К истокам
9 марта 2020 г., 23:28
Джинни очнулась на следующее утро. Она была настолько ослаблена, что едва выдавила из себя некое подобие улыбки, когда взлохмаченная физиономия Гарри возникла прямо перед ее лицом.
Девушке понадобилась еще четверть часа и несколько глотков Крововосполняющего зелья и Животворящего эликсира, чтобы заговорить. Пока она по чуть-чуть приходила в себя, Гарри мрачно обрисовывал ей сложившуюся ситуацию.
И, чтобы их положение не казалось таким уж тягостным, он закончил на том, что крестраж всё-таки у них, и это неплохо. Уизли это порадовало — она искренне улыбнулась, и янтарные глаза весело засияли. Первым, что она сказала было:
— Выглядишь так, как я себя чувствую, Поттер.
Застыв на секунду, юноша задорно рассмеялся, заставив спящего Рона резко подскочить в плюшевом кресле. Еще не открыв глаза до конца, он вскинул руку, сжимающую палочку, и бешено заозирался.
Однако, стоило взгляду сфокусироваться, Уизли испустил полный облегчения вздох и ринулся к кровати сестры. Не решившись тревожить ее объятиями, он крепко сжал ее ладонь и заглянул в глаза:
— Ты нас здорово напугала, Джин.
Девушка лишь пожала плечами, осматривая палатку. За столом, на котором покоился крестраж, зашевелился дремлющий Малфой. Обсуждение его самоубийственной затеи бурно велось до самого утра, и за это время ребята прошли через несколько стадий — от отрицания до смиренного принятия.
Изначальное предложение Драко предполагало, что он отправится в Хогвартс в одиночку, но на него мигом обрушился такой шквал критики и гнева, что слизеринцу, в конце-концов, пришлось отступить.
Главной причиной послужило веское замечание Гермионы о том, что только гриффиндорец сможет вытащить меч из шляпы. Малфой было огрызнулся, что притащит сюда этот чертов колпак, но это не сработало. В итоге, он согласился на одного напарника, ссылаясь на то, что чем их больше, тем вероятнее шансы быть обнаруженными.
Джинни отпала сразу. Как и ожидалось, Гарри выступил первым добровольцем, но сразу был послан куда подальше. В попытках отстоять своё право, Поттер почти что ввязался с блондином в очередную драку, но был вовремя остановлен Щитовыми чарами, выставленными Гермионой.
— Если тебя схватят там, Капитан, всему Волшебному Сообществу настанет конец. Война закончится, понимаешь? И все потому, что ты не в состоянии сидеть ровно на своей гриффиндорской заднице!
— А, что по-твоему будет, если схватят тебя, а? Что, погладят по головке и…
— Я, в лучшем случае, буду мёртв.
— И что, тебя это совершенно не…
— Это будет не так хреново, как если мёртв будешь ты.
Эти слова были настолько правдивыми и жесткими, что били Гарри сильнее любого Круциатуса.
Отвратительная, страшная правда, которая следовала за ним, куда бы он не отправился. Его раздирало на части от одной мысли о том, что его лучший друг так холодно и расчетливо рассуждает о собственной смерти.
Будто все, кроме самого Поттера, всего лишь пешки, чья единственная задача — защищать короля.
Споры на этом не закончились, и, пока гриффиндорец успокаивался, Драко во всех красках описывал другу, почему его кандидатура даже не рассматривается. И, как ни странно, Рон с Гермионой его поддержали.
Выбор оставался невелик, и чем больше Малфой смотрел на своих потенциальных напарников, тем больше осознавал, что он в полной заднице. Потому что, если мыслить хоть немного логически, быстро становилось очевидным, что кандидатура Уизли не подходила совсем.
Несмотря на то, что парень перестал бросаться на Драко с кулаками при каждом удобном случае, он все еще оставался собой — неуклюжим, не контролирующим свои эмоции и совершенно не подготовленным к сражениям.
Оставалась Грейнджер. И это нагоняло на слизеринца такую тоску, что он почти был готов подвергнуть операцию риску, согласившись на Уизли. И сама девушка, казалось, понимала это также отчётливо — она с вызовом смотрела на Малфоя, скрестив руки на груди.
Игры в гляделки продолжались несколько минут, пока блондин удрученно не качнул головой и не опустился за стол.
— Мы сможем это сделать, — уверенно произнесла она. — Но нам нужен план, чтобы…
— Нет уж, Грейнджер, хватит с меня твоих планов. Помогло это в Министерстве? Нихрена.
— Он прав, Гермиона, — сдавлено произнес Гарри, виновато глядя на подругу. Он не хотел вмешивать ее в это, так не хотел.
— И что ты хочешь? Просто заявиться на порог школы и постучать в дверь? — Рон был уязвлён тем, что его Драко даже не рассматривал. Это было видно по пунцовым щекам и пылающим кончикам ушей. При этом, он прекрасно осознавал, что скорее помешает там, чем поможет. И какое-то тоненькое эгоистичное чувство, отвечающее за выживание, было ему за это благодарно.
— Слава Мерлину, братья Мародеры позаботились об этом задолго до нас. Карта ведь у тебя, Капитан?
Гарри кивнул. Если послушать Драко, его план казался ясным и четким. Можно даже сказать, безопасным. Но их предыдущий опыт подсказывал, что все не может пройти так гладко, как задумывалось.
— Что, если Снейп будет в кабинете?
