Он просто очень устал

В этот раз перед поцелуем Вэй Усянь не пустился в грустные разговоры о своей нелёгкой доле, а просто прижал Цзян Чэна к стене и почти силой вовлёк того в поцелуй. «Как обычно…» — пронеслось в голове у Ваньиня примерно в тот момент, когда он попытался осознать действительность. Действительность в виде Вэй Ина была настойчива и отпускать не собиралась. Усянь не понял, что от него попытались вежливо отбиваться. Даже наоборот, продолжая прижимать шиди к стене одной рукой, второй он начал блуждать по одежде, ища доступ к телу. Вечно это продолжаться не могло. Цзян Чэн вложил в толчок совсем немного духовной силы, и этого хватило, чтобы между ними образовались две ладони свободного пространства. — Что не так? — дёрнулся Вэй Ин, заглядывая в глаза Цзян Чэну. Он был пьян. Невозможно пьян. Безумен. И возбуждён. — Всё! — рявкнул тот, отступая в сторону, чтобы за спиной не оказалось стены. — Твои шутки меня в могилу сведут! Не хочешь объяснить, что происходит? «А что происходит? Один пытается добиться другого, а этот другой ведёт себя как девица… И сейчас девица — вы, уважаемый молодой глава Великого ордена Юньмэн Цзян», — услужливо подсказал внутренний голос. Тем временем Вэй Ин стоял потерянный посреди кабинета и хлопал глазами. Реакция шиди была, видимо, ему понятна, но совсем неожиданна. Или просто очень сильно его расстроила. Молчание затянулось. И Цзян Чэн принял единственно верное решение — подошёл к полкам со свитками и достал две пиалы и запрятанные сосуды с вином. Вэй Усянь улыбнулся. — Это не для тебя, — фыркнул Ваньинь, увидев его воодушевление, — тебе явно уже хватит. Улыбка стала шире. Неловкое молчание закончилось. — Ты такой серьёзны-ы-ый! — протянул Вэй Ин, глядя, как Цзян Чэн опрокидывает в себя вторую пиалу вина́, — слишком серьё-о-о-озны-ы-ый… — Кто-то должен быть серьёзным, пока другой развлекается непонятным образом, — под эти слова наполнилась третья пиала, — может, объяснишь, что с тобой происходит? — Я просто предлагаю развлечься, — снова широкая улыбка, взгляд в глаза, как будто даже трезвый, — не воспринимай всё так серьёзно… тебе же понравилось в прошлый раз. Цзян Чэн внимательно смотрел на него. И выпил третью пиалу. Не то чтобы они теперь на равных, но оба пьяны. Маленькая трусливая уловка, за которую он будет себя корить. Наверное. Вино расходилось тёплом по телу. Мысли не путались, но успокаивались, и в целом подобные идеи вообще не находили отрицательного отклика. А ещё глава Цзян очень хорошо знал человека, сидящего перед ним. Когда тому что-то взбредало в голову, он не отступал. Если сейчас выпроводить его отсюда, есть риск через пару дней проснуться привязанным к кровати с Вэй Усянем сверху. Или ещё чего аналогичного и такого же безумного. Как однажды сказала матушка: «Пока что-то не выходит за закрытые двери — этого не существует». Цзян Чэн усмехнулся своим мыслям. Видимо, на этом и строились их отношения с отцом. Или не только на этом. Теперь наполнились две пиалы. Вэй Ин, несмотря на то, что притворялся порой непроходимым дурнем, очень быстро понимал намёки и точно знал, когда заткнуться. Просто он не использовал это своё умение. Обычно. Сейчас он молчал, позволяя Ваньиню предаваться моральным терзаниям. — Пей давай, — выдохнул Цзян Чэн и глотнул вина́, закрыв на мгновение глаза. Его слова были восприняты как согласие, и через мгновение он почувствовал чужую руку у себя на затылке и губы Вэй Ина там, где только что была пиала. Раздался звук падающих сосудов с вином, и вот Ваньинь уже оказался на полу кабинета, отвечая на страстные и настойчивые поцелуи своего… человека, которого считал близким другом. Усянь пытался справиться с поясом, кажется, затягивая его ещё туже и не желая отрываться от желанных губ. Он был уверен, что чувствует возбуждение шиди, но боялся, что через секунду столь долго выискиваемая возможность близости превратится в мираж. Цзян Чэн тем временем перехватил инициативу и оказался сверху. Раз уж это его согласия искали, то и правила будут его. Он сам ослабил пояс и распустил одежды, поступив аналогично и с тянувшим вниз Вэй Ином. Опьянение пришло в полной мере, и Ваньинь почувствовал, будто наблюдает всё происходящее со стороны. Будто это кто-то другой в его теле тянет Вэй Усяня за волосы, запрокидывая