А что-то сломалось

Туди лежал рядом. Помятый и побитый, но живой. Мёрдок выдохнул. «Лет пять в лучшем случае, » — снова повторил он. «Пять лет. Это пять раз отпраздновать рождество. Пять раз посмотреть фейерверки на день гая фокса. Пять раз обожраться пиццей на день рождения. Чёрт, да прошлые пять лет пролетели как одно мгновение!» Мердок провел рукой по волосам Туди, убрав непослушные пряди с горячего лба. Знал ли он, что Туди опять будет болеть после очередных побоев? Знал. Хотел ли он последствий? Нет, не хотел. Но все равно каждый раз Мердок не взирая на голос разума избивал своего фронтмена. Нудл и Расс твердили, что это ненормально и безрассудно, но что он мог с собой поделать, если даже разобраться в собственных эмоциях казалось непосильной задачей? — Надеюсь, ты не помрешь прям так. Мне все еще нужен вокалист и фронтмен, — прошептал Мердок. Стью застонал, но не проснулся. Мердок осторожно погладил его по голове и поправил подушку. Стью всё так же не открывая глаз успокоился. Мердок встал и прошелся по комнате. Нудл опять наорала на него — но разве он был виноват? Ну да, конечно он сорвался на Стью и избил его, но ведь и Туди немного виноват. Нечего было шуметь и раздражать. — Насилие не выход, насилие не выход, — заворчал Мердок. — Выход! И всегда им был. Сильные бьют слабых. Такова природа. Естественный отбор. Каждый раз Мердока начинала мучить совесть, и каждый раз он находил себе оправдание. Это было просто, это было удобно, это вошло в привычку. «Пять лет, » — прозвенело в его голове. — Нет, надо что-то с этим делать! — Мердок разозлился сам на себя и уже хотел пнуть стул, как вовремя спохватился и замер. — С этого дня я буду лучше следить за тобой, — Мердок снова подошел к спящему Туди. — Не натворишь бед, следовательно, я не сорвусь на тебе, и все будут счастливы. Довольный своим планом, Мердок сел, чтобы снова скоротать время за сном, как вдруг зазвонил его телефон. — Расс? — Мердок пытался звучать максимально непринужденно. — Они ушли. Я вызвал врача, так что отопри дверь и расчисти для него путь. — Врача? Зачем врача? — А ты догадайся. — пассивная агрессия Рассела пугала. На том конце линия оборвалась. Мердок отложил телефон и сгреб вещи, аккуратно разбросанные по полу, в одну большую не менее аккуратную кучу.

***

В комнату постучались. Мердок вздрогнул — погруженный в свои мысли он и не заметил, как пролетело время. Поспешно встав и отпихнув от двери кучи книг и одежды, он открыл дверь и невнятным бурчанием пригласил Рассела и врача внутрь. — Осторожно, шлем, — предупредил Рассел доктора, после чего тот удивленно перешагнул катящийся на него откуда-то из недр комнаты розовый шлем для мотоцикла. Расс посмотрел на Мердока взглядом а-ля «я же просил убраться», тот лишь глубокомысленно пожал плечами. — Что случилось? — будничным тоном спросил врач, присаживаясь на плед с восточным узором. — С лестницы упал, — ответил Мердок. — Катался на роликах и свалился в клумбу, — одновременно с ним ответил Рассел. Врач вскинул правую бровь и посмотрел на них. — Ехал с лестницы на роликах и упал в клумбу, — недовольно пояснил Мердок и бросил недовольный взгляд на Рассела. Тот лишь закатил глаза. В комнате было темно. Плотные занавески поверх деревянных жалюзи препятствовали проникновению почти любых солнечных лучей — на обстановке сказывалось пристрастие гитаристки спать до обеда. Врач включил настольную лампу, осветив детективный сборник рассказов, махо-седзе мангу и томик жожы, и откинул одеяло. — Я сниму повязки, чтобы провести осмотр, — пояснил он перед тем, как начал развязывать бинт на груди Стью. Рука врача коснулась кожи Стью. Мердок поморщился. «Я не привык к свету, » — пояснил он себе, но всё же отвернулся. — Тут кроме свежих повреждений есть старые, — заметил доктор. Расс глянул на Мердока. Тот уже взял в руки солнечные очки с красно-зелеными стеклами и делал вид, что никак не относится к сложившейся ситуации и отвечать не собирается. — Он часто катается на роликах, но не очень умеет, — пояснил Рассел. Врач легонько кивнул. — Кроме роликов есть еще какие жалобы на здоровье? — спросил он, пальцами раскрыл глаз Туди, закрыл, замер на пару секунд, снова открыл и удивленно посмотрел на Рассела. — Мигрени и… ну, я не очень разбираюсь в этом вопросе. Врач вопросительно кивнул на глаз Туди. — Это от старой травмы. Тогда еще и кома была. Но это до того, как мы познакомились, так что я не очень-то в курсе, — довольно многословно рассказал Рассел. — Известно что-нибудь о наследственных болезнях от его биологических родителей? — спросил врач, продолжая осмотр. Расс смутился: — Вообще-то я не его приемный родитель. — Оу, прошу прощения, — казалось, доктор тоже немного смутился. Затем он вопросительно глянул на Мёрдока. — Эй, я что, похож на шестидесятилетнего старика? Мне только пятьдесят, — Мёрдок оторвался от очков и наигранно рассердился. Врач пожал плечами и продолжил. Мердок слегка покраснел и принялся рассматривать свиток с упражнениями в каллиграфии. Еще четверть часа прошла лишь под недовольное пыхтение Мёрдока, прерывистое сопение Стью, гробовое молчание Рассела и звуки шелестящего бинта. — Вот и всё, в принципе, — сказал врач, протягивая Расселу рецепт, — Вывих лодыжки, гематомы, поверхностные раны на голове. Вы знаете, что делать? отлично. Вот лекарства, но всё же настоятельно рекомендую обратиться в больницу. Рассел кивал, Мердок игнорировал существование всей человеческой расы. — И ещё: постарайтесь сделать так, чтобы он меньше падал с лестниц и в клумбы. Человеческий организм так долго столько травм не потянет, — резко сказал доктор провожающим его Расселу и Мёрдоку, уже закрывая входную дверь. Мёрдок вздрогнул, Рассел сердито на него посмотрел.

