Storytime

      Я подозревал, что вечер обещал быть заманчивым, но если бы знал на сколько, то, ни на секунды бы не засомневался в своем решении подняться к ней и пригласить на прогулку с привлекательным продолжением.       Почему-то, от которого Саша пока вежливо отказывается, ссылаясь на то, что она не хочет есть. Может она, боится, что ей не хватит денег или стесняется? Вот же глупости! Я же сказал, что хочу её искренне отблагодарить, поэтому сегодня без вопросов угощаю. Тем более, очень этого хочу. Давненько я не получал столько положительных эмоций от нового знакомства. Последний раз это было на съемках «Во имя отца».       Александра Романова.       Саша.       Теперь я знаю, имя девушки, которая спасла мне жизнь.       И она оказалась чертовски милой, как и её акцент! Забавной и привлекательной, я до сих пор удивляюсь, как же не заметил её тогда и чуть буквально не столкнул. А ещё видимо очень доброй, потому как она ответила на мои благодарности и уже забыла, что было до аварии. Да и в целом, она очень любопытная личность. Хоть и дерганая немного время от времени. Мне действительно интересно с ней, что не заметил, как мы уже гуляем по городу без десяти минут два часа. Честно говоря, я уже успел порядочно  проголодаться, но не уступлю, пока Саша не согласится разделить трапезу со мной.       Впрочем, я уверен, что и на голодный желудок готов узнавать новое и новое о своей спасительнице.       Надо же, Роб отчасти оказался прав. Саша русская и сказала, что родилась и выросла в Москве, в самой столице России, а ещё до недавнего времени СССР. И первые слова, сказанные мне, которые естественно она по привычке сказала на русском, были:       — «Мужчина, как вы себя чувствуете?»       Так значит, «мужчина». Забавно.       Но моё жгучие любопытно так и не было удовлетворено полностью.       Конечно, я не смею, как-либо «допытывать» её или расспрашивать, если она не хочет говорить о себе. Понимаю. Пусть Саша и спасла мне жизнь, но я для неё совершенно незнакомый человек, который просто захотел отблагодарить за спасение, а она толи из вежливости, толи действительно захотела провести этот вечер в хорошей компании, не отказала.       За эти неполные два часа, о чем мы только не говорили. Обо всем кроме нас. Из-за своего стремления узнать о ней больше, совсем не рассказывал о себе, впрочем, и Саша особо не любопытствовала в отличие от меня. У меня даже мелькнула мысль, а не скучно ли ей со мной? Может она всё же согласилась на предложение только из-за вежливости? Но она так живо и радостно отвечала мне. Пускай не интересовалась мной лично, но я же видел, что с удовольствием вела со мной беседу и ни разу не спросила который час. Ей было комфортно со мной, а мне с ней. Саша, просто доверилась мне и шла туда, куда я её повел, показывая попутно интересные закоулки и рассказывая о своем городе, что ещё помнил из школьной программы.        Саша призналась, что ещё плохо знает и ориентируется по Лондону, поэтому я с наслаждением стал её личным экскурсоводом на этот вечер, если так можно сказать. К сожалению, время позднее и всё достопримечательности под открытом небом, кроме парков, и под крышей — закрыты. Впрочем, Саша не без поддельного удовольствия, наслаждалась и прогулкой по улицам, проспектам и по небольшим кусочкам разных скверов и памятников, которые встречались на нашем пути.         Осталось только найти предлог, чтобы она всё же согласилась пойти со мной в кафе. Через пару кварталов как раз будет одно неплохое заведение, в которое я бы хотел пригласить Сашу. Хотя может она действительно не хочет есть? Ну не заставлять же мне её насильно, если она, правда, не голодна. Что ж, а я чувствую, что если не умираю, то очень хочу есть. День был не суетливым, хотя порой вовсе забываешь нормально поесть, на концертах это бывало частенько. Однако мой желудок удостоился крепким кофе и яичницей с утра, а в обед обошелся чаем и домашним печеньем Одри. Роберт, конечно, пытался меня накормить полноценным обедом, но аппетит сподобился посетить меня только сейчас. Ладно, думаю, что Саша не откажется хотя бы от чашки кофе или чая, или чего бы она ни захотела выпить.       Я уже раскрыл рот, чтобы предложить прервать нашу прогулку и ещё раз попытать счастье угостить Сашу поздним ужином, как краем уха уловил жалобное и утробное урчание. Меня это очень позабавило, еле удержал смех, чтобы не прыснуть в голос. Ай-яй, я здесь пытаюсь всё накормить свою спутницу, а она зачем-то врет и не краснеет, и видимо не поняла, что это было слышно довольно громко. Что ж, теперь ей не отвертеться. Не знаю, что мешало ей согласиться сразу, воспитание или стеснение, может что-то ещё, но вот сейчас мисс Саша никуда от меня не денется. Голодный желудок никогда не соврет.       — Кто-то весь вечер пытался меня убедить, что не хочет есть, — наигранно надуто проговариваю я, поворачивая голову в сторону девушки. Голос то надутый, но чувствую, как взгляд искрится смехом. — А у самой желудок урчит от голода на весь Уоррен стрит. Саша, ты отвратительно и очень громко врешь, — все жё не сдержался и рассмеялся в конце. У неё лицо так забавно вытянулось, хотя она с удовольствием присоединяется ко мне и тоже смеется, заранее признавая, своё «поражение».       — Боже, неужели это было настолько громко? — Саша смотрит на меня и снова смеется, прикрывая глаза рукой, чуть покачивая головой. — Знаешь, в последний раз такое было на лекции в университете. Только тогда меня там слышало, наверное, двести пятьдесят человек. Там была очень хорошая акустика и в этот момент, конечно же, была гробовая тишина.       — Что в тот раз тебе помешало поесть? — иронично усмехнулся я.       — Время.       — Ну, сейчас ты признаешь, что хочешь есть и разрешиться себя угостить?       — Ну-у-у, как сказать…       — Саша, я очень настырный. Думаю, ты и так это поняла. Слушай, — всё ещё дружелюбно, но серьёзно произнес я. — Это часть моей благодарности. Не забывайтесь, мисс, вы согласились на мои условия, — таинственно произнес я, прикусывая нижнюю губу. — Я просто хочу угостить тебя ужином, в этом ничего такого нет. Тут недалеко, всего несколько кварталов, есть хорошие заведение, я не раз туда заглядывал и оставался довольным. Уверен, тебе тоже понравится. Не отказывайся, пожалуйста, — я выждал небольшую паузу, опередив её. — Иначе, я тоже останусь голодным. И наконец-то пойму, кого это, быть на твоем месте и терпеть это утробное урчание зверя внутри себя… — мне хотелось сказать это более зловещим тоном, чтобы донести мысль, что терпеть голод не есть хорошо, если только в исключительных случаях. Но смотря, как её губы скривились вновь поступающему смеху, я сам не удержался и рассмеялся.       — Хорошо-хорошо, вынуждена признаться, что сейчас я и правда, хочу, есть… Немного, — с улыбкой проговорила она, глубоко вздыхая ночного воздуха, на секунду засмотревшись в темное небо. — Твои условия? Ух-х, какой вы Марк Шеппард. Чтобы принять благодарность, теперь и условия нужно соблюдать? Ну, знаешь, я правда не хотела есть, когда ты предлагал в начале, так что…       — Так что спасибо твоей физиологии за то, что так громко подает сигналы о том, что ты всё же хочешь есть, — закончил я за неё громко усмехаясь. — Да, мои условия. Порой я очень педантичен.       — Кто бы сомневался, мистер Шеппард.       Я не ослышался? Саша только что намекнула о типичном стереотипе, что всё англичане педанты и чопорны? Хотя, думаю, что она сама не заметила, как намекнула об этом. Вообще-то это забавно. Никогда не относился к стереотипам серьёзно, если только наоборот лишний повод посмеяться с них, естественно, если это было сказано не в оскорбительной форме. Интересно, а какие самые известные стереотипы про русских? Водка, шапка-ушанка и балалайка? Ещё что-то слышал про матрешек и медведей. Нужно будет у Роба поинтересоваться, он наверняка знает. Он в отличие от меня бывал, тогда ещё, в Советском Союзе.       Через пять минут мы уже были на месте и стояли возле входа. Саша лукаво посмотрела на вывеску и также улыбалась. Я знал, что ей понравится. Мы здесь с Мелиссой бывали не раз.       «Coffee, Cake & Kisses». Хоть название и говорит об обратном, но это уютное заведение подходит и просто друзьям, а не только любовным парочкам. Я здесь также не раз собирался вместе с Робертом и Одри.       — Поцелуйчики?! Ка-а-ак инте-е-е-ересно-о-о, — посмеиваясь, воскликнула и протянула Саша, посмотрев на меня. — У них же в меню есть поцелуи? С отдельным персоналом из красивых мужчин и женщин? Если нет, то я буду очень разочарована.       — Увы, но нет, — усмехнувшись, отвечаю я, вспоминая, что последний раз был здесь со своей девушкой. И ей в отличие от Саши, помимо вкусного обеда достались поцелуйчики. — Однако советую тебе попробовать «Красный бархатный любовник». Или яблочный пирог. Гарантирую, что пальчики оближешь.       — Десерт на ночь? Боюсь, это не положительно скажется на моей фигуре.       Я аж неволей скривился от этих слов, надеясь, что Саша не заметила. Сколько раз я слышал подобное выражение от Мелиссы и, к сожалению, чаще в не самом радужном ключе, как это сказала моя спутница. С иронией, где всё же проскальзывает мысль, а не к чёрту ли? Почему хотя бы в этот замечательный вечер нельзя себя порадовать чем-то вкусненьким и вредным? Гулять так, гулять.       — Да брось ты, — фыркаю я. — Одно несчастное маленькое пирожное не повредит твоей фигуре. Ты выглядишь замечательно. Пошли, займем себе столик.       Несмотря на позднее время в кафе было людно. Саша увидела уединенный место возле окна, куда мы и направились, тут же усевшись и обнаружив, что за два часа пешей прогулки подустали. Ноги гудели, а мягкая обивка дивана была слишком привлекательна. Ещё раз, убедив свою спутницу, что я угощаю, и она может выбрать всё, что только захочет. Саша совсем немного поломалась, видимо ради приличия и чтобы ещё раз «потрепать» мои нервы напоследок, заказала себе два сэндвича с салатом, а на десерт, как я и посоветовал «красного бархатного любовника».       — Если не в пастели, то пусть хотя бы на тарелке попробую, — усмехнулась она, после того как от нас отошел официант и почему-то сразу же засмущалась, что как будто сказала что-то не то. Самоирония это хорошо, очень полезная штука по жизни!       — Думаю, что он тебя не разочарует, — усмехнулся я в ответ, заметив, что Саша расслабилась и вновь робко улыбнулась, тихонечко теребя в пальцах бардовую салфетку.       Я же оказался к тому времени, когда мы делали заказ настолько голодным, что заслужил бифштекс с овощами, а на десерт морковное пирожное. Как же, «немного» она проголодалась. Ела с неподдельным аппетитом, как и я, что на несколько минут мы позабыли друг о друга и наслаждались прекрасной едой, замечая времени от времени, как моя спасительница поглядывала в окно, наблюдая за проезжающих мимо машин. А я сам не заметил, как начал внимательно наблюдать за ней. Но когда Саша дошла до «любовника», то просто не смогла смолчать. Боже, да почти-то каламбур получается. Роберт бы оценил.       — М-м-м! — приглушенно простонала она от удовольствия, чтобы не услышали другие, но отчетливо услышал я. — Это действительно очень вкусно! Клянусь, что я не только пальчики буду свои облизывать. Это же брауни с малиной?       — Верно, — подтвердил я, вытирая рот салфеткой. — Нравится? Согласись, что он просто тает во рту?       — Ещё бы, — проговорила Саша, медленно прожевывая кусочек пирожного.  — Давно ничего подобного не ела. Даже стала, кажется, забывать какого это.       — Какого что?       — Ну, вот просто так, сидеть в кафе и кушать вкусную еду. — Саша снова повернула голову в сторону окна, прищурив глаза. Вновь берет ещё один кусок в рот, тщательно прожевывая, чтобы подольше насладиться едой. — Кушать с кем-то, а не одной. Или гулять. Просто разговаривать. Я ведь из дома не выходила почти две недели, если только в магазин и обратно. Пожалуй, нужно завязывать с полуфабрикатами и готовить самой, — задумчиво, чуть поджав губы, проговорила Саша. — Вкус лично приготовленной выпечки ни с чем не сравниться, — она поворачивается ко мне лицом и улыбается. — А как твоё морковное пирожное? Здесь столько всяких разных вкусняшек! Спасибо, что показал это место, я обязательно ещё сюда приду.       — Почему ты не выходила из дома две недели? — не специально, но я пропустил последний ею вопрос, как и предложения. Почему-то стало не по себе. Как это привычные радости, обыкновенный досуг в общении может стать, чем-то необычным? Выходила из дома только, чтобы сбегать в магазин. А если бы ей ничего не понадобилось, то она вообще бы не вышла из квартиры? Ладно, хорошо, причины могут быть разные, жизненные ситуации и не так вгоняют в тупик, но больше меня поразило и насторожило, как она об это сказала. Так беззаботно и легко, будто рассказала, как на днях приготовила яблочный пирог по особому рецепту. Но никак то, что почти две недели, ни с кем не общалась и выходила из дома только по необходимости.       Может Саша не хотела говорить о себе, потому что у неё что-то случилось? Две недели? Но ведь две недели назад, она как раз и спасла мне жизнь.       — Почему не выходила? — переспросила Саша и окончательно выдала себя. Её глаза округлились, она прикусила нижнюю губу, явно судорожно придумывая, чтобы ответить мне. — Просто… просто недели выдались такими… трудными. Я… не то чтобы вообще не выходила из дома… Просто, как-то замоталась и времени не было, чтобы прогуляться, развеяться… Не бери в голову! — усмехнулась она, пытаясь замять тему. — Я иногда такую чушь сморожу, не обращай внимания. Хотя ты, наверное, и так это заметил. Всё, правда, нормально, — она снова начала теребить салфетку и отпустила от меня взгляд, еле сдерживая улыбку на лице. Видно, что ей тяжело, а она всё равно улыбается.       «Почему я не заметил этого раньше?»       Я не на шутку разволновался за неё.       Неужели у неё какие-то проблемы? Она ведь из другой страны, может ей попросту не у кого попросить помощи. Хотя как это нет? Я ведь могу в благодарность дать намного больше, чем просто прогулку по ночному городу и оплаченный ужин в кафе. Впрочем, причем здесь благодарность? Я могу просто помочь ей, если нужно.       — Саша, послушай, — я пристально посмотрел на неё, мягко приподняв уголки губ, заранее давай понять, что мне можно довериться. — Я понимаю, что для тебя я малознакомый человек, но если тебе не с кем поделиться своими проблемами, то знай, я с радостью их выслушаю. Ведь… я правильно понял, что ты здесь совсем одна? Знаешь, я ведь понимаю какого это, быть в другой стране в первое время. Всё новое, совсем не знакомые места, в общем, быть одному, — грустно хмыкаю, вспоминая, как прошли мои первые дни в Америке. Это не было плохо или хорошо, просто не покидало чувство, что какой же мир большой, а мы в ней маленькие и сколько всего нами неизведанно. Отчасти я понимаю, что чувствует Саша. — Поэтому, если тебя что-то волнует, ты можешь поделиться со мной. Обещаю, что я не проболтаюсь, — чуть шире, одобряюще улыбаюсь ей.       Саша промолчала где-то с минуту. Она посмотрела на меня, но чувствовалось, что прямой взгляд был направлен куда-то мимо. Тихо вздохнув, горько, но улыбнулась губами и заговорила, переводя глаза прямо на мои.        — Я здесь не одна. Точней, была не одна. Мой близкий человек… его зовут Джерри. Он ушел. Когда ты позвонил в дверь, я подумала, что это он наконец-то вернулся… — она тяжело вздыхает, вилкой водя по тарелке, в кучку собирая маленькие крошки от пирожного. Саша снова посмотрела на меня, поджав губы. — Знаешь, я ведь сюда попала удивительным образом... Иногда мне кажется, что всего секунду назад, я была в России и вдруг очутилась в Англии. Не знаю, возможно ли описать те чувства, что я испытала, когда оказалась здесь. Джерри, он… всегда умел удивлять. Перед тем, как попасть в Лондон, он сказал мне, куда я хочу, чтобы отдохнуть и развеется. Представляешь? Не могу сказать, что выбрала этот город ради шутки, но я даже не задумывалась, что он сделает. Что он на самом деле поможет мне сюда попасть. Как я только оказалась в Лондоне, то будто совсем в другом мире очутилась, где ничего не знаю. Понимаешь, я не собиралась задерживаться здесь надолго, — она пристально смотрела на меня, грустно улыбаясь, хотя нутром чувствовал, как ей это тяжело давалось. — Но возникли кое-какие проблемы, поэтому нам с Джерри пришлось здесь задержаться на неопределенное время. К сожалению, как бы я не хотела, но я не могу рассказать тебе всё. Только лишь то, что я… Как бы это сказать, — Саша покосилась на другие столики и на официанта неподалеку стоявшего от нас и прошептала, с заговорщической и неловкой улыбкой. — Ты, наверное, слышал какая сейчас обстановка в моей стране? Я не могу вернуться туда прямо сейчас, потому что сюда попала не совсем… легальным способом. К сожалению, у меня нет никаких официальных документов удостоверяющих мою личность. Но у меня нет никаких проблем с законом! Ни здесь и ни на своей родине! — тут же подняла ладошки вверх, будто сдаваясь. — Джерри обещал, что решит всё проблемы, и мы вернемся домой в ближайшем будущем. Я знала, что он может задержаться и на какое-то время пропасть… для него это в порядке вещей, но он никогда не нарушал оговоренных сроков. А сейчас, уже на неделю опаздывает, и я… если не в панике, то в тихом ужасе. Совершенно не представляю, что мне делать без него, в чужой стране, без денег и документов, если он не вернется.        