Чисс (временное)

Гротескный интерфейс СЦУКО остался на линзах шлема, и автоматическая система вернула ложемент стрелка в начальное положение. Син откинулся на спинку, невидящим взглядом уперевшись в потолок. Короткая битва вымотала его. Перед глазами всё ещё стояли расчётные векторы и прицельные сетки, но бело-голубая палитра гиперпространства словно шептала об отдыхе. О расслаблении. — Молодец, Син! — Алия потрепала его по голове. — Куда там крайт-дракону до твоей ярости в бою! Молодец! Идём! Надо встретить наших героев! — А можно я тут посижу? Что я там не видел? — Идём, это приказ Лозанны, — зелтронка лучезарно улыбнулась, резко развернулась и качая бёдрами направилась к выходу с мостика. Чисс вздохнул и попробовал выбраться из ложемента. Пережитое напряжение отдавалось дрожью в руках и ногах такой силы, что пальцы просто не смогли ухватиться за подлокотники. Сину потребовалось волевое усилие, чтобы заставить себя подняться. Его мотнуло вбок, но ближайший астромех быстро подставил свой массивный корпус, не давая органику сверзиться на палубу. — Спасибо!.. — Уиуиии. Фьюю-ую. Воин должен держаться на ногах всегда. Даже когда ног нет. Син лишь хмыкнул и выпрямился. А потом решился довериться Силе. — Жахни меня электрошокером. — Уюююи? — астромех даже чуть-чуть отъехал от чисса. Ты перетрудился, юный мешок костей? — Нет, хочу проверить теорию, — Син закрыл глаза. — Давай! Без лишних возражений Р3 дроид ткнул в его ногу разрядником. Мышцу свело, чисс вцепился в полусферу «головы» астромеха и тихо выдохнул сквозь зубы короткое злое слово. — Так можно и мазохистом стать, — ранее незнакомое слово кольнуло виски, но Сину становилось всё проще обращаться к имплантированной памяти. Самое главное — ему стало лучше. Тело поглотило электрический разряд, распределяя энергию по мышцам. Чисс оттолкнулся от от астромеха, посмотрел на мелко дрожащие пальцы, вздохнул и поковылял за зелтронкой. Пока он сражался со слабостью, брёл вдоль стенки до лифта и спускался в трюм, агенты корпорации успели сбросить броню и негромко матерясь обрабатывали свои раны. Лозанна лишилась части мышц на левом плече. Что-то прорезало её доспех и плоть, одновременно опалив рану, над которой сейчас трудился Докмур. Арк сидел на контейнере и сосредоточенно смотрел, как Алия бинтует его правое бедро. Только Лийэ лежала на палубе, отбросивв сторону шлем, раскинув ноги, руки и лекку. — Ученик! — агент Амит слабо улыбнулась. — Ты молодец! СЦУКа отличное, но чрезвычайно требовательное устройство. Особенно для неопытных юнцов… Ай! Аккуратнее, железная голова! — Хозяйке необходимо беречь себя, а не подставляться под удары неизвестных противников, — проворчал дроид, удержавшись от оскорблений. — Поучи меня ещё, — буркнула Лозанна. — Лоза, Докмур прав. Ты подставилась под удар светового меча! — заметил агент Лот. — Не похоже на тебя. — Откуда я могла знать, что этот арканианец… Ломегв, мастер второй формы? Сколько же лет этой белогривой образине? — огрызнулась Лозанна. — Докмур, скоро ты?! — Скоро что? Вам необходимо в лазарет, как и агенту Лоту. Син смотрел и слушал, но не понимал. — Что у вас в итоге случилось? — Засада, ученик. Ай! Да хватит уже! — не выдержала Лозанна, но отмахнуться от дроида не смогла. — Лоза, идём в лазарет. Лийэ, девочка, раз уж ты самая профессиональная фехтовальщица сегодня, то тебе и ответ держать. Алия, поможешь встать? Зелтронка подхватила человека, позволяя опереться на себя. Лозанна встала сама, Докмур полетел вперёд. Чисс посторонился, пропуская ранненых. — Молодец, парень. Горжусь тобой, — шепнула ему учитель. — В лазарете спит дочь агента Лота, — шепнул он в ответ и пошёл к Лийэ. Тви’лечка так и не встала с палубы. Её лицо осунулось, голубая кожа побледнела, а на лекку ещё и чуть сморщилась. «Резкое похудание», — понял Син. — Вам здорово досталось, — начал