Обретение

Разбудила всех троих утром Марго, громко постучав в дверь и крикнув: – Господа, будете завтракать? Прикажете подать в комнату или спуститесь вниз? Она вошла, повинуясь приказу Алана, чтобы обсудить заказ. Впрочем, прежде чем говорить о завтраке она начала очень быстро тараторить о совсем другом: – Вы знаете? Такой ужас! Старика Тоома этой ночью убили. А этот важный господин сбежал. Какой кошмар! Что творится! При помощи наводящих вопросов, суровыми взглядами останавливая непрерывный поток слов, то и дело вырывающийся из уст девушки, всем троим, наконец, удалось докопаться до сути дела. Ричард Пирс, тот самый офицер безопасности не решился темной ночью ехать в город с четырьмя задержанными. Трое из них – «деловые партнеры» Тристана находились пока в статусе свидетелей, а один подозревался в вооруженном нападении на «честных граждан» королевства. К тому же дождь продолжал лить всю ночь. Поэтому офицер прошлым вечером только коротко допросил всех четверых. После этого свидетелей закрыли в свободном номере на третьем этаже. Они-то как раз за ночь никуда не делись. А вот того богато одетого господина, который без всяких сомнений находился в сговоре с магом, для надежности заперли в подвале постоялого двора. Пирс, управляющий гостиницы и Тоом, который работал здесь поваром, должны были по очереди дежурить у входа в подвал. Получается во время дежурства повара задержанный и сбежал. Ясное дело, не обошлось без помощи извне. – Старик, видно, задремал. И то подумать, ему скоро исполнилось бы шестьдесят. – Пояснила Марго. – А еще… – В этот момент девушка понизила голос. – У трупа мага, что лежал возле конюшни… Ну, вчера ночью мужчины перетащили мертвые тела во двор и положили под навесом у конюшни. Так вот у того мага в белой мантии кто-то отрезал ночью голову и забрал её с собой. Во как! Пока принц с Зигфридом заказывали завтрак, Ханс стоял у окна и о чем-то напряженно думал. Когда же Марго, получив от Алана немного грубоватый комплимент и, одновременно, смачный шлепок по ягодицам, довольная собой и жизнью, побежала исполнять заказ, темноволосый парень хлопнул себя по лбу, радостная улыбка заиграла на его лице: – Я все понял! Был еще один человек. Наверху, в своем номере. Хотя, возможно, он даже видел окончание драки, стоя в этот момент на лестнице, но на него в суматохе никто из нас не обратил внимания. Алан и Зигфрид с удивлением посмотрели на Ханса. Принц быстрее сообразил, в чем дело, и сказал весело: – А ну, давай – рассказывай… Садись за стол. С довольной физиономией Ханс уселся за стол: – Я вот тут подумал и, кажется, понял, как вчера вечером всё происходило на самом деле. Начну с нашего приезда. Когда вчера в конце дня мы прибыли на этот постоялый двор, то часть партнеров Тристана по его таинственным делам нас уже ждали. Они сидели внизу в зале за тем самым длинным столом в углу. Остальные гости прибыли из Колля, пока мы с Тристаном и Родериком размещались в своих комнатах. Но нашего прибытия, само собою, ожидали и другие люди, которые уже планировали нападение. Те двое господ, что сидели под лестницей, как я теперь припоминаю, уже находились там, когда мы только заносили вещи. Кроме того, думаю, часть гостей Тристана… Ну, тех, что прибыли на совещание и ужинали вместе с ним… По крайней мере кто-то из них тоже знал, что ожидается. Ну, и предатель Родерик, само собой, тоже был в курсе… Ханс на минуту замолчал, обдумывая сказанное, потом продолжил: – Да, точно! И вот начался ужин. Они сидели за длинным столом в углу – вы это видели. Я расположился у входа. Двое богато одетых мужчин, стало быть, сидели под лестницей. Да, был еще этот офицер, кажется, Пирс… Но на него никто особо не обращал внимания. Он сидел за столом один. Потом появились четыре пса. – Так их всего было четверо? – Уточнил Алан. – Да, и это важно. – Кивнул Ханс. – Потом появился маг в белой мантии. Ну, в тот момент я точно не знал, что он маг. Просто я уже рассказывал о моем столкновении с