— Думаю, мы найдём общий язык.
Подобных вопросов за ночь прозвучало около сотни. Не на все из них у Драко был ответ, но ясно было одно — он твёрдо намерен воплотить в жизнь то, что задумал, и даже если никто его не поддержит, он не отступится.
Пока план излагали Джинни, девушка хмурилась, переводя напряженный взгляд с Драко на Гермиону, неловко трущуюся у ее постели. Стоило ей увидеть Уизли в сознании, Грейнджер рассыпалась в извинениях, стараясь при этом не смотреть на Рона. Но рыжеволосая колдунья быстро заверила ее, что все в порядке и это совсем не ее вина.
Девушка призналась, что мало что помнила с того момента, как осела на пол в гостиной особняка Блэков.
— Перед глазами маячили только твои дурацкие очки, Поттер. И я слышала ваши крики. Хреново звучало, знаете ли, я уж подумала, что так и подохну там.
В палатке повисла тяжелая тишина, но Джинни сразу же разрушила ее, рассмеявшись.
— Да что у вас такие кислые лица? Я в порядке.
Она и правда казалась…нормальной. Слегка бледной, ослабленной, но нормальной. Наверное, это и хорошо, что Уизли потеряла сознание так быстро — так она почти не чувствовала боли.
Остаток дня они провели, будто на иголках. Запасов еды было совсем немного, и ребята договорились, что как только Драко с Гермионой вернуться, они отправятся куда-то поближе к магглам, чтобы было легче достать продовольствие.
Когда время приблизилось к одиннадцати вечера, Малфой поднялся с кресла и сообщил, что можно выдвигаться. Гермиона с готовностью подскочила со своего места, сжимая в кулаке волшебную палочку. Ее сердце колотилось так быстро, что готово было вырваться из грудной клетки.
Проводить их из палатки вышли все, включая Джинни. Ребята не разговаривали, прозвучали лишь короткие пожелания удачи. В полнейшей тишине они наблюдали, как Малфой и Грейнджер пересекают границу защитных чар, заставляя прозрачный купол колыхаться и серебриться.
Последним, что Гермиона увидела перед тем, как мир вокруг нее начал сжиматься и бешено крутиться, было искаженное беспокойством лицо Гарри.
***
Понадобилось какое-то время, чтобы глаза привыкли к полнейшей темноте и Драко смог распознать вокруг себя обстановку Визжащей Хижины. Как он и надеялся, на первый взгляд в доме никого не было, тишина нарушалась только воем ветра, проникающим в выбитые окна и тихим топотом крыс, потревоженных их прибытием. Девушка зажгла слабый огонёк на конце своей палочки и осветила помещение. Никого. Толстый слой пыли демонстрировал, что сюда уже какое-то время никто не совался. Это успокаивало и давало надежду на то, что не все потайные ходы, ведущие в Хогвартс, были обнаружены и забиты. Буркнув, чтобы она опустила палочку пониже, Малфой медленно приблизился к криво заколоченному досками окну и вгляделся в темноту. Через несколько минут неподвижного стояния он уязвлено чертыхнулся, кивком подзывая девушку к себе. Когда глаза привыкли к ночному мраку, Гермиона тихо охнула, закрыв ладонью рот. Над холмом, ведущим от Хогсмида к школе, сновали дементоры. Четыре, пять, шесть… Грейнджер насчитала около тринадцати. Насчитала и мысленно поблагодарила слизеринца за то, что он сразу отмел вариант добираться до школы по привычной дорожке. Еще какое-то время она скользила глазами по видневшейся части Хогсмида и старалась разглядеть хоть какое-то движение у главного входа в Хогвартс. Но там было пусто. — Почему нет охраны? — еле слышно спросила она, и Малфой едко усмехнулся. — А, что, дементоры тебя уже не пугают? — он стоял к ней так близко, что почти касался девушки плечом. — Я имею ввиду Пожирателей. Я ожидала… — Брось, Грейнджер, включай мозги. Все Пожиратели уже внутри. Что-то внутри нее камнем рухнуло вниз, отдаваясь дрожью во всем теле. На Гермиону обрушился страх за невинных детей, спящих за школьными стенами в этот самый момент. Детей, которые пережили поездку на Экспрессе, но могли не пережить учебный год. Слизеринец сверился с картой, наблюдая за точкой под именем Северус Снейп и хмыкнул. Директор двигался прочь от своего кабинета, направляясь в сторону подземелий. Большинство студентов рассредоточилось по общим гостиным, профессора, за редким исключением, также находились вне их целевой зоны. Парень отыскал точки с именами Блейза и Пенси. Оба находились в гостиной Слизерина, и это радовало. Парню очень не хотелось столкнуться с ними лицом к лицу. Нашлась и точка, которая его удивила. — Я смотрю, старая кошка не покидает свой пост, — хмыкнул он, демонстрируя Грейнджер карту. Девушка сначала нахмурилась от его странной формулировки, но, поняв, что он имеет ввиду, расплылась в улыбке. — Профессор Макгонагалл никогда бы не оставила своих студентов, — заметила она. — Особенно в такое время. Слизеринец закатил глаза. Несмотря ни на что, он всегда ощущал безмерное уважение к декану Гриффиндора. Постояв в хижине еще немного, они медленно двинулись к потайному ходу, ведущему к Гремучей иве. Убедившись, что