Ты, я и дорога, которая никогда не закончится

И шёл новый день, похожий и не похожий на предыдущий. Перед тем, как двинуться в путь, Силльвей намазал снадобьем открытые части тела своего подопечного и капнул зелье Ясного Зрения маленькому ирртею в глаза. День был жарким. Синие полотнища облаков не спешили появиться в небе, но оба странника чувствовали себя вполне сносно. Всё же, первый год лета в отличие от второго радовал теплом, не обрушивая на плечи изнывающей жары. Кое-где его называли даже третьим годом весны – кому как привычнее. - Оро’ви, далеко ещё идти? – как и накануне, Рин носился вокруг старшего товарища, с интересом исследуя местность впереди и вокруг. - К вечеру должны добраться, малыш… если я правильно выбрал дорогу, - подумав, ответил Бродячий Ветер. – Пожалуйста, будь внимателен. В Лугах Отрешения не должно водиться ничего опасного, но я давно не был здесь. - Луга Отрешения… смешное название! – фыркнул мальчишка. – Кто и почему их так обозвал? - Легенды гласят, что здесь уходили в травы заклинатели, не сумевшие справиться с нашествием подземных жителей. Не сумевшие отразить Великую Грозу, вызванную Мирутеви. Чувствуя за собой вину, они один за одним шли в пустошь, ложились, устремляя взоры к небу, и земля принимала их, - вполголоса рассказывал Силльвей, не замедляя шага. Притихший Рин очень внимательно слушал его. – Тогда в этих землях ничего не росло. Позже они зазеленели. - Жутковато звучит, - догнав товарища, Рин цепко ухватил его за руку. И уже по-иному осмотрелся вокруг. – Хочешь сказать, те заклинатели смогли что-то изменить в лучшую сторону, только добровольно расставшись с жизнью? Глупость какая! - Маленький друг, те добрые реттелы не умерли, но перешли в иную форму существования… - Все мы рано или поздно станем травой или теми, кто по траве ходит, - дёрнул щекой подросток. – Зачем торопить события? Только пока ты жив, можно чего-то добиваться и влиять на происходящее. Отказавшись быть, ничего не сделаешь! Рин говорил всё быстрее и громче и, забывшись, с силой стиснул ладонь спутника. Маленький ирртей выглядел рассерженным. Силльвей открыл рот, чтобы объяснить предполагаемый поступок легендарных заклинателей, показать разницу между отказом от жизни и тем, что они, скорее всего, сделали… но решил, что это подождёт. И, протянув свободную руку, погладил подростка по голове. - Маленький Рин, не стоит принимать дела давних дней так близко к сердцу, - улыбнулся Бродячий Ветер. – В конце концов, мы никогда не узнаем точно, что двигало теми добрыми реттелами… - Никогда так не делай, - перебил его ирртей, резко и отрывисто. – Даже если мать вырвется наружу. Даже если всё будет хуже, чем можно вообразить. Никогда даже не думай о том, чтобы… чтобы… Так и не закончив фразы, Рин уткнулся в грудь старшего товарища, пряча лицо в его одеждах. Силльвей замер, опустив ногу, занесённую для следующего шага. Ставшим уже привычным жестом бережно обняв подопечного, с изумлением странник осмысливал услышанное. А после – тихо и беззлобно рассмеялся. - Прости, малыш, кажется, я заставил тебя волноваться, - проговорил Бродячий Ветер, тепло глядя на младшего товарища. Руки музыканта пробежались по голове и спине мальчишки, скидывая прочь что-то невидимое и тяжёлое. – Меж тем, причин для волнений нет. Я не собираюсь останавливать ожившую ужасную легенду Севера ценой собственной жизни. - Обещаешь?.. – вскинув голову, Рин посмотрел на заклинателя снизу вверх, с тревогой и надеждой. - Ну, конечно же! – улыбнулся Силльвей. – Слов нет, Мирутеви сильна, но её время прошло. И к тому же, несмотря на всё своё могущество, она одинока и потеряна. - Она пыталась и меня