он разговор. — Чего тебе, Синий? Иди отсюда, — она лениво отмахнулась, не открывая глаз. Её жизнь спасло чувство опасности. Лийэ резко дёрнула головой в сторону, и кулак чисса с электрическим хрустом ударил по палубе. — Не смей от меня отмахиваться, щупальцеголовая тварь! — прошипел Син. — Мы не на шахтах, а я не твой раб! Лийэ откатилась от взбесившегося чисса, грациозно вскакивая на ноги. Меч сам просился в руку, но после изматывающей схватки с республиканскими штурмовиками и прекрасно подготовленным мастером-джедаем, она не могла поклясться, что справится с озверевшим чиссом. Девушка подняла открытые ладони. — Спокойно. Я не хотела проявить к тебе неуважение. Она говорила медленно и проникновенно. Где-то на краю сознания мелькали образы будущего, где Син избивает её до состояния фарша. Это раздражало и нервировало. Его красные глаза отдавали золотом — Тёмная сторона снова бурлила в юноше, растекаясь вокруг. Он молчал, пожираемый изнутри чёрным пламенем ненависти. Эта… тварь посмела вести себя как те. Застарелая боль души снова рванула наружу, подогревая разрушительные желания. Единственной преградой для этой волны, стала мысль о том, что она бы не одобрила. Но это оказалось достаточно, чтобы власть над разумом вернулась логике. Лийэ уставший, но подготовленный боец. Он может не справиться с ней. Не сейчас. Син сделал шаг назад, тяжело выдыхая. — Следи за своим языком, — сказал чисс почти нормальным голосом. — Разберёмся, — ухмыльнулась тви’лечка. — Тебе ещё интересно, что произошло на станции? — Да, говори. Хриплый, каркающий голос Сина, казалось промораживал на месте. Лийэ чувствовала, как Тёмная сторона возвращается в своего носителя, схлопывая за собой створки «скорлупы». Спустя несколько секунд чисс снова ощущался как слабый одарённый, а его глаза приняли нормальный, рубиново-красный цвет. Тви’лечка отошла к ближайшему контейнеру и уселась на него. — Засада, как мы и ожидали. — Поверь, я заметил, — перебил её Син. — Не сомневаюсь. Будешь перебивать — не дождёшься рассказа. Мне продолжать? — вскинула брови Лийэ. Син прищурился и кивнул. А потом подошёл, и сел недалеко от Лийэ, на соседний ряд контейнеров. — Итак. Штурмовики. Какое-то республиканское подразделение, отлично подготовленное, вооружённое звуковыми бластерами, электропосохами, огнемётами, дробовиками. Пули из какого-то сплава фрика. В броне — кортозисные волокна. В нас стреляли деньгами разумные в броне из денег. Их вели арканианец лет так ста пятидесяти со световым мечом и бесалиск-мандалорец. Представители Сената, мать их. Мастер-мечник и профессиональный наёмник. — Это был джедай? — Сила его разберёт… — Лийэ пожала плечами. — Молниями он не швырялся, душить не пытался, воплями Силы нас не подбадривал. Может и джедай, которого не нашла Империя, и котором забыл сам Орден. Пропустивший Клоническую войну. Мало ли одарённых шатается по галактике? Но он мастер, этого не отнять. — Тебя по шлему били? — внезапно перебил её Син. — Э… нет?.., а что? — Тогда дай его сюда, я посмотрю схватку. Виски чисса сковало новой порцией боли. Вынимать из памяти процедуру работы с регистраторами брони оказалось необычайно сложно. Только через минуту до Сина дошло, какую глупость он совершил. На «Кромке» было необходимое оборудование, чтобы выгрузить и скомпилировать записи брони. И с такой задачей с лёгкостью мог справиться астромех. Докмур же забил ему в мозг все необходимые знания. Нет оборудования, но есть компост и провода? Нормально, работаем. Син выдохнул, пытаясь обуздать боль. — Как часто вы используете флэш-обучение? — Стараемся не использовать, — улыбнулась тви’лечка. — Или минимально и дозированно. — Я так и подумал. Син слез с контейнера, пережил приступ головокружения и тошноты, подхватил с палубы шлем Лийэ, а спустя секунду размышления ещё и шлемы агентов, и направился в оружейную. Девушка