проход безопасен и пуст, ребята ускорились, смело освещая себе путь палочками. Двигались в молчании, периодически нарушаемом лишь гневным шипением, когда кто-то из них бился головой о низкий потолок. Поток свежего воздуха ударил в нос, стоило им приблизиться к выходу. Быстро отыскав сучок, отключающей драчливое дерево, Драко осторожно выбрался на поверхность и осмотрелся. Насколько он мог судить, вокруг не было никого, кто мог бы представлять опасность, но перестраховаться было необходимо. Поэтому, когда Гермиона встала на ноги рядом с ним, они укрылись под Мантией-Невидимкой и продолжили свой путь к школе. Девушка дышала так громко и прерывисто, что юноше пришлось несколько раз шикнуть на нее, призывая взять себя в руки. В ответ она лишь тушевалась и фыркала, советуя ему вести себя нормально. Учитывая, что ребята постоянно останавливались, прислушиваясь к окружавшим их звукам, путь до школы занял почти пол часа. К моменту, когда они подобрались к потайному входу в замок, Гермиона могла поклясться, что на ее голове прибавилось седых волос. Малфой же казался абсолютно спокойным. Наверное, он понимал, что хоть кто-то из их дуэта должен находиться в полной боевой готовности и не паниковать. Двигаться по этому проходу было гораздо удобнее — потолок был выше, сыростью пахло не так сильно и сам он был выложен разношерстными камнями, предотвращающими падение на голову песка и грязи. Стоило дверце за ними захлопнуться, как на Грейнджер нахлынуло странное, пугающее ощущение чего-то очень неправильного. Словно они оскорбляли и оскверняли Хогвартс своим вторжением и намерением украсть великую реликвию. Это чувство наполнило девушку изнутри, заставляя ее ноги дрожать. Хоть она и понимала, что школа уже не та, что раньше, девушка ничего не могла с собой поделать. Ностальгия захлёстывала, а тоненький голосок в голове нашептывал, что они собираются ограбить место, которое она долгое время считала домом. — Ты тоже это ощущаешь? — еле слышно спросила Гермиона, сверля взглядом спину Драко. — Что? — он слегка дёрнул головой в ее сторону, но не остановился и не обернулся. — Как будто мы делаем что-то неправильное. Какое-то время Малфой продолжал молча двигаться вперёд, а потом мрачно выдал: — Я так давно делаю что-то неправильное, Грейнджер, что уже не придаю этому значения. Гриффиндорка поджала губы, размышляя, что творится в голове у этого человека, и что он может чувствовать. Ее хлестало по лицу осознание того, что Драко Малфой абсолютно прав в своём пренебрежительном отношении к ней. В подготовке к этой войне Гермиона совсем не оправдывала свой титул лучшей ученицы. Погрузившись в свои мысли, она даже и не заметила, как парень перед ней остановился и на полном ходу влетела в него, попутно спотыкаясь. Они бы непременно рухнули на пол, если бы Драко вовремя не выровнялся, подхватывая гриффиндорку под локоть. Когда она восстановила равновесие, он смерил ее таким взглядом, что Грейнджер была готова провалиться сквозь землю. Все еще бубня себе под нос ругательства, слизеринец снова сверился с картой, убеждаясь, что коридор, в котором они вот-вот окажутся, пуст. Девушка попыталась заглянуть ему через плечо, но Малфой резко свернул лист пергамента, объявив, что все чисто. Когда статуя Григория Льстивого отодвинулась в сторону, впуская ребят в школу, их сердца колотились в бешеном ритме. Коридор и правда пустовал, но они все равно сразу же укрылись под Мантией. В отличие от тёмной улицы, движение по замку оказалось гораздо более сложной задачей. Нужно было постоянно проверять, не выглядывают ли из-под Мантии ботинки или еще что-нибудь. Они шли медленно, почти прижимаясь друг к другу, что только прибавляло ситуации неловкости. Проходя мимо библиотеки, Гермиона машинально остановилась, вглядываясь в темноту книжных полок. Дверь в помещение оказалась открытой, Мадам Пинс раскладывала последние фолианты на свои места прежде, чем отправится спать. Наверняка это было вызвано тем, что какой-то особенно любознательный студент засиделся за чтением допоздна, и мысль об этом безмерно грела Гермиону. А ведь это могла быть она. Это и была она, всегда она. Еще каких-то три месяца назад. Подняв голову, девушка встретилась взглядом с Драко, и на этот раз не нашла в его глазах раздражения и осуждения. Там плескалось что-то совсем другое. Как будто бы…жалость. — Что? — шепнула она, вопросительно выгибая бровь. Малфой весело усмехнулся. — Ничего, Грейнджер. Просто наблюдаю за тем, как ты борешься с желанием броситься в объятия своих любимых книг. — О, как будто ты никогда не засиживался в библиотеке, — попыталась съехидничать она, борясь со смущением. Было что-то такое, что заставляло ее заливаться румянцем каждый раз, когда на лице слизеринца появлялось это хитрое выражение. Так всегда было, и ни взросление, ни война не смогли вытеснить это из нее. — Грейнджер, Грейнджер, — медленно растягивая слова