выставить таким, - сузились жёлтые глаза. – Но у меня всегда был отец. Была сестра. А теперь у меня есть ещё и ты, - подросток выдохнул довольно и облегчённо. – Мы справимся! - Справимся, маленький Рин, - в последний раз проведя рукой по гриве чёрных, вьющихся волос подопечного, Бродячий Ветер разжал руки. Рин с лёгким сожалением отступил. – Теперь же, пойдём дальше. Осталось немного, я уже чувствую его присутствие… - Присутствие кого? – немедленно поинтересовался маленький ирртей, едва они продолжили путь. - Терпение, друг мой, терпение, - странник казалось вслушивался в окружающую их тишину. – Проще увидеть Зелёную Башню, чем слушать рассказы о ней… Несмотря на заверения Бродячего Ветра, прошёл полуденный час, прошло время привала, а обещанной Зелёной Башни так и не показалось на горизонте. Самые жаркие часы друзья провели в тени каких-то деревьев (Рин не смог их опознать). Силльвей даже не стал разводить костёр. Воспользовавшись самогреющей чашей, заклинатель накормил подопечного, поел сам, а после они подремали, уютно расположившись в гамаке, который тоже нашёлся в коробе Бродячего Ветра. - Как у тебя всё это там умещается? – изумлялся маленький ирртей, заглядывая по очереди в ящички и ячейки короба. – Ты словно дом и всё хозяйство на себе носишь… волшебство! - Немного свёрнутого пространства, чары облегчения и укрепления – вот, пожалуй, и всё волшебство, - с улыбкой отвечал странник, вешая в тени меж деревьев гамак. Тот представлял собой полосу ткани, такой же лёгкой, тонкой и прочной, как ткань шатра – и две надёжные верёвки. Эта конструкция спокойно выдерживала вес взрослого реттела. Вес обоих друзей также оказался ей по силам. - Очень здорово! – дождавшись, когда Силльвей полулёг в гамаке, Рин забрался туда же и заворочался, устраиваясь поудобнее. Заклинатель помог маленькому товарищу расположиться, положил его голову себе на грудь и приобнял. – Представляю, как тяжело было бы странствовать с обычным мешком или коробом, не имея возможности перемещаться на дальние расстояния… - Я с этого начинал, - улыбка тронула губы Бродячего Ветра. – Я ушёл из долины Араваль в прошлом втором году лета. Налегке, с одной лишь вейолой. Так начался мой путь. - Восемь лет назад получается, - подросток о чём-то задумался. – За это время можно далеко уйти… А домой ты часто в гости заходишь? С твоим умением оказываться там, где захочется… - За это время я ни разу не возвращался домой, маленький Рин, - тихо проговорил Силльвей. – Время тому ещё не пришло. - О чём ты? – мальчишка вывернулся и, оказавшись сверху, недоумённо уставился на старшего товарища. – Время… хочешь сказать, что тебя выгнали из дому? За что? - Что ты, вовсе нет, - странник попытался вернуть на лицо улыбку, но та сильно отличалась от его обычной, светлой и спокойной. – Дело в том, что в день получения взрослого имени… вернее в ночь, сменившую тот день, я… испытал сильное несозвучие, - Силльвей говорил медленно, тщательно подбирая каждое слово. – Это была моя вина… неосторожность. - Я понимаю всё меньше и меньше, - нахмурился Рин. – Тебя обидели? Твои родные? - Тогда мы все немного не поняли друг друга, - подумав, ответил Бродячий Ветер. – И даже сейчас я всё ещё не готов посмотреть отцу в лицо. После того, что наговорил ему. - Но ты возвращался обратно! – настаивал подросток. – Проходя через земли клана Сполоха, ты держал путь не куда-то ещё – а в Предгорья. Торговая дорога туда ведёт через владения моего отца! Что скажешь, Оро’ви? - Я действительно думал навестить Араваль. Пройтись по тропам, знакомым с детства, - лицо Силльвея наконец осветила так полюбившаяся Рину тихая, безмятежная улыбка. – Но это может