***

Мёрдок снова сидел со Стью один. Туди мирно спал с холодной тряпкой на голове и горсткой лекарств где-то в желудке. Мердок взял со столика первый попавшийся журнал и принялся листать его. Когда он перелистывал страницы в пятнадцатый раз, его размышления прервал заикающийся голос: — Если тебе нравится это сёдзе, то у меня есть еще третий том, — заинтересованно заметил Стью. Мердок только сейчас заметил, что почти час листал Мадоку Магику. — Обойдусь, — он бросил книжку в кучу на полу. — Мёрдок. Он обернулся. — Мы в комнате Нудл, — Стью огляделся по сторонам и понял, что обстановка немного отличается от привычной. — И что, черт возьми? — недовольно спросил Мёрдок. — Нудл не любит, когда кто-то находится в её комнате. — Что-то ты слишком быстро соображать с утра пораньше стал, — едко заметил Мёрдок. — Я лучше пойду-ка отсюда, Мёрд, — Стью поднялся на локтях и попытался встать, но Мёрдок одним сильным движением руки снова положил его на спину. — Стоять. То есть лежать, — приказал он. — Никуда ты сейчас не пойдешь. Лежи и жди, пока все заживёт. — Но я нормально себя чувствую, — возразил было Туди, но тут же осёкся. Как ни странно, Мёрдок не разозлился, лишь саркастично заметил: — Уж не потому ли, что в тебе сейчас лошадиная доза обезбола? — И всё же, — недовольно пробурчал Стю, но остался лежать. Мердок хмыкнул. Еще десять минут они сидели под обиженное пыхтение Стью. — Ты ведь так и не успокоишься, — Мёрдок встал с кровати. — Ну что, держись. С этими словами он взял на руки Туди, отчего тот вдохнул резче обычного. — Терпи, раз уж сам просил. Стью быстро закивал головой и схватился руками за плечи Мердока. Хоть худым басист и не казался, руки его как будто впивались в кожу, надавливая на ушибы. Чертыхаясь и пыхтя, Мердок ногой открыл дверь Нудл, с матами поднялся по лестнице, и уже с нечеловеческой бранью открыл ногой в комнату Стью. Во время всего путешествие Стью испуганно поджимал ноги, сжимал плечи Мёрдока и дышал ему в ухо. — Приехали, отпускай, — сказал Мердок, опуская Стю на его кровать. Стью улыбнулся. Сейчас обстановка его комнаты, ещё недавно казавшейся сплошной чёрной дырой, успокаивала и давала ощущение защиты, несмотря на то что, а может благодаря тому, что в ней стоял Мердок. — Спасибо, — как будто счастливо заявил он. Мердок удивленно вскинул брови, но ничего не ответил. — Лежи, сейчас приду, — Мёрдок ушел куда-то, хлопнув дверью. Стью осмотрелся. В комнате всё было по-старому: кучи одежды на полу, фантики от ирисок, пустые и полупустые пачки таблеток, музыкальные пластинки и сломанный проигрыватель. «Надо всё же отнести в ремонт, » — подумал Туди. Под кроватью валялась бутылка с протухшей зеленоватой водой и севший телефон. Немного порывшись под тумбочкой, Туди нашел и зарядник. «Надо телефон зарядить, пока обезбол не прошел и можно до розетки дойти, » — привычно подумал Стью и хотел встать с кровати, но вошел Мердок. — Я же сказал — лежать! В одной руке Мёрдока была тарелка с рисом, в другой — кружка с чаем, а локтем он прижимал к боку багет и листья салата. Стью уселся по-турецки на краю кровати. — Ешь, — лаконично сказал он и положил еду на кровать, вручил Стью рис, а сам остался держать стакан. — Но я не хочу, — попытался возразить Стью, но был прерван. — Только не надо спорить. Если я принес, надо есть. Или ты собираешься еще и желудок себе испортить? — риторически спросил он, показывая на пачку таблеток. Стью призадумался, но всё-таки взял рис. Из тарелки торчали две палочки — видимо, рис приготовила Нудл, или же Мердок не нашел чистой посуды и открыл новые палочки. Вспомнив, что именно из-за грязной посуды Стю огрёб по полной, он склонился ко второму варианту. Стью закончил с рисом и поставил тарелку на тумбочку. Мердок, как довольная кухарка, вручил Стью остаток багета, прикрытый листком салата. Туди с сомнением, но улыбкой — не каждый день поешь стряпню Мёрдока — взял самовоспровозглашенный бутерброд, снял с листка божью коровку и принялся счастливо жевать. Чуть погодя Мёрдок протянул ему и чашку. В ней оказалась настолько сладкая жидкость, что и жидкостью назвать было сложно. Решив не париться, оба назвали это чаем. — Спасибо! — с набитым ртом сказал Стью. — Подавишься. Стью на секунду замер. Он правильно услышал — «подавишься», а не «подавись»? Мердок протянул лекарство: — Пей. — Но у меня ничего не болит пока, — непонимающе ответил Стью. Мёрдок тяжело вздохнул. — Ты вообще читаешь инструкции? Нужно пить сейчас. — Неа, они слишком мелко написаны, — непринужденно сказал Туди. Мердок закрыл лицо ладонью. — Слушай, я смог в тебя спящего запихнуть эти штуки, смогу и сейчас, если сам не возьмешь. Стью удивился, как можно быть настолько агрессивно-заботливым одновременно, но таблетки выпил. Через пару минут он почувствовал, как хочет спать, как глаза сами закрываются, и перед тем, как полностью уснуть, увидел Мёрдока, со смехом рассматривающего брошюру о буддизме.