произнес он. — У меня есть потрясающий талант утаскивать к себе в комнату все, что мне нравится. Блондин весело подмигнул, и дёрнул девушку за собой, продолжая путь. Он совершенно не обращал внимания на то, что она ужасно краснеет, пытаясь бороться со своим возмущением. Не дойдя пару коридоров до Директорской Башни, они застыли, затаив дыхание. Из-за угла мягкой поступью вышла потрепанного вида кошка, знакомая каждому проказнику в Хогвартсе. — Твою мать, — заключил Драко, когда Миссис Норрис принялась обнюхивать пол, приближаясь к ним. — Она нас чует! — истерично откликнулась Гермиона, ощущая себя первокурсницей, в первый раз отправившуюся на ночную прогулку по замку. Что-то азартное и тёплое взыграло в ней от нахлынувших воспоминаний. — И что ты предлагаешь? — яростно зашептал Малфой. Как ни странно, он тоже чувствовал панику из-за этой дурацкой кошки. Наверное, это был рефлекс, выработанный за школьные годы. — Я не знаю, я…нельзя, чтобы Филч… — Мерлин… Петрификус Тоталус. Короткая вспышка, и кошка застыла, словно завороженная, вглядываясь в пустоту, под который скрывались Гермиона и Драко. — Можно было бы как-то помягче, — заметила девушка, обходя Миссис Норрис, но парень лишь пожал плечами. Как и подобало, вход в Директорскую Башню охраняла каменная горгулья. Грейнджер, у которой совершенно вылетело это обстоятельство из головы, только начала наполняться паникой, когда Малфой подошёл почти вплотную к статуе и пробормотал: — Дамблдор. Горгулья послушно отодвинулась в сторону, открывая вид на винтовую лестницу, ведущую в кабинет директора. — Ты серьезно? — девушка устремила на слизеринца удивленный взгляд. — Что? — Пароль — Дамблдор? — Снейп сентиментален, — хмыкнул Драко, преодолевая первые ступеньки и еще раз сверяясь с картой. — Очень сентиментален. У девушки по шее пробежал странный холодок, а в голову начали закрадываться мысли, что Малфой знает больше, чем говорит. Стоило Гермионе двинуться за ним, статуя вновь встала на своё место, отрезая их от коридора. Драко свернул Мантию-Невидимку, запихнув ее в карман чёрного плаща, и двинулся вверх по ступеням. Кровь пульсировала в висках от предвкушения, но мерзкий голосок в ее голове подсказывал, что что-то обязательно пойдет не по плану. В какой-то момент девушка оступилась, и, пытаясь ухватиться руками хоть за что-то, чуть не полетела по лестнице вниз. Гермиона резко ахнула, когда пальцы слизеринца с силой вцепились в ее предплечье, не давая упасть. Уже второй раз за сегодня. Они так и замерли, глядя друг на друга. В его глазах — злость, в ее — удивление и паника. Нащупывая под ботинком каменную ступеньку, Гермиона боролась с внезапно усилившимся чувством ностальгии.***
1994 год. Разъяренная Гермиона гневно топала по корриду, каблучки школьных туфель отбивали бешеный марш. Девушку распирало от возмущения, едва ли дым не валил из ушей. Эти мальчишки вели себя совершенно безответственно! За стенами Хогвартса протекали последние тёплые деньки уходящей осени, и студенты всех школ высыпали на лужайку у озера. Коридоры школы были практически пусты, едва ли кто-то, кроме самой гриффиндорки предпочёл остаться в стенах школы в этот прекрасный день. И, что бесило больше всего, у Гермионы закрадывались подозрения, что Гарри в библиотеке вряд ли штудирует толстенные фолианты в поисках информации, способной помочь во Втором испытании. Предпосылки к этому она заметила еще вчера вечером, когда Поттер раздраженно захлопнул книгу, описывающую жизнь и поведение русалок. Стоило ей пересечь порог на первый взгляд пустующей библиотеки, все опасения тотчас же подтвердились. Не знай она, что искать, можно было подумать, что царство книг и вправду пустовало. Даже гриффоноподобная Мадам Пинс покинула свой пост, видимо, посчитав, что посетителей в ближайшие часы не предвидится. По крайней мере, пока не опустится темнота. Однако, стоило немного прислушаться, как девушка уловила рваные, приглушённые смешки, доносившиеся откуда-то из глубины Запретной секции. Памятуя, что Макгонагалл дала Гарри добро на ее посещение, гриффиндорка шумно вздохнула и направилась прямиком туда. В самом уголке Запретной секции, обложившись кипой книг, расположились двое студентов. Оба полусидели-полулежали на стульях, закинув ноги на стол. Верхние пуговицы на рубашках были небрежно расстегнуты, а галстуки расслабленно болтались на шеях — красный и зелёный. Подойдя к ним почти вплотную, Гермиона разглядела полную картину и задохнулась от возмущения. — Что это, Мерлина ради, такое?! Гарри, до этого сидевший к ней в пол-оборота, обернулся, расплываясь в улыбке: — Огден! — радостно объявил он, вытягивая над головой руку с полупустой бутылкой. Малфой прыснул, прикрывая рот рукой, но мгновенно посерьёзнел под строгим взглядом девушки. — Гарри! Испытание послезавтра, а ты…а вы… Да где вы вообще это достали?! Гермиона возвышалась над ними, грозно уперев руки в бока. Совсем