Чисс (временное)

«Яростный» жил своей собственной жизнью. Син заметил это ещё в предыдущее посещение фрегата. Серые коридоры наполняло течение, отзывавшееся в ушах чисса полноводной и неторопливой, но мощной и разрушительной рекой. Он слышал истории про подземные потоки, размывавшие выработки, затапливающие штреки. Водная смерть — всего лишь одна из многих там, под землёй. Коридоры корабля казались наполненными этой водой. Син бродил по кораблю, водя пальцами по стенам, вслушиваясь в мир. Ничего иного он делать всё равно не мог. Фрегат ушёл с основных гиперпространственных трасс, и теперь со скоростью беременного хатта бурил себе дорогу сквозь изнанку космоса. Лозанна оставалась в медотсеке под присмотром Докмура, Алия возглавляла целую команду из разумных и дроидов и споро вела ремонт «Кромки». Лийэ вместе с Мирой занимались медитациями под контролем агента Лота. И он же дал Сину совет «послушать корабль» и допуски во все отсеки фрегата. Чисс уже трое суток ходил по коридорам и отсекам, пытаясь воспринять что-то большее, чем просто общую угрозу и мощь корабля. На шахтах ему таким заниматься не приходилось, и если бы не какое-то сосущее чувство внутри, он бы бросил всё и напросился на медитации с девушками. Но что-то было здесь, под покровом, под наносным слоем из жизни и мыслей разумных. — Закрытая зона, парень. Не положено! Син посмотрел на боевую перчатку, сжавшую его плечо, а после перевёл взгляд на остановившего его солдата. — А где я?.. — он осмотрелся. — Реакторная палуба. Только для технического и иного авторизованного персонала, — ответил охранник. Его напарник по посту оружие держал в руках расслабленно, но чисс не сомневался, что это лишь иллюзия беззаботности. — Кодовый цилиндр, — Син достал из кармана своего неизменного лётного комбинезона небольшой прибор. Одно из наследий Империи, с такими цилиндрами ходили все, кто имел хоть какие-то полномочия. — Только для технического персонала… — повторил охранник, но отступил в сторону, позволяя Сину подойти к панели доступа. Приёмное гнездо и цилиндр на секунду соединились, и мощные двери в реакторный отсек медленно разошлись в стороны. Охранники явственно обменялись взглядами, пусть их лица и были скрыты шлемами. — Парень, а кто ты такой? — спросил второй штурмовик. — Ученик агента Амит. Агент Лот дал указание «побродить по кораблю», вот я и брожу, — пожал плечами Син. — Но я никому не мешаю! Я вообще так, из-за плеча заглядываю! И переборки лапаю, вот… Он понимал, что не должен отчитываться перед солдатами, раз уж кодовый цилиндр содержал в себе необходимые полномочия. И всё же не мог пройти просто так, не объяснив охране своих действий. На шахте за это можно было выхватить шоковый разряд. «На шахте… но ведь я уже не на шахте!» — Ты дальше-то пойдёшь или с нами подежуришь? — спросил остановивший его штурмовик. — Пойду. А что там, дальше? — Километры труб, проводов и коридоров. Сотни разумных и дроидов. Сердце корабля, — хмыкнул второй штурмовик. — Более чем достаточно места на «побродить». — Ага… — задумчиво кивнул Син и шагнул вперёд. Пост охраны остался позади, двери сомкнулись за его спиной, а он медленно шёл по коридору, разглядывая трубопроводы на стенах и потолке. Их цветная маркировка была проста, очевидна и вызывала лёгкую головную боль, когда имплантированная память напоминала о себе. Разумные и дроиды занимались своими делами, обеспечивая бесперебойную работу энергетической системы. Син не отвлекал их. Его влекло течением, усилившимся, словно где-то был, существовал огромный водоворот вбиравший в себя… что? Чисс шёл дальше, сквозь мастерские и контрольные посты, через раз предъявляя кодовый цилиндр, чтобы ему не задавали миллионы вопросов. Он ученик агента. Он учится. Через некоторое время он вышел в кольцевой коридор. Дежурное освещение, решетчатая палуба, под которой лежали массивные трубы, сложная система из проводов и электронных блоков на изогнутой стенке коридора. — Оболочка реактора… — прошептал