губы Тэхёна в такой его дерзкой забавной манере. Оно кружит голову, это естественное удовольствие целоваться с кем-то, усиленное огромным светящимся знаком в его голове, напоминающим, что это Чонгук. Это то, какой Чонгук на вкус, то, как он использует свой язык, когда целуется, то, какие звуки он издаёт. Это то, чего Тэхён так желал с того самого дня, когда было снято глупое видео, да и раньше тоже.
— Я хочу, чтобы ты знал, — выдыхает Тэхён, отрываясь от его рта и исследуя гладкую кожу чонгуковой шеи. Чонгук слегка вздрагивает, и похожий на стон звук слетает с его губ, заставляя всю вселенную Тэхёна взрываться. — Я говорил серьёзно, когда говорил, что мне нравится буквально всё в тебе. — Он чуть отстраняется назад, гладя большими пальцами чонгуковы щёки. — Особенно твой нос и твои клёвые щёчки.
Чонгук закатывает глаза, но его румянец и огромная улыбка на лице выдают его. — Хоби-хён рассказал мне, что ты сказал, что мой нос бипабельный.
— Да, — немедленно подтверждает Тэхён, поднимая указательный палец и нежно нажимая на чонгуков нос. Чонгук в ответ морщит нос, но не отстраняется. — Это правда. Это самый милый нос на свете.
— Сейчас ты просто подлизываешься ко мне, — дразнит Чонгук.
— Нет, — настаивает Тэхён. Он чувствует головокружение, от чего он теряет способность фильтровать речь. — Ты мне нравился с колледжа, Гук. Я очень даже считаю, что ты — пуп земли. — Он замолкает, задумываясь. — Даже когда ты ведёшь себя как капризный ребёнок.
Чонгук фыркает, легонько толкая его в руку. Тэхён морщится в любом случае, потому что Чонгук сильнее, чем он осознаёт.
— Это взаимно, — говорит Чонгук, кусая нижнюю губу, как будто он пытается сдержать улыбку. Пройдёт ещё сколько-то времени, пока Тэхён привыкнет к этим жестам и словам, которые кажутся такими простыми, но так много значат. — То есть, даже до того, как у меня появились — чувства, я всё равно, — он делает паузу, переводя дыхание. — Ну, знаешь.
— Я знаю, — кивает Тэхён, оттопыривая мизинец. Он знает, что Чонгук любил его годами, в другом, но не менее настоящем смысле. — Лучшие друзья, что бы ни случилось, так?
Чонгук улыбается, довольный, что Тэхён понял его так просто. Он сцепляет их мизинцы. — Хочешь переночевать у лучшего друга и посмотреть фильмы про супергероев?
— Разумеется.
— И, может… поцеловаться ещё немного?
Тэхён смеётся, притягивая Чонгука в очередной поцелуй. Он такой, такой счастливый прямо сейчас. — Как будто тебе вообще надо спрашивать.
