Как ангел демона съел

При первых звуках музыки Кроули притих, и Азирафель ободряюще улыбнулся. Сонный и сытый демон явно нуждался в отдыхе, часик-другой здорового сна под хорошую музыку пойдут ему только на пользу. Азирафель подумал уже, что и сам бы не прочь отдохнуть, хотя до этого собирался заняться делами, как вдруг Кроули снова ожил и возмущенно трепыхнулся внутри. — О, нет, — Азирафель охнул и двумя руками схватился за живот. Ну что еще нужно этому невыносимому созданию?! — Кроули, пожалуйста, не надо… В ответ из его живота раздалось громкое бульканье. Азирафель запоздало сообразил, что его друг предпочитал немного другую музыку. — Хорошо, хорошо, — торопливо забормотал ангел, сползая с кресла. Бекон и яичница внутри будто устроили драку за последний билет на ковчег во время потопа. — Я понял тебя, сейчас сменю пластинку. Кроули, перестань! Демон в последний раз сердито булькнул, Азирафель поджал губы и покачал головой. — Ты очень неспокойный сожитель, дорогой мой, — укоризненно произнес он, обращаясь к внушительно выпирающей стенке своего животика. — Если бы я знал об этом раньше… Кроули вдруг притих, будто затаил дыхание в ожидании продолжения, и Азирафель мысленно усмехнулся и закончил: — То позаботился бы о том, чтобы запастись твоей любимой музыкой заранее. Внутри на некоторое время воцарилась тишина, а затем ангела вдруг захлестнула волна теплого чувства, окатившая его от макушки до пяток и задрожавшая где-то внутри под сердцем, как гитарная струна при последнем аккорде. Улыбнувшись, Азирафель прикоснулся ладонью к животу и прошептал: — Вот так-то лучше, — а потом громче добавил: — Знаешь, что? Я думаю, сейчас мы с тобой вполне можем пойти прогуляться. Навестим тот музыкальный магазинчик на углу Честер-стрит, подберем что-нибудь из тех групп, названий которых я не знаю. И Азирафель развернулся и направился к двери, захватив по дороге свое белое пальто с вешалки. В музыкальном магазине они провели куда больше времени, чем предполагал ангел, перебирая огромные коллекции пластинок. Чуть дальше были стойки с компакт-дисками, но у Азирафеля не было дома магнитофона, способного воспроизвести их, так что пришлось отдать должное старому-доброму винилу. Кроули, впрочем, не возражал и вообще вел себя вполне пристойно, только время от времени излишне сильно дергал ангела изнутри в порыве вдохновения. Он был поглощен поисками, и Азирафелю не раз пришлось ловить на себе странные взгляды молодого человека, обслуживающего покупателей: когда ангел начинал разговаривать сам с собой, спорить, а то и метаться от полки к полке, чуть не роняя чем-то оскорбившие вкус демона пластинки на пол (Азирафелю казалось, что некоторые из них Кроули старался разбить специально, видимо от особой антипатии). Когда они наконец выбрали несколько альбомов, Азирафель сгрузил их на кассе и как мог обаятельно улыбнулся продавцу. — Вот, — произнес он, чувствуя, как демон от нетерпения вибрирует внутри словно пароварка, — у вас чудесная коллекция музычки. Продавец посмотрел на него так, словно Азирафель ляпнул нечто непристойное, а ангел тут же ощутил, как Кроули саркастично бултыхнулся внутри. «Ладно-ладно, » — подумал он, не переставая улыбаться, — «посмотрим, что ты скажешь, когда я включу это у нас дома. Смею напомнить, у нас с тобой совершенно разные вкусы. Я предпочитаю нечто более гармоничное — чем плох Моцарт или Чайковский?» Кроули словно наяву закатил глаза после этих слов, но присмирел и следующие двадцать минут вел себя спокойно. Азирафель по дороге домой решил, что день вполне благоприятствует тому, чтобы задержаться на полчасика в парке. Присев на одну из лавочек возле пруда, он благодушно наблюдал за утками, толпящимися у берега и под мостиком. Их нетерпеливо раскрытые клювы поворачивались вслед каждому, кто хоть на минуту задерживался возле воды. — Друг мой, это просто бессовестно с твоей стороны — найти убежище в моем сосуде и не давать насладиться мирскими… благами, — негодовал Азирафель, держа в руке вафельный рожок со сливочным мороженным. Мороженое стремительно таяло, его нужно было скорее есть, но Азирафель не мог этого сделать из-за внезапной тошноты, подобравшейся так же внезапно, как и пара демонов за раскидистым кустом акации. Ангела тошнило, демоны пытались на расстоянии определить, что с ним: одному казалось, что его сейчас вырвет, другому — что он передает тайное послание Наверх. Кроули бунтовал где-то под желудком ангела, ибо пломбир не пришелся ему по вкусу, и