подождать. Ведь отправляясь в путь из Аэреи, я просил Высокое Небо направить меня туда, где моя помощь будет нужна. - Как хорошо, что оно тебя услышало! – подросток запрокинул голову, разглядывая сиреневую высь, хорошо различимую за узором из листьев. – Теперь буду знать, к кому обращаться, когда совсем припечёт! - Небо слышит всех нас, маленький Рин, - заклинатель продолжал улыбаться. Кажется, его радовала живая непосредственность младшего товарища. – Это мы всегда разбираем его ответы, занятые своими мыслями… - Небо далеко, и у него своих дел полно, - махнул рукой ирртей. – Буду обращаться к тебе, Оро’ви. И ты на меня рассчитывай! - Разумеется, малыш, - растрогано улыбнулся Бродячий Ветер. Рин спиной чувствовал тепло его улыбки. - Я тебе не малыш, - произнёс Рин довольным тоном. И с удивлением почувствовал, как Силльвей осторожно перекладывает его, чтобы выбраться из гамака. - Куда это ты? – озадачился мальчишка. – Так лежали хорошо… - Прости, маленький Рин, - виновато улыбнулся заклинатель. Склонившись над вещами, он поднял с травы чехол и бережно извлёк из неё повейольник. Рин с любопытством смотрел, как старший товарищ натирает волосяную часть повейольника неким твёрдым комочком – и лишь потом достаёт вейолу и кладёт её на плечо. – Душа просит песни… - Ну, тогда вторая душа требует танца! – подросток вывалился из гамака, попутно перевернув его. Не выдержав, Бродячий Ветер рассмеялся. - Начинай, Оро’ви! – радостно крикнул Рин. – Давай повеселимся как следует! Улыбнувшись, странник коснулся повейольником струн. И к небу полетела песня. Ближе к вечеру друзья продолжили путь. Дорог и даже троп здесь не было, но луга, которые Силльвей назвал Лугами Отрешения, поросли короткой – по щиколотку – травой с чуть заметным голубоватым отливом, и были вполне проходимы. Бродячий Ветер шёл теперь гораздо медленнее, выверяя каждый шаг. Это не укрылось от внимания Рина. - Оро’ви, ты устал? – подросток подбежал к старшему товарищу. – Может, дашь мне короб понести? - Всё хорошо, маленький Рин, - улыбнувшись, Силльвей взял подопечного за руку. – Ноги мои всё так же легки, и плечи не натружены. Нет, я просто стараюсь не пропустить потаённый ход к Зелёной Башне. - Потаённый ход? – жёлтые глаза удивлённо расширились. – Зелёная Башня? Оглянись – вокруг нас на многие часы пути нет ничего, хотя бы похожего на башню! - Но она совсем рядом, и будет очень досадно промахнуться… - сделав ещё несколько осторожных шагов вперёд, Бродячий Ветер замер. – Маленький Рин, вот мы и дошли. - Правда? – вскинув голову, подросток посмотрел вперёд – и ошарашенно уставился на огромное дерево, появившееся будто из ниоткуда. Это было даже не дерево – а переплетающиеся меж собой десятки толстых древесных стволов, и вершина этого переплетения скрывалась в облаках. – Ого… как это мы раньше не заметили? – он нервно хихикнул. - Мудрец, живущий здесь, зачаровал своё жилище, - пояснил Силльвей, не отпуская руки Рина. – Он не очень-то общителен… но я надеюсь, что он с нами… Подросток, коротко вскрикнув, резко дёрнул заклинателя в свою сторону. Оба упали, а там, где они только что шли, упала, брызнув во все стороны, клейкая зелёная субстанция. - …поговорит, - закончил фразу Силльвей. - Уверен? – Рин помог товарищу снять короб, и странник поднялся, вновь вскидывая поклажу на плечи. Оба спутника уставились на дерево-лес. - Убирайтесь! – послышалось откуда-то сверху. – Больше никаких ирртеев в моей жизни! - Уважаемый Аннстрей, - позвал Бродячий Ветер. – Вспомните потерянного ребёнка, что брёл через Луга прошлым летом. Тогда вы были добры ко мне… - Так-то ты вздумал отплатить мне за эту доброту, бродяга? Кого ты сюда