Ого. Сказать, что я был удивлен, ничего не сказать. Хотя, было же видно, что её тревожит какая-то проблема, да не одна. Ничего не хочу сказать про её улыбку, она замечательная и по-настоящему солнечная, что правда, поднимает настроение, как в теплый майский денек, но так некстати многое скрывает, когда необходимо всё показать. Ради самого человека, чтобы помочь ему. Однако это нормально. Мы всё скрываем свои проблемы, а её проблемы действительно лучше скрывать. От властей так точно. Пока. И я рад, что Саша смогла довериться мне. Теперь многое стало понятнее, и как бы стыдно мне не было себе признаться, часть моего жгучего любопытства была удовлетворена.       И надо же, Роб снова оказался прав! Меня спасла беженка из России. Бывает же такое.       Следующие слова Саши только подтверждают догадку друга.       — Я поэтому тогда и убежала. Извини, — вновь она заговорила, виновато поджав губы. — Увидела скорую, подумала, что может приехать полиция, поэтому испугалась и решила, что лучше будет уйти незамеченной.        — Но всё равно осталась со мной до конца, — неволей вылетело из меня, не успел я даже подумать, что ответить ей. Я с восхищением и по-новому посмотрел на свою спасительницу. И до конца убедился, что немногие бы поступили так, как она поступила в той ситуации, когда мне нужна была помощь.       Разве я могу поступить с ней подло? Ни за что и никогда.       «Ни теперь, когда я только начал её узнавать».       — Как же иначе? Ты сильно ударился головой, я же говорила, что не на шутку перепугалась за тебя. И тебя чуть не сбила машина. До меня тоже потом дошло озарение, что я могла не успеть, — и вновь она ответила так, будто это само собой разумеющийся. Ох-х, Саша, ты действительно очень добрая девушка, чтобы это понять достаточно, попасть вместе с тобой в чрезвычайную ситуацию и послушать твои выводы.       — Саша я и не думал на тебя обижаться, — по-доброму улыбаюсь ей. — Теперь зная твою ситуацию, я понимаю, почему ты тогда убежала. И всё равно ты многое для меня сделала в тот день. Я никогда это не забуду, и… — дотрагиваюсь до её пальцев, внимательно смотря на её реакцию. Саша удивленно приподняла брови, но никак не стала возражать, когда я накрыл её левую ладонь, где всё ещё оставались царапины от падения. Большим пальцем провожу по поврежденной коже и сжимаю её руку в своей. — И я не думаю, что у тебя есть проблемы с законом, — усмехнулся, видя, что и она шире улыбнулась в ответ. Либо она хорошо врет, либо у неё действительно нет никаких проблем с законом. Ну не может человек так искренне улыбаться и нагло врать в лицо одновременно. — И уж тем более не думал сдавать тебя какой-нибудь иммиграционной службе, — потому что знаю, что самые разнообразные причины заставляют человека бежать из своей родной страны. Моя мама с самого детства рассказывала, как в подростковые годы бежала из Восточной Германии не от самой лучшей жизни сюда же в Лондон, когда была ещё, по сути ребёнком. Как Саша сказала? «Чтобы отдохнуть и развеется?» Пусть называет это так, мне необязательно знать настоящую причину. Я рад и благодарен тому, что она вообще поделилась своими переживаниями и надеюсь, хоть чуточку, но ей стало легче. — В жизни всё бывает, и все, краем да слухом слышали, что происходит у тебя в стране. Пожалуйста, ты только сама себя не загоняй в тупик, хорошо? Несмотря на всё проблемы, сейчас ты в безопасности и ничего тебе не угрожает. Наслаждайся жизнью, выходи из дома, чтобы не только сделать покупки в ближайшем супермаркете, а гуляй, ходи в интересные тебе места, по возможности общайся с новыми людьми. Поверь в Лондоне очень много чудесных мест, где бы ты с удовольствием провела время. Если хочешь, мы можем с тобой куда-нибудь сходить, если будет время и желание. И… надеюсь, что скоро всё наладиться, и ты сможешь вернуться домой вместе… со своим близким человеком. Джерри обязательно к тебе вернется, настоящие близкие люди никогда не бросают в беде. И ты теперь не одна в этом другом мире, — чуть сильней пальцами сжал её руку и потряс. — Ты теперь знаешь меня и если захочешь, то я с удовольствием продолжу с тобой общение. И если тебе понадобиться какая-то помощь, ты только скажи, я помогу. Кто знает, может это начало большой дружбы?       — Мне ещё никогда не доводилось дружить с актёрами, так что, я только за, — Саша в ответ сжала мою руку, будто пожимая её. — Спасибо за понимание, Марк. И то, что выслушал. Мне, правда, стало легче от осознания, что в этом новом для меня мире, я не одна.       — Ты знаешь, что я актёр? — теперь моя очередь пришла удивляться, что бровь сами собой ползли наверх. А я то думал, что не особо ей интересен, раз она вообще обо мне ничего толком не расспрашивала, а тут знает, что я актёр. Значит, она тогда знала, что я был барабанщиком в группе «Light a Big Fire»? Так-так, что вы ещё обо мне знаете, мисс Александра? — Я тебе не успел рассказать. Ты видела со мной картины?       Саша на несколько секунд растерялась и смешно раскрыла рот, словно её застукали, хотя отчасти так и было. Ну всё, теперь точно от меня никуда не денется! Всё же на лице написано.       — Да… — она кивает и усмехается от моего оживленного вида, перед этим отпустив мою руку. — Да, видела. Если не ошибаюсь, фильм «Во имя отца» и сериал «Шелковые сети»… верно? Я ничего больше не пропустила?       — Нет, пока ничего. Так ты узнала меня тогда? Когда я сказал тебе, что был участником группы «Light a Big Fire»? — любопытно спросил я, внимательно на неё смотря. Мне вдруг так жизненно необходимо стало важно знать, что же она думает обо мне, как об актёре или музыканте. Моё жгучие любопытство разгорелось с новой силой.       — Да, узнала, когда ты сказал своё имя, — Саша кивнула и спиной облокотилась об спинку дивана, положив руки себе на ноги. — И это было ещё одним, приятным, но потрясением. Вот уж никак не думала, что спасу от столкновения с машиной самого Марка Шеппарда!       У меня мурашки прошлись по телу от тона, которым она говорила. Там было неподдельное восхищение.       — Вау, это приятно, — выдохнул я с широкой улыбкой. — И как тебе… понравилось? Я знаю, что сыграл второстепенную роль там и там, но мне интересно, что ты об этом думаешь. А, на живых концертах группы ты не была?       — Увы, но нет, — Саша изобразила наигранную печальную улыбку. — Но я бы очень хотела! Я так понимаю, ты не оставил музыкальную карьеру? Ты же ещё будешь играть на барабанах, хоть что-нибудь?       — Нет, не оставил, но отложил пока на второй план, — мне всё больше и больше нравился этот вечер с моей спасительницей, которая оказывается, знает о моем творчестве. — Я хочу плотней заняться актёрской карьерой и надеюсь, что получится реализовать себя не только в Лондоне, но и в Америке, куда я, кстати, надеюсь, в ближайшем будущем переехать, жить и работать. Но знаешь, — добавил резче, чем хотел, я был слишком возбужден. — Мы с ребятами из группы иногда, кто ещё остался, собираемся и можем в местном пабе дать один-два концерта. Чисто ради самой музыки и игры, а не из-за денег. Если мы ещё раз соберемся, то я обязательно дам тебе знать. И, конечно же, буду ждать! И если посмеешь не прийти, то очень сильно обижусь, — прищурился и «пригрозил» я глаза, но тут же вновь весело рассмеялся.       — Поверь, я буду только рада прийти на живой концерт и посмотреть, как ты играешь. Это же здорово! — Саша на секунду прикусила нижнюю губу и театрально вздохнула. — Да-да, мистер Шеппард, я помню о ваших особых условиях на встречах.       Я вновь, даже громче, чем надо счастливо засмеялся от её слов. Это было потрясающе, говорить с кем-то, помимо близких друзей, родителей и коллег о своей игре и персонажах, в которых мне довелось перевоплотиться. Саша с живым интересом поддержала разговор и делилась своим мнением, что ей понравилась, чего она не заметила, а что и вовсе её поразило. Больше мы говорили о сериале «Шелковые сети», где мне было дано больше экранного времени, чем в фильме. Хотя, несмотря на это Саше, очень понравилась картина «Во имя отца», отметив постановку и подачу реальных событий через призму фильма. И я полностью в этом её поддержал. Но ещё большой и приятной неожиданностью для меня стало, что она знала, что я ещё играл  долгое время и гастролировал с юного возраста в группе «Television Personalities» вместе с  Робином Хичкоком.       Видимо моя радость, и восторг были настолько живыми, что я снова смутил Сашу, и она заметно занервничала, что как будто сказала что-то не то. Я даже извинился за свой порыв и вновь и вновь готов был обсуждать с ней музыку и кино. Саша искренне восхищалась мной и говорила, что у меня потрясающе получается играть. Меня не покидало ощущение, что она мне льстит, но чёрт меня дери, если я совру, что мне это не нравилось. Мне очень это нравилось. Это было очень приятно и грело самолюбие, давало мощный толчок работать дальше и качественней. А ещё у меня возникло чувство, что Саша, будто моя фанатка. Почему бы нет? Почему такая хорошая девушка, как Саша не может быть фанатом моего творчества? Я уже ничему не удивлюсь, а просто дальше наслаждаюсь прекрасным вечером, с не менее прекрасной девушкой, как Александра Романова.       — Ого, время уже десять часов вечера, Марк. Ну и заболтались мы с тобой, — я посмотрел в сторону, куда смотрела и Саша, на настенные часы возле столика приема заказов. И, правда, ещё два часа прошли незамечено. — Думаю, нам пора закругляться, время позднее, а ещё домой возвращаться, — мило улыбнулась она, кивая на окошко, намекая на то, как улицы потихоньку пустеют. Этим заявление, Саша прям на землю меня вернула. Да, время действительно летит незаметно в замечательной компании. Как же хочется, чтобы это длилось чуть больше, но порой и вечности было бы недостаточно.       — Да-да, ты права, — несколько раз кивнул, соглашаясь с девушкой и до конца приходя в себя от приятного наваждения. — Что ж перед выходом предлагаю взять чашечку чаю или кофе, в общем, чего ты захочешь, а потом я, как истинный джентльмен провожу тебя до дома. Отказы не принимаются, — проговорил я последнее слова громче и тверже, но всё также с обаятельной улыбкой. Саша, улыбаясь в ответ, только слегка покачала головой, видимо осознавая, что со мной спорить бесполезно, что и правильно. — Я тебя из дома вырвал, я же обязан обратно тебя довести в целостности и сохранности. Да и не нужно, такой хорошей девушке, как ты в такое позднее время ходить по улице одной. Моя совесть не позволит мне.       — Как скажешь, спорить с тобой не буду, — усмехнулась она в ответ. — Та-а-а-ак всё, что я захочу, значит? — Саша чуть прищурила глаза, внимательно смотря на меню. — Я хочу капучино с грушевым сиропом! Да точно, именно с грушевым. И обязательно с трубочкой.       — Хорошо, как скажите, мисс, — ответил я игриво, переводя взгляд на своё меню. — А я обойдусь без изысков. Черный чай без сахара будет очень кстати.       