как миссис Уизли, когда та отчитывала близнецов. Проследив за взглядом Гарри, она поняла, что ответственность за это нелепое безобразие нёс слизеринец. — Малфой! — обвиняюще воскликнула она, хмуря брови. Он демонстративно приложил ладонь к груди и склонил голову, показывая, что раскаивается. Платиновые волосы соскользнули на лицо, но гриффиндорка все равно отлично различала бесенят, плясавших в серых глазах. — Ладно тебе, Грейнджер, — протянул юноша, изо всех сил стараясь изобразить серьезный тон. — Мы уже на всю оставшуюся жизнь, начитались. Он перевёл на девушку взгляд, стараясь вложить в него все своё пьяное обаяние. Но, судя по воинственному виду девушки, это не сработало ни на йоту. — Нашли хоть что-то? — наконец смягчилось она, заглядывая Гарри через плечо в книгу «Страшные обитатели глубин». Гриффиндорец поднялся со своего места, поворачиваясь к девушке и опуская ладони ей на плечи. То ли, чтобы звучать убедительнее, то ли, чтобы держаться на ногах. — Милая, ик… Гермиона…не нашли мы…ик…ни-хре-на. Она смотрела на него, как на полнейшего идиота. Послышался звук отодвигающегося стула, и в поле ее зрения появился Драко, забирающий у друга бутылку и еще раз прикладывающийся к горлышку. Борясь с желанием дать ему по голове, Гермиона оттолкнула Гарри и выхватила у блондина бутылку. Поттер покачнулся и завалился на стол, пьяно посмеиваясь. — Акромантул тебя задери, Малфой! Где ты это взял? Предприняв попытку отобрать у девушки заветный огневиски и потерпев неудачу, Драко стушевался и уселся на край стола, обиженно глядя на нее. — У Снейпа, — наконец отозвался он. — Снейпа? — упавшим голосом переспросила Гермиона. Все, им всем конец. Всем. Конец. — Мы ограбили…кабинет…ик… Снейпа, — встрял Гарри, опрокидывая взлохмаченную голову на плечо слизеринцу. Очки его, покосившись, съехали с носа, делая парня больше похожим на ребёнка. Счастливого, беззаботного ребёнка, впервые в жизни напившегося со своим лучшим другом. И плевать ему было на Турнир Трёх Волшебников, на испытания, на ответственность… Он хотел быть собой. Просто собой. — Вы оба такие идиоты! — по-преподавательски произнесла Гермиона, но все же улыбнулась. Наблюдая, как она старается сохранить строгий вид, Драко расслабленно рассмеялся, толкая Поттера локтем в бок. — Она не злиться, дружище! — Она никогда по-настоящему на нас не злиться. Грейнджер закатила глаза и скрестила руки на груди, сжимая в ладони бутылку. Позади характерно застучали каблуки Мадам Пинс, и девушка с ужасом осознала, что они торчат посреди Запретной секции с полупустой бутылкой Огдена, украденой у профессора. И, вишенка на торте — двое из трёх студентов в стельку пьяны. Мгновение — и все трое в ужасе таращатся друг на друга, бешено придумывая, как выпутываться из этой ситуации. — Снейп нам голову оторвёт, — заметил Гарри. Это послужило спусковым механизмом. Малфой в панике выхватил у девушки бутылку и сделал два крупных глотка. Грейнджер, не найдя другого варианта спасения, даже не стала возражать. Но когда Гарри, хлебнув свою порцию, протянул Огдена ей, гриффиндорка застыла в оцепенении. Неуверенно приняв бутылку, она несколько мгновений буравила огневиски взглядом, отчаянно храбрясь. — Да Мерлина ради! — блондин попытался выхватить Огдена из ее руки, но Гермиона увернулась, зажмурилась и сделала пару глотков. Не подготовленная ко вкусу обжигающей жидкости, она закашлялась и вытерла рот тыльной стороной ладони. Грейнджер ощутила, как сознание затуманивается, и все ее беспокойства отходят на второй план. Как же эти мальчишки на нее влияют! Краем глаза она видела, как Гарри допивает янтарную жидкость и трансфигурирует пустую бутылку в перо. А потом кто-то из них схватил ее за локоть и потащил к выходу из библиотеки. Они пробирались, прячась за книжными полками, наваливаясь друг на друга и пьяно пошатываясь. Вырвавшись на свободу, они побежали по коридорам, выпуская наружу накопившийся смех. Парни с силой врезались в стены, то и дело сцепляясь в драке и взлохмачивая друг другу волосы. Гермиона, ощущая лишь приятное чувство легкости, с улыбкой следовала за ними, размышляя над тем, что Рон пожалеет, что отказался присоединится к Гарри в библиотеке. В ее голову пришла мысль, что Сириус будет ужасно гордится своим крестником и племянником. Двигаясь не сговариваясь, они в конце-концов нашли себя на пороге лестницы, ведущей в Слизеринские подземелья. Малфой хлопнул Поттера по спине и воодушевленно перепрыгнул через несколько каменных ступеней, преодолевая пролёт. Опьяненный, он покачнулся и в последний момент ухватился за перила, откидывая голову назад и выжидающе глядя на девушку. Поняв, чего он хочет, Гермиона закатила глаза и спустилась вслед за ним, подхватывая парня под локоть и продолжая медленно спускаться. Наконец, до коридора подземелий остался всего один маленький пролёт. Гриффиндорка начала было отпускать Драко, подталкивая его ко ступенькам, но в последний момент, когда их руки уже должны были расцепиться, блондин резко обернулся. Малфой ловко перехватил ее ладонь, заглядывая в ее удивленные глаза и не давая отпрянуть. — Ты… — он задержал на ней взгляд. Серые глаза встретились с шоколадными, и его губы дрогнули, изгибаясь в улыбке. — Великолепно выглядишь, Грейнджер. Девушка непонимающе моргнула. Потом еще раз. Драко разжал пальцы и, в два прыжка преодолев лестничный пролёт, скрылся в темноте коридора.***