привёл? Неужели… она вернулась?.. - Пока нет, - хмуро бросил Рин. – Но если ты нас прогонишь или попытаешься навредить – поможешь ей одолеть меня. Хотя я этого не допущу, - себе под нос добавил он. - Уважаемый Аннстрей, - снова позвал хозяина Башни Силльвей. – Прошу, покажитесь и выслушайте нас! Я готов поручиться за себя и своего спутника в том, что мы не причиним зла вам и этому месту! - Что мне твоё слово, алайн – оно легче лёгкого, - порыв ветра спустился с переплетения ветвей вниз, будто бы невидимый собеседник вздохнул – и весь лес вздохнул вместе с ним. – Я поднесу вам обоим живую воду Чащи. Выпьете её – будем говорить. Нет – вышвырну отсюда. Трава зашевелилась, будто под землёй быстро что-то ползло. Рин положил руку на рукоять короткого клинка, который пока что без дела висел в ножнах на ремне – но Силльвей покачал головой, останавливая друга. - Что такое «алайн»? – спросил подросток, не выпуская шевеление из виду. Странник замялся, подбирая слова. - Изгой, - насмешливо прошелестела листьями Зелёная Башня. – Тот из Ноа Лэи, кто не лаинай, странствующий со своими. - Ноа Лэи… Дальний Народ, - медленно повторил Рин. – Оро’ви, так ты… Он осёкся. Земля перед их ногами приподнялась, осыпаясь комьями. Толстый бурый корень высунулся из травы. Он рос на глазах, и окончание его расширялось, становясь похожим на ложку… нет, чашу. Вот, в этой чаше заплескалась вода. - Странная вода, тебе не кажется? – отложив вертевшиеся на языке расспросы на потом, мальчишка зачарованно смотрел, как чаша, выросшая из корня, медленно поднимается всё выше – и как в ней тягуче колышется жидкость, отливающая розовым. Вот, к ней уже можно прильнуть, не нагибаясь… но заклинатель медлит. – Что не так, Оро’ви? - Маленький Рин, я не знаю, можно ли тебе пить воду Чаши без вреда для здоровья, - Силльвей задумался. По лбу его пробежала почти незаметная морщинка. - Я попробую немного, - подняв руку, подросток коснулся лба товарища. – Не хмурься, ты от этого выглядишь взрослым! - Ты не понимаешь, - прильнув к чаше, странник сделал два или три больших глотка. – Живая вода Чащи не вредит никому из существ. Никому, кроме… - Кроме ирртеев, - кивнул Рин. – Но мы с тобой вроде договорились, что я буду жить вопреки своей природе исказителя. Так что… Потянув чашу на себя, подросток опустошил её наполовину. После чего отпихнул от себя – так, что оставшаяся жидкость пролилась вниз. Травы в этом месте тут же начали расти с небывалой скоростью, пока не выросли размером с кусты. - Ну что, Аннстрей или как там тебя? – с вызовом крикнул Рин. – Теперь ты примешь моего друга, как гостя? И меня вместе с ним заодно? Внезапно глаза его расширились. Коротко вскрикнув, ирртей упал лицом вперёд – и только ярко-синий куст, выросший за считанные удары сердца, смягчил его падение. - Рин! – Бродячий Ветер тут же опустился на колено рядом, переворачивая подопечного лицом вверх. – Друг мой, в порядке ли ты?.. - Обни… ми… - шевельнулись губы упавшего. – Я… Глаза подростка захлопнулись. Силльвей лёг рядом. Крепко прижимая друга к себе, он пытался передать ему часть своих сил – или хотя бы пробудить. Кажется, что-то получалось. Краем глаза Бродячий Ветер заметил, как от Зелёной Башни отделяются и неторопливо движутся к ним то ли кусты, то ли весхины. Сейчас было не до них. Силльвей всматривался в лицо Рина. Их путешествие, только начавшееся, могло окончиться не очень хорошо. Тень накрыла странника и его подопечного. Подняв голову, Бродячий Ветер посмотрел на подошедшего к ним разумного. Тот выглядел реттелом… тело которого было из дерева. - Уважаемый Аннстрей, - вздохнул Силльвей. – Я был о вас и ваших методах лучшего мнения!