похожим человеком в Хоггене. Вам теперь понятно, почему я сразу насторожился при его появлении. Он подошел в группе собакоголовых. Я, правда, в тот момент не знал и этого. – Насколько мне известно, они мастерски притворяются обычными людьми, – не удержался от комментария Зигфрид. Ханс пожал плечами: – Говорят, что да. Но я заметил за собой такое свойство, что на меня их чары не действуют. Это, видно, тоже часть моих магических способностей охотника за нежитью, я думаю. Но в этот раз они сидели в темном углу, лица были укрыты капюшонами. Поэтому я и не… Но продолжаю. Маг вышел на улицу вместе с одним из псов. Я через полминуты последовал за ними и застал беседующими на тропке, что ведет к озерку. Вы видели его, когда подъезжали… – Продолжай, не отвлекайся на детали. – Попросил Алан. – Хорошо, постараюсь говорить короче. – Согласился Ханс. – Так вот, как я понял, маг приказал псу убить меня. Он, очевидно, был в курсе того, что я охраняю Тристана. Вместо этого все получилось совсем наоборот. То есть я сам убил собакоголового. Без особых проблем. Так вот, я полагаю, бойня, включающая убийство моего нанимателя, вообще-то планировалась начаться позже. Должен был появиться спутник мага или просто еще один его сообщник. В любом случае в своем номере наверху находился еще человек. – А не проще было убить Тристана потихоньку в его номере? У этого Родерика, я так понял, хватало для этого множество возможностей. – Спросил Зигфрид. Ханс замотал головой: – Я начал думать об этом сразу же, как только увидел нож Родерика в груди Тристана. И вот, что я придумал… Наверное, те, кто это всё запланировал, хотели оставить Родерика вне подозрения, чтобы потом ещё не раз его использовать в своих целях, как двойного агента. Я так полагаю, они собирались всё побоище выдать за нападение псов, от которого Родерик, по их планам, якобы спасся чудом. Я и Тристан должны были погибнуть, а он должен был продолжать играть свою роль дальше. – А как же нож в груди? По нему ведь могли впоследствии опознать убийцу? – настаивал Зигфрид. Парень развел руками: – Я же не знаю всего, могу только представить разные варианты. Скорее всего, потом псы порвали бы на части труп Тристана. Кто бы потом доискивался причин смерти? Так или иначе – всё пошло не по плану. Когда маг увидел меня живого и невредимого, входящего в дверь, то испугался. Этот крендель понял, что я знаю о присутствии псов, что я могу рассказать другим о его связи с ними. Маг без раздумий швырнул в меня огнем. К счастью, я ждал чего-то вроде этого и увернулся. Родерик же принял эту атаку мага за сигнал к началу бойни. Он первым делом убил Тристана на глазах у гостей. Я так понимаю, что выжить вчера вечером должны были только определенные люди. Те, кто знал обо всех деталях плана заранее. Примерно в этот момент появились вы, принц. Это мне очень помогло. Три пса одновременно многовато даже для меня, наверное. Особенно, когда я не могу развернуться в полную силу. Свидетелей моих действий оказалось слишком много. – Пустяки! – Махнул рукой Алан. – Мне было приятно, что мое умение махать саблей пригодилось в благом деле. – Дальше вы, принц, все видели. – Кивнул Ханс, соглашаясь. – Мы вдвоем устранили собакоголовых, не дав им возможность посеять панику среди людей. За столом у Тристана даже после его смерти и даже с участием двух господ, что сидели у лестницы, силы сторон оказались примерно равными. А когда офицер Пирс вмешался в драку… – А тут еще мага удачным выстрелом уложил этот мужик из бара… Правда, он тебя тем самым лишил удовольствия. – Усмехнулся принц. – Ерунда. Тоже еще мне удовольствие! – Отмахнулся от этого предположения охотник. – Уверен, было бы лучше оставить его живым. Он, очевидно, очень много знал. Да и человек он известный, раз кто-то ночью утащил его голову. Хотя ясно, кто утащил. Тот самый человек из комнаты наверху, что убил сторожа и выпустил арестованного сообщника. Вот такие мои соображения. – Ну что думаешь, Зиг? По-моему, логично. – Алан