В кабинете директора еще витал дух Дамблдора. Запах лимонных долек до конца не выветрился, оборудованная им библиотека осталась на своём месте. Только пустующее место Фоукса возвещало о том, что Альбуса Дамблдора здесь уже давно нет. — Не могу поверить, что мы собираемся украсть… — Это не совсем кража, — заметил Малфой, блуждая глазами по кабинету в поисках Распределяющей Шляпы. — Дамблдор завещал меч Гарри, так что… — О, Мерлин… — Что? — Дамблдор! — Что? Проследив, куда указывает гриффиндорка, Драко замер, плотно сжав зубы. Она видела, как двигаются его жевалки, пока парень сверлил взглядом портрет, висящий над директорским креслом. Волшебник на картине мирно дремал, склонив голову на бок. От этого зрелища по спине бежали мурашки. — Как думаешь, он нас слышит? — Сомневаюсь, — процедил Драко, борясь с хаосом, поднимавшимся у него внутри. Вид парня заставлял Гермиону нервничать. То, как обвиняющее он глядел на портрет, заставляло задуматься о том, какие отношения были у него с директором. — Ты видишь ее? Шляпу? Слизеринец подошёл к столу и запрокинул голову, пытаясь разглядеть где-то знакомый силуэт. — Нет… Странно, да? Она всегда была на видном месте… — Только если ее никуда не перенесли…черт! — он с силой саданул кулаком по столешнице, и в тот же момент на лестнице послышался какой-то шум. Мгновенье — и они с треском врезались в стену, укрываясь под мантией. За секунду до того, как дверь распахнулась, впуская в кабинет двоих. -… мою Миссис Норрис, директор! — Мерлин, Филч, это обездвиживающие чары, прекратите брызгать слюной, — холодный голос Снейпа разлетелся по кабинету, перекрывая вопли завхоза, прижимавшего к груди кошку. Чертыхаясь про себя, Драко закрыл глаза, отчаянно сожалея, что не засунул Миссис Норрис в ближайшие рыцарские доспехи. Сбивая Грейнджер с ног, Драко параллельно закрыл ей ладонью рот и теперь вынужден был игнорировать ее возмущённый взгляд. — Это неслыханно! — продолжал надрываться Филч, тряся обездвиженной кошкой у директора перед носом. Снейп отвращено поморщился, отступая на шаг и закатывая глаза. — Говорю вам, директор, нарушители должны быть найдены! Это может быть Поттер и его дружки! — Разумеется, Поттер бы рискнул жизнью, заявившись сюда только затем, чтобы обездвижить вашу…кошку. — Или эти…гриффиндорцы, — то, с какой желчью и ненавистью завхоз это произнес, заставило Гермиону поморщиться. — Нужно назначить им наказания! Розги! Наблюдая, как Снейп отмахивается и спроваживает Филча, Драко едва дышал. Внутри него все разрывалось от противоречий, и юноша никак не мог решить, стоит ли воплотить в жизнь то, что нашептывал тихий голосок в его голове. С одной стороны, он почти не видел Северуса эти три месяца, а с другой… Он осторожно отнял ладонь от лица Гермионы, показывая ей не издавать ни звука. — Оставайся. Здесь, — одними губами произнес он и резко шагнул прочь из-под защиты Мантии-Невидимки. В ужасе уставившись на него, Гермиона открыла было рот, но тут же захлопнула его, чтобы не выдать себя. Черт! Черт, черт, черт! Какой же идиот, какой же… — Снейп, — хриплый голос Драко эхом разлетелся по кабинету. Директор резко вскинул голову и прищурился, вглядываясь в незваного гостя. — Драко, — хмыкнул мужчина и поднял палочку. Гермиона задержала дыхание, сжимая в кулаке свою и готовясь к атаке, но рука Снейпа метнулась в сторону двери. Директор прошептал заглушающее и запирающее заклятие. Малфой выдохнул, заметно расслабившись, и приблизился к директорскому столу. — Я предполагал, ты в заложниках, — усмехнулся Северус, подходя к юноше. Грейнджер никогда не видела, чтобы зельевар вёл себя так. Это было…чертовски странно. — А я предполагал, что вы слишком умны, чтобы в это поверить, — в тон мужчине отозвался Драко. — Ну, знаешь…гриффиндорцы такие непредсказуемые. Повисла неловкая пауза, во время которой Снейп сканировал взглядом пространство вокруг себя. — Ты один? Малфой уверенно кивнул, стойко выдерживая пронзительный взгляд тёмных глаз. Наверное, людей, что умеют выносить взгляд Северуса Снейпа, можно было пересчитать по пальцам. — И что же заставило тебя навестить меня? — с сарказмом спросил мужчина, проходя у слизеринца за спиной. Он скользнул взглядом по месту, где находилась Гермиона, но, кажется, ничего не заметил. — Соскучился? — Я здесь для того, чтобы украсть меч Гриффиндора, — весело отозвался Драко, и у Гермионы сердце ушло в пятки. Как он может так… Вопреки всему, Северус