Син. Он положил ладонь на металлическую поверхность и закрыл глаза. Энергия. Мощь. Малый реактор солнечной ионизации. Рукотворная звезда в бронированной скорлупе. И эта звезда пульсировала, отдавая энергию, но что-то в ней в обмен забирало… частичку силы. Силы. — Вот оно! — …существа Света мы, а не материи грубой… Едва различимый старческий голос прошелестел по коридору. —…Сила нас объединяет… Чисс закружился на месте, но никого не увидел. Лишь механизмы вокруг мерно гудели на все лады. Син не стал уподобляться некоторым безумцам и звать невидимого собеседника. Его наличие не проходило проверку формальной логикой, а значит до поры можно притвориться, что ему послышалось. В тоже время «послышавшееся» подстегнуло его мыслительный процесс. Сила. Это не только молнии, поглощение энергии и ментальные трюки. Это что-то более… фундаментальное. Сложное слово отозвалось болью в висках, но Син этого не заметил. Словно элементы головоломки, встающие на свои места, разрозненные знания в его голове объединялись в непротиворечивую, хоть и неполную систему. Чисс осел на колени, когда поток настоящей боли омыл его многострадальную голову. Он сжал её пальцами, стараясь удержать кипящие мозги в голове. Ему нужна была подпитка! Энергия, ему нужна энергия! Син протянул руку к оболочке реактора. Это был внешний кожух, под которым скрывались часть механизмов и машин реактора, и страдающего чисса с сердечником разделяли десятки метров. Но! Сила объединяла всех! Почему бы ей не объединять всё?! По ладоням Сина забегали красные молнии, а в коридоре потемнело. Светильники потускнели, система вентиляции подала сигнал «задымление» на инженерный пост и пост безопасности. Из специальных лючков полезли дроиды, готовые немедленно потушить пожар так близко к внешней оболочке реактора. Всё, что они нашли, был мерно сопящий чисс, привалившийся щекой к листу брони. А совершенный комплекс управления реактором педантично отметил флуктуацию энергопотребления, но тревогу поднимать не стал — она не превышала статистической погрешности измерений. *** Арк Лот медитировал. Год шёл за годом, а медитации оставались самым действенным способом отдыха для бывшего джедая. Даже его короткий период службы в Инквизитории не смог надолго прервать заведённый ритуал. Вот и сейчас, его сознание скользило по вероятностям будущего, пыталось охватить полноценную картину грядущего, пока тело расслабленно лежало в кровати. Он выжил. Его дочь спасена вопреки её действиям. Лозанна ранена, но тоже жива. Лийэ уцелела и отвратительно бодра. Арк поморщился. Все они уже должны были погибнуть. Образы смерти преследовали его, и он не мог понять, как предотвратить возможные события. «Мире угрожает опасность? Оставлю её на корабле. И она, конечно же, угонит челнок, чтобы погибнуть от шального выстрела системы обороны станции. Лийэ не выдержит накала схватки и потеряет контроль в самый важный момент? Передать её другому командиру! Но вот незадача, перевод не прошёл, и она осталось на «Яростном». Ошибка системы». Видения о будущем в половине случаев были лживы и неточны, зачастую принимая форму самореализующегося пророчества, когда все действия по предотвращению события лишь приближают его. Арк понимал это. И теперь сомневался. Молодой чисс ворвался в его видения и разрушил их. Как говорили в Ордене: «Тёмная сторона сокрыла будущее». Этот экзот был феноменом, средоточием Тёмной стороны. Но лишь иногда, когда раскрывался, взывал к Силе. Всё остальное время он не отличался от остальных обывателей Галактики, словно постоянно находился по Сокрытием. Агент Лот казался молодым, хотя успел застать создание Империи. И с возрастом у него развилась здоровая подозрительность ко всяким «удивительным феноменам». Магистр Скайуокер стал прекрасной отправной точкой для подобного отношения. Арк не отрицал, что Син внёс смятение в устоявшийся образ будущего и разрушил его, но пока что бывший джедай не мог выразить своё отношение к нему. Отправив