глянул на хмурое лицо друга. Зигфрид же в раздумье покачал головой, хмыкнул, но вынужден был признать: – Во всем сказанном есть определенный смысл. Конечно, в рассуждениях юноши слишком много вольных допущений. Опять же, у меня очень мало информации, чтобы говорить более определенно. Но, с другой стороны, с очень большой долей вероятности один или даже два человека, как выразился этот молодой человек, были наверху, то есть находились в одном из номеров, когда побоище в зале уже началось. Или же они прибыли на постоялый двор уже после этого. Разница, в принципе, не существенная. В любом случае запертому в подвале человеку кто-то помог сбежать. В этот момент в дверь постучали, и появилась Марго с подносом в руках. Уже через минуту все трое занялись мясом, которое после утреннего разогрева, по крайней мере, перестало быть наполовину сырым. Не успели парни как следует прожевать его, как вновь появилась Марго: – Господин, вы просили сказать, когда на наш постоялый двор прибудет карета. Так вот, только что прибыл Столичный экспресс. Они останавливаются у нас примерно на полчаса. Зигфрид умчался вслед за девушкой, узнавать, есть ли свободные места в карете. Алан рассеяно окидывал взором комнату, чтобы не забыть ничего из своих вещей. Он наткнулся взглядом на Ханса, который схватил свой рюкзак и теребил его лямку, словно не решался что-либо сказать или же просто попрощаться перед уходом. Блондин улыбнулся парню: – Ну, какие у тебя планы? Ты ведь теперь свободен, я так понял. Можешь идти, куда душа пожелает. – Еще вчера я мечтал поскорее прибыть в Колль. Я ведь ещё ни разу не видел моря. А теперь… Вы ведь едете в столицу? Я вот подумал… А что, если я с вами поеду?.. Нет, вы не думайте ничего такого. У меня есть деньги, я сам могу себя содержать в пути, и за проезд, конечно, сам заплачу. У меня остались сбережения. И… Честно говоря, я, когда забирал свои вещи, взял часть денег Тристана и Родерика. Ну, как выходное пособие… Им-то обоим деньги уже точно не понадобятся. Алан только еще раз улыбнулся от такой откровенности парня. Поощренный этим Ханс продолжал: – Вы такие интересные люди. Когда бы я мог мечтать, что буду разговаривать с настоящим принцем. А в столице я найду себе какую-нибудь работу. Обязательно! Хотя хочу вначале осмотреться, чтобы не браться за первое попавшееся дело. У меня ведь вроде как есть особое предназначение. Хочу поискать книги. Ну, такие книги, где про таких, как я, написано. А также про разную нежить. Ну и, все такое… Алан засмеялся: – Да, в чем проблема! Будет место в карете – езжай, куда хочешь! Я, в принципе, не прочь еще поболтать с тобой. Между нами, Зигфрид, жуткая зануда! А во время остановок стоит попрактиковаться в единоборстве. Я говорил уже, что у тебя не самая лучшая манера работать с кинжалом. Я понимаю, что он тебе больше нужен, как прикрытие твоих тайных способностей. Но в любом случае – если применяешь оружие, научись и владеть им! Мне любопытно попробовать поработать с таким интересным партнером, как ты. У тебя, по идее, должна быть отменная реакция. Так что – бери вещи, пошли вниз. Узнаем, будет ли место под солнцем и для тебя. Слова Алана о месте под солнцем оказались в известном смысле пророческими. В карете имелись свободные места и в салоне кареты, но там среди других пассажиров ехала семья с маленьким, плачущим ребенком, поэтому троица предпочла занять места на крыше кареты. К тому же там никого, кроме них не оказалось, и они могли чувствовать себя более свободно. Присутствие рядом с собой Ханса Зигфрид воспринял невозмутимо, только и того, что глянул многозначительно на принца – мол, сам знаешь, что делаешь. После вчерашней грозы деревья, кустарники, трава очистились от пыли. Казалось, даже их цвет стал более зеленым. Ханс то любовался окрестностями, то разглядывал свою карту, прикидывая, каким путем они будут следовать в Кронберг – в столицу королевства. Принц откровенно скучал. Вынужденное безделье давалось