ему голову и впиваясь в белую шею грубым поцелуем. Останется след. Будто это не его грудь покрывает поцелуями Вэй Ин, слегка прикусывая кожу. Нежно и податливо. Его шиди внезапно начал демонстрировать покорность, которая сводила с ума. Усянь снова оказался сверху, и теперь рука Цзян Чэна толкала его вниз. Вэй Ин спускался поцелуями всё ниже, последний рывок ткани — и его губы накрыли возбуждённый, сочащийся смазкой член. Ваньинь со стоном выдохнул. Нет, всё происходило явно с ним. А бесящий Вэй Усянь явно знал, что делать. Ни одного лишнего движения, ни одного болезненного касания зубами, а ведь этим грешили многие девушки! Тёмные волосы удобно накручивались на кулак. Движение вверх, и застонавший от боли он подчиняется руке своего главы. У Вэй Ина белая спина, без следов солнечных прикосновений, почти без шрамов, разве что тех, что остались с их совместного детства. На прошедшей войне он получил лишь отметину от меча младшего Ланя. Цзян Чэн сильнее потянул за волосы, которые уже не стягивала красная лента. Вэй Ин перед ним застонал и прогнулся, запрокинув голову. Поцелуй в плечо, у основания шеи и провести языком до мочки уха. Прикусить. Они слишком много времени провели вместе. Свободной рукой он обхватил член партнёра и сделал несколько движений по всей длине. Ещё один стон. Кажется, у Вэй Ина в уголках глаз скопились слёзы. Ваньинь прижался бёдрами к нему и… — Подожди, — простонал Вэй Усянь, — я… взял…  Цзян Чэн позволил ему выскользнуть из объятий и дотянуться до сброшенных рядом вещей. Вернулся к нему Вэй Ин с флаконом. Масло для удовольствий. В домах отдыха такое используют для… как раз для того, что Цзян Чэн собирается сделать с этим несносным мальчишкой. Значит, предусмотрительный. После пары поцелуев Вэй Ин послушно прогнулся и сам почти насадился на член. Ваньинь запоздало отметил, что не потребовалось никакой подготовки, а значит, Вэй Усянь точно знал, чем для него закончится этот вечер. Волосы его очень легко наматывались на кулак. Он стонал и послушно прогибался, подмахивая каждому движению Цзян Чэна. Эта покорность такого непокорного и непоколебимого в другое время заклинателя сводила с ума. Цзян Чэн потянулся рукой к его члену и принялся ласкать в такт движениям. Усянь под ним задрожал, все его мышцы сжались, и он со стоном кончил, проваливаясь в сладкое наслаждение. Пара движений, и Ваньинь кончил следом, прямо в горячее тело под собой. Он сгрёб любовника в объятья и уткнулся ему в плечо, переводя дыхание. Так они пролежали какое-то время, дыша в унисон и слушая сердцебиение друг друга. Цзян Чэн подумал, что успел задремать, когда Вэй Ин рядом зашевелился и поднялся над ним, рассеянно озираясь. Или затравленно. — Раз уж ты в состоянии шевелиться — дай мне вина́, — попросил он. Показалось, что Вэй Ин вздрогнул от неожиданности. — Да, я всё ещё здесь, — фыркнул Цзян Чэн. Шисюн шутить был не настроен. Видимо, на него алкоголь перестал действовать примерно сейчас, и пришло осознание произошедшего. Всё же сосуд с вином он протянул, а потом начал собирать разбросанную по полу одежду. Ваньинь полусидел, опираясь на локоть, пил вино и задумчиво разглядывал Вэй Усяня. Завтра у того на пояснице проступят синяки от пальцев, а на шее уже начали расцветать несколько засосов. Надо будет проверить себя на подобные следы. Опухшие губы — это одно, но главе клана не стоит давать знать окружающим о своей личной жизни. Те самые закрытые двери. Тем временем шисюн главы очень быстро оделся и собрался сбежать. Неожиданно, но логично. Одежда на нём была в беспорядке, волосы не собраны, и, кажется, он решил наплевать на внешний вид, лишь бы быстрее ретироваться из общества любовника. — Подожди! — остановил его Цзян Чэн почти у дверей. — Сперва оденусь я, потом можешь идти. Кто-то должен думать о последствиях.  Вэй Ин посмотрел на него, глупо улыбнулся, но ничего не сказал, лишь мотнув головой в знак согласия. «Да что с ним не так? — раздражённо подумал Цзян Чэн. — Сам ведь всё начал…» Понадобилось несколько минут, чтобы одеться и как-то собрать волосы. Усянь всё это время молча ждал у двери, глядя в пол.  — Вэй Ин, — Ваньинь почувствовал необходимость услышать от него хоть пару слов, — всё нормально? — Да! — выдохнул тот, ослепительно улыбнувшись, и вылетел за дверь.