его изучать корабль, он стал следить за ним. Для юноши всё на борту фрегата было в новинку. Как пугливый зверёк, Син тыкался по отсекам, с любопытством заглядывая в каждую щель. И чем дальше Арк следил за ним, тем очевиднее становилась целенаправленность его движения. Инцидент с реактором стал чем-то закономерным. Поглощение в исполнении Сина раз за разом восхищало Арка. Он даже предположил, что юноша не скрывается в Силе, а поглощает все остаточные эманации. Его Сила всегда в нём. Агент открыл глаза и посмотрел на спящего чисса. Инцидент с реактором заставлял его действовать. Лозанна — убийца, не учитель. Алия не одарённая, она не сможет направить юношу по специфическим дорогам Силы. Свои собственные умения Арк оценивал невысоко, но объективно — кто ещё? — Просыпайтесь, юноша. Я чувствую ваше внимание, — тихо сказал Лот. — Агент Лот? — чисс распахнул глаза. — Я снова в лазарете? — Что тебя привело в реакторный отсек, мальчик? — проигнорировал его вопрос Арк. — Поток энергии. Поток Силы. Реактор… — Достаточно. Я понял. Не будем это обсуждать здесь, и лучше не обсуждай это ни с кем, кроме агентов. Даже с Лийэ. Мы понимаем друг друга? Чисс долго смотрел в лицо Лота и затем кивнул. Агент кивнул в ответ. Не хватало еще обсуждать особенности конструкции реакторов солнечной ионизации «Покрова» в незащищённом помещении. — Хорошо. Пока мы движемся через гиперпространство, тебе предстоит освоить высшую форму тренировки, — Арк сделал паузу. — Медитацию. — Сидеть и думать о высоком? — улыбнулся чисс. — В том числе, но не только. И лучше не думать, а ощущать. К сожалению, у нас нет времени на доктринальное обучение. Поэтому ты узнаешь основы от меня, а Лоза будет контролировать тебя. Прежде чем мы приступим, тебе есть, что ещё рассказать? — Я слышал голос. Старый. — И что он сказал? — вскинул бровь Арк. — Света существа мы, а не материи грубой. Сила нас объединяет, — процитировал Син. Агент Лот почувствовал, как губы кривит улыбка. — Это призрак Силы великого джедая. Сам он тебе не явился? — Нет… — Если невысокого, лопоухого экзота, предпочитающего говорить инвертированным слов порядком, ты увидишь, передай ему моё «фи». Магистр Йода пролюбил наш Орден, так пусть и не лезет к тем, кому нет дела до его учения, — покачал головой агент и внезапно спросил. — Ты голоден? Чисс на мгновение задумался. Где-то в животе присутствовала пустота, но не критичная. Он так и ответил. — А когда ты ел в последний раз? Син задумался. Время тянулось, но он всё медлил с ответом. — Я так и думал. Держи, — Арк протянул ему плотный серебристый пакет. — Это усиленный полевой паёк, рассчитанный на неделю питания. Угощайся. На следующие полчаса чисс превратился из разумного экзота в голодное чудовище. Естественно он не смог сожрать недельный объём пищевых концентратов, но даже его половина — всё ещё перебор. Агент Лот с пониманием кивнул и отодвинул разодранный пакет от осоловевшего Сина — Знакомьтесь. Тёмная Сторона, это Син. Син, это Тёмная Сторона. Итак, юный чисс, ты познал первую опасность своего пути бесконечной борьбы. Тьма многое даёт, но спрашивает нещадно. До того, как ты познакомился с нами, ты был… средоточием Тёмной Стороны… почти неактивным. Где-то поджирал немножко жизненных сил, где-то вкладывал Силу в голос. Страдания тебя подпитывали. Но буду откровенным — всё это мелочи. Теперь ты начал проявлять активность, осознанность! И Тьма начала предъявлять тебе счёт. — Какой? — прохрипел Син. — Для начала — голод. Ты не чувствовал его, потому что поглощал чистую энергию. И в этот момент концентрация в тебе Тьмы обернулась бедой. Был в истории такой разумный — Дарт Нихилус. Способности к высасыванию и поглощению Силы сделали его могущественным человеком, способным уничтожать планеты… угадай, как? После нескольких секунд размышлений чисс распахнул глаза. Лот видел, как юноша что-то вспомнил. — Он их ел?! — Именно так. Поглощал на них всю жизнь. Разумную, неразумную, животную и