последовала за ним. Весь недолгий путь они проделали в тишине. Оружейный отсек был одним из самых просторных на «Кромке». Два универсальных верстака, несколько массивных шкафов с материалами и специализированными инструментами, стойки с оружием и бронёй. Чисса интересовал огромный информационный терминал, который мог всё и ещё чуть-чуть, связанное с электронными системами бластеров и доспехов. Син занял место оператора, сложил шлемы на пол рядом с терминалом и несколькими касаниями активировал его. Лийэ смотрела за происходящим с интересом: чисс работал с терминалом быстро и привычно, почти не сбиваясь и не тормозя, как это бывает с имплантированной памятью. — Ты в этом разбираешься. — Само собой. У меня были лучшие учителя: страх, голод, боль и тви’лек с шоковой дубинкой для плохих оценок, — отозвался Син, не прекращая работу. На мониторе мелькали меню, команды и файлы. — Работу с такой техникой ты тоже на шахте освоил? — хмыкнула Лийэ. — На самом деле да, — кивнул чисс. — Это другое исполнение, но в ядре — похожая программа. На шахте с её помощью сводили схватки гладиаторов. Кровь прилила к голове тви’лечки. Если её раса была больной точкой для чисса, то гладиаторские бои были её собственной болью. Подхваченная бурей чувств и эмоций, она с трудом смогла удержать себя в руках. — Ты обслуживал такие бои? — голос её не подвёл, а на лицо Син не смотрел. — Когда не было работы с чем-то ещё, то есть почти никогда. Дроид обычно этим занимался… Программа закончила обработку сенсорных записей и справа от терминала вспыхнула голограмма. Она охватывала не всё, но общий ход боя показывала достоверно. Вот агенты вырвались из офиса медиатора на оперативный простор, и их сразу же захлестнул поток бластерного огня. Лийэ вздрогнула от воспоминания. Именно она держала защиту первые две секунды, а затем молнии и телекинез не оставили противникам и шанса. А затем откуда-то с верхнего яруса в бой ворвался арканианец. В его руках сверкали световые шото, а удары он наносил со скоростью и точностью сборочного дроида. Следом летела группа в оранжево-чёрной броне с ракетными ранцами, возглавляемая бесалиском. Они открыли огонь на подавление, и в этот момент Лозанна получила свою рану и осталось без световой пики. После этого агенты отступали и огрызались, стараясь избегать ловушек и тупиков, пока их наконец не прижали к стене. — Впечатляюще, — произнёс Син. Чисс повернулся в кресле и внимательно посмотрел на тви’лечку. Девушку явственно передёрнуло от этого взгляда. — Что? — Вы все тренируетесь годами. Мечники. Ваше световое оружие часть вас. Как мне приблизиться к вашему уровню? Вопрос насколько простой, настолько же сложный для ответа. Лийэ вознеслась из гладиаторских ям, сменив ножи, простые клинки даже без вибромодулей, на световой меч. Ей пришлось пройти суровое обучение, да. Но это было оружие, а с оружием она умела обращаться. С чем умел обращаться бывший раб-шахтёр? — Если бы у нас было время, то тренировки и боевые операции сделали из тебя приличного боевика за года полтора-два, — девушка пожала плечами. — Сейчас у тебя есть перегруженная память и врождённые способности, но нет боевого опыта и времени на нормальное обучение. Ты на войне, мальчик, а значит ты приблизишься к нашему уровню. Или умрёшь, стараясь. Тви’лечка замолчала и улыбнулась. Син вскинул бровь. — Что? — Ты ведь устал? — голос Лийэ напомнил чиссу о карамельном фонтане, в который порой макали провинившихся рабов. Приторно сладкая раскалённая смерть. — Устал. Она подошла к Сину и, прежде чем он успел среагировать, уселась на его колени, придавив грудью к спинке кресла, и склонилась к его уху: — Тогда пойдём тренироваться, слабак. Как я и сказала: умрёшь, стараясь. Лийэ поймала мочку уха зубами и стиснула их. Син вздрогнул от боли, попытался схватить девушку, но получил по рукам. Тви’лечка