ему с трудом. Он то демонстративно зевал, то пытался дремать, откинувшись на неудобном деревянном сиденье, то вынимал из ножен свою саблю, проверяя пальцем, насколько она острая. Зигфрид же уткнулся в толстенный фолиант в красном матерчатом переплете, и, казалось, он единственный из них троих в полной мере наслаждался поездкой. А что!? Жара после вчерашнего дождя ослабла, свежий воздух, интересная книга. Хансу очень хотелось узнать, что именно так увлеченно читает этот чопорный спутник принца, но он немного побаивался его. Наконец, все же любопытство стало нестерпимым, и парень спросил: – А что это? Зигфрид глянул на него, словно на слабоумного, и язвительным тоном ответил: – Вообще-то это книга. Знаешь, листочки бумаги, на них на специальных машинах печатают разные буквы, слова, потом эти листочки сшивают, затем делают переплет. После этого некоторые люди, можешь себе представить, эти книги читают. Ханс вспыхнул. Но он переборол себя и уточнил, стараясь не повышать голос: – Я знаю, представьте себе, что такое книга. Я даже читал… Не важно… Я просто хотел узнать, о чём эта книга. По мере того, как Алан слушал этот диалог, улыбка на его лице становилась все шире. Заметив это, Зигфрид стал отвечать подчеркнуто вежливо: – Я купил эту книгу на распродаже в порту Коппена. Я видел, ты разглядывал карту. Это большой порт и центр округа на острове около Ютского полуострова. Обычно в этот порт первым прибывают путешественники из Скандии, собирающиеся на материк. Там пролив самый узкий. А уже потом на другом, меньшем корабле мы с Аланом добрались до Колля. Принц зажал рот рукой, чтобы не прыснуть от смеха. Но в этот момент Зигфрид произнес: – А повествуется в монографии некого Иеронима Мосха о нежити, которую называют также нечистью. Это была не та тема, над которой не стоило смеяться, поэтому лицо блондина стало серьезным. Ханс же перестал обращать внимание на ехидные намеки на его якобы скудные умственные способности и выпалил: – А есть разница? Зигфрид обречено вздохнул, но все же начал разъяснение: – Иероним в предисловии к книге специально уделяет этому вопросу пару страниц. Кстати, должен признать, труд Мосха заслуживает самого серьезного внимания. Он объехал множество городов Свебского королевства в поисках людей, видевших какую-либо нежить, а также тех счастливчиков, кто сумел спастись после того, как нежить напала на них. Впрочем, это детали. Я начал говорить о том, как правильно говорить – нежить или нечисть. Нечистью часто называют собакоголовых, жийт и прочих бабайгов, которые портят жизнь человеку, стремясь тем самым подчеркнуть их противостояние замыслам Благого Неба, Учению о Пути Истины и прочая, прочая… Но это оценочное суждение не передает сути явления. Иероним Мосх на основании анализа собранных свидетельств настаивает на термине нежить, как таком, которое лучше передает сущность явления. Ибо все – абсолютно все разновидности нежити – не являются формами жизни по своей сути. По крайней мере – привычной нам жизни. – Что это значит? – Ханс с трудом продирался через нагромождение не вполне понятных ему слов, хотя общую суть сказанного он, конечно, улавливал. – А это значит, любознательный юноша, – старший парень обреченно вздохнул, – что нежить не живет, а только производит впечатление жизни. Потому-то она и нежить. В качестве доказательства этого Иероним приводит следующие факты. Ни одна из разновидностей нежити не проявляет склонности к размножению. У некоторых видов нежити половые органы просто отсутствуют, у других выполняют скорее декоративную функцию. Стоит упомянуть также, что чаще всего нежить существует только в одной половой разновидности. Банник – аналог мужчины, жийта внешне похожа на женщину. Встречается изредка мужской аналог речной девы, но это только внешние проявления тела, не более того. Это самка и самец одного вида. У нежити не бывает детей, равно как и стариков, они всегда находятся в одном определенном возрасте. Так, что вполне можно