растительную. Когда-нибудь видел полностью пригодный для жизни и одновременно мёртвый мир? — Нет… — чисс покачал головой. — Но учитель предупреждала о подобном, правда без подробностей. — А я видел. Одно из самых жутких зрелищ в Галактике, — Арк хмыкнул. — Любой агент видел — это часть подготовки. Теперь вернёмся к началу нашего разговора. Медитация. Это твой первый шаг к Свету… Лот замялся. Говорить о пути Света было и привычно, и странно. Он сам вернулся на него с трудом. Даже не так: его вернули к Свету, выдернув из таких трясин, где даже оттенков черноты не было. А теперь ему следовало повторить этот подвиг в отношении разумного, взращённого в Тьме. — Во всяком случае, первый шаг к контролю своих способностей. Да. К балансу. Запомни: баланс штука странная и хрупкая, а ещё весьма неопределённая. Джедаи видели баланс в господстве Света и отсутствии Тьмы. Ситхи видели баланс в отсутствии джедаев и прочих группировок одарённых. Я говорю о балансе в значении равновесия. Он развернул кисти ладонями вверх. Над правой рукой затанцевал миниатюрный вихрь молний. Над левой просто вспыхнул свет. — Агенты «Покрова» не могут позволить себе теологические диспуты и распри. Мы — опора власти в корпорации, оплот единства цели. Мы делаем хорошо своим и плохо — остальным. Но ты всего этого ещё не понимаешь. — Не понимаю. Я не чувствую принципиальной разницы между свои предыдущим статусом и статусом настоящим. Свобода — это, прежде всего, выбор. В том числе и выбор быть с вами, — внезапно ответил чисс. Его тяжёлый взгляд упёрся в Арка. — Я этот выбор не совершал — Теоретически, он у тебя был. И ты выбрал быть здесь, а не захлебнуться вакуумом, правильно? — вскинул бровь Арк. — Такой себе выбор, — скривился чисс. — Зато ты можешь высказывать всё это мне, не боясь получить в грудь разряд молнии. С Лозанной так говорить не рекомендую, а со мной можно, — откровенно усмехнулся Лот. — Ты волен отказаться от медитаций, веришь? — Верю. А последствия? С пояса Арка взлетела рукоять светового меча и плавно опустилась в его ладонь. — Самые катастрофические для разумных миров. Поэтому я устраню угрозу в зародыше. Смотри вот сюда, улыбайся. Сейчас вылетит птичка. На Сина уставился мёртвый глаз эмиттера меча. Чисс медленно отстранился. — Думаю, делать очевидно правильные выборы — это мой путь, как ученика агента Амит. — Молодец. Итак, медитация… *** Предоставленная сама себе Лийэ тоже медитировала. Она сидела в своей каюте, и перед ней парили детали светового меча. Одарённый и оружие едины. Тви’лечка вздохнула и за несколько секунд собрала рукоять обратно. Дефектов и повреждений конструкции не нашлось, значит он снова будет хранить её жизнь. Учитель… бывший учитель повторял эти слова раз за разом. И вот, они, наконец, нашли своё подтверждение. При всей сложности и жесткости обучения в корпорации, ей почти не приходилось испытывать это сосущее чувство полной безысходности, смертельного тупика, из которого уже не выбраться. Бой на станции стал первым подобным опытом. Её посещали видения. Огонь, прожигающий лицо. Световой клинок, под корень срезающий оба лекку. Бластерный болт, оставляющий аккуратную дырочку напротив сердца. Всё это её миновало. Миновал её и кулак чисса. Их впервые оставили без надзора. Точнее, без внимания. И Лийэ позволила себе выместить на нём злость, даже не нарушив приказа агента Амит. Настоящий спарринг. Синий, так легко провоцируемый самим фактом существования тви’леков, отдался ярости словно безумный. Ярость, ненависть, боль, страх — всё это смешивалось в нём, но не выходило, крутилось вокруг, плотным коконом оборачивая Силу вокруг молодого чисса. Ходячая бомба с неисправным взрывателем — вот кем он казался Лийэ. И как она могла устоять, чтобы не пнуть его? Как ещё выместить собственную уязвлённость его способностями?! Как подавить страх?! О, в одиночестве она могла признаться самой себе, насколько сильно её пугал Син. Необученный, но воплотивший в реальность страшную смесь атакующих