Признания в лифте/ Confessions in An Elevator

Энди приняла душ, оделась, взяла батончик мюсли из хорошо укомплектованной кладовки Миранды и ждала у двери в семь утра следующего дня. Она почти не спала, ворочаясь с боку на бок и заново переживая все возможные варианты ответа на вопрос Миранды. Почему она поцеловала ее? Она была прекрасна. Ее мягкость и уязвимость были более привлекательны для Энди, чем Миранда в своем самом великолепном дизайнерском платье. Потому что она казалась человеком и доступным, и вид таких неожиданных трещин в ее приваренной маске манил ту часть Энди, о существовании которой она и не подозревала. Поэтому она поцеловала ее. Поцеловала ее, когда грозные колючки Миранды были расплющены и потрепаны. Она погладила ее дрожащие руки, высушила дыханием алебастровую щеку, опухшую и покрытую следами слез, и опустила свои полные губы на ее. Потребовалась целая неделя, чтобы прошла боль от шишки на затылке Энди, которым она приземлилась после того, как Миранда с негодованием отшвырнула ее в сторону. И Энди потребовался почти целый день, чтобы хотя бы заметить эту боль , в первую очередь из-за того, что еще произошло во время того поцелуя. Та самая вещь, о которой Миранда с ней не говорила. И вот почему интересно, она этого не сделала? Энди спокойно грызла батончик мюсли и ждала появления Миранды. Ее мысли блуждали, когда она смотрела на дом, в котором ей когда-то было поручено каждый вечер оставлять макет "Подиума" для Миранды. Она так привыкла красться по строгим коридорам в профессиональном качестве, что ей было неприятно сейчас находиться здесь в уединении. Она все еще чувствовала себя незваной гостьей. Энди проглотила последний кусок батончика и осторожно спрятала обертку в карман своего сшитого на заказ костюма. За ткань она была готова умереть, изысканно скроенная и потрясающе лазурно-голубая. Наверное, это стоило больше, чем Энди заработала за четыре месяца. Когда накануне вечером она открыла шкаф в гостевой спальне, то обнаружила там кучу одежды подозрительного размера. Энди знала, что приглашение позаимствовать их было там, хотя, скорее всего, оно никогда не будет произнесено вслух. Она могла бы подумать о том, чтобы просто надеть свою собственную одежду, чтобы минимизировать количество дискомфорта в жизни Миранды, но у нее точно не было шанса собрать сумку для ночевки. Она нахмурилась, вспомнив про гостевой шкаф. И вообще, как долго Миранда готовилась к ее пребыванию здесь? - Коллекция Лин По, - объявила Миранда, спускаясь по лестнице и разглядывая ее наряд. - Приемлемый выбор. - Взгляд ее метнулся к Энди, а потом снова исчез. - Рой снаружи. Сопровождай. Властность вернулась. Энди прикусила губу, чтобы избежать едкого замечания о том, что репортеры не являются помощниками, но они в значительной степени осветили этот вопрос вчера вечером, когда Миранда извинилась. Или, вернее, не то что бы извинилась ... неважно. Поездка в машине была безмолвной, Миранда только поинтересовалась, соответствует ли комната ее потребностям. Энди кивнула, пробормотала слова благодарности, и на этом светская беседа закончилась. Это было, вероятно, самое большее, что Миранда могла вынести добровольно, по крайней мере, без угрозы раскаленных добела кочерг. Они находились в лифте "Подиума", медленно поднимавшемуся в небо, когда Миранда, наконец, заговорила снова. - Вот мы и пришли, - сказала она, не сводя глаз с растущих цифр. - В твою маленькую исповедальню. У тебя есть что добавить ко вчерашним поразительным признаниям? - По-моему, теперь твоя очередь, - заметила Энди, бросив взгляд на женщину слева от нее. С минуту она изучающе смотрела на нее. Узкая юбка с замысловатым рисунком, какой-то новый дизайнер, чей ярлык ускользнул от Энди, элегантно подчеркивала стройные бедра Миранды. И шелковистая кремовая блузка под соответствующим жакетом, расстегнутая на три верхних пуговицы, демонстрировала соблазнительное декольте. Энди облизнула губы. - Вчера ты сказала: "Ты первая". А это значит, что теперь моя очередь выслушать тебя. По-честному. - Энди с надеждой улыбнулась, хотя ее сердце бешено колотилось от такой смелости. Ноздри Миранды раздулись, и на мгновение Энди показалось, что она вот-вот станет персонажем в одном из этих печально известных мифов о "Подиуме"... что-то вроде того, как Миранда прячет тела своих недалеких помощников. По крайней мере, она надеялась, что это мифы. - Стивен, - внезапно сказала Миранда, явно удивив их обеих, - изменил