Да зазвучит же вновь Авалон!

Признаться, Нью-Йорк не сумел впечатлить меня ни дивными стеклянными зданиями, кольями вонзающимися в небо, ни соседством с океаном, чья стихия была так близка мне. Скорее, город походил на гигантский муравейник, все улицы которого (а я это чувствовала даже с высоты полета нашей железной птички) кишели людьми-муравьями. Чуть позднее, когда мы с Дио уже покинули самолет и, благополучно пройдя последний контрольный пункт, оставили позади себя аэропорт и добрались до города, я убедилась, насколько точное подобрала тогда сравнение. Человек этого клочка земного шара находился в постоянном движении, все время целенаправленно бежал куда-то, некоторые кооперировались и бежали вместе, но все они отличались до того деловым видом, что становилось смешно. Даже в вечернее время суток они были озабочены какой-то своей работой, которая, несомненно, обеспечивала их средствами к существованию в этом мегаполисе, но выглядело все так, словно они пытались доказать друг другу свое право на жизнь. Жаль, что они не знали, кто на самом деле определяет, жить им или нет. Но то было на широких главных улицах. Стоило нам лишь завернуть за угол, как картина в корне менялась. Грязь, вонь, выхлопы труб, казалось, пропитали стены этих мрачных закоулков. Одними химикатами здесь травили полчища крыс, другими же люди травились сами, и без помощи каменной маски утрачивая свой людской облик и превращаясь в зомби. Обычно они копошились в мусорных баках либо в беспамятстве валялись посреди дороги, и, как бы ни велик был мой голод, я брезговала пить их кровь. Люди отвернулись от своих пропащих собратьев, а я и вовсе не должна была их замечать. Такого же мнения, очевидно, был и Дио. Мне не нужно было спрашивать, о чем он думает. Весь его вид, еще более самодовольный, чем прежде, словно бы говорил: «Как далеко я продвинулся с тех пор, как последний раз ступал по территории трущоб! Пройдут еще сотни лет, а эти черви так и будут возиться в собственной грязи, в то время как я, Дио, достигну Рая и вознесусь над ними всеми». Но, кажется, я отвлекаюсь от дела, размышляя об этом. Связь, установленная Эйсидиси с женой Джозефа, вела меня так же верно, как собаку-ищейку вел запах разыскиваемого человека. Мы с Дио не блуждали по городу — я четко знала, куда нам нужно идти и где следует свернуть. И вдруг, о чудо! я почувствовала эту женщину совсем рядом. Да вот же она — сидит за стенами итальянского ресторана (могу даже не заглядывать туда сквозь высокие окна, ибо и без того знаю, за каким столиком она расположилась и куда ей принесли ризотто с луком и шафраном), не ведая о моем присутствии. — Цель найдена, Дио, — сказала я, оборачиваясь к своему спутнику. — Осталось лишь войти к ней в доверие и разговорить. Скажи, как обычно начинают беседу журналисты? Перед тем, как ответить, Дио вальяжно расселся за одним из уличных столиков, закинул ногу на ногу и, вооружившись журналом, обнаруженным на все том же столике, развернул его так, чтобы прикрыть свое лицо. Затем только отозвался из-за него в своей привычной манере — неспешно, с нотками пренебрежения, как будто я спрашивала что-то не бог весть важное: — Для начала представься и назови газету, для которой собираешь материал. Какой-нибудь «Нью-Дэй», к примеру. Придумай слезливую историю о том, почему тебе так важно получить информацию, — и, выдержав паузу, он добавил с усмешкой, бросая на меня лукавые взгляды поверх журнала: — Только, умоляю, избавь несчастную от своего плача по Карсу! Уж насколько я, кроткое и терпеливое создание, устал все это слушать, а ей на старости лет такое и вовсе противопоказано. — Ну-ну, кроткое и терпеливое создание, что еще посоветуешь? — усмехнулась я в ответ. — Может, клыки при ней не выпускать и кровь не пить? — Хо, это самое важное. Кто знает, что взбредет в твою доисторическую головку? Ах да, самое главное — вооружись блокнотом и ручкой. Будет выглядеть странно, если глупенькая журналисточка вознамерится все запомнить. — Об этом я уже позаботилась, — произнесла я и, оправив на голове повязку, прикрывающую даже намек на наличие у меня рогов, вошла в ресторан. Обнаружив искомую женщину в компании двух мужчин, облаченных во фраки, я сперва растерялась, ибо они с высокой долей вероятности принадлежали к числу представителей фонда Спидвагона, и меня могли раскусить. Но отступать было поздно, и я взяла себя в руки. — Добрый вечер. Я Оливия Стоун из газеты «Нью-Дэй», — быстро проговорила я, подходя к ним и показывая удостоверение журналиста, заполученное в аэропорту. — Миссис