говорить о созданности, если даже не о рукотворности нежити. – А кто же их делает? – На этот раз Алан, уже давно с не меньшим интересом, чем Ханс, слушавший рассказ своего друга, опередил охотника за нежитью, задав интересовавший и его вопрос. Зигфрид кивнул, давая знать, что понимает нетерпение слушателей, и прощает тот факт, что его объяснение прервали: – Этому вопросу посвящен последний раздел книги, и я еще до него не дошел. Но в предисловии автор излагает некоторые свои мысли по этому поводу в сжатом виде. Главный посыл Иеронима в том, что если и сотворена нежить, то однозначно не в нашем мире. То, что нежить не от мира сего, подтверждается помимо всего прочего еще и тем общеизвестным фактом, что тело убитой нежити достаточно быстро исчезает, не оставляя следа. Да и большинство видов нежити только некоторое ограниченное время находятся в нашем мире. Жийта, к примеру, только в период созревания хлебов и преимущественно в дневное время. Бабайг только несколько часов в районе полуночи и так далее. – Но тогда можно подумать, что она – нежить – и размножается там у себя в мире с той стороны листа бумаги! – Воскликнул Ханс. Принц и его друг недоуменно уставились на парня, не вполне понимая его метафору. Ханс покраснел, но, справившись с волнением, объяснил: – Просто мне один студент объяснял теорию магии и множественности миров с помощью листа бумаги, свернутого в петлю. Маг словно булавкой протыкает грань между мирами, отчего становится доступной другая сторона листа – этого или любого другого из множества страниц в воображаемой книге. Вот и нежить, возможно, путешествует через такую дырочку в листах из своего мира в наш. А, возможно, таких миров много, у каждой нежити – свой. Зигфрид хмыкнул: – Любопытная теория… Но, если вернуться к исследованию Мосха, то следует упомянуть еще об одном доказательстве чуждой природы нежити. Она не нуждается в пище и может абсолютно свободно долгое время обходиться без неё. – Как? – В один голос крикнули принц и крестьянский сын. – А вот так! Как считает Иероним Мосх, убийство людей нежитью не вызвано их потребностью в еде. Убийство – что-то вроде их функции. Нежить да, убивает, рвет на части тело своей жертвы, но оно её не ест. Жийта может целый месяц бродить по ржаному полю, никого не поймав, но не похудеет и не станет питаться, скажем, заблудившимися кроликами или неосторожными птицами. – Но они похищают людей, особенно детей, утаскивают куда-то их живьем или даже их разорванные тела! – Ханс не мог скрыть возбуждения от обсуждения настолько важной для него темы. Зигфрид развел в общепонятном жесте руки: – Я не отвечаю за эти теории, так как не являюсь их автором. Я всего лишь излагаю прочитанное. Хотя возможно, где-то далее у Мосха есть мысли и по этому поводу. Я пока прочел лишь раздел о классификации нежити, далее пойдут главы, посвященные детальному описанию повадок, поведения различных видов нежити. – И по какому принципу классифицирует автор эту самую нежить? – поинтересовался принц. – Он выделяет следующие признаки для классификации. Первый – умственные способности. В этом плане большинство нежити не может похвастаться чем-то выдающимся. Исключение – различные типы оборотней, способные притворяться людьми. Типичный пример – собакоголовые, но есть и другие обладающие разумом оборотни. Следующий признак – локализация. То есть, насколько привязана нежить к определенному месту. Соответственно, есть такие типажи, как псы, которые могут путешествовать на большие расстояния, а есть некоторые виды городских монстров, ареал действия которых ограничен всего лишь одной комнатой дома. Еще один любопытный признак для классификации – функция. Дело в том, что некоторые типы нежити выполняют определенную, скажем так, охранительную функцию. Скажем, банник не позволяет пользоваться баней не в банный день. Если придешь в баню в законный для мытья день, его там не окажется. Задача жийты охранять поле от потравы. С началом жатвы она