оттолкнулась от кресла и грациозным кульбитом отскочила к выходу. — Давай, Синий, попробуй получить кусочек сладенького, — она подмигнула ему и повела лекку одним из наиболее похабных и оскорбительных способов. Если бы чисс мог вспыхнуть, это произошло бы сейчас. Такие заходы от охранниц на шахте несколько раз оканчивались для него лазаретом. Багровая пелена ярости опустилась на него тяжелым занавесом, и он рванул за Лийэ. Чтобы на выходе из оружейной получить сокрушительный удар по голове, поваливший его на палубу. Тви’лечка опустила… универсальный гидроключ и усмехнулась: — Не ярость ведёт тебя, а ты направляешь ярость! Болит? Ничего, сейчас я тебя взбодрю! Откуда у неё в руке появился пистолет, Син не понял. Кургузый ствол выплюнул в него три дротика. — Шоковые, электрические. Не так эффективно как оглушающий режим бластера, но нам же нужен другой эффект? — белозубо улыбнулась Лийэ. Син ничего не ответил, хотя и пытался продавить сквозь горло воздух. Ток привёл к спазму мышц, и в то же время дал ему сил. — Вот сейчас я бы могла над тобой покуражиться, но… догоняй, мальчик! — издевательский смех тви’лечки зазвучал в коридорах. Только дроиды провожали её удивлёнными и возмущёнными сигналами. Син с трудом поднялся с палубы и побежал следом, считая плечами углы. Каждый следующий шаг становился всё легче, тело слушалось лучше, а голова кружилась всё меньше. Даже пелена на глазах стала прозрачнее. На перекрёстке коридоров он почувствовал что-то, некую угрозу, но не успел среагировать. Лийэ проскользнула снизу, подсечкой повалив Сина. Щёлкнул пистолет и три новых дротика вонзились в торс чисса. — Молодец, приспосабливаешься! Твоя проблема не в скорости реакции! Тви’лечка скрылась. Чисс полежал на палубе, чтобы через минуту плавно подняться и сосредоточиться. Шоковые разряды электричества действительно бодрили его, и в то же время возвращали способность здраво мыслить. Ещё никогда ярость и ненависть не захлёстывали Сина так. А за несколько дней в «учениках» он превратился в постоянно сражающегося психопата. Сколько раз его жизнь была под угрозой? Реальной и явной? Один только глоток вакуума чего стоил! Син неторопливо шёл по коридору к трюму. Снова трюм. Снова Лийэ. Голубокожая тви’лечка вызывала у него различные чувства и эмоции, но по здравому размышлению он не хотел её немедленной смерти. На этой мысли воздух подхватил Сина и потащил в трюм. Скорость полёта с каждой секундой росла, и чисс как-то понял, что аккуратной остановки не предвидится. «Я могу жрать электричество! Я могу жрать жизнь! Смогу и Силу сожрать!» Он накачивал себя этими мыслями, стараясь поймать нужную волну, состояние разума. Его смачно приложило о потолок, а в следующее мгновение коридор превратился в трюм. В его центре сидела Лийэ, вытянувшая руку вперёд. При виде тви’лечки ярость снова всколыхнулась в чиссе. Он почувствовал и девушку, и связавший их поток энергии. И впервые Син осознанно постарался поглотить его. Находясь в воздухе. Двигаясь с ускорением. С точки зрения какого-нибудь бомбардировщика или артиллериста точность накрытия была феноменальной: Син рухнул бы ровно Лийэ, но она грациозно откатилась в сторону, успев пнуть чисса в догонку. — Вот что я тебе скажу, — Лийэ подошла к скорчившемуся у стены Сину. — Слышишь меня? — Слышу, — прохрипел он в ответ. — Так вот. Фехтованию тебя всё равно будут учить. Световая пика не меч, освоить её проще. А вот твоя способность к поглащению энергии — это что-то с чем-то. Электричество, Сила, кинетическая энергия. Поток светового меча. Как ты дышишь после моего удара? Ведь он должен был сломать тебе все рёбра. — Да нет, вроде всё целое… — Вот-вот. Я так не умею. И не уверена, что наши уважаемые учителя могут лучше. А ты — необразованный, с головой, забитой флэш-обучением, показываешь уровень этой техники, словно учишься ей