Обесцвеченные

Он определенно сходил с ума. Перед глазами снова и снова мелькали яркие картинки из прошлого, и он ничего не мог сделать, чтобы перестать думать. Вспоминать. Раскрашивать серую действительность. За завтраком Грейнджер порезалась ножом. На ее ладони выступили капли крови. Драко бешеным взглядом смотрел на ее руку, остановившись по середине пути. Завис, не смея отвести взгляда. Кровь. Ее грязная кровь. Абсолютно обычная. Такая же бесцветная. Он не мог долго ждать, ему было просто необходимо убедиться в том, что его кровь выглядит также. Что она имеет точно такой же насыщенный черный цвет. Мысли путались, а желание нарастало. И осознание происходящего все больше уплывало куда-то далеко-далеко, будто все происходящее было нереальным. Сон. Да, просто сон. — Малфой! Внезапно на него будто обрушилось все и сразу. Звуки навалились слишком резко. И боль. Дикая, уносящая жизнь. Драко моргнул несколько раз, чтобы посмотреть на свои запястья, по которым хлестала кровь. Да, пронеслась мысль, она точно такая же. Черная. — Малфой, сука, не смей! Кажется, стена, отделяющая его от остального мира, наконец спала окончательно, потому что, подняв голову, Драко увидел Поттера. Неожиданно почувствовал горячее прикосновение на плече, заметил трясущиеся пальцы, держащие его за окровавленные предплечья. Звезда взорвалась, мир схлопнулся. — Поттер?... Какой у него странный голос. Охрипший, как будто даже не видел воду неделю. Наконец осмелившись посмотреть герою прямо в глаза, Драко замер. Он был готов поклясться чем угодно, что увидел в них слишком много. Страх, боль, непонимание. Жизнь? Их было так много, что в какую-то секунду Драко даже показалось, что он увидел отблеск зеленого цвета где-то глубоко внутри. Жаль. Показалось. Поттер, тоже смотревший на него достаточно долго, наконец отмер, вновь посмотрев на их кровавые руки. Видимо, шок у него прошел, потому что он тут же полез одной рукой в карман и достал палочку. Он несколько минут сосредоточенно бормотал заклинания, пока Драко наконец не почувствовал, что кровь больше не идет и боль, которая почему-то ушла на второй план его ощущений, тоже сошла на нет. В голове прояснилось. — А сразу не мог? — он поморщился, понимая ситуацию, — чего ты ждал? Моей смерти? Голос должен был звучать высокомерно, насмешливо, но что-то явно пошло не так. Слишком много усталости. Драко попытался подняться на ноги, но тут же начал заваливаться. Почти проехался лицом по кафелю, если бы Поттер в последний момент не успел подхватить его. — Малфой, черт возьми. Он с силой подтолкнул его к стене, помогая выпрямиться, и застыл, внимательно смотря в глаза. — Зачем ты это сделал, Малфой? — Какого цвета твои глаза, Поттер? Поттер был почти готов сказать что-то про то, что вопросом на вопрос не отвечают, когда вдруг осознал сказанную фразу. — Эм... Чего? Малфой выглядел... странно. Смотрел внимательно, изучающе. Гарри подумал, что тот выглядел... Почти красиво, когда убирал злость или тоску из глаз. — Зеленые, ты же видишь. Малфой вдруг как-то моргнул, во взгляде снова появилась эта странная оболочка, мешающая Гарри слишком сильно. Драко попытался вырваться, но Поттер снова не дал. Почему-то было очень важно услышать ответ на свою последнюю фразу. Еще одна попытка. Тяжелый выдох. — Не вижу, Поттер. Отпусти меня. Драко проследил тот момент осознания, когда зрачки Гарри расширились от удивления. — Ты не видишь... — Цвета, Поттер. Я их больше не различаю. — А... давно? Драко отвернулся, снова дернув руки в попытке вырваться. На этот раз получилось. Они встали ровно, смотря глаза в глаза. Драко поблагодарил Мерлина за то, что в этот раз ноги не отказали. — Где-то с мая, — не отводя взгляда. — И как ты... — Сука. Издеваться нравится? Оттенки черного, Поттер. Утолил любопытство? Теперь я свободен? Поттер будто пришел в себя, резко отходя от Малфоя, убирая, — все еще в крови, — руки в карманы. — Извини. Ты только... не делай так снова, пожалуйста, — он резко замолчал, нахмурившись, — я серьезно, Малфой. Я слежу за тобой. Он молча развернулся и вышел, оставляя Драко наедине с самим собой. Какой же все-таки Поттер странный. Любой другой сейчас бы не посмел оставить его одного. Но не Поттер. Малфой снова посмотрел на свои руки, когда мысли вернулись в прежнее русло. И правда, кровь точно такая же. *** Гарри не мог объяснить, почему было так важно оказаться в злополучном туалете