Storytime

      Зайдя около семи часов вечера в супермаркет, я уже пять минут стояла возле отдела булочек и не знала, что делать. Толи взять те самые булочки и какие-нибудь «дошки» или всё же купить нормальной еды на пару дней? Призадумавшись ещё на несколько секунд, беру пару небольших слоеных булочек и уверенно вместе с корзинкой разворачиваюсь к другим отделам с едой. Даже если мы вернемся завтра в своё время то, хочу поесть нормально. Остальное в случае чего прихватим собой, хотя бы у себя дома ничего не надо будет готовить, если мы припозднимся на недельку другую.       Дальше особо не думая по стандартному списку, наполняю корзину продуктами. Заранее в голове отметив, что нужно взять побольше сладкого и чего-нибудь вкусненького к празднику. А по лопаткам, тем не менее, пробегает дрожь от одной мысли, что нужно уже возвращаться домой, где, надеюсь, Джерри спит или хотя бы успокоился. И тут же чувство вины глубоко полоснул душу острыми когтями, как у пантеры.       Мне ужасно не хотелось оставлять Джерри одного в таком состоянии. Даже, несмотря на то, что мне хотелось уйти и самой, пожалуй, успокоиться и всё переварить в одиночестве. Ужасное состояние двойственности, что буквально разрывалась на части и чуть не заплакала от досады. Но я смогла пересилить себя, когда хотелось остаться. Джерри сказал всё, что хотел, и чтобы дальше не попасть под горячую руку и не сделать ситуацию ещё хуже, было мудро уйти, оставив его. Да и самой не мешало пройтись и проветрить голову.       Когда я вышла из дома то поняла, что в таком состоянии и продуктов не смогу купить. Я была в какой-то прострации. В оцепенении и растерянности, что как будто с трудом передвигала ноги и почти никого не видела перед собой. Это не первая наша ссора с Джерри и боюсь, что не последняя. И это нормально иногда ругаться, даже самые долгие отношения отнюдь не всегда идеальные и уж тем более у самых близких друзей. Но он впервые позволил себе со мной разговаривать, в таком тоне и это оставляло болезненный осадок на душе. Конечно же, я видела и в таком ампуле своего друга, однако совсем другое испытать его гнев и презрение на собственной коже. Обиду и страх. Возможно, я преувеличиваю, просто воспоминания ещё слишком свежи. Наверное, мы уже так ругались, когда-то, и сейчас это ссора только, кажется ярче. Потому что Джерри боялся и не мог скрыть свой страх, а это ещё больше усугубило положение. Мой друг из тех людей, которые под землю провалятся и ни за что не признаются, как им страшно в выгребной яме. И он не смог скрыть, как бы ни старался. Это говорит о многом, ведь когда людям страшно, они и не такое могут сказать сгоряча или от потери рассудка. От отчаяния.       Я уже не злюсь на Джерри, да не особо-то злилась. Меня переполняло больше чувство вины, что я не смогла ему помочь в нужный момент, не нашла тех слов, чтобы успокоить, когда обычно находила. Просто хочу, удостовериться, что ему уже лучше, и что он хотя бы подремал и не сильно переутомился работая над часами. А вообще лучше, конечно, если он поспал, пока меня не было. Что ж, в любом случае, надеюсь, что когда вернусь, я приготовлю нам вкусный ужин и мы нормально поговорим. И всё у нас будет хорошо. Я в это искренне верю.       Буквально несмотря себе под ноги, не заметила, как в итоге пришла в Ридженст-парк, где и провела несколько часов, гуляя по знакомым тропинкам, а потом немного переведя дух на скамеечке. Днем здесь была не такая атмосфера, как вечером, однако не менее волшебная, что воспоминания сами собой полезли в голову. Ну вот, Марк Шеппард даже находясь за несколько десятков километров от меня, умудряется поднимать настроение и улыбку на лице. Да и как иначе? Мы так хорошо вчера погуляли! Легкий морозец, на который мы совершенно не обращали внимания, свет рождественских гирлянд, венки омелы и блестящий иней на земле и поверхностях отключенных фонтанов. И смех. Мы много смеялись, что приятным эхом отдается где-то глубоко внутри меня. Так было хорошо и легко. Тепло, невзирая на то, что наши носы покраснели от холода, как и мочки Марка, потому что его кепка не до конца прикрывала уши. Да легко и хорошо. С Марком всегда легко и хорошо, вопреки тому, что я постоянно слежу за каждым своим словом, чтобы случайно не обронить что-то не то, что человек из 1993 года не дожжен услышать. Хотя за последние несколько недель это прошло. С того самого дня, как я побывала у него дома, где мы приготовили семь потрясающих пицц. Не помню конкретный момент, когда я перестала бояться сказать что-то не то или иначе, как частично открылась ему. Мне теперь ещё легче с Марком, чем было и это факт. Тяжело теперь не заметить, как порой мы болтаем с ним на одном дыхании, что и не замечаем, как часы пролетают перед нами за какие-то минуты. Это бесценно. Просто разговаривать с замечательным человеком, не обращая внимания на время, да и вообще на всех вокруг. Вот бы и сейчас так, как вчера. Хорошо и легко, а не тяжело и всё непросто, так ко всему ещё непонятно, что же дальше.       «Как же хочется, чтобы он был сейчас рядом со мной и подбодрил одной своей улыбкой…»       Позже от таких мыслей, мне стало стыдно, что наверняка щеки покраснели на холоде. Это несправедливо. С Джерри не всегда тяжело и всё «непросто», хотя довольно и часто. Такова уж его натура и я давно к этому привыкла. Когда «тяжело» и «непросто», не значит — всегда плохо, как и «легко» и «хорошо» —  всё прекрасно. Жизнь, к сожалению, не так устроена.       Но я безумно была рада этим воспоминаниям. Помимо того, что это неволей подняло настроение, как вдруг меня осенило, что подарить Марку на Рождество и Новый год. Отчетливо видя молодого актёра в своей голове, память, как будто специально акцентируя, несколько раз прокрутила тот момент, где парень поправляет и поднимает ворот пальто, чтобы прикрыть шею от мороза. Возможно, что Марк просто забыл надеть шарф или не захотел, но разве это не отличный подарок, как хороший и натуральный шарф? С прямым подтекстом, что моя чистая и искренняя любовь согреет его в любой мороз? Ну или что-то типа того. Нужно будет ещё подумать над поздравлением. В общем, после внезапного озарения я с большим энтузиазмом побежала к автобусной остановке, чтобы поехать в центр города на распродажу.        Вот за что я зауважала торговые центры и магазины, по крайней мере Лондона, здесь действительно были офигенные скидки на всё! И столько всего было нагружено в магазинах к Рождеству и Новому году, от символических безделушек до потрясающих и оригинальных вещей, в качестве потенциального подарка. Было здорово ходить по ярким и украшенным павильонам или по большим залам, где обязательно стояла огромная елка, всё трогать и просто заряжаться рождественским настроением. Но главное, это были люди. Их улыбки, задорный и счастливый смех, светящиеся глаза, где читались надежды на что-то лучшее, чем есть сейчас.       «Всё будет хорошо, я в это верю»!       На несколько часов я и вовсе забыла о ссоре с другом, выбирая, между прочим, и подарок Джерри. Так и получилось, что вначале я купила презент ему. Это неудивительно, мы столько лет дружим, и не раз ходили вместе в магазин, покупая одежду. Раз Джерри так мучиться в «отстойной» и «помойной» одежде своего отца, решение было принято в пользу нового джемпера. Как раз то, что он любит, если только похабной какой-нибудь надписи не хватает для полного счастья. Натуральный состав, темно-бордового цвета, не слишком теплый, но и не тонкий. И вырез такой модный, что и в нашем времени с радостью раскупят. Надеюсь, что этот подарок обязательно поднимет настроение близкому другу!       С подарком Марка было посложней. Во-первых, мы не дружили столько лет, хотя за последний месяц прекрасно проводили время вместе, чтобы узнать друг друга получше. И, во-вторых, факт, что он мой будущий любимый актёр юности больше мешал и смущал, чем помогал выбрать для него самый лучший подарок. В то же время не хотелось его смущать дорогим или дешевым презентом. Я прекрасно помнила, какую маленькую коробочку он протягивал вчера. Слава Богу, что, в конце концов, я выбрала идеальный шарф. Больше чем «идеальный», такое ощущение, словно эту вещь сшили специально для Марка! Уверена, он отлично будет на нем смотреться. Оптимальная длинная, принт крупная клетка темно-серого и темно-синего, почти черного цвета, которые должны подойти к темно-серому пальто, для сногсшибательного образа. Теплый. Как раз то, что нужно для легкого мороза в Лондоне. Хотя, если учитывать, что шарф состоит из большего процента кашемира, то и до минуса десяти будет очень комфортно и тепло.       Ушла я из торгового центра уже уставшей, но супер довольной! Особенно было мило, когда девушка-консультант предложила и сразу же помогла упаковать подарки. От легкого и ненавязчивого общения на душе стало только светлей, тем более, после таких искренних и взаимных поздравлений. И, невзирая на то, что дома, возможно, меня ожидала вторая часть нелегкого разговора, моя вера в лучшее была непоколебима. В конце концов, сегодня уже Сочельник! Преддверия большого праздника! Как тут не надеяться на чудо?       Конечно, несмотря на мою оптимистичную натуру, часть реалиста, не забывалась от головокружительных огней гирлянд и сладкого запаха корицы, и не давало полностью расслабиться, будто все проблемы уже решены. Подобные мысли, если Джерри всё же не уступит и будет истерично настаивать на своем, то «как же передать подарок Марку?» не отпускали. Как жаль, что я раньше не познакомилась с его друзьями, так было бы проще передать подарок через них. Есть вариант ещё через соседей Марка, но захотят ли они выполнить мою просьбу и можно ли им вообще доверять подарок? А если у него нет соседей? Я точно сейчас и не припомню. Второй вариант с почтой, кажется более привлекательным и оптимальным. Точно, вместе с презентом вложу объемное письмо, где всё объясню и извинюсь, что не смогла прийти на праздник, как обещала. И дам моему другу из 1993 года маленькую и призрачную надежду на новую встречу, когда-нибудь в будущем…       С «увесистыми» пакетами продуктов я быстро дошла до дома, хоть и рискнула, пару раз поскользнувшись об замершие лужи. Нет, теперь кажется, что закупилась лишка. Впрочем, может эти пакеты, отчасти убедят моего друга повременить с перемещением? Например, пудинг или сосиски с клюквой на праздник? Ах-х, если бы всё было так легко. Но тогда бы точно не было так интересно.       Зайдя в квартиру, в коридоре и в комнате снова горел свет, но как вчера это уже не вызвало микроинсульта. Не успела я толком, как следует положить пакеты, Джерри резко выскакивает из спальни чуть ли ни с пронзительным, но радостным возгласом. О боже, он всё же однозначно хочет, чтобы меня схватил удар от страха и неожиданности. Так и заикой недолго стать!       — Здравствуйте ваше высочество!!! — ну очень оживленно крикнул парень, буквально выскочив из комнаты навстречу.  Надо же, он даже вчера меня так радостно не встречал, как сейчас, хотя мы расстались от силы часов на семь. — Ну, наконец-то вы пришли! Как же долго вы, оказывается, ходите по магазинам! Вы заставили меня заметно понервничать. Ух, ты! Сколько всего вы накупили! Наверняка, чего-нибудь вкусненького. А-а-а! — парень протянул руку в жесте, останавливая, когда я наклонилась, чтобы поправить багет, который почти выпал из бумажного пакета, порвав край. — Не трогай пакеты. Я сам донесу их до кухни. Удивительно, как ты вообще их донесла до дома. Дальше я сам.       А дальше, Джерри действительно в охапку взял все пакеты и без всяких вопросов и возмущений отнес на кухню. Я только успела, что обувь снять и пройти за ним следом, даже ещё не поздоровалась. Если честно, я слегка растерялась от него напора, впрочем, ничего необычного, если только тот факт, что расстались мы, мягко говоря, не очень. Отмечаю, что друг выглядит намного бодрей и отдохнувшим, и, пожалуй, с более приподнятым настроением, чем утром. Он успел переодеться на его взгляд, приличную одежду отца. Черные брюки и бежевая рубашка, с завернутыми рукавами. Неужели внушительный размеры пакетов убедили Джерри повременить с прыжком? Если нет, то я приятно удивлена! Однако всё равно не тороплюсь делать поспешные выводы, как и заговорить первой об утреннем инциденте. Когда я зашла на кухню, мужчина уже вовсю раскладывал продукты по местам.       «Как ты, Джерри?»       —  О, ты купила ингредиенты для пудинга? Как раз хотел тебе посоветовать его, как легкое и вкусное на стол. Саша, могла меня позвать, пакеты на самом деле тяжелые. Тебе ненужно было так напрягаться, — спокойно проговорил парень, пряча от меня глаза. Я встала в проеме и облокотилась об дверной косяк, любопытно смотря на друга.       — Да, извини, — всё же решилась заговорить, хотя как ни странно, это было тяжело. Такое ощущение будто говорила вовсе не я, а кто-то за меня. Через силу и откуда не возьмись стеснение. — Я слегка увлеклась. Помимо булочек и «дошиков» хотелось купить что-то посущественней, а в итоге купила целый рождественский стол, — тихо усмехаюсь и сама отпускаю глаза. — Ну, ничего. Либо съедим так, либо…       — Не извиняйся, пожалуйста, — робко перебивает меня Джерри, отчего снова заставляет поднять на него удивленный взгляд, когда он же не спешил посмотреть в мою сторону. Не могу знать точно, но видимо мой друг испытывал смущение так же, как и я. — Тебе вообще, ни за что извиняться передо мной. Я… — он осекся и наконец-то поднял глаза. Джерри почти с минуту смотрел на меня, что аж неудобно стало. А ещё жарко, что я наконец-то снимаю шапку, а парень, улыбнувшись, вновь заговорил. — Надо же… в этой одежде ты так похожа на маму. И почему я сразу не заметил?       — На маму? — смешно хлопая глазами, растерянно проговорила я. — Ты хочешь сказать… я выгляжу старомодно?       — Нет-нет! — сделав несколько шагов в мою сторону, уверенно помотал головой парень. — Наоборот ты выглядишь… чудесно! Довольно сносно. Я бы даже сказал красиво. Знаешь, в отличие от моего отца, мама всегда умела классно одеваться для своего времени, — Джерри смущенно поджал губы и тихо выдохнул, вновь отведя взгляд куда-то в сторону. От его растерянности я неволей умилилась, что какая-либо обида, и уж тем более злости, который и вовсе не было, пропали. Серьёзный разговор ещё не начался, но было такое чувство, что всё будет хорошо.       — О, спасибо! — мило и непринужденно с улыбкой согласилась я, чтобы поддержать Джерри. Ему всегда тяжело давались извинения. — Соглашусь, твоя мама наверняка умела производить впечатление не только своей природной красотой.       — Это точно, — несколько раз кивнул Джерри, а потом внимательно посмотрела на моё лицо, и сам не заметил, как почти на минуту замялся, видимо мысленно подбирая подходящие слова. Я буквально увидела, с каким трудом ему далось следующее предложение. Как же редко он бывает таким. Неуверенным. Порой мне казалось, что мой друг живое воплощение уверенности и непоколебимости, и чего греха таить, иногда немыслимой наглости и самоуверенности в своей правоте. А тут как мальчик у школьной доски. Который сегодня утром получил первую двойку и распсиховался, а сейчас искренне раскаивается.  — Саша, прости меня, пожалуйста…за всё, что наговорил тебе утром. Я повел себя с тобой, как настоящий муд… по-свински. Я… очень сильно раскаиваюсь, и обещаю, что впредь не позволю себе, так с тобой неуважительно и грубо разговаривать. Ты совершенно не заслуживаешь подобного обращения. Понимаешь, я… я как будто разговаривал не с тобой. Знаю, звучит неправдоподобно, но когда ты ушла, я жутко перепугался. Даже хотел сразу побежать за тобой, да поздно спохватился. До меня вдруг дошло, что всё эти ужасные слова были обращены не тебе, а Елене и… Я просто хочу сказать, что ты очень дорога мне, ты самый мне близкий человек и я просто испугался. Вспомнил всё эти события и мысленно применил на тебе. А когда остался один, то до меня дошло, что ты не она. Ты намного лучше, Саша. Я вообще таких людей, как ты никогда не встречал. Ты никогда ни с кем так не поступишь, как поступила со мной Елена.       — О-о, Джерри… — меня сильно переполняли чувства от его душевных извинений, что только имя и смогла произнести, прежде чем подойти и заключить мужчину в объятиях.       Он также крепко, но нежно обнял меня и только громкий вздох долетел до слуха. Его плечи расслабились под моими руками, что свидетельствовало о том, что Джерри действительно стало легче. Вот же дурачок мой. Накрутил себя и распереживался. Это очень на него не похоже, что лишь подтверждает, как на самом деле это важно и сильно трогает друга. Хорошо, что мы в этом разобрались. Хорошо, что теперь я об этом знаю и впредь не позволю Джерри так сильно из-за этого расстраиваться. Да вообще, чтобы подобные мысли не возникали у него в голове. Какой же он оказывается ранимый… Нет, мы все такие. В той или иной степени. Просто мне стало известно о самой глубокой раны Джерри Джонатана. И, по всей видимости, которая до сих пор временами ноет.       — Всё хорошо, Джерри, — я чуть отпрянула от парня, и посмотрела ему в лицо. Мужчина так и не разомкнул объятия и не отпускал мою талию и пристыженно отводил взгляд в сторону. — Я поняла, что ты был немного не в себе. Что эта ситуация тебя… напрягает. Я не обижаюсь, всё нормально, тебе просто нужно было успокоиться. Ты как? Пока меня не было, тебе удалось хотя бы ещё немного поспать? Ты выглядишь намного лучше!       — Иногда мне кажется, что я не заслуживаю такого друга, как ты… — невесело усмехнулся парень и нехотя разомкнул объятия, громко с явным облечением выдохнув. — Ты так бесшумно ушла Саша… Я даже сначала и не понял, что тебя больше нет дома. Я очень сильно перепугался, но потом вспомнил, что ты теперь неплохо ориентируешься по городу, возможно сейчас даже лучше меня, — продолжил Джерри дальше оправдываться. — Знаю, что ты и не на такое имела полное право, но, — парень глубоко вдохнул и выдохнул, словно правда успокаивался от сильного стресса. — Не пугай меня так больше. Пожалуйста. Вот ты вечно, как не все люди, Саша. Нормальный человек от злости и обиды хлопнул бы дверью, а ты… Просто закрыла за собой дверь, как.. как…       — Как нормальный человек? — не могла не усмехнуться я от не большего каламбура.       —  Нет, ты то? Абсолютное безумие. Хоть и любишь прикидываться нормальным человеком, — тоже усмехнулся Джерри в ответ. — В отличие от меня. Да, я отдохнул. Даже смог поспать после того, как выпил чашку чая и разбил чашку. Я не психовал, это, правда, вышло случайно, — сразу же пояснил мой друг на мои выпученные глаза от удивления. — Просто неудачно взмахнул рукой и случайно задел кружку, — «случайно ли?», неволей промелькнули мысли. — Ничего страшного. Я всё равно не помню, чтобы у нас была такая кружка. Если что новую купим. Ну и после того, как я поспал и обнаружил, что тебя до сих пор нет дома, ещё больше занервничал, но подумал, что сегодня глупостей было сделано предостаточно, поэтому не стал впадать панику, и был намерен спокойно дождаться тебя. По крайней мере, до одиннадцати часов ночи. Вчера ты примерно в это время пришла. И я предположил, возможно, ты... — Джерри на секунду запнулся, криво натянул губы, снова отведя от меня взгляд. — Что ты пошла к Маркизе, чтобы где-нибудь провести время до вечера. Понимаю. Я бы тоже не захотел возвращаться раньше времени после всего.       — Джерри-и-и… — протянул я его имя, чтобы парень вновь обратил на меня внимание. Ей-богу, как взрослый ребёнок. «Случайно» кружку разбил, запаниковал, что остался «один дома», и что совершенно не вяжется с ним. Ведь у Джерри характер похлеще, чем у Кевина Маккалистера из одноименного фильма. А теперь ещё выясняется, что во время серьёзного разговора утром, он не слушал меня. Как минимум определенную часть. — Я же говорила, что Маркиза уехала на Рождество загород вместе со своей семьей. Мы, конечно, хорошо общались в последнее время, но думаю, у меня не хватило бы наглости прийти к ней в самый праздник, — нервно усмехнулась я, представив, как родители Марка отреагировали бы на мой визит в рождественскую ночь. Наверное, я бы провались под землю от стыда, растерянности и страха. Думаю, это бы значительно повлияло на будущее мистера Шеппарда, если бы я вдруг заявилась на самый семейный праздник в году. Отчасти. Тем более, это же его родители! Одно дело общаться с любимым актёром и его друзьями-сверстниками, а тут родители! О, нет-нет-нет, точно нет. К такому я точно никогда не буду готова. — Просто прогулялась в парке, потом и по торговым центрам прошлась, перед тем как пойти в магазин.       — Точно, а я и забыл! — как-то более приподнято заговорил мужчина. — Что ж, тем не менее, я был решителен дождаться тебя до позднего вчера, поэтому долго не думая, оделся, пошел и купил нам елку на Рождество. Ну, вы даете ваше высочество! Собрались отмечать Рождество и Новый год и не купили елку?  Просто с диву вас даюсь!       — Что? Какая елка..? — не сразу до меня дошел смысл сказанного предложения радостного парня, хотя его вдруг широкая улыбка на лице говорила намного больше, чем слова. — Ты купил елку? На Рождество и Новый год?       —  Да, — гордо проговорил Джерри, пафосно приподнял подбородок и на несколько секунд прикрыл глаза. Я всё ещё была обескуражена и ничего не понимала, поэтому отчасти, эти жесты подействовали на меня магнетически, чего собственно мой друг и добивался. — Вот, буквально перед твоим приходом поставил в спальне. Пошли я тебе её покажу, самую лучшую выбрал!       Не дожидаясь какого-либо ответа, что было мудро, потому что я соображала слегка заторможено, Джерри берет меня за руку и стремительно поволок в спальню. Ещё в темной комнате, я увидела отчетливый силуэт дерева, а когда друг включил свет, то она представилась во всей красе. Что-что, а у Джонатана губа не дура, действительно выбирал самую лучшую. Какая же она большая, до самого потолка! Пушистая и ровная, аккуратная, просто идеальная, самое то, чтобы вешать игрушки. Ах-х, а какой аромат витает в комнате! Теперь буду спать, словно в лесу. Только и снега не хватает для полного новогоднего настроения.       — Какая красивая… — заворожено проговорила я, правой рукой тихонечко дотрагиваясь до пушистой, но колючей ветки. И тут же медленно отпускаю хвою, резко поворачиваюсь к парню лицом, что непроизвольно сделала шаг назад от дерева. Вот же транжира несчастный! — Джерри, ты совсем? Это же премиальная елка! Не ври, я знаю, сколько такие стоят, присматривалась уже!       — И что? Красивая же, сама сказала. А ещё она дольше простоит, чем стандартная, — спокойно проговорил мужчина, всё ещё любуясь зеленой красавицей. — Согласись, что это удачное место для елки? Будешь спать, словно в сказке, моё высочество.       — Ну, зачем было так тратиться? — чуть ли не простонала я, наконец-то сняв с себя парку. Мне стало так жарко, что аж лицо всё покраснело.       — Ты поэтому не стала покупать елку? Чтобы не тратить деньги что ли?       — Конечно, — присев на кровать кивнула в ответ. — А ещё я боялась, что одна не донесу. Доставка тоже стоит денег. Поэтому подумала, что вместо полноценной елки, можно купить ту же веточку ели. Так сказать для атмосферы.       — Бракованные гирлянды, веточка ели, блять, шикарная атмосфера… — перед тем, как Джерри повернулся ко мне лицо, я увидела, как затряслись его плечи от робкого смеха. — Не хватает только  «бэушных» игрушек. Обожаю тебя, Саша. Что ж, я не буду оправдываться. Только повторюсь, что деньги моих родителей, поэтому я буду их тратить так, как сочту нужным. За елку можешь деньги не возвращать. Можешь вообще никаких деньг не возвращать, если захочешь, я не заставляю. И между прочим, чтобы ты чувствовала себя менее виноватой, то знай, несмотря на то, что я работаю неофициально, я всегда помогал маме и братьям в денежных вопросах, если на то была необходимость. При том, что они и копейки не потратились на моё образование. Думаю, что это вполне справедливо.       Я никак не стала на это отвечать, а лишь задумчиво хмыкнула себе под нос. Бесполезно, у Джерри своя логика на это сложившееся положение, которое впрочем, не лишена смысла. Ведь это всё равно не помешает мне вернуть те деньги, которые непосредственно были потрачены на меня. Пока не критично. Если мы вернемся на днях, то моих сбережений хватит, чтобы поблагодарить Алену Михайловну в настоящем. Кстати об этом…       — Ну что, будем вместе украшать красавицу сегодня ночью? — с большим энтузиазмом обратился ко мне Джерри, смотря то на меня, то на елку. — Ладно, я погорячился. Елочные игрушки моих родителей, вполне приличные. Опять же, потому что их всегда покупала мама. Нужно будет купить завтра ещё шнур гирлянд для елки. Бракованные пусть остаются на стене, ты их неплохо устроила на кухне. Мне нравится.       — Да, конечно, — неуверенно проговорила и прикусила нижнюю губу от волнения. — Так мы… будем завтра отмечать Рождество?       — Конечно, будем, — ответил парень и внимательно посмотрел на меня. Либо я так сильно разнервничалась, либо по лицу Джерри действительно ничего нельзя было понять однозначно. — Я же не просто так притащил елку.       — И Новый год тоже? — я хотела задать этот вопрос более ровным голосом, а получился  шепот, будто нехотя и боязливо делилась каким-то личным секретом. Я не хочу, чтобы Джерри подумал, будто я его боюсь, но заводить об этом разговор действительно не просто. Но нужно. Хочу передать подарок Марку лично в руки, а не через почту. И уж тем более поздравить в живую, а не через сухое письмо, чтобы увидеть, как он радостно улыбнется и отвесит какой-нибудь комплемент с остроумной шуточкой или фразой. В эти моменты он до невозможности обаятельный и притягательный!       — И Новый год тоже. Я же не просто так купил премиальную елку. Она то точно достоит до следующего года.       Уверенный и в то же время беззаботный тон Джерри совсем сбил с толку, что вновь  невинно захлопала глазками, а внутри судорожно соображая «что же делать». Так мы остаемся до следующего года? Будем праздновать Рождество и Новый год? Два праздника, когда Джерри знает, что я планировала отмечать Новый год с «Маркизой и её друзьями»? Теперь я ещё больше пожалела, что соврала ему и придумала эту мало того, что неправдоподобную, так дурацкую «легенду». Если бы я сразу сказала, кто такая «Маркиза», то можно было бы предложить ему встретить 1994 год вместе с нами. Не знаю, но я уверена, что Марк не был бы против, как и его друзья. Боже… ну что за бред? Кажется, утром Джерри ясно дал понять, что всё ему это не нравится, а тут я полезу ещё с одной «отличной» идеей.       — Я вернусь третьего января, а четвертого мы вернемся домой. Как раз дней десять елке будет достаточно. Хотя при такой цене, я уверен, что она бы простояла и месяц…       — Чего? — озадаченно встрепенулась от его слов, ещё больше округлив глаза. — Так ты… так мы… мы не будем праздновать Новый год? Или мы… Ой, я уже ничего не понимаю. Извини, Джерри, — на автомате добавила последнее слова, зная, как мой друг не любит, когда кто-то рядом с ним тупит. Тем более я, которая вообще не имеет право на подобное.       Если он только специально не хочет меня запутать, а потом вместе посмеяться.       Потому что из его слов получается, что Джерри куда-то снова уйдет, а меня оставит, хотя ещё утром вырисовывалась иная картина: будь воля парня, он бы и на шаг больше меня никуда не отпустил в 1993 году. Точней не совсем так, он сказал, что вернется, но это предложение было произнесено, словно мужчина всё за меня решил. Снова. И совершенно непонятно, нравится ему такой расклад или он вновь идет на поводу своей накрученной вины передо мной, от чего ещё больше мучается, и наверняка, боится. Боже, если бы только вчера я знала, чем обернется моё согласие Марку, то не повелась на его умоляющие глазки и голос, какие мужчина строил в надеже меня уговорить. И ведь уговорил, в конце концов. Я знала, что неправильно поступаю, соглашаясь на соблазнительное приглашение. Как самоуверенная дурочка понадеялась, что никто не узнает. Теперь, кажется, я понимаю, почему Джерри ненавидит, но восхищается чувством юмора жизни. Впрочем, всё намного проще. Я просто разрываюсь. Между тем, что правильно и что хочу. А хочу я того и другого, но так не бывает.       От стольких мыслей голова угрожающе начала гудеть, что рукой дотрагиваюсь до теплого лба и провожу по всколоченным волосам. Я не видела, но услышала шаги Джерри, а позже почувствовала тяжесть его тела, когда он сел рядом со мной на кровать. А когда всё же решалась посмотреть на своего друга, потому что тот непривычно долго молчал, хотя непременно должен был, как минимум усмехнуться или возмутиться, то ещё больше почувствовала неловкости от его робкой улыбки. Джерри ближе наклоняется к моему лицу и осторожно, но, тем не менее, уверенно заговаривает:       — Извини, ну не умею я нормально извиняться.       — Но ты уже извинился, — спокойно возразила я.       — Не перебивай.       — Хорошо, прости.       — Если тебе достаточно того детского лепета, что я наговорил на кухне, то мне нет. Саша, я искренне извиняюсь за те всё ужасные слова, что наговорил тебе во время… пожалуй, помутнения рассудка. Я не хотел всего тебе этого наговаривать и уж тем более ставить перед выбором. Настоящие близкие люди никогда так не поступают. Не ставят перед выбором, либо я или кто-то ещё, — Джерри говорил так живо, что на несколько секунд показалось, я впервые вижу этого человека. Но нет. Просто очень редко бывают такие ситуации, от которых мужчина действительно раскаивался, что напрочь забывал весь свой красочный ненормативный лексикон. Потому что обычно Джерри на всё плевать, очень редко он обременен чувством вины ко всему и вся. Я рада, что ему так не всё равно на меня, что отчасти льстило. — Поэтому, когда ты ушла, а я нормально выспался, то понял, что во всем был не прав, что я полный кретин, который понапрасну обидел самого близкого человека, который просто хотел обо мне позаботиться. Ну а этой зеленой красавицей, — он усмехнулся и бросил мимолетный взгляд на праздничную елку. — Хочу сказать, что я согласен с твоим планом, Саша.       — Ты согласен?! — не поверив своим ушам, громче, чем нужно спросила я, чтобы удостовериться. Не может этого быть! Неужели?..       — Да. Ты была права, мы не поговорили нормально. Пусть и не сразу, но я услышал и понял тебя. Понял, насколько безрассудные вещи говорил и противоречил сам себе, как… Мерзко себя повел. За что прошу ещё раз прощения.       — Ничего страшного, Джерри, — решила вставить я и подбодрить друга. — Когда люди пугаются они под впечатлением и не такое могут сказать. Я всё понимаю и, правда, не злюсь на тебя.       — Да уж… — прочистив горло, и стыдливо отводит взгляд мужчина. — В общем, ты права. Десять дней не сделают погоду. Раз сейчас Сочельник, а завтра уже Рождество я решил, что займусь часами после праздников. Я видимо совсем ебнулся, хотел уже завтра переместись! — пораженно усмехается Джерри, и вновь смотрит на меня, как-то застенчиво. Видимо до сих пор чувствует вину передо мной. Эх-х, мой дружочек. —  Ни за что. Это ещё более рискованно, чем тут задержаться. Саша, ты была полностью права, мне однозначно нужно было ещё поспать и отдохнуть. Какую же хуйню, я утром выстрал, господи Иисусе.       — Зато сейчас, я смотрю тебе намного лучше, — с улыбкой, но укоризненно качаю головой. Впрочем, я была только рада. Джерри лучше, это радует, что улыбка больше не может сойти с лица.       — Абсолютно, — уверенно кивнул парень и тоже улыбнулся, слегка облокотившись своим плечом об моё. — Я согласен с твоим планом, но с одной оговоркой, которую уже озвучил. Если конечно, ты позволишь. Я же правильно понял, что Новый Год ты будешь встречать с Маркизой и её друзьями?       — Да, — еле выдохнула я.       — И она должна вернуться где-то через четыре-пять дней, верно?       — Верно, — резко кинула головой, что чуть не задела подбородок Джерри.       — Хорошо. Я предлагаю следующий шаг действий, чтобы вам нормально в последний раз пообщаться, по крайней мере, в прошлом, и окончательно распрощаться, — от этих слов сердце предательски сжалось, что неприятная волна прошлась по телу. Однако никак не выдаю себя и внимательно слушаю мужчину. — Тридцатого декабря, я снова перемещусь во времени, чтобы с концами проверить часы и удостовериться в их безопасности. Впрочем, я уверен, что мы в любом случае вернемся домой, но будет очень плохо, если мы воротимся в январе, а не в конце сентября. Ладно-то я, мне плевать в принципе. Я даже не привязан к определенной работе, но не хочу, чтобы ты проблем набралась и придумывала ложь, где все эти три месяца отсутствовала, не давая ничегошеньки о себе знать. Тебя же родители запытают живьем. И когда я точно удостоверюсь, что всё неполадки более-менее устроены, вернусь третьего января. Думаю, все же пару дней для похмелья вам нужно выделить, ваше высочество,  — Джерри хитро прищурил глаза. — Поэтому к этому дню, желательно, всё должно быть готово.       — Кто бы говорил… Но спасибо за твою заботу, ты как всегда очень мил, Джерри, — проговорила я на автомате, а сама глубоко задумалась.       