он отказывался иметь дело с этой дрянью. На памяти Азирафеля, Кроули вообще никогда не ел, зато проводил с ним время за ужинами в милых, уютных ресторанчиках, наблюдая, как ест ангел. Теперь же все было несколько иначе. Азирафель и так рисковал, скрывая в себе демона, и если тот лишит его гастрономических радостей — он подобного не потерпит! То есть, потерпит, конечно, но постарается убедить своего демона пойти на уступки и принять этот сливочный рожок. — Ну посмотри. Это же не конец света, — тут ангел замер и опасливо огляделся, так что Хастуру и Лигуру пришлось спешно пригнуться. — Всего лишь вкусный, аппетитный рожок мороженого. И если мы не съедим его прямо сейчас, он окончательно растает. Азирафель любовно поглядел на мороженое в своих пухлых руках, примерился и откусил еще кусочек, после чего его скрутило очередным приступом тошноты. — Ну хватит, — простонал он, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Мы выглядим с тобой ужасно. Что подумают о нас прохожие? Что вчера вечером мы перебрали и сейчас у нас похмелье? Ужас какой… За Азирафелем и правда наблюдали, и не только парочка демонов, но и некая Сюзанна Мэри-Энн Литтлспун. Женщина сидела через дорожку на лавочке и уже минут десять наблюдала за незнакомцем. Наконец, Азирафель сдался, выбросил недоеденный рожок в урну и принялся вытирать руки белым платочком. Ему нужно было где-то отдохнуть, и он направился к той самой лавке. — Добрый день, — поздоровалась миссис Литтлспун. — Простите мне мое любопытство, но я заметила, что вас тошнит… Азирафель напрягся и обернулся к женщине. Выглядела она свежо и приветливо, в руках держала сложенную книгу с закладкой где-то на середине. Снизу книгу подпирал изрядных размеров живот, а неподалеку бегало еще пару сорванцов. — Простите, — ангел не совсем понял, чего от него хочет незнакомка, и решил представиться первым. — Азирафель Энджел. За непринужденной улыбкой последовала ответная. — Сюзанна Литтлспун и мое семейство, — она кивнула на мальчишек, нашедших в траве улитку, и свой живот. — Дело в том, что чувство тошноты мне знакомо очень хорошо, и есть верное средство, чтобы справиться с ним. До Азирафеля внезапно дошло, к чему клонит новая знакомая. — Ох, но я, право, не совсем в том же положении, что и вы… На что Сюзанна лишь махнула рукой: — О, это абсолютно неважно. Я бы удивилась, будь вы хоть наполовину в том же положении, что и я, однако позвольте вам помочь. Вскоре я отправлюсь на сеанс зарядки для беременных, и вы могли бы пойти со мной. — Я? — Азирафель не нашелся, что сказать, и только открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег. — Ну да. Тошнота, помните? Если хотите от нее избавиться, вам придется довериться мне. Азирафелю стало немного неловко, а Кроули в животе вновь свернулся узлом, так что ангелу едва не приспичило убежать к кустам. Кстати, о кустах. Мальчики миссис Литтлспун нашли весьма увлекательным запускать найденных в траве улиток в полет. Так, одна из испытуемых улетела в злополучный куст акации, за которым пряталась пара демонов. Пролетающая мимо улитка вызвала неудержимый интерес жабы Лигура — та мгновенно выстрелила языком в ее сторону, тут же проглотив. В поисках пропавшей без вести улитки дети подобрались слишком близко к демонам, и тем пришлось спешно переместиться дальше, но шорох от этого было не скрыть. Азирафель услышал и забеспокоился. Он боялся слежки, особенно сейчас, пока прятал якобы погибшего Кроули. — Что ж, — поспешил ответить он Сюзанне, — ваше предложение может спасти меня. Предлагаю отправиться на гимнастику прямо сейчас. И он тут же вскочил со скамейки, поторапливая женщину. Та поднялась тяжело и неуклюже, так что Азирафеля уколола совесть. Он и не думал, что ее живот настолько большой. — Ой, вам, наверное, очень тяжело. Сюзанна махнула рукой и принялась оборачиваться в поисках сыновей. — Ой, бросьте. Это мой третий раз. Тяжело было в первый, теперь привычно. Она позвала мальчиков и отправила их в гости к сестре, а сама направилась с Азирафелем по дорожке в гимнастический клуб. Там ангела ждал очередной сюрприз — подходящего для гимнастики костюма у него не было, и приятно улыбающаяся женщина-администратор выдала ему облегающее розовое боди и лосины. На взгляд Азирафеля, эти вещи были даже миленькими, и он не замечал смеющихся взглядов молодых мамочек, оглядывавших его. Лосины тесно облепили его пухлые бедра, а животик в боди выпирал так сильно, что вполне мог сойти за начало третьего триместра.