прямо сейчас. Но страх вел все быстрее, и он слишком сильно боялся на этот раз не успеть. Что в этот раз этот сукин сын доведет дело до конца. Ожидания не оправдались. Слава Мерлину. Малфой сидел на подоконнике, смотря куда-то в окно, потягивая какой-то алкоголь из бутылки. Гарри невольно подумал, что Малфой был слишком аристократом для такого, и эта мысль принесла лишь боль. Потому что он и так знал, что все не так. — М..., — голос сорвался, — Малфой? Он не повернулся, но молча кивнул, продолжая смотреть в какую-то точку на улице. Подумав, Гарри прошел к нему, забираясь на подоконник, вытянув свои ноги вдоль его. Малфой протянул бутылку, предлагая выпить, и Гарри взял ее. Было странно. Но Поттеру почему-то казалось, что сейчас так было нужно. Правильно. Они просидели достаточно долго, молча передавая бутылку, когда Драко заговорил. Спокойно, размеренно, будто читал какую-то книгу. У Гарри пошли мурашки. — Я так надеялся, что ты будешь тем единственным, кто все еще будет иметь оттенки. Это идиотизм, Поттер, но я правда хранил веру в это. Что все вокруг останется таким же, черно-белым, и ты один будешь продолжать светиться как огонек. И я... не знаю. Смогу смотреть на тебя, имея на это основания. А ты меня разочаровал, ты лишил меня гребанной надежды, Поттер! В который раз. Не просто потерял все краски, ты еще и потускнел. Буквально. Это больно, Поттер, терять надежду. И легче не становится. Гарри пытался понять, но у него не получалось. Слишком много боли было в его голосе. Он был почти готов извиниться, но что-то подсказывало — не надо. Они продолжали сидеть на этом дурацком подоконнике, увлеченные поиском чего-то в глазах друг друга. И, видимо, так и не находили. Оба. Неожиданно, когда Драко снова взял бутылку, его пальцы обессиленно разжались, и она с грохотом упала на подоконник, а потом и скатилась на пол, все-таки разбиваясь. Драко все еще неотрывно смотрел в его глаза, но теперь что-то изменилось. Они будто засветились чем-то. Было в них что-то такое... ненормальное. Бешеное. Прекрасное. — Твои глаза... Они почти изумрудные, Поттер, — он выдохнул, сгибая ноги в коленях, чтобы придвинуться ближе, — когда ты удивляешься, твое лицо не меняется. Только зрачки расширяются. Это... красиво. Зеленый остаётся только по самым краям радужки, готовый почти смешаться с черным, но все-таки... не сдаваясь. Он обвел глазами все его лицо, задержавшись на волосах, когда неожиданно перевел взгляд на губы, долго и упорно смотря на них, будто задумавшись. — ...Я почти уверен, что никогда не видел ничего более насыщенного, — на грани слышимости. Но в этот момент Драко вдруг зажмурился, вдобавок закрыв глаза руками. И закричал. — Нет! Нет, нет, нет! Блять, не надо! Гарри пытался понять, что происходит, не зная, что делать, молча слушая его крики. Отнять руки от век не получилось. Когда Драко наконец оторвал руки от налившихся кровью глаз, в них плескалась такая боль, что Поттер почти в ней утонул. А потом его взгляд вдруг потускнел. Радужка вдруг потеряла свою голубизну, став серой, как туман. Драко удивленно моргнул. Губы растянулась в каком-то оскале, отдаленно напоминающем улыбку. Казалось, у него был шок. Вперемешку со смирением. Как же странно сочетались эти чувства в его нереальных глазах. — Знаешь, Поттер. Оно того стоило. Увидеть еще один раз тебя в цвете. — Меня... Что? Стоило чего? Что ты сделал, Малфой? Гарри не заметил момент, когда схватил того за запястья, как тогда, когда на них были кровавые разводы. — Я — ничего, Поттер. А вот Мерлин затеял с Морганой игру или спор. И, думаю, Моргана выиграла. Я получил то, что хотел. Я увидел тебя снова, по-настоящему. И больше не увижу никогда, — из его горла вырвались звуки, отдаленно напоминающие смех. Драко отклонился на стену позади, выпрямив спину. Закрыл глаза. — Я все-таки потратил ту секунду, смотря на тебя, — в голосе был смех, но на лице не было и тени улыбки. Гарри, все еще не совсем понимая, что произошло, не понимая, что значат его слова, всматривался в ровные черты Малфоя. Тот неожиданно открыл глаза, и Гарри еле сдержался, чтобы не отшатнуться. Из глаз окончательно ушли цвета. Они стали тусклыми, зрачок был еле различим. Расфокусированный взгляд смотрел куда-то за плечо Гарри. — Как думаешь, Поттер, мечты сбываются? — он перевел пустой взгляд на окно, за которым все равно уже ничего не было видно, — а ведь, кажется, я в этом убедился.