Джостар, могу я поговорить с вами? Женщина вопросительно вскинула брови, но все же ответила: — Добрый вечер. А по какому вопросу? Да вы не стойте, присаживайтесь. — Я бы хотела взять у вас интервью, — и, присев на край стула, достала из сумочки блокнот и ручку. — Вы не против? — О, — махнула она рукой и рассмеялась. — Я ведь ничего примечательного не сделала. — Не вы, но ваш супруг… У меня не получилось разыскать его, а статью мне нужно сдать уже послезавтра. Дело касается событий, произошедших пятьдесят лет назад. В мои руки попала архивная запись, в которой говорится, будто бы Джозеф Джостар одолел древних существ, что-то вроде вампиров, и тем самым спас мир. Вот только никто из моих коллег не поверил мне! — И очень даже напрасно, ведь все это — правда, — мягко улыбаясь, произнесла женщина. — Я видела все своими собственными глазами. Сделав вид, что у меня дыхание перехватило от восторга, я выдержала необходимую паузу, а затем произнесла: — Пожалуйста, расскажите обо всем поподробнее! Вы тогда уже были замужем за мистером Джостаром? — Тогда еще нет. Я находилась в услужении госпожи Лизы Лизы, когда Джозеф и его друг Цезарь Цеппели стали ее учениками. Она должна была обучить их искусству хамона — боевой технике, перед которой люди из колонн бессильны. Да, именно так назывались эти самые вампиры, о которых вы читали. — Так хамон – это тоже не выдумка?! — я постаралась изобразить крайнее изумление и восторг, хотя внутри меня все кипело от злости. Выходит, все-таки он, а не загадочные станды, о которых говорил Дио, стал причиной смерти моих соплеменников. Карс, Вам и Эйсидиси знали об угрозе и намеревались уничтожить всех мастеров хамона, однако кто-то из них смог выжить и передать свои знания потомкам?! Немыслимо! — Да, деточка. Госпожу Лизу Лизу, в свою очередь, обучил хамону Стрэйтс – ее приемный отец. Он же передал ей Красный Камень Эйша, именуемый Супер Эйшой, за которым охотились люди из колонн, чтобы стать Совершенной формой жизни. — Совершенной формой жизни? — переспросила я, хотя прекрасно понимала, о чем она говорила. — Соединив его с каменной маской, они перестали бы бояться солнца и обрели бы такое могущество, что смогли бы подчинить себе все живое. И человечество было бы обречено. — Невероятно… Вампиры действительно боятся солнца! — Верно, и поэтому, чтобы не погибнуть, они каменели, образуя колонны. Отсюда и название. Одна такая колонна была обнаружена в Мексике, три другие – в Риме. Чтобы пробудить их, требовалась кровь, и люди по глупости допустили возвращение этих монстров. — Хорошо, что ваш муж смог их остановить, — вздохнула я. — И все же, как, как ему это удалось? И она рассказала мне все: о том, как фонд Спидвагона во главе со своим основателем обнаружил в Мексике колонну с опасным древним существом и как Стрэйтс помешал им уничтожить его. Как Джозеф Джостар узнал обо всем и, проникнув на базу немецких солдат, победил Сантану. Как потом, в Италии, он и его напарник Цезарь Цеппели едва не погибли от рук троих других пробудившихся пилларменов. Как под руководством Лизы Лизы Джозеф и Цеппели совершенствовали свои навыки владения хамоном. Как Эйсидиси вселился в тело Сьюзи Кью Джостар (на тот момент просто Сьюзи Кью) и отправил посылку с Супер Эйшой в Швейцарию Карсу и Ваму. Как ДжоДжо и его компании удалось перехватить камень и как Цезарь погиб в битве с Вамом. Как затем Джозеф победил Вама в сражении на колесницах. Как Карс нанес Лизе Лизе удар в спину и как ДжоДжо вступил с ним в бой. Как Карс соединил каменную маску с Супер Эйшой и стал Совершенной формой жизни (когда старушка рассказала об этом, я едва смогла сдержать улыбку). Как Джозеф самолетом заманил моего брата в вулкан и как извержение этого же самого вулкана отправило Карса за пределы атмосферы (услышав это, я испытала такую боль, что дышать стало трудно). Как все думали, что Джозеф погиб, потому что глупышка Сьюзи Кью забыла сообщить им о том, что он жив-здоров и не намерен умирать по сей день. Дослушав историю до конца, я поблагодарила женщину, после чего встала и покинула ресторан. Если вы подумали, что я была зла настолько, что уничтожила бы все живое вокруг себя, то однозначно ошиблись. Пустота, заполнившая мое сердце, лишила меня сил и желания бороться. Хотелось лишь вернуться на родину и спать долгим-долгим, беспробудным сном… — Мы возвращаемся в Мексику, Дио, — сказала я ожидавшему меня вампиру. — Неужели информация, полученная в ходе беседы, оказалась столь удручающей? На это я ничего ему не ответила. Домой. Домой. Домой…