и оборонительных способностей Силы. Готовый оторвать ей голову. Балансирование на кончике ножа — вот как она могла бы описать свою жизненную ситуацию. Схватка на краю пропасти. Страстный танец. Мысли девушки стали уплывать в другую плоскость, и она сосредоточилась на настоящем. Оказаться в постели с Сином — всего лишь болезненный способ самоубийства. «Но как же сладко его дразнить!» Мысль была приятной. Дразниться Лийэ умела и любила, порой играя на грани фола. Бытие гладиатором взрастило в ней особенное отношение к смертельной опасности — страсть. *** В другой части галактики, в зале специальных коммуникаций на борту одного из Звёздных Ястребов Республики размеренно и неторопливо шло совещание. Десяток фигур сидели у круглого стола, но лишь одна была реальной. Остальные вышли на связь из разных мест: от Корусантских люксов до бездн Нар-Шаддаа. Сейчас они слушали зажигательное выступление политика во временном Сенате. — Господа, вот мы и дождались момента, когда миры в границах Внутреннего кольца готовы объединиться и провозгласить сильную, настоящую Республику! Под управлением нового, деятельного, свободного от бюрократических наслоений Сената! Сегодня, чрезвычайным Правительством Республики в моём лице будет озвучено то, к чему мы так долго шли! Единая вертикаль власти, вооружённая и легитимная, очищенная от коррупции огнём новой войны с призраком Империи — вот что нас ждёт! Реальность раз за разом указывает на то, что миролюбие, приверженность свободе и демократии, необходимо поддерживать мощной, организованной и единообразной структурой! Как не может быть абсолютной свободы, так и в Республике не будет произвола и диктата! Закон принимается во благо населения и поддерживается силой государственного принуждения! Сегодня и во веки веков Единый Флот Республики будет хранить покой в наших небесах! Тем более сейчас, когда угроза велика как никогда, нам необходимо сплотиться, чтобы не допустить разрушительного повторения Войны Клонов и Восстания Альянса за возрождение Республики! Наши миры не должны и не будут гореть на утеху реакционерам-людоедам, раз за разом уничтожающим миры в своём безумном желании править через страх! Нет! Мы давали им отпор раньше, дадим и сейчас! И будем готовы, если они попробуют снова вернуться из небытия! Пламенная речь прервалась аплодисментами, а затем трансляция полностью погасла. — Итак, друзья, мы выполнили первый этап нашего плана… — Когда будет восстановлено «Превосходство»?! Эта производственная база должна быть возвращена в строй в кратчайшие сроки! — Куат работает над этим. Вам же не следовало передавать агенту Холдо столько кодов активации закладок на кораблях Первого ордена. Ах, манёвр Холдо, ох, самопожертвование адмирала Сопротивления! Она безвозвратно угробила семь! Семь! Звёздных разрушителей! — Двенадцать. Двенадцать звёздных разрушителей не подлежат восстановлению, — хмуро поправил говорящего господин Ломегв. Арканианец смотрел на присутствующих нечитаемым взглядом. Старый мастер-джедай не любил этих разумных, опасно приближаясь к презрению. Но без них новый виток истории Ордена джедаев не мог стартовать. — Ещё несколько агентам пришлось уничтожить при ликвидации некоторых фигур. Он был таким храбрым и сам совершил Манёвр Холдо, — добавил Ломегв. — Вашу… бантову религию и ваш дерьмовый орден… такие потери… — Господа, не будем ударяться в упрёки! Как вы видите, часть галактики сплотились под нашими знамёнами. Да, пока что о сверхприбылях нам не приходится и мечтать! Однако! Уже сейчас мы перекраиваем галактику! Воссоздаём утерянные связи! Возобновляем некогда расторгнутые контракты. Если для того, чтобы вернуть моему роду положенное ему положение и богатство, мне придётся поднять из грязи половину галактики, знайте, я так и сделаю! Арканианец слушал тайный совет Республики отстранённо. Пусть делят и множат. Барыги остаются барыгами. Перед ним же стоит задача вернуть оплот Света в галактику. Баланс будет восстановлен.