годами. Ты всё ещё слабак, мальчик. Но ты умудрился спасти наши жизни и показать себя. Ты, возможно, стоишь внимания «Покрова». Лийэ сжала щёки Сина в руке, наклонилась и впилась в него грубым поцелуем. Чисс попытался оттолкнуть тви’лечку, но её мышцы казались дюрастиловыми. Поцелуй продлился несколько секунд, чтобы закончиться прокушенной губой Сина. Он зарычал, но встать и броситься на девушку сейчас было выше его сил. — Вот тебе кусочек сладенького, мальчик, — девушка облизнулась. — Жахни меня электричеством, и после я жахну твой бездыханный, изломанный труп прямо здесь! — прорычал Син, не делая попыток встать. У него болело всё. А этот внезапный поцелуй оказался таким внезапным, что чисс не успел и не смог дотянуться до жизненной силы Лийэ. Реальность вокруг плыла, расчерченная дымными следами, завивавшимися в кокон вокруг тви’лечки. Он с трудом оставался в сознании. Ярость снова откатилась куда-то в глубины души, позволяя связно мыслить. — Лестное предложения, но я откажусь, — рассмеялась Лийэ. — Ох… отвела душу. Спасибо, Син, это было хорошо. Чувствую, бить тебя — мой новый способ релаксации. Раз уж мы с тобой спарринг-партнёры. С её пояса в воздух поднялся маленький инъектор и вонзился в плечо Сина. — Это чтобы ты не загнулся. Поднимайся… ну или просто ползи в медотсек. Она резко развернулась и ушла, качая бёдрами. Син проводил девушку взглядом, но промолчал. Лекарство действовало. Дышать стало не так больно, а в мышцах нашлась сила встать. «Лучше бы я сдох на шахте», — мысль мелькнула и пропала. Из коридора выкатилась Бирка и призывно пиликнула. Идём, хозяйка сказала проследить за тобой, мелко-мягкий. — Только если я упаду, не волоки меня по палубе, — усмехнулся Син и поплёлся за дроидом. *** Алия улыбнулась и отвернулась от мониторов наблюдения. Бывший раб оказался способным. Перспективное и ценное приобретение для командования, особенно ввиду грядущей войны. Зелтронка не обманывалась на этот счёт: надёжно спрятанный, почти утерянный осколок Империи получил вызов. И она не сомневалась, что на него дадут адекватный ответ. Сколько раз поднимался вопрос о карательном походе в пространство Новой Республики? Для этого имелся флот, материальные и человеческие ресурсы, разведданные, шпионы на местах. «Покров» знал куда бить, как и насколько сильно. И каждый раз агенты корпорации накладывали вето на этот шаг. А что теперь? Пилот вывела на экран перед собой список повреждений «Кромки» и покачала головой. Её девочка выдержала бой достойно, а мастерство Алии спасло от самых страшных ударов, но ас республиканцев и турболазеры станции довели шлюп до границы, за которой он потеряет свою боеспособность. — Мальчики! Займёмся ремонтом нашей девочки! — Алия хлопнула в ладоши и астромехи согласно загудели. Пока чёрные малыши Р3 разбирали между собой задачи, зелтронка вернулась к системе наблюдения, но теперь уже в медотсеке. Лозанна заняла место в ванне с бактой, Арк Лот едва слышно шипел на дочь, а Лийэ помогала улечься во вторую ванну Сину. Пятеро одарённых на одном борту. С точки зрения скромной зелтронки этого было более чем достаточно, чтобы отвести любую беду, ведь Сила защищает. Алия хмыкнула, и принялась набирать отчёт для службы внутренней безопасности. Поведение агентов на переговорах и в бою, действия ученика Лозанны — всё это должно быть оформлено и задокументировано. Одарённые важны. Контроль за ними ещё более важен. — Как же всё это скучно, — протянула Алия, набирая скупые строчки. — Война с Республикой, одарённые из ниоткуда, заговоры на пустом месте. Где мои тысячелетия мира и спокойствия? Секс, вино, нежные партнёры в клубе высоких искусств — вот удел моего вида, а не вот это вот всё… — Фиу-оооу, — хором пропиликали астромехи, покидая рубку. — Что значит «не мечтай»?! Вы, вёдра с болтами! Я вам дам «не мечтай»! Из всех барные столики сделаю!