Не успел я отложить меню и позвать официанта, как вновь услышал её приглушенный  смешок и этот лукавый взгляд «кто-бы-сомневался-мистер-Шеппард». Да ладно?! Снова стереотипы? И на этот раз самый банальный, что все англичане пьют всегда и везде чай? Мне на самом деле интересно, она, правда, так думает или просто смеется от таких совпадений, сама не замечая, как себя выдает? А может она не старается скрыть, ей просто забавно, а что-что, я уже могу сделать вывод — Саша наверняка может скрыть многое, но не свою улыбку.       Извините мисс Александра, но на этот раз я не промолчу. Моё любопытство рвет и мечет, как сильно хочет узнать тебя, хотя бы эту незамысловатую деталь.       — Если я заказал чай — это значит, что я хочу чай, а не потому, что все англичане пьют только чай, — мне очень хотелось это сказать серьёзным тоном, возможно обиженным, чего врать, мне хотелось над ней немного подшутить. Но не смог. Я продолжил говорить, уже во всю улыбаясь и сдерживая смех. — Это всего лишь стереотип, если бы, правда, всё было так просто, то во всех заведениях Англии был бы только один чай…       Саша сначала непонимающе посмотрела на меня, а потом залилась краской, буквально. Почему-то я был уверен, что она начнет извиняться и говорить, что не хотела меня обидеть, или вообще сделает вид, что не понимает, о чем я. Но Саша всё больше и больше краснела, потому что сама сдерживала вырывающийся смех. Она прикрыла ладошкой рот и шумно выдохнула, приглушенно смеясь.       — О-о-о, Боже-е ты мой… — её плечи дергались от смеха. Она на секунду прикрывает глаза, чтобы немного успокоиться. — Неужели это было настолько очевидно, что я об этом думала?       — Ты просто не представляешь насколько очевидно, — после моих слов мы вместе искренние и весело засмеялись. Не знаю, почему нас это так веселило, но ясно одно. Саша тоже воспринимает эти порой до нелепости и абсурда стереотипы не более, как лишний повод посмеяться и повеселится, порассуждать об особенностях разных народов. Может тогда она сама поделиться стереотипами про русских? Зачем у Роба спрашивать, когда моя спутница сама мне всё расскажет, да ещё сто раз забавней, чем друг фельдшер. Нет, Роберт тоже в карман за словом не полезет, но Саша рассказывает не только забавно, но и, пожалуй, мило.       Да всё верно.       Весь вечер я умиляюсь от неё сам того не замечая.       Саша хотела сказать что-то в своё «оправдание», как её опережает недовольный и знакомый мной голос. Надменный, предвещавший ничего хорошего. Я так удивился в начале, что не сразу заметил, откуда она появилась и как долго наблюдала за нами. Как много услышала.       — Как здорово, что хоть кто-то из нас хорошо проводит время и… прохлаждается с хорошенькой девушкой в кафе, когда я на износ работаю. Как поживаешь, Марк? Давно не виделись, — Мелисса натянула губы наподобие улыбки, сложив руки на груди, показывая всем своим видом, что как минимум ждет от меня объяснений.       Краем глаза замечаю, что её можно было увидеть заранее в отражении окна, так как она стояла напротив нашего стола, словно возвышаясь над нами, как грозная гора, но я был так увлечен разговором с Сашей, что чего скрывать, ничего не замечал. Я был удивлен, как и всякий любой человек, когда ищет встречи со своей девушкой, но всё что-то мешает. И в тот момент, когда не только не ожидаешь её увидеть, но и вообще на несколько часов забываешь, полностью растворяясь в интересной встрече и разговоре, действительно, как гром среди ясного небо. А Мелисса сейчас правда, метала молниями, сдержано, но я хорошо её знаю, чтобы увидеть в глазах раскаты. Мне это не понравилось. Ну зачем так нужно делать? Почему нельзя просто подойти, неожиданно обнять меня, удивить и чмокнуть в щечку? Обаятельно улыбнуться, как умеет только она и также приятно поздороваться и представиться? Зачем это пассивная агрессия и пафос? Мы так давно не виделись, наконец-то выпала случайность увидеться, не нужно портить этот момент. По крайней мере, я не допущу этого.       В голове уже стали выстраиваться планы, после того, как я провожу Сашу, или вообще посажу в кэб для удобства и безопасности, а сам с Мелиссой направлюсь домой. Сомневаюсь, что уже сегодня получится серьёзно поговорить, но хотя бы немного времени проведем вместе до моего отлета в Ванкувер.       Да, я хорошо провожу время, что в этом такого? Я был готов посветить ей всё и больше своего времени, если бы Мелисса почаще выбирала меня, а не работу. «Прохлаждаюсь с хорошенькой девушкой?» Я чуть не морщусь от такого заявления, а точней от того тона, которым Мелисса сказала. Откуда опять столько желчи и обиды? Надеюсь, Саша ничего такого не подумает. Впрочем, может Мелисса просто ревнует? Что ж, если это так, то я готов успокоить свою любимую и всё ей объяснить.       «Только выслушай меня, прошу».       А она, как всегда, выглядела потрясающе. Распущенные длинные волосы, клетчатая юбка выше колен, бордовый топ, оголяя её плоский животик и кожаная куртка. Только вместо привычных высоких каблуков на ногах были туфли на низких, что даже почти не было видно. Что ж хотя бы не такая большая разница в росте будет. Не то, чтобы я комплексовал, поэтому поводу, но со стороны это иногда действительно сморится забавно.       — Мелисса! Дорогая, привет! Как ты? — нарочно пропускаю всё её слова, напротив, дружелюбно улыбнувшись. Встаю с дивана и приобнимаю за плечи, замечая, что и лишнего телодвижения не сделала, чтобы поприветствовать меня в ответ. Её руки всё также покоились на груди, взгляд оставался колючим. Ладно, не привыкать, она всегда была моей любимой колючкой. — Позволь мне вас представить. Саша, это Мелисса — моя девушка. Мелисса, это Александра — девушка, которая совсем недавно спасла мне жизнь, а сегодня по чистой случайно мы вновь с ней встретились.         — Здравствуй! Приятно познакомиться, — тут же живо и с улыбой отозвалась Саша, скорей всего не замечая пассивного настроя моей девушки. За что я был ей очень благодарен.       Но Мелисса никак на неё не реагирует, если только удостоила безразличным взглядом, который сразу перевела на меня. Это уже не просто не нравилось, а начинало бесить. Ладно, я всегда попадаю под её горячую руку, но с Сашей то зачем так грубо обращаться? Тем более в кафе, где уже на нас стали поглядывать.       — Девушка, которая спасла тебе жизнь? — ухмыляется она мне в лицо. — О чем ты, Марк?       — Если ты позволишь мне всё объяснить, то узнаешь, что две недели назад я чуть не попал в аварию, — понизил я тембр голоса, чтобы меня слышала только Мелисса. Я встал к ней совсем вплотную. — А это хорошенькая девушка, как ты, верно, заметила, спасла меня. Буквально за считанные секунды оттащила с красной полосы. Не без последствий, конечно. Я получил небольшое сотрясение мозга, но всё уже нормально. Меня в то же день из больницы забрал Роб.       Мелисса недоверчиво прищурила глаза. От одного её взгляда я уже понял, что ничем хорошим наша случайная встреча не закончится. Но до последнего верил, что всё обойдется, и домой мы вернемся вместе, а не, как обычно, порознь.       — Ты чуть не попал в аварию, когда ты там сказал? Две недели назад, даже умудрился сотрясение мозга получить, а сообщаешь мне это только сейчас, когда я прямо застукала тебя с другой девушкой в кафе? Да ещё в этом, — усмехается она, намекая на название заведения. И Мелисса не собиралась понижать голос, а напротив, мне показалось, что на тон повысила его. Чтобы точно, если не всё кафе нас услышало то, как минимум рядом сидящая Саша и ближайшие столики. — Мы с тобой несколько раз созванивались за это время, и ты слова не упомянул об аварии и сотрясении мозга. Тебе не кажется, что это история выглядит слегка неправдоподобной? Я возможно и модель. Знаменитая модель — поправила она себя тут же. — Но не дура, Марк. И никогда ею не была.       Я сглотнул и медленно выдохнул. Улыбка давно сползла с моего лица. Если бы Мелисса хотела то, увидела бы, что взглядом, каждым жестом, я просил её не затевать ссору. Хотя бы людно, и тем более при Саше, которая прекрасно всё слышит.       — Слушай, я не стал об этом происшествии рассказывать. Даже родителям ничего не рассказал, чтобы они лишний раз не волновались. По той же причине, я не стал сообщать тебе это по телефону, чтобы ты тоже не переживала и не отвлекалась от работы. Знает только Роберт, и то только потому, что в тот день забрал меня из больницы. Эта авария произошла на перекрестке недалеко от его дома,  — не могу, больше просто не могу. Меня это уже не бесит, а ужасно расстраивает. Почему Мелисса, моя Мелисса так недоверчиво смотрит на меня? Прямым взглядом говорит, что не верит мне и даже не пытается поверить. «Зачем ты так? Я никогда тебе не врал в наших отношениях, а ты так смотришь, будто я это проделываю каждый день». — Ты не веришь мне?       — А ты себе? — проговорила она, громко усмехаясь. — Ты снова так хорошо устроился да, Марк?  Родителям ничего не сказал, и мне тоже, чтобы я якобы не переживала. Знает только Роберт. Твой близкий друг со школы, который всегда подтвердит твоё слово, как удобно. Ты сам бы в это поверил?       — Да, я бы тебе поверил, — проговорил я, разочаровано смотря ей в глаза. А Мелисса всё также улыбалась мне в лицо. — И я не понимаю, почему ты не веришь мне. Что происходит Мелисса? Зачем ты это делаешь?       — Что я делаю? — криво улыбаясь, сказала она. — Это не ты меня застукал в кафе с другим мужчиной, с которым я мило ворковала. Хотя я понимаю, Марк. Мы так давно не виделись. Искушение так и манит. Наверное, скука одолела без твоих съёмок. Хотя знаешь, я бы на твоем месте сняла бы девочку посимпатичней, а то у этой веснушки оказывается на пол-лица, что сморится, мягко говоря, отвратительно и…       — Что ты такое говоришь?! — опешил я, что слегка дернулся от Мелиссы, будто она ударила меня. Хотя по ощущения это было схоже, что я сейчас чувствовал. — Прекрати! Что ты за цирк тут устраиваешь? Зачем ты это говоришь? Почему вновь обвиняешь только меня? Я хотел с тобой встретиться. Очень хотел. Я звоню каждый день, чтобы узнать, как ты и есть ли у тебя свободное время, чтобы встретиться со мной. И что же? Ты каждый раз говоришь, что занята и у тебя работа. Я хоть раз тебя этим упрекнул, чтобы ты меня сейчас не весь в чем упрекала? — чувствовал, что ещё немного я повышу голос, как и Мелисса. Я тяжело вздыхаю и выдыхаю, чтобы немного успокоиться. Но это не помогает. И Мелисса не хочет мне помогать.       Всё как обычно.       И ведь она не ревнует. Вовсе нет. Мелисса целенаправленно нарывается на ссору. И явно хочет оставить виноватым меня.       — Я устраиваю цирк? Кажется это твоя работа, а не моя. Устраивать людям представления перед экранами телевизора, — смеется она, будто я сказал какую-то шутку. — Оу, а я надеялась при нашей последней встречи, ты понял, почему всё так у нас происходит. Но видимо нет. Хотя ты же говоришь, что у тебя было сотрясение мозга. Ей-богу, Марк ты иногда так смешон. — Мелисса чуть покачала головой, сделав от меня шаг и оценивающе от головы до ног осмотрев. — Всегда хочешь устроиться лучше всех, а потом удивляешь, почему других это не устраивает. Забавно. Ты сказал, что звонишь мне каждый день, но уже три дня не было от тебя никаких звонков. Так что же? Что тебе мешало позвонить мне и позвать в кафе, вместо… как там её? Александру? Наверное, потому что так было лучше, удобней для тебя. Впрочем, ничего удивительного.       — Я прошу тебя. Ещё раз. Перестань так говорить, Мелисса, — я на секунду прикрыл глаза и сделал обратный шаг к ней. Настроение давно достигла отметки нуля, если даже не ниже. Но желание хоть как-то исправить ситуацию, не давало мне отпустить руки. — Хватит. Я понял. У нас накопилось очень много разногласий. Давай не будем ещё больше портить этот вечер. Позволь мне посадить Сашу в кэб, и мы с тобой поговорим. Нормально, спокойно. Обо всем. О нас. Я тебе всё расскажу до мельчайших подробностей. Всё, что тебя интересует. Только, не говори так, ведь…       — Оу, я и не собиралась портить ваш вечер! — как ни в чем не бывало, легко перебивает меня Мелисса, будто я отвлекал её от чего-то важного. — Я всего лишь зашла за своим кофе после долгого рабочего дня. Ну, тебе этого не понять, — она как-то неестественно мило улыбнулась. — Кстати, он уже готов. Поэтому оставляю вас одних, и не буду мешать. Я очень утомилась, хочется побыстрей в ванну и в кровать. Пока Марк. Ещё увидимся, — слегка она помахала мне ручкой и направилась к столу готовых заказов.       На несколько секунд, я просто растерялся, не понимая, что вообще происходит. Она уже успела забрать свой кофе и направиться к выходу, когда я вышел из оцепенения и подбежал к ней.       — Мелисса, постой! Куда ты? Мы не договорили, прошу, подожди, я…       — Марк, о чем можно было, мы уже поговорили, — повела она плечом, поправляя сумочку. — Не оставляй свою спутницу. Мне было бы очень неприятно на её месте, — она вновь улыбалась. Хотя нет, просто приподняла уголки губ. В глазах же никаких эмоций, только усталость и зачатки раздражения, видимо оттого, что я не даю ей пройти. Почти ничего, когда же у меня глаза расширились от всего происходящего, что чисто физически не смогу скрыть на своем лице, что в этот момент происходило. Я знаю, что Мелисса это видела. Но сказала лишь одно. — Дай мне уже наконец-то пройти. Отойди, — не дожидаясь, когда я сделаю шаг в сторону, легонько задевает меня плечом и выходит из кафе.       Я уверен, что на минуту и больше меня снова парализовало. Хотелось одновременно столько всего сделать и ничего, просто упасть на первый попавшийся стул и не шевелиться. Мне хотелось побежать за ней, но я продолжал стоять на месте, смотреть сквозь стеклянную дверь, как она растворилась в ночи улицы. Я знал, что Саша всё ещё, наверное, ждет меня и нужно к ней подойти, объясниться и извиниться, что кое-как делаю первый шаг к нашему столику. Следующие уже даются проще, но внутри, будто всё оборвалось, а при каждом шаге грохотало где-то на уровне желудка, может чуть выше. Резко захотелось закурить, чтобы хотя бы немного прийти в себя.       Подхожу к нашему столу и не сразу замечаю, что Саша уже стоя и полностью готовая к выходу дожидалась меня. Наш столик уже полностью был убран. Я видел её лицо, но не мог прочитать, что на нем. Хотя, когда она первая обратилась ко мне, стало понятно, что она вроде не злиться. А даже, пожалуй, чем-то обеспокоена.       — Марк, ты как? — девушка легонько притронулась к моему плечу. — Прости, я не хотела доставлять тебе неприятности. Я понимаю, что планы у тебя сейчас поменялись, так что сама дойду дома. Со мной всё правда, будет хорошо. Не переживай, у тебя сейчас дела поважней, я понимаю, — она одобряюще поджала губы, в улыбке и тут же нервно усмехается. — Только… Объясни вкратце, как мне дойти до моего дома? Я всё ещё плохо ориентируюсь по городу, не хотелось бы на ночь, глядя заплутать.  А свою вспомогательную карту забыла, — из неё вылетает тихий, но нервный смешок. — Мой дом находиться по адресу Карлтон Хилл 89. Если что можешь на салфетки краткую карту нарисовать, ничего страшного я разберусь и обязательно дойду до дома. Я примерно помню, как мы шли досюда, но чтобы точно не потеряться хочу уточнить улицы.       Краткую карту? Плохо ориентируется? Сама дойдет до дома?       О чем ты, Саша?       И зачем ты извиняешься, когда это я должен извиниться перед тобой за своё и поведение своей девушки? Да-да, конечно, я помню, что ты ещё плохо знаешь Лондон, и ни за что не оставлю тебя. Я ещё обещал тебе кофе. Капучино с грушевым сиропом, точно. Сейчас я тебе его куплю и провожу до дома. Всё нормально. Сейчас мы выйдем на улицу, и мне станет лучше. Очень хочется на свежий воздух.       — Нет-нет, всё нормально. Ты что, Саша, это ты прости меня. Мы тут с Мелиссой такой цирк устроили и тебя втянули, — я прогладываю неприятный ком в горле вспоминания, что моя девушка назвала веснушки Саши «отвратительными». О, боже, сейчас я выйду на улицу, подышу свежим воздухом и до конца приду в себя. Сейчас! И ещё раз как следует, извиняюсь перед ней и обязательно доведу до дома. Нет, лучше в кэб посажу. Да, так правда будет лучше. — Постой, я обещал тебе кофе и сейчас куплю его! Подожди меня минутку на улице. Сейчас всё будет, только ты ещё никуда не уходи, хорошо? Одну минуту!       Я видел, что Саша хотела сказать что-то ещё, возможно убедить, что ничего не надо, но резко бегу от неё в сторону кассы, чтобы оплатить наш заказ. Я рассеяно забираю наши напитки, несколько раз прослушав, что сказал паренек за кассой. Кажется, немного не хватало. Только когда в руки мне вручают два дымящихся стаканчика, я понимаю, что совершенно не хочу этот черный чай. Но стало ещё хуже, когда я посчитал, сколько осталось денег. На два кэба уже никак не хватит, зато у меня в руках этот дурацкий чай. Чёрт возьми, да что ж такое!       Сильно прикусываю нижнюю губу, судорожно соображая, что делать дальше, чтобы ещё больше не ошибиться. Если я сейчас посажу Сашу в кэб то, как минимум три часа буду идти до дома, когда же до её адреса, если идти напрямую, возможно дойти меньше, чем за час. А от неё я уже поеду домой сам. Да, так и сделаю. И нормально извинюсь перед ней.       Хотя единственное, что мне сейчас хотелось — это остаться одному и выкурить пару сигарет.