Идея отличная. Господи, даже больше, чем просто отличная, разве не этого я хотела? Лучше и придумать нельзя. Теперь даже беспокоиться не нужно, что Джерри и Марк как-то могут столкнуться и тогда вся моя ложь вскроется. После всего, что я узнала, этого нельзя допустить, не хочу, чтобы Джерри ещё больше нервничал. Однако всегда есть это дурацкое «но». И это «но» чуть ли не целиком меняет всё моё отношение к ситуации и уж тем более, полностью вымещает от этого радость. Нехорошие переживания вновь полезли в голову.       — Джерри, я не хочу, чтобы ты снова рисковал собой, — не став ходить вокруг да около, честно и тоскливо призналась я, посмотрев другу в глаза. — Я буду веселиться, а ты…       — Саша, это всё равно нужно сделать, — мягко, но перебивает меня парень. — Я же сказал, что полную околесицу нес сегодня утром, а ты была права. Часы стоят снова проверить, и естественно при этом я не буду рисковать тобой. Пойми, ты в любом случае останешься здесь. Поэтому я и подумал, что это удачная возможность. Ты встретишься со своими друзьями, отпразднуешь с ними Новый год, и не будешь так сильно переживать, пока меня не будет. Буквально и глазом не успеешь моргнуть. Думаю, лучше и не придумаешь, — ненароком озвучил и подтвердил мою мысль близкий друг.       — Да, но… это всё равно, как-то неправильно, — снова это чувство двойственности, который не раз за сегодня, или за всё, то время пока я в 1993 неприятно терзало душу. Как можно одновременно чувствовать радость, облегчение и тревогу? Хотя чего я удивляюсь, с Джерри ведь всегда так, к этому уже привыкнуть была должна.       — Неправильно было то, как я вел себя сегодня утром, из-за чего ты сейчас сомневаешься в том, чего добивалась. Саша, я же вижу, что ты этого хочешь. Я не против. Честно слово, — Джерри улыбнулся, обнял меня за плечо и крепко сжал. — Я доверяю тебе и знаю, что всё будет хорошо. И со  мной тоже. Теперь мы знаем намного больше, чем до этого, поэтому меньше риска. Знание — сила, епте, — мы одновременно с ним прыснули от смеха. — Поэтому перед тем, как прыгнуть, я учту все возможные риски и подготовлюсь. Есть у меня пару гипотез, как уладить некоторые неполадки я позже с тобой этим поделюсь. Знаешь, я сейчас понимаю, что так не волнуюсь за тебя, как это было три дня назад, то есть… два с половиной месяца назад. Я вижу, что с тобой всё хорошо. Ты справилась и мне стыдно, что я сомневался в тебе. Даже друзей завела. Хотя это вообще неудивительно. Я всегда знал, что в любой ситуации, с абсолютно разными людьми, ты найдешь подход и умудришься подружиться. Уверен, попади ты в 1893 или даже в 1793 год, ты бы со всеми познакомилась и передружилась. Поэтому ты мой самый близкий и единственный друг.       — А если ты не вернешься третьего января? Что мне делать? — последние сомнения не желали отпускать. Я прекрасно знаю, что Джерри  тоже об этом думал, но специально не заводит тему. Знаю, что и он уяснил простую истину, как мы оказались в прошлом — тут всё может пойти не так в любой момент. Конечно, я уже успела поделиться с ним своими соображениями, как бы начала «новую жизнь» в прошлом, если бы он так и не вернулся. Несмотря на то, что Джерри возмутился, но он согласился, что мыслила я в верном направлении. И даже намекнул, что было бы неплохо на этот случай составить четкий план действий.       — Ничего. Просто дождись меня, как дождалась вчера, — пожав плечами, ровно ответил парень. Ты хорошо притворяешься Джерри, но меня не проведешь.       — Джерри, я серьёзно. Вдруг что-то опять пойдет не так? Мы не можем упускать и этот вариант развитий событий. Только не после всего.       — Даже если пойдет что-то не так, что сильно сомневаюсь, я не допускаю одни и те же ошибки дважды, — всё также уверенно и спокойно продолжил он. — Просто дождись меня. Если всё же «что-то» случиться, я уверен, что задержусь не больше, чем на пару дней. Максимум пару недель.       — Или пару месяцев… — невесело хмыкнула я.       — Ты не доверяешь мне, Саша?       — Ты единственный кому я доверяю, как себе, Джерри Джонатан. Просто… пообещай мне, что будешь беречь себя.       — Обещаю, — парень выразительно посмотрел на меня и приподнял уголки губ в милой улыбке, что неволей заворожил. Если никак рукой, то всё сомнения и терзания постепенно отпускали, пока и вовсе не растворились, как дымка от потухшего костра. — А ты пообещай, что хорошенько повеселишься на празднике. Один раз живем, чёрт возьми! И раз очаровательная Маркиза наслышана обо мне, то передавай ей большой привет!       — Джерри, ты лучший! Спасибо!!! — меня переполняло столько светлых чувств, что всю свою благодарность, я смогла выразить только в крепких объятиях, в которых тут же сцепила мужчину. Видимо мой  порыв был настолько сильным, что мы вместе с Джерри падаем на кровать, звонко смеясь, чувствуя, как он успел и меня крепко обнять в ответ и прижать к себе.       Наверное, в этот миг я была самой счастливой на свете. После всех этих переживаний, которые успели произойти за этот долгий день, было такое ощущение, словно большая ноша упал с плеч. Стало безумно легко, как физически, так и на душе. И стойкое чувство уверенности в завтрашнем дне делало из меня буквально одуванчиком, при легком порыве ветра поднимаемым в высоко голубое и чистое небо. Я знала, что всё будет хорошо! Хотя, как может быть по-другому, когда сегодня Сочельник, канун Рождества? Само то время для чудес! Это поистине счастье! Я встречу Рождество вместе с Джерри, а Новый год с Марком Шеппардом, любимым актёром юности, да и по сей день. А после праздников, вернусь домой, к родным людям по которым ужасно успела соскучиться. И, несмотря на легкую грусть, которая не желает отпускать моё сердце от скорой разлуки, это путешествие я никогда не забуду. И где-то в глубине души верю, что и мой дорогой друг Марк из 1993 года тоже не забудет меня. Наше с ним путешествие по Лондону, где зародилась наша с ним мимолетная, но искренняя дружба.       Не отрываясь, смотрю на такую же широкую улыбку друга, когда он взял мою правую руку, поднял к нашим лицам и сцепил мизинцы, легонько раскачивая из стороны в сторону. Этим милым жестом Джерри дал понять, что уверенно принимает мой план и доверяет мне. Если бы парень не заговорил вновь, то уверена, я бы не то, что заобнимала бы его, но и расцеловала. Мой личный термометр «счастье» било все высокие отметки. Я давно не ощущала такого чувства эйфории, что вся возбудилась. Хотя когда пришла домой, хотелось, как минимум присесть и больше не вставать, а мысли о готовке «убивали».       — Кстати, чтобы отыскать Маркизу в настоящем узнай о ней как можно больше информации.       — Зачем? — не сразу я поняла его предложения.       — Разве ты не хочешь знать, как она живет в настоящем? Наверняка, хочешь. Ну, или потом захочешь, когда в первое время будешь по ней скучать. В общем, чтобы найти её в интернете…       — Думаешь получиться? — усмехнулась я, почему-то вспоминая инстаграмм Марка Шеппарда.       — Шутишь? У кого сейчас в нашем времени нет хотя бы одной социальной сети? Нет, есть, конечно, такие индивиды, но попробовать всё равно стоит. Ведь много информации не надо. Достаточно имени, фамилии, даты рождения и, пожалуй, ещё не помешает образование или место работы. Можно также место рождения. В общем, уже три первых пункта будет достаточно для первичного поиска. Вот скажи, ты знаешь фамилию или день рождения Маркизы?       — Эм-м… да как-то… разговор об этом не заходил… пока, — тут же поставил тупик парень этим вопрос. — Мы там… больше о достопримечательности Лондона болтали, про историю, ну и всякие женские разговорчики тоже были… — добавила я, совсем растерявшись. Надеюсь, это не очень выглядит подозрительно. Какие только разговоры мы не вели с Марком. Хорошо, что я не заикнулась про актёрскую карьеру.       — Обязательно узнай, да вообще любая информация о личности человека повышает шансы найти её или его во всемирной сети. В разы.       Если бы ты только знал, какой информацией я обладаю про личность «Маркизы»… Впрочем, я верю, что рано или поздно Джерри узнает всю правду. Я не собиралась скрывать от него это вечно. Но сейчас ему действительно лучше не знать подробностей.       — Да, хорошо. Я обязательно поинтересуюсь, когда буду спрашивать у неё  на какой адрес писать письма, — как-то слишком уверенно соврала я, будто и правда собираюсь потом писать письма Марку.       — Вот и отлично, — также согласился парень. — Ты как? Целый день на ногах была, да ещё такие пакеты притащила, устали, небось, ваше высочество? — довольно серьёзно поинтересовался он.       — Да, есть немного, — несмотря на то, что я была взбудоражена последними событиями, приятная усталость после насыщенного дня никуда не делась. — Но у меня ещё остались силы, чтобы приготовить нам вкусный ужин.       — Отдыхай уж. Теперь твоя очередь пришла, — ехидно хмыкнул Джерри. — А я приготовлю нам поесть. После чего нам ещё елку наряжать. На это силы есть?       — Думаю, найду.       — Заебись, — кажется, не успел договорить слово парень, как я разорвала наши мизинцы и легонько ударила его по голове, при этом состроив максимально недовольную физиономию.  — Ауч… я тебя понял. Постараюсь больше не ругаться.       — Уж извольте сударь. Иначе рождественского подарка вам не видать. Хотя если учесть, вспомнить, как ты можешь весь день матюкаться, не переставая, о каком подарке вообще может идти речь… — задумчиво усмехнулась я. — Ну ладно, я не Дед Мороз и не Санта Клаус, что значит и тебе необязательно весь год быть хорошим мальчиком.       — Ты что серьёзно купила мне подарок на Рождество? — Джерри видел, что я не шутила, однако решил точно удостовериться.       — Да. Тебе и Маркизе. О, я купила ему такой классный шарф! Ты точно оценишь, — радостно начала я, как улыбка почти сразу сникла. — Ой… только я не смогу его тебе показать. Мы с милой продавцом-консультантом выбирали упаковку точно где-то полчаса, так красиво всё упаковали, — а когда осознание от сказанных слов полностью улеглось, улыбка на моем лице и во все исчезла. Что я несу?! Зачем я рассказываю ему о подарке Марку? И тем более хочу показать! Мужской шарф для подруги, ну очень классный подарок на Рождество! Джерри на раз выведет на чистую воду и тогда всё. Конец. Чёрт… а дарить шарф подруге нормально или подозрительно?       — Да пох… фиг с ним, главное, чтобы Маркизе понравилось, — спокойно, даже как-то флегматично ответил мужчина, что моё сердце неволей пропустило несколько ударов. Уф-ф, кажется, пронесло. Боже, Джерри, как же я тебя люблю! Иногда, вот, как сейчас, я искренне рада, что тебе по большей части, плевать на других. Особенно на тех, с кем ты незнаком лично, что и слушать что-то про них попросту скучно. — Надо же после всего, что я тебе наговорил утром, ты пошла и купила мне подарок? О Боже, я точно не заслуживаю тебя… — томно выдохнул парень и выдержал небольшую паузу, хитро на меня поглядывая. — …И-и-и? Что же ты мне купила?        — Узнаешь послезавтра утром, — ровно отвечаю ему, не обращая внимания на его хитрое и странное выражение лица, что аж горячее дыхание мужчины приятно опаляло лицо. — Если конечно не будешь много ругаться. Вот тебе и стимул, если после Рождества хочешь увидеть подарок под елкой.       — Ты слишком добрая Саша. Я тебя услышал. Что ж попытка не пытка, — усмехнулся парень, и только его лицо было передо мной, как тут же исчезло, потому что он резко подскочил и встал на ноги. — Ладно. Переодевайся пока, а я пойду, приготовлю нам чего-нибудь вредного, но о-очень вкусного.       — Тебе помочь?       — Нет, не нужно. Хотя можешь меня поразвлекать, пока я буду занят.       — И что же ты желаешь сегодня? — тоже усмехаюсь. Впрочем, я всё равно собиралась посидеть вместе с ним на кухне. Я не настолько устала, спать совершенно не хочется. Если только посидеть и ничего не делать.       — Кажется, ты говорила, что вовремя моего отсутствия практиковалась французским? Так давай поболтаем мой une fleur rebelle. Заодно и выявлю ошибки.       — Хорошо, — соглашаюсь и встаю с постели, чтобы наконец-то переодеться в домашнюю одежду. Однако не успел Джерри выйти из комнаты, как останавливается у порога и поворачивается обратно лицом.       — О! Совсем забыл! Вы кое-что потеряли ваше высочество. И, пожалуй, зная тебя, очень личную вещь. Наверняка бы потом ещё рыдала, обнаружив пропажу в нашем времени.       — Что такое я могла потерять? — не всерьёз восприняв слова друга, усмехаюсь в ответ, поправляя волосы. После шапки, словно вихрь прошелся по голове.       — Вот, — снова подойдя ко мне и протянув руку, беспечно проговорил Джерри. И то, что я увидела в его ладони, кардинально поменяло моё выражение лица, что глаза чуть не вылетели из орбит.       Откуда он его взял? Нет не так. Как я могла так опрометчиво его оставить и уж тем более потерять?! Сомневаюсь, что Джерри что-то заподозрил, но не нужно ему это было видеть и уж тем более рассматривать в моё отсутствие! Да ебанный в рот, неужели теперь каждый знакомый будет держать этот кулон в руках и знать, что когда-то я фанатела от Марка Шеппарда? Да так, что сделала кулон в виде сердца. О бо-о-оже, ну за что?!       — Где ты его взял?! — я так быстро забрала кулон с рук мужчины, что по глазам вижу, Джерри слегка в аухе от моей реакции. Отлично, ещё лучше. — Я его не теряла! — зачем-то обескуражено выпалила я, хотя совершенно не хотела обвинять друга в чем-либо. Даже косвенно.       — Да на полу лежал. Возле кровати. Наверное, случайно, обронила. Саша уж не думаешь, что я рылся в твоих вещах? — растерянность Джерри, как не бывало. И возмутился больше ради приличия. О нет, его забавляет эта ситуация.       — Я ни в чем тебя не обвиняю. Большое спасибо. Я, правда, благодарна. Джерри, мне вообще-то переодеться нужно, так что ты не мог бы… — решила я тут же сменить тему, но не тут-то было.       — Интересную вещицу ты таскаешь собой. Хотя я раньше, как-то не замечал, чтобы ты носила кулон. Саша, ты что, недавно пересмотрела «Сверхъестественное» и решила поностальгировать? А Марк Шеппард здесь хорош, как и его персонаж.       — Боже, и ты туда же, — выдохнула я, закатив глаза, однозначно это только больше веселило Джерри. — Ничего я не пересматривала. Случайно закинула в карман пальто вместе с ключами в тот день, когда мы с тобой переместились во времени, и… Ты что знаешь, как его зовут? — по правде удивилась я, снова выпучив глаза на друга. Всегда страшилась того момента, когда Джерри узнает Марка Шеппарда, но вот уж не думала, что это произойдет так нелепо.       — Конечно, ты же мне все уши прожужжала им на первых курсах, когда активно смотрела сериал. Причем сама того не замечая, — беззлобно усмехнулся парень. — Всё время говорила что-то вроде: «О! Сегодня выйдет новая серия Сверхъестественного!» или «О! Сегодня выйдет новая серия Сверхъестественного и там будет Кроули!». А ещё так забавно пищала! Бля-я. Тогда это меня немного раздражало, а сейчас я думаю, это выглядело ахуительно мило. И если мне память не изменяет, он стоял у тебя на заставке телефона. Довольно так долго.       — Я очень рада, что тебя это забавляет. Хоть кому-то весело, — с каменным выражением лица проговорила я, чтобы не провалиться под землю или грубо не заткнуть Джерри. Господи опять себя чувствую стремно.  Прямо, как тогда, когда Аделя и Ангелина провожали меня, или и того хуже, как в школе. Теперь ещё и он. И что ж это так всех забавит? Ну, вот что в этом такого забавного? Нет, я догадываюсь, конечно, но вот знать, и уж тем более говорить мне лично — ничего не желаю слышать и знать! Это личное!       — Нет-нет! Саша не обижайся, пожалуйста! Это, правда, выглядело для меня умилительно, — Джерри перестал улыбаться и кажется, говорил вполне искренне. — И в этом нет ничего странного. Я видел, да и ты, наверное, тоже, что люди выражают свою любовь и уважение к актёрам, персонажам, певцам и прочим и не таким, поистине, стремными и странными способами. На их фоне ты просто божий одуванчик, — Джерри позволил себе легкую полуулыбку. — Просто это было заба… нет, удивительно увидеть эту вещь тут, тем более, ты никогда не показывала мне этот кулон. Чёрт возьми, Саша! Вот ты не помнишь, а ведь ты буквально заставила меня посмотреть этот сериал! Впрочем, я был не сильно против. «Сверхъестественное» действительно достойный проект, если сравнить с другим шлаком, который сейчас чуть ли не штампуют. И, я сразу узнал Кроули, то бишь Марка Шеппарда. Вот только сейчас вспомнил его имя. Фамилию помнил, а вот имя нет. Ещё вспомнил, что он тоже в Лондоне родился и многих всяких мелочей его фильмографии, которое ты рассказывала. Знаешь… Ты извини, как бы он тебе не нравился, но Кроули под его конец откровенно слили. Хотя там много чего слили под конец. И вообще мой любимый персонаж это Люцифер. Ха-х, я вспомнил, как ты однажды сказала, что у нас с ним характеры порой похожи, поэтому он мне и нравится. Какое тонкое замечание, ваше высочество.         — Не только тебя… — смущенно, но с улыбкой проговорила, крепко сжав кулон в ладони. — Я много кого умудрилась подсадить на этот сериал.       — У-у-у, да ты просто вербовщица, Саша, — по-доброму усмехнулся парень.       — Извини… — тут же решила добавить я, чтобы проявить ситуацию и больше не возвращаться к этой теме. Пусть мы и говорим о нынешнем Марке Шеппарде, как об известном актере, но всё равно, как-то не по себе от этого, — что так бурно отреагировала. Просто ты не представляешь, сколько усмешек, я услышала из-за этого безобидного кулона. Не показывала, потому что выросла. Тем более это был подарок от Адели и Ангелины, я бы ни за что его не выкинула. И я была подростком, а подростк… дети как только не выражают свою любовь кумирам. В этом ничего такого нет…А от тебя это слышать, как минимум странно и…       — Саша, извини, я неудачно пошутил, — осторожно перебивает меня Джерри с неловкой улыбкой, что даже слегка замаялся. — Конечно, в этом ничего такого нет. Я вот в пятнадцать просто до безумия фанател от книг Артура Конана Дойла, естественно, как ты догадалась, это были истории о «Приключения Шерлока Холмса». Всё фильмы и сериалы пересмотрел. Книги перечитывал не счесть. И подрожал и представлял, что я есть сам Шерлок Холмс. Даже татуировку на всю спину хотел сделать… Хотел… А почему я этого не сделал? Они ведь и сейчас остаются моими любимыми книгами!       — Думаю, тут никак Алена Михайловна вмешалась, — усмехнулась я. Интересно, а какую экранизацию Шерлока Холмса набил бы Джерри себе на спину? Бенедикта Камбербэтча или Василия Ливанова?       — О да! После того как я сказал, что хочу набить татуировку с Джином Симмонсом на плече в тринадцать лет, она просто перестала меня слушать… — о боже, Джин Симмонс, наверняка в узнаваемом гриме и Шерлок Холмс. Да, так действительно может только Джерри. Не удивительно, почему Алена Михайловна перестала его слушать, наверное, хотела нервы поберечь.       Вау, сколько подробностей за этот день. Странно, почему у Джерри до сих пор девственно чистая кожа. Ирония во всей красе. Обладая часами, которые могут крутить временем так и сяк, он попросту не нашел времени выбрать и набить себе желаемые татуировки. Хотя я понимаю своего друга, ведь сама хотела набить себе какую-нибудь наколку, но по глупости проболталась об этом родителям, что они аж до сих пор спрашивают, не «изуродовала» ли я себя. Боюсь их и, правда, хватит удар, если я осмелюсь, что-нибудь себе набить. Эх-х, людей старой закалки тяжело переубедить, что это не уродство, а такое же искусство.       Наконец-то оставшись одна в комнате, в голову, неволей, полезли мысли о том, что у Марка Шеппарда вроде как четыре татуировки, точно на руках и на левой стороне груди. Было бы здорово полюбоваться на них хотя бы в прошлом…       А рыжие кошки снова начинают точить когти об мою душу.