мне. - Она выплюнула эти слова, сложила руки на груди и бросила на Энди мрачный взгляд. - Я заставила его заплатить. Мой адвокат обчистил его. Ему придется просить милостыню у своей теперешней подружки, чтобы снять квартиру. Она вздернула подбородок и снова уставилась на цифры. - Мне очень жаль, - сказала Энди. - Как и говорили близнецы, он был мудаком. Голова Миранды повернулась так быстро, что Энди удивилась, как это она не хрустнула. - Они так сказали? - Угу... Дерьмо. Энди мысленно застонала. - Они, гм, думали, что он придурок. И они, возможно, упоминали, что он изменил тебе. Это почти все, что они сказали на эту тему. - И они сообщили тебе об этом в те самые минуты, пока я была вчера вечером на кухне? - В значительной степени, да. А что? - Энди краем глаза заметила, как напряглись ее гордые плечи. Миранда несколько мгновений молчала, потом выдохнула. - Они никогда даже не упоминали его имени, - пояснила она. - Я ... была неуверенна в их мыслях по поводу развода. Или его самого. Мы никогда не обсуждали это должным образом. И уж, конечно, я не знала, что они об этом знают ... - Она взмахнула рукой в воздухе. - Кэндис. 19-летняя секретарша, с которой нанятый мной частный детектив застал Стивена на рабочем столе. И под ним тоже. Что в формате фот 10х15 отдельно ему не льстило. - Ну, они точно не назвали ее имени, - пробормотала Энди и неловко поерзала. - Но ведь это хорошо, правда? Что он не нравился девочкам, и теперь его нет? - Хорошо? - Недоверчиво повторила Миранда. - Это не могло ускользнуть даже от твоего невнимательного взгляда, какое восхитительное время я провела с таблоидами во время своего развода. С их размышлениями о том, кто будет следующим и есть ли у меня сосульки в груди. Энди нахмурилась. - Они просто дебилы, Миранда. Полные придурки, - сказала она непреклонно. - И конечно, у тебя есть сердце. Я чертовски хорошо это знаю. Миранда замерла. Энди чуть не прикусила язык, услышав то, что она только что сказала. - О! Я имею в виду... - Рассказывай, - обманчиво мягко предложила редактор и наклонилась вперед. - Что именно ты имела в виду? - Э... - Глаза Энди отчаянно метнулись к номеру этажа. Они все еще были только в районе шестого. Она проклинала неисправность технического обслуживания, замедлившую его до черепашьей скорости. - Той ночью, - слабо прошептала она, - в Париже. Вот что я имела в виду. Щеки Миранды покраснели, а глаза загорелись. - Когда ты нашла меня в полном смятении? Энди сглотнула и покачала головой. - Когда ты поцеловала меня, - лукаво предположила Миранда. - Когда ты поцеловала меня в ответ, - тихо поправила Энди. Последовала долгая тишина, за которой последовал язвительный ответ. - Я понятия не имею, о чем ты говоришь. - Тон Миранды был предсказуемо возмущенным. А вот ее глаза... Боже, ее глаза. Дикие. Ледяные. Бурные. - Да, у тебя ни одной идеи, - осторожно сказала Энди. - Все в порядке. Послушай, это была не игра для меня. Такого никогда не было. Я знаю, что сказала вчера вечером, но все вышло не так. Я хотела этого ... Я имею в виду... Выражение лица Миранды стало замкнутым, было видно, что она едва сдерживает ярость. - Ничего страшного, - пробормотала Энди. - Я просто ... тогда я почувствовала твое сердце. На несколько секунд я почувствовала это. И это все. Окей. А теперь затыкаюсь. Миранда впилась в нее взглядом, сжав челюсти. - Все, что ты надумала, что почувствовала, - сказала она ледяным тоном, - было твоим воображением. Я была уязвима, - выдавила она из себя. - И ты этим воспользовалась. Ты почувствовала мой ужас от того, что сделал Стивен, объявив о своих планах развода по факсу. Ты почувствовала мою боль за моих дорогих девочек. Ничего больше. - Миранда, ты поцеловала меня в ответ, - настаивала Энди, ее раздражение постепенно росло. Правда - это ее все. Это что-то значило. Такие вещи, как факты, действительно имели значение. Не соглашаться с последствиями, не пересматривать историю. Она разочарованно посмотрела на своего бывшего босса. Миранда резко и злобно тряхнула головой. - Миранда... - Энди подняла руку, чтобы дотронуться до безвольно висевшей руки Миранды. Которую та резко отдернула. - Как ты смеешь! - На этот раз ярость была великолепна. Энди издала короткий глухой смешок. - Да, боже. Как я смею? Что? Говорить правду? С тех пор как я ушла, мне приходилось сталкиваться с гораздо более страшными людьми, чем ты, - парировала Энди, наклоняясь к ней. - Ты меня не пугаешь, Миранда Пристли. - Услышав возмущенное шипение Миранды, она быстро продолжила: - Но ты действительно внушаешь мне трепет. И производишь на меня впечатление. И еще довольно много других вещей. Она наклонилась вперед, вжимаясь всем телом в пространство сильно напряженной женщины, стоявшей сейчас перед ней, и остановилась, раздумывая, стоит ли рисковать еще раз. А затем запечатлела губы Миранды в медленном поцелуе, нежно двигая губами, сжимая пальцами лацканы ее модного жакета. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем она почувствовала, что редактор ответила. Все было так же, как и в прошлый раз. Крошечный вздох, выдох, который был мягким и удивленным, а затем трепетание губ на ее губах. Она почувствовала, как изящные руки скользнули к ее талии и крепче прижали ее к себе. Каким-то образом, и Энди не была полностью уверена, когда именно, она скользнула пальцами в эту культовую прическу и намеренно провела по ней, поглаживая и теребя ее. Сила, которую она почувствовала, совершив столь скандальный поступок, выстрелила ей прямо между ног. Они все еще целовались, томно исследуя текстуру, тепло, помаду и языки, когда лифт звякнул. Словно противоборствующие магниты, они разошлись, задыхаясь. Когда через несколько секунд дверь открылась, Миранда тут же оттолкнула Энди, словно скорость была для нее так же жизненно важна, как кислород. Репортер наблюдала за длинными, решительными шагами Миранды, и ее собственная грудь колотилась с такой же яростью. Она последовала за своим бывшим боссом, слегка пошатываясь, все еще не совсем уверенная в том, что только что сделала. То, что ей только что разрешили сделать. Или что это вообще значило. Внезапно Миранда замедлила шаг, затем остановилась, повернулась и уставилась на нее, странное, жгучее, любопытное выражение омыло ее черты. Редактор нетерпеливо ждала, пока Энди догонит ее. - А что ты предпочитаешь в искусстве? - Резко спросила Миранда, холодно оглядывая коридор, чтобы убедиться, что никто не наблюдает и не подслушивает. Однако миньоны нырнули в укрытие сразу же, как только они вышли из лифта. Энди моргнула. - А.. эээ... сумасшедшие вещи. Экспрессивные. Или просто когда много цветов и интересный свет. Тернер и Поллок? - Мм ... а твой музыкальный вкус? Тебе все еще нравится этот нелепый шум, который у тебя в качестве звонка? - Эй, кей-поп вовсе не нелеп, - ухмыльнулась Энди. - Корейский поп-рок! И почему ты хочешь это знать? Миранда проигнорировала этот вопрос и полезла в сумочку за зеркалом. Ее губы презрительно скривились, когда она увидела, что Энди сделала с ее обычно безупречными волосами, и она быстро начала поправлять их, задавая следующий вопрос: - Как бы ты определила свои политические взгляды? На этот раз Энди нахмурилась. - Это немного личное, тебе не кажется? Миранда остановилась и бросила на нее такой недоверчивый взгляд, что Энди покраснела. О, да. Правильно. Она только что целовалась с Мирандой, долбаной Пристли целых три минуты в лифте. И теперь это уже личное. По крайней мере, она чертовски на это надеялась. - Крайне левые, за все виды личных свобод и за Гринпис, - перечислила Энди. - И за финансовую ответственность, но без того, чтобы бросать обездоленных на съедение волкам. Как бы это сказать... - Хорошо. - Прервала ее Миранда, и это странное горящее выражение вернулось к ней. Она захлопнула пудреницу и бросила ее в сумочку. - Миранда, что?.. Эмм, а разве мы не собираемся обсудить... ? Миранда бросила на нее уничтожающий взгляд. - Все что было в лифте не обсуждается вне его, как я поняла твои условия. Теперь у меня много работы, и я предлагаю тебе заняться тем же. В случае, если ты не видела, твое фото теперь на первой странице новостей. Сердце Энди дрогнуло. Она была так поглощена своими личными драмами, что совершенно забыла об этом. Должно быть, она выглядела пораженной, потому что Миранда ухмыльнулась. - Это была весьма лестная фотография, - протянула Миранда. - Хотя я и не подозревала, что ты играла в студенческой шахматной команде. Как... захватывающе. Энди испустила сдавленный вздох от унижения, что ее гиковская фотография с первого курса, очевидно, напечатана в ее профиле в газете. - Ооооо! Убей меня сейчас же! - Если ты не способна выдержать славу, - сказала Миранда, с хозяйским блеском обводя взглядом комнату, - это будет очень неприятно. А теперь не пора ли тебе закончить то, что ты начала? Под неуверенном взглядом Энди Миранда закатила глаза. - Прекрати тянуть время и прикончи мэра. Это все.