На поводу

      Конан плелась по коридору, пытаясь найти себе место. Комната уже осточертела своей однообразностью серых стен и жесткостью узкой неудобной кровати, поэтому девушка решила дойти до общей гостиной, где редко кого можно было встретить. Однако сегодня она была здесь не одна. Итачи сидел в кресле, листая одну из книг, подолгу пылившихся на полках. Конан молча вытянула первую попавшуюся, и как на зло это оказался дешёвый роман, не понятно каким образом появившийся в убежище Акацуки. Синеволосая присела на краешек дивана, который противно скрипнул под ее весом, и положила книгу на колени. Учиха следил за ней из-под опущенных ресниц, замечая небольшой тремор в движениях девушки. Конан открыла первую страницу и уставилась куда-то между строк. Голова была занята совершенно другими мыслями. — Эй, Яхико! Опять ты опаздываешь на тренировку? — нахмурилась юная особа, по-детски ставя руки в боки. — Прости, я снова проспал. — ответил рыжеволосый парень, почесывая голову и виновато улыбаясь. — Впрочем, ничего нового. — сказала девушка, обречённо вздыхая. — Болван, тебе будильник подарить? — спросил вдруг парень, наблюдавший за разговором друзей издалека, сидя в тени деревьев. — Нагато! Погоняй его как следует! — сказала Конан, отвернувшись от рыжего. — Да ты чего? Это в последний раз, я обещаю! Нагато, ты мне друг или нет? — Яхико. Пробежишь десять штрафных кругов, и мы снова станем друзьями. — Нагато встал и похлопал друга по плечу. — Ну блин, а можно что полегче? — сказал Яхико, наигранно хныча. — Нет. Вперёд. — ответила Конан, указывая пальцем на место старта.       Худощавый невысокий паренёк лет семнадцати скинул рюкзак на землю и приготовился. Девушка громко досчитала до трёх, и вскоре рыжеволосый исчез среди деревьев. Нагато зачесал назад длинные красные волосы, подставляя лицо солнцу. Конан устало выдохнула и улыбнулась. — Такой дурак. Но все считают его одним из лучших. — сказала девушка, глядя на небо.       Парень молча кивнул и побрел обратно в деревню. — Ты куда? Мы ещё даже не начали. — Сегодня без меня. — ответил Нагато, даже не обернувшись.       Конан пришла в себя, когда книга с громким стуком упала на пол. Девушка сморгнула пару раз, и наклонилась, чтобы поднять бесполезную мукулатуру. Но чья-то рука опередила ее на долю секунды. Итачи аккуратно взял раскрытую книжонку тонкими длинными пальцами и подал в руки Конан. Синеволосая в смятении посмотрела на него и пробурчала что-то вроде спасибо. Учиха задержал взгляд на девушке, как будто хотел спросить что-то. Конан стало не по себе от его внимания к своей персоне. Но мужчина лишь хмыкнул и вышел из комнаты, оставляя девушку наедине с собой.       Пейн снова сидел в кабинете, перебирая накопившиеся свитки и документы организации. Кофе придало бодрости и желания работать. Перед этим он все же зашёл к Йеннифер, чтобы оставить ей поесть, но девушка даже не посмотрела в его сторону. Это немного раздражало, но Пейн понимал, что и сам повел себя странно. И снова то чувство всплыло где-то в районе груди, отчего хотелось улыбнуться. Чего мужчина не делал уже многие годы. Точнее с тех пор как приобрел это тело. Оторвавшись от бумаг, Пейн отложил ручку в сторону и выдвинул ящик внизу стола. Достав маленькую записную книжку с немного потрёпанными страницами, мужчина открыл ее примерно на середине и вытащил фотографию. Трое улыбающихся молодых людей смотрели на него, напоминая о тех временах, когда человека по имени Пейн ещё не существовало. Проведя пальцем по холодной, чуть помятой поверхности фотографии, мужчина вложил ее обратно и захлопнул блокнот, убрая его обратно в ящик. Сейчас не время думать о прошлом. Мужчина закрыл глаза, сжимая пальцами виски.       Дождь мелко моросил, делая погоду ещё более гадкой, чем обычно. Этот день не задался с самого начала. — Нагато, ты должен продолжить этот путь. Вы с Конан справитесь и без меня. — дрожащие побледневшие губы еле двигались, когда Яхико пытался выговорить свои последние слова.       Конан обессиленно опустилась на колени и рыдала, понимая, что это конец. Нагато до последнего держал руку друга, роняя скупые слезы на черный плащ. — Нет! Зачем ты это сделал? Все не должно было так закончится... — Яхико лишь прикрыл глаза и больше не двинулся.       Нагато вымученно попытался встать, но резкая боль во всем теле будто пригвоздила его к холодному мокрому полу. — Конан, помоги... — Это ты, ты виноват в его смерти! Вместо него должен был быть ты, Нагато! — девушка задыхалась в рыданиях и гневе, подползая к Яхико. — Я так тебя люблю. Почему ты оставил меня? — девушка прижалась к его груди, пряча лицо. — Конан, он ведь спас нас всех. Как ты можешь говорить такое? — Нагато чувствовал, как внутри него зарождается дикое пламя, придавая сил. — Я, я смогу это сделать ради него...       Пейн шикнул и мотнул головой. Опять это воспоминание зацикленно крутится в голове. Мужчина достал пачку сигарет и закурил, подходя к окну. В висках пульсировало от напряжения, и Пейн прислонился лбом к холодной поверхности стекла. С того дня прошло уже больше семи лет, а их отношения с Конан лишь ухудшились. Мужчина всегда знал, что она была неравнодушна к Яхико, и поддерживал этих двоих. Но слова девушки в день его смерти оказались точкой в их дружбе, пронесённой через года. Нагато забрал тело Яхико, объединив его со своим сознанием, назвав это новой техникой, и продолжил руководить организацией Акацуки под новым именем - Пейн.       Конан ещё долгое время не могла прийти в себя и смириться со смертью Яхико. Однако в Пейне она видела лишь его. И Нагато понимал это, стараясь не дать девушке поддаться эмоциям. Ведь Пейн это не Яхико, а может уже и не Нагато. Он сам не понимал, кто он. Пейн перестал обращать внимание на Конан. Для него она лишь подчиненная и не более. Казалось, все человеческие чувства угасли в нем на все эти годы. Холодный непрошибаемый характер, отсутствие эмоций и предрассудков сделало его больше походим на бездушную куклу. Однако с недавнего времени Пейн вдруг снова почувствовал себя живым. Не просто оболочкой, а настоящим человеком.       Мужчина по привычке затушил сигарету об подоконник и сел обратно за стол, возвращаясь к бумагам. На его лице на мгновение появилось что-то, напоминающее улыбку. Действительно счастливую улыбку.