исчезает. – Ничего себе охраняет! – Не сдержал возмущения Ханс. – Вначале она притворилась голой бабой, пытаясь сама меня заманить на поле, а когда я не прореагировал, кинулась на меня, хотя я сидел у дороги, и до поля было еще шага три или даже пять. – Кое-что о таком явлении пишет и автор книги. – Согласился Зигфрид. – Она издана шесть лет назад, хотя во вступительной главе он отмечает, что начал работу по исследованию нежити еще три десятилетия назад. Что говорит о его немолодом возрасте, я полагаю. Так вот он сообщает о том, что в процессе сбора информации обратил внимание на изменение в поведении нежити. Иероним оговаривает, что особенно это заметно как раз на примере вот такой охранительной нежити. Кроме того, заметил Мосх и рост количества случаев появления нежити. Он даже говорит по этому поводу так… Сейчас процитирую. Это в самом начале. Круглолицый (на фоне худощавых Ханса и Алана он выглядел полным, хотя, конечно же, таким не был) парень полистал страницы, положив предварительно закладку на том месте, на котором остановился: – Ага! Вот. «Исследование, которое поначалу воспринималось моими учеными коллегами, как пустячная причуда, что-то вроде собирательства народных сказок или легенд, спустя десятилетия неожиданно для самого автора стало чрезвычайно актуальным». Думаю, комментарии излишни. У Ханса комментариев не было, но были вопросы, два из которых он тут же задал: – А что у вас в Скандии таких книг нет? А еще, если это, конечно, возможно… Я хотел бы почитать её. Ну, там, где он описывает повадки разной нежити. Мне это важно. Я не испорчу книжку, буду аккуратным. Ну, допустим, когда ты устанешь читать или захочешь почитать другую книгу. Нам еще долго ехать. Я бы хоть полистал… – Ну, хорошо, посмотрим. Может быть… – Зигфрид скорчил недовольную физиономию. И только Алан, который его давно знал, отлично понял, что его друг в противоположность тому, что хочет продемонстрировать своими кривыми гримасами, был доволен любознательностью Ханса. – А что касается твоего вопроса о скандийских книгах о нежити я отвечу вместо Зига так. – Принц вспомнил об оставшемся без ответа еще одном вопросе Ханса. – Книги такие, конечно же, у нас встречаются, но нет пределов в совершенствовании знаний. Именно это, полагаю, имел в виду Зигфрид, покупая новую книгу. Кроме всего прочего, в Скандии просто меньше специалистов в этой области. Дело в том, что у нас нежить еще и очень редко встречается. – Как это? – Ханс потрясенно уставился на принца. – А вот так! – Вместо Алана начал отвечать его напарник, при этом вновь поморщившись, как от зубной боли. – Да, у наших королевств много общего. Близкий язык. Мы также следуем Пути Истины, то есть у нас одинаковые религиозные доктрины. Но есть и отличия. У нас, скажем, гораздо реже рождаются люди, способные к магии. Одаренных целителей еще, в принципе, хватает, а вот этих самых манипуляторов и мракоборцев очень мало. А еще мало нежити. Кроме того, она менее, так сказать, агрессивная. Сидит себе в своих болотах, тёмных лесах и носа оттуда не кажет. Возможно, и у вас когда-то так было. – Именно поэтому у нас на севере обеспокоены вестями, которые приходят из Свебского королевства. – Вмешался в объяснение Алан. – Наши мудрецы опасаются, что нечто подобное в перспективе возможно и у нас. Поэтому помимо всего прочего нам поручено собрать как можно больше информации по этому поводу. – Ну, вот теперь начнем рассказывать об этом любому первому встречному! – Возмутился Зигфрид и демонстративно уставился во вновь раскрытую книгу, не желая принимать дальнейшее участие в разговоре. Впрочем, разговор о нежити на время исчерпал себя. Ханс задумался, переваривая полученную информацию. И только Алан тихонько буркнул, оправдываясь: – Ты сам прекрасно знаешь, что Ханс не просто первый встречный. Зигфрид проигнорировал это замечание, а парню, который и без того чувствовал себя немного неловко в присутствии юношей благородного происхождения, стало совсем неуютно.