мрачно ухмыльнулся. Казалось, его планы Малфоя ничуть не смущали и не тревожили. — Полагаю, ты всегда умел обносить мой кабинет, — протянул он, скрываясь за одной из колонн. — Понятие не имею, о чем вы, директор, — хмыкнул Драко, делая ударение на последнее слово. — Разумеется, — холодно отозвался Снейп. — Меч Гриффиндора, говоришь? И как же ты собирался его получить? Обвязаться красным шарфом? Нарисовать шрам на лбу? — Я бы стащил Шляпу, — вывернулся Малфой, продолжая поддерживать веселый, расслабленный тон. — И ты считаешь, что явиться мне и сообщить о своих планах — умно? — Считаю, что вы можете мне помочь, — твёрдо и уверенно заявил Драко. Снова началась их игра в гляделки. Это длилось несколько долгих минут, которые Гермиона провела, стараясь унять своё бешеное сердцебиение. Наконец, директор отвернулся от парня, скрываясь в недрах своего кабинета. — Полагаю, за беспорядок в Министерстве благодарить надо вас? — поинтересовался мужчина откуда-то издалека. Малфой самодовольно хмыкнул. — Вы оценили? — Хотелось бы сказать, что это была тонкая работа, но… — О, посмотрел бы я на вас, пытающегося проделать тонкую работу, когда в команде Рон Уизли. Грейнджер под мантией закатила глаза, а Северус издал приглушённый смешок. Воцарилась тишина, и через какое-то время мужчина вернулся, держа в руках что-то длинное и серебряное. Девушка могла видеть только спину слизеринца, но она была уверена, что его глаза горят бешеным огнём. — Разве он…разве он не должен появится из шляпы? Северус смерил слизеринца надменным взглядом и опустил меч на стол перед ним. — Завещая меч Поттеру, Дамблдор позаботился о том, чтобы ему не пришлось об этом переживать. Услышав, как Снейп произносит это имя, гриффиндорка сжала руки в кулаки. Хотелось сбросить с себя мантию и высказать все ему прямо в лицо, но она не решалась нарушить этот странный союз, образовавшийся между директором и его бывшим подопечным. Малфой взял в руки меч и повертел его перед лицом. — Можешь не сомневаться, это именно он. — Я и не… — Тебе нужно уходить, Драко, — сухо произнес мужчина, косясь на дверь. — Я передам Нарциссе, что с тобой все в порядке. Парень сдавленно кивнул. — Спасибо. Малфой двинулся к двери, и Гермиона последовала за ним, стараясь издавать как можно меньше звуков. Парень распахнул было дверь, но голос директора заставил его вновь обернуться. — Драко, — окликнул его зельевар. — Я не смогу помочь, если не буду знать всего. Парень молча смотрел на него, пока Грейнджер выскальзывала на ступеньки. Потом коротко кивнул и вышел, захлопнув за собой дверь. — Не могу поверить, что он так просто…помог! — воодушевленно шептала девушка, сбегая вниз по ступенькам. — Почему он это сделал? Он же на стороне… — Он на своей стороне, Грейнджер. Если Драко и старался звучать серьезно и хмуро, у него ничего не получалось. Клокочущая внутри радость от этой маленькой победы наполняла его, а адреналин стучал в висках. Они сделали это, правда сделали! Осталось совсем немного, всего то вернуться тем же путём. Вселенная им благоволила. Ребята быстро преодолевали школьные коридоры, не заботясь о том, что колышущаяся от ветра Мантия задралась, открывая их щиколотки. Лестничный пролёт, направо, еще направо. Мимо библиотеки, прямо к заветной статуе. Быстрее, еще быстрее! Драко затормозил внезапно, в одном шаге от поворота в заветный коридор. Грейнджер с силой врезалась в него и начала было возмущаться, но он снова зажал ей ладонью рот, кивком указывая в коридор. Когда она взглянула из-за поворота, перед Гермионой открылась ужасающая картина. У стены стояло трое мальчишек и двое девочек. Гриффиндорцы. На вид им было лет по четырнадцать, может, пятнадцать. Над ними возвышались мужчина и женщина в длинных чёрных мантиях. Рукава на них были закатаны, открывая взору две Чёрные Метки. Женщина взмахнула палочкой — и светловолосый мальчишка согнулся пополам, бешено вопя. Гермиона не слышала, какое заклинание та произносила, но ей было хорошо знакомо действие Круциатуса. Остальные мальчишки бросились было к нему, стараясь загородить от этой ужасной женщины. Один из них был с силой отброшен в сторону мужчиной и, приземлившись на пол, ударился головой и затих. Второй мальчишка словил Круциатус и закричал так сильно, что у Гермионы разорвалось сердце. Она дёрнулась было вперёд, но Драко остановил ее, с силой сжимая руку повыше локтя. Она резко обернулась к нему, вперивая в слизеринца яростный взгляд. — Нужно помочь им! — Тебе, что, жить надоело? Хочешь все нахрен испортить?! — Она их пытает! Как ты не видишь… — Она их не убьёт, Грейнджер, Снейп не… — Снейпа здесь нет! Нет… По коридору разнесся очередной вопль, полный отчаяния, и девушка рванулась из рук Малфоя еще раз. Он он ее не отпустил. — Я, твою мать, клянусь, ты пожал… Грейнджер! Но было поздно. С силой оттолкнув парня от себя, девушка ворвалась в коридор, на ходу оглушая мужчину, сжимавшего