***

Первым, что увидел Стью на следующий день, опять был Мердок. Однако, теперь он уже не читал, а спал, сидя в кресле. Осторожно, стараясь не разбудить его, Стью прокрался в ванную. При каждом шаге лодыжки болели, но нужда заставляла забыть о боли. В уборной Стью наконец умылся и застыл на некоторое время перед зеркалом, рассматривая свое лицо. Он не совсем помнил, как оно должно выглядеть, но сейчас ему показалось, что точно не так. Туди высунул язык, растрепал волосы, почему-то аккуратно расчесанные, шмыгнул носом. Возвращаясь обратно, Стью смог даже не хлопнуть дверью, но у самой кровати встал не на ту половицу, и она предательски заскрипела. Мёрдок проснулся. Туди прыгнул под одеяло, уронил лежавшую на нем расческу, нагнулся, чтобы поднять её, но, заметив взгляд Мердока, сел обратно. — Почему ж ты мне такой идиот достался, — вздохнул Мёрдок. — Я тебе не достался, ты сам выбрал, — заметил Туди, растирая пронзительно ноющие лодыжки. Мердок вздохнул. — Да хоть родил, плевать. Можешь хотя бы пару дней слушаться меня и не возникать? — Мне надо было в туалет, — стыдливо заметил Стью. — А меня не мог разбудить? Стью покраснел. Предложение Мердока было не только до жути смущающим, но и совершенно несуразным. — Прости, — прошептал Туди. — Ладно-ладно-ладно, — проворчал Мердок, садясь на кровать Туди и стягивая одеяло. — Показывай. Стью недоуменно уставился на Мердока. Мердок закатил глаза и притянул к себе ногу Туди. Фиолетово-черный синяк расползся по щиколотке. Из недр карманов Мердок выудил какую-то сомнительную мазь и бинты, водрузил ногу себе на колени и принялся пыхтеть над перевязкой. Стью заинтересованно наблюдал и лишь изредка морщился, если Мердок выгибал ногу под уж слишком неестественным градусом. Наконец, Мердок закончил со своим суперсложным занятием. Он был явно горд собой. Мердок снова принялся шарить в карманах. На этот раз он вытащил несколько знакомых склянок и вчетверо сложенный список. — Таак, — протянул Мердок. — Мердок, может я сам? Мне как-то привычнее, — предложил Стью. — Ну вот не надо мне тут самолечением заниматься, — проворчал Мердок. — Но я же знаю, как и что нужно пить. — Сказал мне человек, пьющий лекарства только когда заболит и не читающий инструкции, — прокомментировал Мердок. Туди вздохнул и сдался. Мердок около получаса выдавал ему таблетки и пилюли, комментируя процесс чертыханьем и матом. Стю совсем съёжился и старался не привлекать лишнего внимания. Мердок по-своему заботлив, но это больше удивляло, чем радовало.