горло девочки с короткой стрижкой. Та мешком рухнула на пол и, казалось, потеряла сознание. Женщина молниеносно обернулась к гриффиндорке, посылая в нее красный луч, но девушка увернулась. В ответ она выпустила оглушающее, но и оно не достигло цели. Волшебница прищурилась, оглядывая ее, и злобно зашипела: — Ты… Они схлестнулись в схватке. Красные и зеленые лучи летали по коридору, взрывая кирпичи и разбивая оконные стекла. Несмотря на то, что женщина была довольно крупной, она достаточно ловко уворачивалась от заклинаний. Даже Гермионе уже становилось тяжело избегать смертоносных лучей и болезненных вспышек. Краем глаза она уловила, как мужчина поднимается на ноги. Не успела она среагировать, как он уже повалился обратно, сражённый красным лучом, выпущенным откуда-то из-за ее спины. Малфой. Девушка уже чувствовала, как слизеринец проклинает ее. Заметив юношу, женщина оскалилась и зашипела: — Предатель! В слизеринца полетело убивающее заклятие. Одно, второе. Воспользовавшись этим, Гермиона выпустила из палочки Остолбеней, и та повалилась на пол. Дети со стонами поднимались со своих мест, потирая ушибленные места. — Ты — гребаная идиотка! — взревел Драко, гневно взирая на Гермиону. — Ты, вообще, понимаешь, что делаешь?! Она видела меня, мать твою! Теперь придётся стирать ей память, а это… Блять! — Она применяла Непростительные заклятия к детям! Как ты можешь так эгоистично… — Эгоистично?! — блондин, склонившийся было над оглушенной колдуньей, выпрямился и двинулся на Грейнджер. — То, что у тебя не хватает мозгов, чтобы… — Малфой! Драко на мгновение взмыл в воздух и с силой врезался в стену, его лицо перекосилось от боли. Мужчина возвышался над ним, презрительно смеясь. — Предатели получают по заслугам. Авада… — Остолбеней! — Круцио! Мужчина полетел на пол, оглушенный истерично пущенным заклятием Гермионы, а сама она рухнула на колени, не в силах сдержать крик. Вторая волна Непростительного заклятия подкосила ее сильнее, вонзая миллионы иголок в тело. Ее голова встретилась с каменным полом, палочка вырвалась из ладони и покатилась к стене. Из такого положения, совершенно сломанная девушка наблюдала, как в Драко врезается еще одно Круцио, а потом еще и еще. Он стискивал зубы, но все равно сдавленно стонал, устремив взгляд на девушку. Она поняла, что внимание Пожирателей пока сосредоточенно на нем. Борясь с болью, гриффиндорка не могла позволить себе ничего, кроме как ползти к своей палочке. Медленно. Чертовски медленно. Настолько медленно, что это могло стоить им жизни. Краем глаза она подметила, как мужчина Пожиратель поднялся на ноги и запустил в Малфоя неизвестным ей заклятием. Синяя вспышка — и его рука хрустнула, изгибаясь в неестественном положении. Он не выдержал, и с его губ слетел животный рык. Кровь стучала в висках, пока Гермиона двигалась к цели. Все ее мысли сосредоточились на том, что ей нужно было сделать. В какой-то момент палочка сама подкатилась к ее пальцам — одна из девочек, сжавшихся у стены, подтолкнула оружие к ней. Когда Грейнджер вскочила на ноги, она была полна решимости. В голове звучал голос Малфоя. Злой, яростный! «Убей его! Давай же, убей!» Смотря на измученного, распластавшегося перед своими мучителями блондина, она решилась. Решилась переломить свою жизнь и принять обстоятельства. Ее голос сочился ужасом, когда Гермиона выкрикнула: — Авада Кедавра! На мгновение все вокруг замедлилось. Настолько, что она могла отчётливо увидеть удивленные глаза Драко и двух Пожирателей, поворачивающих головы в ее сторону. Но все изменилось. Выражение лица Малфоя перекосилось от ужаса и безысходности, когда с кончика ее палочки не сорвалось ничего, кроме слабого зеленого дыма. Женщина разразилась хохотом, и Гермиона зажмурилась, теряя всякую веру. Смех женщины разрушал ее, заставляя слезы выступить на глазах. Какая же она слабая! Слабая и никчемная! Внезапно смех прервался, и, открыв глаза, девушка увидела только ее растянувшееся на полу тело. Воспользовавшись ситуацией, она оглушила мужчину, успевшего направить на нее палочку. Обернувшись, Грейнджер встречается взглядом со Снейпом. Его лицо перекошено гневом. Игнорируя ее, мужчина подлетел к Драко и прошептал себе под нос заклятие. Послышался характерный хруст, юноша Поморщится, и его рука встала на место. Отчаянно ругаясь, Малфой поднялся на ноги и тут же оказался прижатым к каменной стене. — Что я тебе сказал, Драко?! Я не смогу помочь, если… — Я понял, — выплюнул блондин, со злостью глядя на девушку. — Что делать? — Я сотру им память. А вы — убирайтесь вон. Слизеринец кивнул и одним взмахом палочки заставил статую, скрывающую потайной ход, отъехать в сторону. Гермиона рванулась за ним, но Снейп остановил ее, пристально вглядываясь в глаза. — Мисс Грейнджер… — ядовито протянул он. — Какое жалкое зрелище. Проглотив свою гордость, она одарила его пылающим взглядом и нырнула в проход вслед за Малфоем.
